No Single Raindrop

Глава 7: Тридцать Ни одна капля дождя Матриарх Бенезия Т'Сони, о Сиари, Атаме и Культуре Асари, через призму оставшихся позади. Собрала и организовала Лиара Т'Сони-Шепард Моя мать широко описывала исторические основы культуры асари, в качестве метода попытки вдохновления самоанализа посредством более глубокого понимания того, что мы склонны рассматривать как “известные факты”. В своих трудах, она всегда очень удивлялась бытующему среди многих асари понятию, что, будучи народом, мы “знали” наше прошлое. Падение Тридцати открыло для многих асари грязные манипуляции тех, кого Атаме выбрала, чтобы возглавлять нашу расу. Оглядываясь в прошлое, их действия - и, конечно, неприятные тоже - имеют гораздо больший смысл, если смотреть с точки зрения таких личностей, как Явик и Нашан. Протеане видели свободу воли и самоопределение как оскорбление лидерских качеств тех, кто, по их мнению, лучше всего подходил для руководства - а их Империя была построена на доминировании, контроле и почти нереальном уровне жертвоприношения множества ради всеобщего блага. Таким образом, их желание увидеть асари, как доминирующих лидеров рабовладельческой империи - и организовать метод обеспечения их планов - понятно. Это никоим образом не освобождает Тридцать от того, что они сделали, поскольку ни одно из того, что они планировали, как предполагалось, на самом деле не предназначалось ни для пользы большинства, ни для защиты галактики от Жнецов. Опять же, учитывая, что план Протеан также предназначался для асари как управленческой касты в возрождающейся Протеанской Империи, нельзя также обвинять Тридцать в том, что они отвернулись от этого плана. Но я отвлекаюсь от предмета изучения. О САМИХ ТРИДЦАТИ Я нашла вопрос, который мне чаще всего задавали асари Альянса, всегда один и тот же: почему Тридцать действовали именно так? Я могла бы дать много ответов на этот вопрос, но до сих пор я этого не делала. Я считаю, что лучше всего на этот вопрос ответит мудрость моей матери, из ее записей: “Будут те, кто подвергнет сомнению мотивы Тридцати, кто осудит их влияние, поставит под сомнение их руководство и проклянет их имена. Но, когда темные существа полезут из мест за пределами разумного, когда инопланетяне в ярости спустятся с небес, чтобы порабощать, убивать и насиловать, те, кто источает наибольшую горечь, будут первыми, кто приползет к ногам своих лучших. Кланы будет злить наложенные нами ограничения и наше руководство, даже когда они жадно ищут доступ к нашим деньгам и знаниям. Бесклановеые будут скучать по нашим ограничениям и указаниям, даже если они откажутся делать то, что должно быть сделано. Тридцать действуют так потому, что в отступлении от этого курса будет лишь страдание. Я не буду говорить о том, что не сожалею о том, что сделали Тридцать. Я также не буду утверждать, что были другие пути, которые могли быть предприняты. Но я скажу, что “что, если”, является не только самым опасным вопросом, но и попыткой убежать от реальности. Сожаления возможны только если вы переживёте сделанную вами ошибку.” Я не могу говорить о мотивах Тридцати, кроме тех заповедей, наложенных на них Атаме - команды, к которым они не прислушались, ложь, которую они держали в секрете. Скажу, однако, что в конце концов, они отстаивали свои обязанности. Противостояние Тридцати против тьмы, принесенной Жнецами, позволила остальной части расы бежать, и я не стану удешевлять их жертву, выступая против них. Прежде чем я расскажу какими были Тридцать при жизни, я расскажу о их смерти. Большая часть красоты Тессии ушла навсегда. Все тонкие башни, каждая из которых была кропотливо выстроена вручную и создавалась более тысячи лет, разрушены. Произведения искусства энтай, ленточные картины, нанизанные между огненными деревьями на протяжении шестисот миль, сожжены дотла. От