Пернатое безумие

— Все из вас в порядке? Транспортатор ничего вам сзади не приделал? Добавилось что-то неожиданное? — Шутил Джим при появлении второй транспортируемой группы. Кто-то здесь внизу любил их, потому как, несмотря на все сообщения о том, что никому не разрешается транспортироваться в город, присланные на «Энтерпрайз» координаты переслали приглашенных практически на ступеньки большого зала, где еще шла церемония инаугурации. — Транспортация на Делгазиан IV и обратно является безопасной уже пятьдесят и три десятых года. — Проговорил Спок, но Джим мог бы сказать, что полувулканец таким способом поддразнивает его. Некоторые старшие офицеры, оставшиеся на «Энтерпрайз» после её битвы с «Нарадой», не смогли сдержать улыбки, будучи свидетелями обновлённого чувства юмора Спока. Ухура же, к сожалению, но не к удивлению, не улыбалась. На смене она была безупречно профессиональной, но вне ее относилась к капитану и его первому офицеру с откровенным пренебрежением. Джим надеялся, что они смогут помочь ей справиться с этим, прежде чем он потеряет лучшего офицера коммуникации во всем флоте. — Вы двое, хорош флиртовать! — одернул их Боунс, вызывая этим хихикание. — У нас еще есть дело. — Отличная мысль, док. — Подколол его Джим. Они добрались быстро и должны были успеть увидеть последние несколько часов церемонии, особенно с учетом того, что им разрешили срезать два часа пути, изменив обычную точку высадки на доставку прямо к большому залу. Пружиня шаг, Джим повел свою команду к покрытым замысловатой резьбой двухэтажным дверям, что вели в церемониальный зал делгазиан. Шестеро туземных охранников остановили их у входа. Они были гуманоидами с темной, неровной кожей и почти собачьей внешностью. Каждый был одет в местный эквивалент доспехов и нес тяжелое копье. — По какому праву вы приблизились к этому священному месту? — протянул один из охранников, и все они направили свои копья на команду «Энтерпрайз». — Мы прибыли по просьбе вашего Дергина. — Ответил Джим, его сердце тяжело билось в груди. Он был вполне уверен, что их впустят, но в делгазианских традициях это был щекотливый вопрос. Технически, он должен был привести Дергину аргументы по поводу их опоздания, но Дергин еще не был здесь главным. — Вы опоздали. — Рявкнул еще один охранник. — Ради моего desh’t'en, тут уже ничего не поделаешь. — Вежливо ответил Джим. Почему-то этого хватило — стражники отступили, и двери открылись. Внутри зал напоминал старинный земной собор, но вместо святых и ангелов резьба и витражи изображали воинов и древние битвы. Неф был полон и местных жителей, и представителей дюжин различных культур. В дальнем конце зала кто-то в мантии торжественно оглашал перечень обязанностей Дергина. Спок, как самый высокий в их группе, повел их к остальным представителям Федерации. К облегчению Джима, им выделили место в передней части нефа, что выражало уважение к Федерации, но у делгазианцев были причины пересмотреть их размещение после того, как «Энтерпрайз» не появилась в назначенный час. Эта часть церемонии была довольно скучной, все веселье типа ритуальных боев кончилось несколько дней назад, так что Джим слушал вполуха, озираясь вокруг. Охранники, стоящие между местом проведения церемонии и зрителями, своим ничего не выражающим взглядом и неподвижной позой напоминали изображения стражи вокруг Букингемского дворца еще во времена Британской монархии. Все, кроме одного, прямо перед Джимом, который смотрел прямо на капитана, а не в пространство перед собой. Джим не знал, что он такого сделал, чтобы заслужить такое внимание, но изо всех сил старался игнорировать его. Сразу за стражей стоял делгазианец, оглашающий обязанности Дергина. Его мантия показывала, что он был… эх, Джим забыл правильное звание, но в переводе это было что-то