Menace.

      Антон просыпается, когда чувствует нежное прикосновение губ на своей щеке. Он ещё какое-то время лишь счастливо морщится, но потом всё-таки приходится открыть глаза, потому что поцелуи становятся более настойчивыми.       — Арс, ты чего так рано встал?       — Не знаю, — мальчишка пожимает плечами и тут же плюхается обратно на подушку. — Сделаешь мне кофе?       — Ты поэтому меня разбудил? — Шастун недовольно хмурит брови, но, видя как его мальчик как-то неопределённо машет головой, судя по всему ещё не решив, стоит ли признаться, расплывается в улыбке. — Тогда волшебное слово, Арсюш.       — Пожалуйста? — Как-то нерешительно спрашивает подросток.       — Спасибо! — Антон довольно хмыкает и переворачивается на другой бок. — Арс, ну сделай сам себе, я спать хочу. Ты же знаешь, что до ночи пришлось помогать искать документы и…       — Никто не делает кофе лучше тебя! — Попов надувает нижнюю губу, уже представляя, что может остаться без ароматного напитка, но в следующую же секунду ныряет под одеяло.       — Эй, Арс, ты что там де…       Договорить Антон не успевает, потому что чувствует, как ловкие пальцы приподнимают резинку боксеров, а затем резко тянут её вниз. Шастун лишь рвано выдыхает и тут же откидывает одеяло, чтобы вновь видеть эту ухмылку, глаза, на которых скопилась влага, взъерошенные волосы и губы, плавно скользящие по возбуждённому с самого утра органу. Стоит Арсению лишь обхватить головку, как Шастун тут же начинает тихо стонать и еле сдерживает себя, чтобы не схватить подростка за волосы и не насадить по самое основание. Но у него хватает сил вытерпеть и дождаться, когда Попов сделает это сам. Юноша постепенно ускоряет темп, а Антону кажется, что он готов кончить от одного лишь вида, открывающегося перед ним. Что он в скором времени и делает, изливаясь прямо в рот парня.       Сглотнув, Арсений отстраняется и облизывает губы:       — Káva, prosím.*       Антон любит просыпаться с Арсением и проводить утро вместе. Это одна из причин, почему он давно забыл о чувстве собственного достоинства.

***

«Такой милый» «Тебе так идут эти очки» «Кто-нибудь, запретите уже Арсения»       Антон усмехается и перелистывает на следующую публикацию. Читать комментарии в Инстаграме Арсения — одно из его хобби. Не то чтобы ему приятно читать, как кто-то чуть ли не молится на его парня, ему приятно, что этот юноша, чьи фотографии собирают множество восторженных отзывов — и есть его парень.       Шастун сам не понимал, как это назвать: самоутверждение, гордость или просто хвастовство перед самим собой. Он всегда осознавал, что Арсений — его главное достижение в жизни, пусть и принадлежащее далеко не только ему. Когда в школе ты — изгой, единственный из параллели не имеющий пары, а в университете тебе всегда достаются лишь «страшненькие подруги», то в возрасте двадцати шести лет заполучить восемнадцатилетнего подтянутого красавца-обольстителя, которого хочет каждый, кто его видит — явный успех.       И это ещё одна причина, почему Антон терпит.

***

      — Арс, ты идёшь? — Серёжа щёлкает пальцами перед на несколько секунд зависшим у витрины Поповым. — Давай быстрее, опаздываем же!       — Подождут! — юноша хмыкает, но всё-таки идёт за другом, перед этим с грустью посмотрев на так и манящую баночку Колы с ванилью. — Ты хоть знаешь, кто там будет?       — Да какие-то важные шишки… Я сам идти не особо хочу, но это мероприятие организовывает какой-то хер, работающий вместе с моим отцом, поэтому я должен присутствовать, — Матвиенко вздыхает, перепрыгивая через бордюр.       — А я-то тут причём?       — Во-первых, чтобы мне не было скучно, а, во-вторых, не ври, что ты не любишь общаться с «по-старше», — Серёжа закусывает губу и играет бровями.       А Арсению нечего ответить, потому что правда.