Мозаики Танца, тщательного сочетания морских ракушек и красок, покрывающего одну из сторон обширного плато близ Пара и демонстрирующее эволюцию танцев Ритуалов Атаме, остались лишь обломки. Бесконечные сады и пути бодрствующего сна, горные магистрали, по которым азари ходили более двадцати тысяч лет, теперь разрушенные, сожженные руины. Высокие и гордые стены Тридцати Городов, каждый тщательно подобранный кирпич, сжатый сотнями лет биотики и закаленный десятилетием деф-огня, разбит. Красота Тессии была потеряна в тот день, когда пришли Жнецы, став длинной панихидой самой себе, но наибольшей потерей были сами Тридцать. Они могли эвакуироваться. Они могли бы послать Малые дома держать строй, позволить гражданским лицам блокировать пути к звездным портам и бежать.Они этого не сделали. Они приказали Малым домам охранять простолюдинов, и они взяли свои доспехи и деф-мечи. В последний раз военные жрицы раскрасили свои черты и тела в белые и красные цвета, боевые матриархи улыбались, одевая древние кожи и занимая свои места в рядах Охоты ради последнего сражения. В конце, были бесконечные ряды адских легионов Жнецов, затмившие сами небеса, ползущие по поверхности нашей луны, скрывая её, и Тридцать стояли, когда корабли собирали наших молодых, старых и беспомощных. Частные крейсеры Тридцати перехватили силы Жнецов, пытающихся нанести удар по кораблям с беженцами, несколько, пожертвовав собой пошли на таран, лишь бы убрать их с неба и очистить путь. Тридцать, настолько погрязшие в мелких спорах в прошлом, в конце концов стояли вместе, неподвижные в их рядах, каждые губы что-то шептали Атаме. Их броня сверкала тысячами оттенков синего и серебристого, белого и золотого. Их тела двигались в жуткий унисон, десять тысяч непокорных душ, столкнувшихся со смертью с таким же надменным презрением, с которым они встречали всё в своей жизни. Пальцы сжались вокруг созданных вручную винтовок, рукояток древних деф-мечей и современного оружия. Тысяча деформационных мечей зажглись как один, свечение боевых винтовок и поступь боевых костюмов Палладин эхом прокатились по равнинам могущественного Серрайса. Затем Королева Матриарх Тана Т'Армал, со слезами на лице, предложила нам с Арией уйти и помнить. Она улыбнулась, и в этой улыбке были горечь и угрызения совести. “Пусть они помнят глупцов, что были Тридцатью, проклятия покроют наши имена, но когда придет время, не позволяйте им забыть о том, что мы не усугубили нашу ошибку трусостью.” Ария Т'Лоак, самая жесткая и самая холодная из нашей расы, заплакала. Я думаю, что сегодня она будет это отрицать, но, учитывая то, что я сейчас о ней знаю - не удивительно, что она плакала. Тана на несколько долгих секунд соединилась с ней, затем склонила голову и надела шлем, кованная кристаллическая маска скрыла ее печаль. И я смотрела, как они маршируют навстречу самой смерти, как горит Тессия, лес огненных деревьев вокруг пылающего Серрайса в буквальном огне, как низкий гул Жнецов накрыл землю. Они не дрогнули под этим жутким звуком, и атакуя лишь запели песню громче, вспыхивая в канквессе и деф-огне, встретившись со Жнецами лицом к лицу. Я никогда не смогу забыть образы, которые я видела - танцующих военных жриц, одетых в ночной воздух и брызги ихора Жнецов, врезающихся в ряды оккупантов. Коммандо уклоняющихся от длинных потоков входящего огня, чтобы уничтожить Тварь одним ударом или открывающих снайперский огонь по мутировавшим турианам, используя на прицеливание лишь доли секунды. Ряды за рядами сестер младших Домов, улыбающихся, знающих что они не смогут удержать позицию - но продолжающих удерживать её, крича в неповиновении и ярости, когда их барьеры разрушились, а их деф-удары пролили кровь Жнеца. Я никогда не забуду наш побег. Могущества Высокого Соларха, когда она, крича от ярости, вытащила деф-огонь из тысячи