вроде жреца-воина. За ним стоял Дергин, ну или почти Дергин — тот, кто станет им через один и семьдесят три сотых часа, если все пройдет по графику. Черт, Спок реально на него влияет. Джим изучал будущего правителя планеты и вдруг обнаружил самого себя под таким же пристальным наблюдением. В глазах его визави была интригующая степень любопытства и вызова, а Джим был не из тех, кто отступает перед вызовом. Ни в одном отчете не говорилось, что делгазианцы могут быть телепатами, так что Джим встретил взгляд Дергина и отказался отступить. Дергин сделал то же самое. Эта тупиковая ситуация могла длиться остаток дня, если бы не последняя часть церемонии. Здоровенный делгазианец выступил вперед, держа оружие, напомнившее Джиму старинную европейскую алебарду — длинное древко и большое лезвие на конце. Делгазианец замахнулся оружием в сторону, а затем лезвие резко понеслось к шее Дергина. Джим лишь краем глаза уловил движение, по-прежнему не желая первым отвести взгляда. И он выиграл. Дергин первым отвел глаза, но лишь после того, как лезвие коснулось его шеи. Ручейки алой крови окропили его мантию, когда он с улыбкой повернулся к атакующему. В делгазианском обществе самые высокие титулы принадлежали воинам, и, согласно традициям, правителем мог стать лишь самый сильный и бесстрашный. В прошлом, если потенциальный Дергин в этот момент церемонии дернулся бы, атакующему делгазианцу полагалось продолжить удар и снести голову неудачника. Джим не был уверен, придерживались ли они этой традиции и поныне, но, похоже, сегодня у него не было шанса узнать это. Дергин удержал свою позицию и заслужил свой титул. Едва лезвие отодвинулось, вперед вышел кто-то вроде медика, он остановил кровотечение и покрыл рану какой-то черной мазью. Эта мазь предотвращала заражение, но оставляла шрам — знак Дергина. И лишь еле заметное напряжение Дергина выдавало, насколько болезненной была процедура. И на этом все завершилось. Церемония была окончена. Теперь Дергин встретится с послами во внутреннем дворе, вне стен большого зала, и начнутся настоящие политические маневры. Джим вышел наружу вместе с остальными зрителями, гадая, когда он сможет встретиться с Дергином. Никто из чужеземцев не смог выяснить, в каком порядке они будут выбраны, хотя можно было провести неплохие корреляции между очередностью и временем, проведенным выбираемой персоной рядом с Дергином на приемах после церемоний предыдущих дней. Наверное. Делгазианцы не рассказывали. Но, поскольку Джима не было здесь в предыдущие дни, все шансы были за то, что Джим и его команда находились в конце списка. Он приготовился к долгому ожиданию, но, лишь он покинул зал, капитаны Эйвери и Чо оттеснили его в угол. — Что, черт побери, происходит, Кирк? — рявкнул Эйвери. — Мы тут выплясывали изо всех сил все эти дни, — добавил Чо, — делгазианцы приглашали только вас, и мы тут торчали, все время извиняясь за ваше опоздание. — Звездный флот вас не предупредил? — спросил Джим. — У нас была неотложная медицинская необходимость. Делгазианцев должны были поставить в известность. Эйвери посмотрел на Чо. — Это может объяснить остроту некоторых вопросов. — Сказал он. — Может, — неохотно согласился Чо, — но, если им и сказали, они не сказали нам, и Звездный флот точно нам не говорил. — Я бы хотел помочь, — примирительным тоном сказал Джим, — правда. Но я делал то, что должен был. — Делал то, что должен? — рявкнул Чо. — Ты должен был быть здесь, доказывая, что у Федерации есть великие воины. Единственной причиной, по которой Звездный флот дал тебе корабль, было давление со стороны Совета Федерации. Джим скрыл, как его внутренне передернуло. Он уже слышал эту сплетню и раньше, и, возможно, она частично была правдой. Он был слишком молод и неопытен, чтобы получить корабль, особенно — этот