***

      В слишком уж вычурно обставленном холле такого же до безвкусия роскошного дома на удивление царила довольно приятная атмосфера. Лёгкая классическая музыка, негромкие разговоры… Ну или Арсению из-за выпитого алкоголя просто казалось, что тут приятно.       Юноша как раз потянулся к очередному бокалу красного полусладкого, когда почувствовал на плече чью-то руку.       — Chutné? **       Игра началась. Очередная партия, из которой Попов, как и всегда, выйдет победителем. Он кивает, оборачиваясь и рассматривая нового знакомого. В меру накаченный, в волосах ещё даже не проглядывает седина, но морщинки выдают, что возраст уже перевалил за тридцать.       — Chceš to? ***       Мужчина благодарно подмигивает и, приняв бокал из рук парня, делает глоток.       — Sladké, — Арсений облизывается, а мужчина добавляет, — ty****.       Попов, не выдерживая, ухмыляется и, забрав бокал обратно, делает глоток, а в следующую же секунду чувствует, как чужой язык скользит по шее, оставляя мокрую дорожку. Арсений склоняет голову набок, позволяя мужчине делать то, что он начал, а сам спокойно допивает вино.       — Sladké, — юноша кивает, соглашаясь.       Соглашаясь на всё, как и всегда. Возможно, хорошо, что Антон постоянно заставляет его учить язык. И хорошо не только потому, что скоро уже поступать.

***

Антон Не отвлекаю?       Арсений поворачивается и смотрит на сопящего под боком мужчину, имя которого он так и не узнал.

Попов Нет, что-то важное?

Антон Просто хотел узнать, как ты       Юноша усмехается, стирая с губ спящего застывшую на них сперму.

Попов Всё хорошо, спасибо, что спросил)))

Антон А прошло как? Не сильно скучно?

Попов Нет, нормально. Вино тут, конечно, отвратительное, но зато общество интересное

      Арсений облизывает губы, вспоминая всё-таки неприятный слишком уж сладкий привкус напитка. Мартини, которое покупает Антон, обычно намного лучше. Антон Ты сейчас где? Попов оглядывается, пытаясь вспомнить название отеля, в котором они остановились. Вид, конечно, красивый, и внутри довольно-таки неплохо, но он точно знает, что тут обычно дают отвратительные завтраки.

Попов Остановились с Серёжей у одного знакомого, до кампуса далеко ехать просто

      Шастун вздыхает, откладывая телефон, и замирает, уставившись в потрескавшийся в некоторых местах потолок. Он сам не понимает, на что надеялся. Чтобы Попов после очередного сборища и ушёл один? Да никогда не было такого. Антон Шастун Серёж, не спишь?

Матвиенко Уже нет

Антон Шастун Прости. Просто надо уточнить, ты в кампусе?

Матвиенко Конечно, родители звонили?

Антон Шастун Нет, просто проверяю. Администрация требует. Больше не отвлекаю, спи       И Антон не понимает, почему ему не больно. Привыкнуть к изменам? Знали бы об этом его друзья, точно бы тряпкой назвали.       Шастун уже ненавидит Мальборо. Ненавидит Мартини. У него это всё в печёнках сидит. Сидит и никуда уходить не собирается.       Потому что Арсений — человек-угроза, человек-паразит. И если он уже поселился в тебе, то никуда не исчезнет. Никогда. Антон Опоздаешь завтра?

Попов Да, скорее всего Просто ехать далеко Извини

***

      Арсения разбудят поцелуи, невкусный завтрак в отеле, предложение подвезти и, возможно, хоть и маловероятно, обмен номерами.       Антона разбудит тишина, ароматный кофе и мысли о том, что сегодня он скорее всего увидит на теле парня новые засосы, поставленные неизвестно кем.       Но день у обоих пройдёт отлично, потому что вечером они вместе устроятся на небольшом диване в квартире Антона, включат какую-нибудь старую американскую комедию и захватят тарелку попкорна. Шастун будет перебирать волосы Арсения, пока тот будет лежать у него на коленях, а потом оставит на щеках невесомые поцелуи, отчего юноша забавно поморщится и притянет мужчину к себе, обвив руками его плечи. А ночью Попов заберётся на Антона и, проснувшись, тот обнаружит на себе тёплый посапывающий комок, обвивающий руками его туловище. Это не сможет не вызвать улыбки, поэтому Арсения опять разбудят поцелуи. А Антон увидит новые засосы.