матриархов в одну яркую линию силы и взрывом сбила Жнеца с небес, только чтобы в ужасе уставиться на то, как машина оправившись ответила вспышкой красного огня, уничтожившей их всех. Их сияющих рядов, размазанных в кровавую пасту при взрыве Жнецов, сбитых искусным огнем из орудий Адепт Сборщиков во взрывах синего сияния. Крошечных фигур асари, кишащих на поверхности Жнеца, когда он падал, умирая в победе. Я помню штурмовики, падающие с неба горящими листьями, стреляющими даже во время падения в окровавленные воды океана. Сияющую, обжигающую ярость Урессы Т'Шоры, сжигающей собственное тело держа щит против огневой мощи армии, голубой огонь пожирал ее живьем, как её Искусство разорвало её на куски, и её последнюю улыбку, когда она отправила всё это обратно, уничтожая ряды противника. И я помню финальную атаку Домов Тридцати, далеко за пределами любой способности к перегруппировке, пытаясь отбросить то, что они никогда не могли остановить абсолютной яростью. Они пробились к орудию ПВО Жнецов, пытающемуся остановить спасающиеся корабли, десятки из них вскочили и набросились на него, взрывая свои деф-мечи или переливая свою жизнь во взрывы деформационного огня, чтобы уничтожить тварей. Тридцать умерли в этот день, молодые и старые, сильные и слабые. Они умерли в потоках красного, ненавистного огня, от рук хасков и оскверненых тварей, от криков банши. Но они уничтожили сосредоточие силы Жнецов. Они уничтожили девять Великих Жнецов, более пятидесяти меньших Жнецов и миллиард их извращенных солдат, и позволили трем миллиардам асари спастись от конца Тессии. Больше всего я помню пение. Последнюю из Долгих Погребальных Песен, воспевающих славу Тридцати Домов, даже когда они пали в покрытых фиолетовым руинах и синем неповиновении. Огненные Деревья были охвачены пожаром, шпили сожжены и разрушены. Воспевание прошлых побед перед лицом такой ужасной смерти, что была похожа на кошмар наяву. Это закончилось сном, который я видела больше столетия. Осталось меньше двадцати их ранга, большинство из них - дети, и никто из нас никогда не пытался вернуть то, что представляли собой Тридцать. Чтобы понять их, вы никогда не должны забывать о той последней жертве. Они были, возможно, слепыми, скорее всего эгоистичными и слишком часто жестокими, но они желали добра, и в конце концов они искупили свои грехи так, как от них хотела бы Атаме. Если бы не Атака Тридцати, Жнецы не пощадили бы Тессию, а Флот Асари был бы прижат к планете и уничтожен. Всё было бы потеряно. Многие будут судить их сурово - и не без оснований. Но не позволяйте этому уничтожать их последнюю жертву. Рассказать о них... это будет в другой раз. Но я расскажу немного о их влиянии на асари. О ВОЗЗВАНИЯХ И ТРИДЦАТИ Общество Асари, о чем неоднократно жаловались мои aithntar и кузина Суласия, было сильно пронизано ритуалами. Большинство из них можно было найти в рядах Тридцати и Кланов, но даже у обычных бесклановых асари было бесчисленное количество небольших ритуалов и воззваний, которые они часто употребляли. Кланы и бесклановые, в частности, постоянно говорили о Тридцати только с Воззваниями Долга. Многие слышали такие слова о Тридцати, сформированные в виде короткой фразы. Святость идет по их следам. Грациозны их пути. Грехи отступают, там где ступала их нога. Такие вещи были еще одним примером того, как Тридцать безжалостно насаждали своё господство, но они также были одним из последних остатков Атамеистского ритуала. Как писала моя мать: “В свете Тридцати видно, что тем, кто не от крови Атаме, не хватает озаренного руководства, для управления своим течением через грубые моря долгих лет жизни. Подобно тому, как дева должна испытать множество вещей, чтобы найти берега своего я, а матрона должна принять то, что является спокойствием и порядком в ее жизни, воспитывая своих детей, бесклановые, словно