корабль. Но он надеялся, что, когда он и его команда покажут, на что способны, слухи прекратятся. Джиму хотелось дать сдачи, врезать им, но он удержался. Он хотел бы думать, что сдержался потому, что стал взрослее, но настоящей причиной было то, что он чувствовал приближение Спока и знал, как будет разочарован его первый офицер, если он начнет драку. Так что он лишь пристально смотрел на них, и миг спустя за его плечом возникли Спок и делгазианский страж. — Дергин желает вас видеть, капитан, —  сказал Спок. Джим не сумел скрыть своего удивления, но быстро взял себя в руки. — Хорошо, мистер Спок, — сказал Джим, а затем кивнул капитанам, — джентльмены… Спок привел его к дальней стороне дворика, где проводил прием Дергин. Джим был рад увидеть свою команду прямо за стражей, оцепившей приветственную зону. — Мы заняли такое высокое место в пищевой цепи, что культурологам обеспечена мигрень. — Пошутил Джим. — Не уверен, что правильно интерпретирую твое выражение, но, полагаю, это точная оценка. Основываясь на предыдущих наблюдениях, как прибывшие последними, мы не должны были первыми удостоиться чести поприветствовать нового Дергина. — Ответил Спок. Джим нахмурился и удивленно дернул головой. — Первыми? — прохрипел он. — Совершенно верно. — Ответил Спок, а остальные закивали. — Хм… — пробормотал Джим, чеша затылок. — Тогда это не просто мигрень… что ж, давайте уже покончим с этим. — Джим шагнул вперед в проход между двумя стражами, Спок — по его левое плечо, Боунс — по правое, а остальная команда — строем позади. Остановившись примерно в пяти шагах от Дергина, у отметки в брусчатке двора, Джим прижал левую ладонь к правой стороне груди и слегка поклонился. Слишком глубокий поклон означал бы его подчиненное положение, слишком же мелкий — его превосходство. Они со Споком несколько часов спорили о том, какой угол поклона будет правильным. Дергин, должно быть, одобрил его, потому как, когда Джим выпрямился, тот выглядел довольным, пусть и всего на миг. Его лицо быстро застыло, и он спросил: — Ты — капитан «Энтерпрайз»? — Капитан Джеймс Т. Кирк. — Официально сказал Джим. — Так скажи, капитан, почему ты избрал избежать большей части наших церемоний, ты, приглашенный особо? — Прости нас, прославленный Дергин, — сказал Джим, — это был не выбор, а скорее необходимость. Мой desh’t'en был в опасности. Если бы мы немедленно не направились к его народу, он бы умер. — Он проигнорировал выдох Ухуры. Он ожидал, что она будет единственной, кто поймет, на что он намекает. Надбровная дуга Дергина поднялась в почти человеческом выражении недоверия. — На протяжении двух поколений представители Федерации говорили нам, что у людей нет отношений, подобных нашим desh’t'en. — У людей нет, — согласился Джим, — но есть у вулканцев. — Он поднял левую руку, вытянув вперед два пальца, и почувствовал толчок звенящей энергии, к которой так еще и не привык, когда пальцы Спока скрестились с его собственными. — Могу я представить тебе моего первого офицера, лейтенанта-коммандера Спока? — Тот, кто отправился с тобой на «Нараду»? — заинтересованно спросил Дергин. — Я бы не смог победить Нерона без него. — С теплотой сказал Джим. Боунс кашлянул, вероятно, скрывая смешок. — И ты утверждаешь, что он твой desh’t'en? — Как я понимаю, для вас desh’t'en — воин, сражающийся на твоей стороне, тот, кто ближе кровного родства, с кем ты разделишь всю свою жизнь, от сражения до продолжения рода. — Упрощенное толкование, но ты показал какую-то степень понимания. — Сказал Дергин. — Но если в вас, людях, есть это понимание, почему ваши представители настаивали, что у народов Федерации нет похожих отношений? — Для вулканцев понятие t’hy’la — очень личное, его редко обсуждают с посторонними. — Ответил Спок. Джим очень надеялся, что Дергин поверил им, иначе