***
Поздно вечером мне пришла СМС от голубоглазой. «Солнце, спасибо за чай », — недолго думая, я ответила: «Ирина Викторовна, спасибо за все)».11 часть
5 марта 2018 г., 16:21
Голубоглазая заболела. Пока её муж был на работе, она позвала меня к себе.
— Как вы, Ирина Викторовна?
Любимая сидела в кровати, укутавшись в одеяло.
— Горло сильно болит и температура надоела, но не так сильно плохо, как могло бы быть, — хрипло ответила женщина, измученная на вид.
— Чай хотите?
— Нет, не хочу.
— А надо. Я пойду чай вам заварю.
Я целую женщину в щёчку.
Возвращаюсь с горячим чаем и с тарелкой супа на подносе. Учительница сразу начинает возмущаться.
— Я не буду есть в кровати, и вообще я не голодна.
— Чего вы как маленькая? Я вас не спрашивала. Чего вы будете, чего не будете.
— Не разговаривай со мной так, — нахмурилась голубоглазая.
Я глубоко выдохнула.
— Хорошо, простите меня, пожалуйста. Я не хотела. Поешьте. Вам нужно набраться сил, — я очень постаралась сделать мягкий голос. Эта женщина единственная для кого я стараюсь быть мягче и спокойнее.
Я подняла брови и изобразила молящий взгляд.
— Пожалуйста.
— Ладно, ладно. Я поем.
Пока (не)моя голубоглазая кушала, я лежала у неё в ногах и рассказывала, что нового в школе.
— Вит, а ты чего так рано пришла?
— Ну…
— Только не говори, что вы ушли с последнего урока.
— Не скажу.
— Но вы ушли?
— Да, Ир. Прости, пожалуйста, — снова я обратилась на ты.
— Вит, ну что мне твое «прости»? Ты же в курсе как мне потом достается из-за этого — как-будто не заметила «тыканья» голубоглазая.
— Ну вы же сейчас на больничном. За этот раз не достанется.
Моя любимая отставила поднос. Положила ручки мне на голову. Она гладила меня. Её пальчики проникали в мои волосы. Эти же пальчики гладили моё лицо. Она щупала мои скулы, обводила губы. А я просто будто проваливалась в женщину. Будто тонула в ней.
Мне хочется шептать ей о любви. Мне кажется, что этот момент такой же интимный, как и занятие любовью.
Я обнимала Ирину Викторовну. Знаете, один на один, когда она меня гладила, казалось, будто она оберегает меня. Будто у этой женщины за спиной огромные крылья. И она закрывает меня. Но когда при всех. Я всегда защищала её. Ото всех. Мне казалось, что за неё я сделаю все. Наверное так и было.
— Ир… У тебя потрясающие руки. Я очень их люблю. Самые нежные, изящные пальчики.
Я поймала её ручки и стала целовать, периодически терлась о её ладошки щекой.
— Вит, знаешь чего боюсь?
Я взволновано взглянула на любимую.
— Что?
— Что ты заразишься от меня.
— Тьфу на вас, Ирина Викторовна. Я испугалась. Думала что-то действительно вас волнует.
Голубоглазая потрепала меня по голове и сказала.
— Чудо ты моё.
Я сделала вид, будто обиделась.
— Сама такая.
— Ути-пути. Обиделась?
— На вас обидишься… У вас такие глаза. Ну слышали, наверное, песню. «Твои глаза, такие чистые, как небо». Обожаю их. Мне хочется постоянно смотреть на вас. Постоянно в ваши глаза. Вы для меня солнышко. Спасибо, что вы рядом.
Я немного переместилась. Легла рядом с любимой. Обняла её за талию и уткнулась в шею женщине. Иногда целовала.
— Вит, я знаю, что ты не любишь, когда я так говорю. Но я все равно не понимаю. Я ведь уже…
— Зрелая, — помогла ей я. Ведь она часто говорила «старая», что меня невероятно бесило и обижало, — и что дальше?
— Нет, ничего. Просто кожа у меня уже не идеальная, болею часто и все сопровождающие.
— Что дальше? — теперь грубовато спросила я.
— Не дерзи мне, пожалуйста.
— Простите, Ирина Викторовна. Я не хотела. Просто я не люблю, когда вы так говорите. Вы потрясающая. Я люблю вашу кожу. Люблю вас. И я чувствую, когда вы так говорите, будто кто-то вас обижает, оскорбляет. Несмотря на то, что это говорите вы сами.
Я снова уткнулась в её шею и аккуратно коснулась её кожи губами. Моя рука сначала просто легла на её ручку, но потом заставила наши пальцы переплестись.
Мы пролежали так ещё час, а когда моя возлюбленная засопела я аккуратно выбралась из её объятий. Взяла поднос. После того, как я вымыла посуду и убрала её на полки, я заварила ей чай. Чтобы она проснулась и могла выпить чая с лимоном.
Я зашла обратно в спальню. Долго всматривалась в голубоглазую.
«Ты самая лучшая, Ир. Знала бы ты, как я боюсь потерять тебя», — подумала я. И затем ушла из её квартиры.