колесо, бездумно катится зажатое между приливами жажды странствий и строгой организацией Кланов. Кто-то может утверждать, что усиление того факта, что Тридцать превосходят остальных носит деспотичный характер, но стоящая перед ними задача от этого крайне далека. Кланы и бесклановые свободны жить так, как они хотят. Не для них существует беспокойство об опасностях со стороны салариан, об агрессии туриан и об уловках для избежания всего этого. В их жизни не доминирует стресс полицейской деятельности по отношению друг к другу и танцующий баланс возвышения и влияния, определяющий Тридцать.” Многие воззвания, такие как “Пятьдесят Воззваний Приветствия”, были строгими ритуалами, призванными заставить амбициозных членов семьи подчиняться лидерам. Другие - ритуалы танца лезвия матриарха, ритуалы Огненного Пути - когда дева вступает в пору зрелости, - были искаженными ритуалами из языческих и пантеистических культов, сформировавшихся в поздней истории асари. Но Воззвание Ежегодного Танца Луны, ночное празднование лунного света один день в году, когда луна светит высоко на небе большую часть ночи, был любимым праздником моей матери. По этому поводу она написала нежные строки: “Эт и я были связаны крепче, чем вода и морское дно с тех времен, когда мы впервые встали на ноги, но на раннем этапе наших жизней был короткий период, когда я серьезно рассматривала идею, чтобы просто оставить мой Дом, мою Семью и бродить с ней по звездам. Отчасти этого было, конечно, из-за изоляции - моя старшая сестра была гордостью семьи, я же, болтающимся без дела бесталанным ребенком, который не мог правильно держать меч и был слишком заинтересован в древней истории. Этита была дующейся на всех бунтаркой, с грацией зверя некса (один из самых опасных океанских хищников Тессии - прим. переводчика), беснующегося в океанах, и тактом, даже в этом возрасте, крайне сквернословящего, сварливого и угрюмого крогана. Так что неудивительно, что мы обе чувствовали себя изолированными, и что когда стали старше, наш контакт стал меньше чем чистой дружбой и больше костылем в наших жизнях. Любила ли я её? Я любила ее сильнее, чем кого либо еще в этом возрасте, и, если бы я выросла из этого в мои более поздние годы, то это не было ее ошибкой, а скорее моей собственной, позволяя требованиям моей семьи изменить ту, кем я была. В те дни, задолго до того, как со мной снова произошло нечто подобное, я чувствовала себя более живой, чем даже столетия спустя. Ночь Ежегодного Летнего Танца, когда я достигла своего первого столетия, была самым захватывающим моментом в моей жизни. Эт и я, безрассудно взобрались на выступающую часть Горы Итанар в Небесных Столпах, преодолевая ледяные скалы и огненных змей лишь с помощью силы наших незрелых тел и столь же незрелой биотики. На высоте более тысячи футов, не единожды одна из нас срывалась, и лишь хватка вспотевшей рукой другой, спасала нас. Мы взобрались наверх, преодолев последний уступ, и смотрели на белоснежную славу Армали под нами, когда поднялась луна. Тридцать собрались ради этого, матриархи, старшие дочери, почетные сестры, паладины. Они были единственным хозяином, сверкающим в лунном свете - прекрасные военные жрицы одетые в ночной воздух, масла и краски покрывали их тела. Сверкающие матриархи в древних боевых доспехах, дымящихся кристаллах и серебре и тысяча развевающихся флагов и сигил. Знамена Домов трепетали на остро пахнущем, подернутом дымом ветру - шатха и копьё, волна и угорь, тонкий шелк, сияющий в слабом свете. А затем, когда луна достигла своего зенита, они начали петь Долгую Погребальную Песнь, воспоминание о падении Дома Т'Урна и Дома Т'Курт. Их голоса становились сильнее, в ярости и печали, в смехе и в слезах. Я наблюдала, как Народ танцевал и пел, так как биотические огни взлетали к небесам, когда Эт держала меня, и мы просто восхищались красотой и силой наших людей в лунном свете. И я поняла, что все наши глупые ритуалы, должны были напоминать нам об этих вещах, должны были привязать нас к красоте и величию, которое может принести каждый новый день.” У меня есть сомнения в том, что мудрость моей матери была абсолютно правильной в этом отношении, но, возможно, циничная природа Сары передалась мне. В то же время я помню пылающие огненные деревья и последнюю атаку Тридцати... ...