Конверт с секретом

— В-возьмите… — пробурчал в усы Тесак, укладывая многочисленные папки на письменный стол Гоголя. — Весь архив перерыли, как вы и просили. — сказал тот, чтобы, видимо, усилить старание Бинха в розыске таких нужных папок. — В отделении теперь такой беспорядок… — для чего-то произнес тот, застёгивая старенький кафтан и выходя из хаты. Гоголь не успел сказать ровным счётом ничего, лишь вяло поднял голову и принялся за бумаги. Убита дивчина, лет семнадцати отроду. Звали Мариной. Хотела сбежать с женихом да тайно обвенчаться. Убита дивчина, девятнадцати лет отроду. Гадала, найдена в собственной хате, на печке, без единой капли крови. Убита дивчина. Пошла полоскать белье в речке. Не вернулась. Нашли растерзанной, в высокой траве. По коже писаря пробежали мурашки. «Вернётся, когда случится следующее убийство» «Отомстить за дочь» «Крови нет, будто вся выкачана» Николай Васильевич отложил бумаги и решил прогуляться, проветрить мысли. Что будет, если вернуться к речке? Может, стоит ещё раз заглянуть в хлипкую хату близ берега? Определённо, стоит. Писарь долго шёл, понуро опустив голову. Пару раз чуть не налетел на стройные деревца. Бывает. Солнце уже давно потянулось на запад. Часа через четыре будет темнеть. Гоголь шёл по тем, явно заметным, давно протоптанным следам, стараясь держаться ровно по ним, не сходить ни на миллиметр вбок. В высокой траве послышался шорох, и писарь резко мотнул головой на звук. Никого. Разве могут мыши-полёвки так шуршать?

***

— А-алексанХристофорыч, — начал Тесак, поглядывая на начальника, словно котёнок. — А вдруг он узнал про нас? — Тесак, ну что ТЫ несёшь? — грубо спросил тот, видимо, для вида. — Ему не до нас. — глава полиции сбавил тон и поднёс ко рту кружку молока. — Так ведь мало ли… Вдруг прознает, расскажет. — сельский писарь потупил взгляд. — Какая разница? Кому поверят — первому приезжему или главе Диканьки? — Бинх отставил кружку в сторону и принялся за печёную картошку. — Не беспокойся, про вечер помнишь? — Помню. — Ну и славно. — тот обернулся, рассматривая вполне себе помятые рожи жителей, сидящих за соседними столами. — И вообще, у тебя отчеты плохие, одним бумагомаранием занимаешься, переделывай! — тот ударил кулаком по столу, чуть ли не разливая молоко. Страх Тесака перед начальником улетучился, когда тот почти незаметно подмигнул юноше.

***

«И снова хлипкое строенье, И снова скоро буду там», — подумал Гоголь, кажется, на мотив Пушкина. — «Нет, поэт из меня тоже такой себе» Дворик снова оказался пуст. Николай прислушался: ветер гулял, да и только. Писарь осторожно заглянул в окно, но тут же отпрыгнул, схватившись за сердце, которое, видимо, находилось уже не в грудной клетке, а билось в самых пятках: из хаты на него уставилась пара блестящих глаз. Гоголь, разучившись на несколько секунд дышать, рванул с места, чуть не запутался в собственных ногах и, пробираясь через высокий сухостой, побежал в сторону реки, и, на случай погони (?), нырнул в ледяную воду. Он мог легко заболеть и валяться в постели с две-три недели, если бы не одно, но — во владениях мавки Оксаны вода почти всегда была довольно-таки комфортной температуры. И такая кристально чистая…