слова Спока навлекут на них беду. Спок имел право голоса лишь как desh’t'en Джима. — Однако, поскольку вулканцы более не являются воинственной расой, возможно, что те, кто посещал вашу планету, могли и не связать эти понятия. — Объясни. — Скомандовал Дергин. — Вулканцы отошли от воинственного пути тысячелетия назад, выбрав путь преобладания логики над эмоциями. Это спасло нашу расу от самоуничтожения, но многие наши традиции и священные понятия происходят из тех древних времен. T’hy’la теперь означает того, кто ближе, чем семья, брат душой и разумом, ближе, чем любовник, хотя они могут быть и любовниками. В те времена, когда правили воины, t’hy’la означал также воина, которому ты доверишь прикрывать свою спину и с которым ты разделишь все аспекты своей жизни. — И в каком значении ты объявляешь капитана Кирка своим t’hy’la? — спросил Дергин, коверкая произношение вулканского слова, но не настолько, чтобы быть непонятым. — В обоих. — Просто сказал Спок, повернувшись, чтобы взглянуть на Джима. — Мы защищали друг друга в битве, и нет никого, кому бы я более доверил прикрывать мою спину. — Сказал Джим, поймав взгляд Спока, и чуть улыбнулся. — Он мой друг, мой любовник, мой муж. В языке Федерации нет слова, чтобы по-настоящему описать наши отношения. Что бы ни искал Дергин, он, очевидно, увидел или услышал это. — Вы — desh’t'en. Вы останетесь до конца недели, чтобы мы смогли подготовить достойную церемонию. — Довольно сказал он. — Ваша Федерация разрешит это, поскольку это улучшит отношения между моим народом и вашей Федерацией. Возможно, я даже не буду слушать клингонских послов. Джим не дал своей челюсти упасть на пол, хотя у него и было ощущение, что кое у кого из его спутников за его спиной челюсти все же отвалились. — Для нас это было бы честью. — Хорошо, — громко сказал Дергин, хлопая Джима по плечу. Делгазианцы были заметно сильнее людей, так что Джим непременно упал бы, если бы Спок не подхватил его. — А теперь представь мне своих воинов-собратьев. Мне очень интересно встретиться с героями битвы за Землю. *** Спок полагал, что его t’hy’la правильно истолковал обычаи делгазианского сообщества, когда сказал, что им простят опоздание по причине спасения жизни Спока. Однако он не ожидал, что они будут приняты настолько тепло. Дергин дал Джиму и Споку разрешение звать его настоящим именем, хотя оно и было непроизносимым для людей, и настоял, чтобы они остались с ним рядом до окончания церемонии приветствия послов. Выражения удивления и недоверия на лицах других капитанов Звездного флота было почти достаточным, чтобы вызвать у Спока ощущение удовольствия. Ярость клингонов была еще привлекательнее. Это означало, что Федерация выиграла битву. На этот раз. После того, как была поприветствована последняя делегация, Дергин пригласил команду «Энтерпрайз» на частный ужин. — В конце концов, нам нужно спланировать вашу церемонию заключения уз. — Сказал он. — Мы бы не хотели ничего сложного, — проинформировал его Спок — наша связь признана как вулканскими старейшинами на Ши`Масу, так и Звездным флотом. — Хм, но, если у вас не будет должной церемонии, как вы привлечете женщин для продолжения вашего рода? — спросил Дергин. — Мы не можем позволить прерваться роду таких воинов. Федерации нужны такие, как вы. Они собрали вокруг себя нескольких членов команды. Спок не мог пропустить боли во взгляде Нийоты, но он знал, что единственное, чем он мог ей помочь — дать ей время. В отличие от нее Боунс разразился кашляющим смехом. — Боже, вот чего нам не хватает — целой банды мини-Кирков. — Пробормотал он Скотти. — Вообще-то семья Спока уже помогла нам начать некоторые приготовления. — Ответил Джим, изо всех сил игнорируя громкое восклицание Боунса: — Что?! Джим был прав — реакция доктора была наиболее потрясающей.