и мне любопытно. О КЛЯТВАХ И ТРИДЦАТИ Одним из аспекттов культуры асари, исследуемой моей матерью - и после бесед с Нашаном, я понимаю, что это было пережитком Протеанской культуры - было понятие Трех Клятв. Есть Клятвы Подчинения, Клятвы Посвящения и Клятвы Уточнения. Каждая из них сыграла много ролей в обществе асари - и некоторые из них проникли даже в некоторые аспекты человеческой и турианской культуры. Мне всё ещё неизвестно, почему такие Клятвы первоначально возникли среди моей расы, но фрагменты сочинений из Эры Снов, которые у меня сохранились, предполагают, что они использовались для обеспечения мира между племенами в нашей более конфликтной, ранней истории. Клятвы воспринимались (и до сих пор воспринимаются) крайне серьезно - “Клятвопреступник” - это эпитет еще более мерзкий, чем “чистокровная”, знак, что асари больше не может даже называть себя асари - знак той, кого следует избегать в любой связи, кого преследуют Юстициарии и в конце концов убьют, подвесив за ноги и ослепив, чтобы она вечно блуждала за Гранью, слепая и потерянная. Как я писала ранее, каждый из типов Клятв сыграл особую роль в нашей культуре и обществе. Клятвы Посвящения чаще всего использовались Кланами, когда они приступили к работе над крупномасштабным проектом. Существовало три таких Клятвы. Первая Клятва Посвящения использовалась при создании единственного произведения - деф-меча, корабля или боевого костюма Паладин, что предназначалось как подарок или продукт для Тридцати. Это заставило производителей лишь доставлять готовые товары покупателю и сохранять в тайне секреты производства. Нарушители будут изгнаны из их клана и будут преследоваться Юстициариями. Вторая и третья Клятвы Посвящения были более зловещими, они использовались при возведении крупномасштабных сооружений (города, дорожные сети и т. п.), либо в гражданской архитектуре, наподобие масштабного художественного обновления Стены Армали. В основном, они клялись жизнями Кланов для завершения проекта, для заключения справедливой сделки с точки зрения стоимости и материалов и для приложения всех усилий к созданию. Вторая клятва была гораздо менее обязательной, скорее торжественный обет - третья же обещала жизнь Членов Клана и их партнёров по связи, как гарантию от провала. Самыми известными, конечно же, были Клятвы Подчинения, девять клятв, которые связывали асари в подчинении с кем-либо, и в меньшей или большей степени, вверяла их судьбу на волю другого существа. Самая падшая из Клятв, Девятая и Окончательная, во всей истории азари использовалась лишь несколько раз. У Девяти Клятв было кое-что общее. Они отдавали жизнь и волю создателя клятвы тому, кому он клялся. Не было никаких оправданий, и никакой возможности быть освобожденным - принесение таких клятв было совершенно добровольным, и нарушители должны были быть изгнаны. У каждой из Клятв были различные штрафы за их нарушение. Абсолютно жуткая Девятая Клятва была самой экстремальной - она ​​клялась в смерти другого лица, невзирая на последствия для самой асари или её семьи. Асари, клянувшаяся Девятой Клятвой собиралась кого-то убить, и если она не сможет этого сделать - то будет обязана убить себя. Как вы можете себе представить, подобную ​​клятву обычно давали некоторые Юстициарии, преследующие опасную ардат-якши, как метод обеспечения успеха. Восьмая Клятва была наиболее часто используемой, она запечатывая губы асари, предотвращая раскрытие информации об угрозе их процветанию и положению. Седьмая использовалась, для того, чтобы поклясться в сексуальной преданности - редко требуемая, кроме случаев, когда у партнёра по связи есть критическая информация, из-за которой она не может позволить себе слияние с кем либо другим. Остальные Клятвы имели более разнообразные предназначения - к примеру Третья чаще всего использовалась Юстициариями, она приостанавливала действие Кодекса, чтобы позволить следовать указаниям других лиц, а Пятая использовалось только членами Тридцати, в тех редких случаях, когда они были в долгу перед бесклановыми, обязуя относиться к ним так же, как к своим дочерям, пока этот долг не будет погашен. В конечном счете, Клятвы Подчинения получили плохую репутацию из-за Шестой Клятвы, которая была самой обязательной из Клятв - она, ​​проще говоря, делала поклявшуюся вечной рабыней той, кому клятва была адресована. Хоть это и не было обыденностью, были асари, принуждавшие других к этой Клятве и злоупотреблявшие ими, заставляя их вступать в нежелательные отношения и даже силой принуждать к связи. Последние из Клятв, Клятвы Уточнения, использовались реже всего. Используемые большей частью, асари взаимодействующими с другими расами, эти Клятвы для каждой расы были разработаны специально. Саларианская Клятва Разъяснения использовалась для принятия к присяге асари, предпочитающих жить в Сур’кеше и желающих улучшить понимание языка асари для саларианских летописцев, в то время как измененная форма Восьмой Клятвы Подчинения стала Клятвой Уточнения для асари, захотевших стать гражданами Альянса Систем. Клятвы Уточнения, если кратко, заявляли что асари оставляют свои места в Республике и без колебаний последуют диктату лидеров расы, а не пожеланиям Тридцати. Тридцать, вполне очевидно, обычно допускали к этим клятвам только бесклановых - я единственная известная асари из Тридцати, которая поклялась в этом Альянсу Систем. Нарушение Клятвы было описано в шести различных сутрах Кодекса Юстициариев, но в сущности сводилось к смертной казни, за исключением нескольких Клятв Подчинения. В частности, Восьмая и Вторая Клятвы могут быть нарушены с потерей престижа и собственности, если полученная информация была достаточно ужасной, чтобы угрожать асари как расе. Другие акты клятвопреступления приводят к ужасной мести, о чем я уже упоминала. Я всегда считала увлекательным, что даже в Альянсе или среди изгоев империи Арии, асари с клеймом Клятвопреступника будут презирать - или преследовать. Некоторые традиции очень глубоко укоренились в самой ткани нашего общества. Сами Клятвы, без сомнения, кажутся еще одним инструментом - и тем не менее, подобный инструмент для культуры асари был необходим. Без клятв, я боюсь, асари были бы слишком склонны слишком зависеть от компромисса, от консенсуса. Порой нужно стоять на своем, порой за содеянное небходимо, как говорят туриане, отвечать. Клятвы обеспечили нам это. О ВЕРНОСТИ И СВЯЗЯХ, КАК ВИДЯТ ИХ ТРИДЦАТЬ По целому ряду причин, люди имеют совершенно другой взгляд на “романтику” и место супругов, нежели мои люди. Мать нашла такие различия увлекательными и попыталась провести параллели между взаимодействиями людей и асари в долгосрочных отношениях. Говоря прямо, (это все же передалось мне от Шепард) мои люди нашли такие понятия, как “верность” ограничением, искусственно созданным, которого не было - для нас - до определенного момента. Я читала забавные рассказы некоторых оперативников Цербера, когда Институт Харпера рассекретил ряд внутренних документов. Большинство людей, которые не любят асари, видят нас, как я понимаю, как "шлюх” - то есть то, как асари подчеркивают и тривиализируют сексуальность делает нас... какими? Нечистыми? Грязными? Аморальными? Концепции никогда не были определены четко. Культурные взгляды асари на чистую сексуальность сложны. Справедливости ради, создав связь с человеком, я понимаю некоторые проблемы, испытываемые людьми. Как я однажды сказала Саре, не может быть самой тесной связи между двумя людьми. Так и есть, связано ли это с эволюцией или культурными штампами, это почти в центре внимания человечества, что влияет на ваше искусство, вашу религию, вашу музыку, вашу одежду и даже ваши языки. Несмотря на множество барьеров и табу, сформировавшихся вокруг этого - люди странно этого боятся. Асари воспринимают это как удовольствие, и асари всегда стремятся к удовольствию в своем разуме, поскольку оно облегчает контакт и соединение. Я сама никогда... не потворствовала таким вещам - немногие асари хотели бы развлекаться с чистокровной, а для тех, кто хотел - я была плохо подготовлена к этому - но я понимаю идею. Простое действие ничего не значит, будь то с другой асари или инопланетянином. Это не значит, что асари не испытывают влечения. Наши сексуальные побуждения во много раз сильнее, чем у человеческих подростков мужского пола. Есть асари, которые не прожили ни одного дня без такой активности буквально в течении сотен лет и не видящих в этом никаких проблем. В нашей культуре это не считается грехом - это просто удовольствие. И я не хочу унижать бесклановых, когда говорю это - но боюсь, что значительная часть человеческого восприятия асари строго связана с бесклановыми и отсутствием у них... приличия в отношении некоторых вещей. Тридцать, конечно, более осмотрительны, чем, скажем, средние бесклановые. Хотя и для Тридцати верность не была сильной стороной, определенно сильное внимание было сосредоточено на концепции r'sathis или “движения двух точек”. Проще говоря, ожидалось, что асари из Тридцати должна будет придерживаться определенных обычаев. Предполагалось, что младшие дочери будут развлекаться - и только развлекаться - с людьми, саларианами, турианами и (при наличии большой смелости) дреллами, чтобы найти таких инопланетных партнеров, с которыми они хотели бы иметь детей. К тому времени, когда дочь становится матроной, она должна обладать способностью создавать связь с одним из этих инопланетян и иметь хотя бы одного ребенка. До смерти партнёра по связи, ни одна асари из Тридцати не посмеет даже подумать о слиянии с другим существом, и все происходившее за пределами даже самых мелких соединений, рассматривалось неодобрительно. Как правило Тридцать имели детей от высокопоставленных разумных, и у таких существ были свои секреты. Потеря подобных связей рассматривалась как часть жизни для члена Тридцати - испытание такой ​​боли ожесточало вас, сделало вас способной сделать то... О чем вы позже пожалеете. То, что я сделала, когда моя Сара была мертва, было отвратительно, ужасно и противозаконно. Я наслаждалась страданиями моих целей, убивала невинных людей - детей, простых прохожих, членов семей моих целей. Я продавала людей в рабство, я продавала информацию, которая разрушала жизни и мечты. Боль, которую я перенесла, была настолько велика, что ничего больше не имело значения. И эта... тяжесть... является ключевой причиной, по которой Тридцать были гораздо более зациклены на верности (в стандартах асари), чем наши бесклановые. Бесклановые редко обладали биотической силой для самых глубоких уровней связи (если только их партнер не был очень сильным биотиком), и по многочисленным причинам такие связи были редки. Турианские биотики должны иметь отношения только с другими биотиками из их Кабала - освобождались лишь овдовевшие и члены Стражи Смерти. Аналогично, саларианские и дреллские биотики были скорее похожи на собственность, чем на разумных, а человеческие хоть и любили асари, но большинство из них просто не могло позволить себе встречаться с ними, когда они уже были под подозрением собственного правительства, просто потому, что они биотики. Таким образом, связи бесклановых часто были достаточно неглубокими, и хоть при их разрыве они наносили большой вред, но все же не имели тенденцию разрушать личность, как это было бы с одной из Тридцати. Дреллы и люди были самыми нетерпимыми к неверности любого рода - салариан это не заботит, а туриане обычно не обижались, пока другая сторона не была ещё одним турианином. Разумеется, с точки зрения асари неверность - это просто придание остроты чувствам, и опыт во время связи с партнером.Это не значит, что все асари не сохраняли верность. Моя названная сестра, Теланья, скорее вырвет собственные глаза, чем образует связь с кем угодно, кроме Гарруса. А Ария Т'Лоак из всех людей, являющаяся ходячим образом гедониста с тысячами сексуальных партнеров, на самом деле была очень травмирована и имела связь только с несколькими турианскими женщинами. Уресса Т'Шора, в ранние годы потеряв своего инопланетного партнера по связи, имела спокойные отношения с членом меньшего Дома, которые она добросовестно сохраняла более семисот лет, несмотря на то, что была настолько прекрасна, что буквально любое живое существо в галактике с удовольствием заполнило бы любые пустоты в ее душе. В конечном счете, конечно, сексуальность для асари имеет совершенно другой подтекст, нежели для любой другой формы жизни. Заявление Тиффани Минста из Института Харпера почти оскорбительно - она ​​действительно дочь своего отца - но основополагающая предпосылка о том, что Протеане преднамеренно сделали асари моногендерными в попытке сделать нас способными к самовоспроизводству, для стимулирования роста популяции, не так уж и далеки от истины. Конечно то, что атамеистские священники терпимы только к тем пантеистических богам и культам, которые используют то, что люди называют гедонизмом и оргиями... любопытно и зловеще. Я не хочу думать, что Тридцать удешевили представление бесклановых о сексуальности для того, чтобы те обратились к другим расам, для проникновения в них и доминирования над ними. Но у меня не так много веры, чтобы отрицать это, поскольку фрагмент из записей моей матери явно говорит об этом: “Есть те, кто, разумеется, не понимает предписания Атаме о том, что высшей целью жизни - является увеличение жизни, целью любви - является увеличение любви, целью удовольствия - является увеличение удовольствия. Разумеется, люди утверждали, что это “аморально”, и что их собственный Бог говорил о плодотворном воспроизводстве, но соблюдении первой брачной ночи. Стоит отметить, что их бог-аватар родился от девственницы - невозможное чудо, которое удалило “пятно” “греха” сексуальности со всей истории. Я не уверена, почему или как в человеческом разуме “грех” вовлечен в занятия любовью, или почему их Бог создал акт, который позволяет расе превратиться в болото вопросов о нравственности. Я знаю, что применение к ним наших стандартов - или к турианам, или к саларианам, или даже к кроганам - столь же бессмысленно, как и бессмысленно то, что они это делают к нам. Для женщин большинства других рас, секс требует подчинения - гормонам, проникновения, в большинстве случаев, какой-то форме «собственности». Вы услышите, как люди, дреллы и туриане говорят о их сексуальных партнерах как о “моей женщине”. Это мнение лишено деликатности точки зрения асари, потому что то, как мы рассматриваем секс - просто не одно и то же. Можно возразить старой поговоркой о том, что река течет только там, где позволяет земля - но довод о том, что каким-то образом мораль асари превосходит чужие и что их не могут применить к нам, в свою очередь, приводит меня к мысли, что это фундаментально нечестно. Что мы получаем благодаря нашим действиям? Что мы теряем?” Как и в большинстве вопросов, заданных моей матерью - ответы от меня ускользают.