Как не писать идиотский сюжет и иные советы

      Давайте обсудим эту тему. У меня уже была статья про анальный секс как таковой — я сделал акцент о том, как им занимаются два парня [1]. Сейчас я хотел бы поговорить именно о распределении ролей. Я должен заявить в начале о своих пристрастиях. Я ненавижу классический слэш или классический яой, потому что там повторяется постоянно везде одна и та же фабула про девочку с крохотным членом и про брутального актива, зачастую ведущего себя совершенно отвратительно. Потому я призываю отказаться от подобного клише и больше подумать на тему того, как вели бы себя именно канонические персонажи.       Сначала надо сказать, что пассивное мужеложство — я буду употреблять именно данный термин, потому что он описывает непосредственно сам процесс — представляет собой занятие специфическое. Оно может категорически не зайти. Ощущением оно напоминает ситуацию, когда ты сидишь на толчке и пытаешься просраться, но не можешь — особенно из-за того, что содержимое кишечника начинает ритмично ползти обратно. Обсудим, почему персонаж вообще выбирает пассивную роль в мужеложстве: — Так полагает культура — например, он младше по возрасту, принадлежит к более низшей социальной иерархии и т.д. — Персонаж испытывает именно что сексуальное желание, чтобы его прочистили. В том числе, возможно, ему надобно именно, чтобы его прочистили без непосредственного оргазма или даже особенных сексуальных удовольствий. — Персонажа склонили — физического принуждения, изнасилования и тому подобного я не беру. Просто актив был настойчив именно по этой части. — Так было решено без какой-то особой причины — просто кто-то должен быть снизу.       Теперь поговорим о том, какие проблемы могут быть у пассива: — Техническая проблема требует от него терпения и устойчивости характера. — Пассивная позиция может переживаться как унизительная, в том числе персонаж может корить сам себя, актив может издеваться над ним и унижать его. — Окружающие, узнав именно о пассивной роли, могут негативно относиться к этому персонажу именно в духе «у тебя в попе дырка». — Могут быть проблемы со здоровьем — на пассивного мужеложца ложится больший риск, чем на активного мужчину. Речь идёт как о заражении венерическими заболеваниями, так и о травмировании заднего прохода, что особенно неприятно. — Именно пассивному персонажу придётся делать вещи не очень-то приятные. Например, ставить клизму или по крайней мере сходить в туалет по большому перед половым актом.       Какой персонаж, скорее всего, займёт пассивную роль? — Младший по возрасту / более низкий по социальному статусу — это в целом типичное наследие иерархического гомосексуализма. — Персонаж, более склонный к гомосексуальному поведению. — Персонаж с более женственной или сексуальной внешностью. — Персонаж, у которого уже имелся опыт сексуальных отношений. — Персонаж, у которого меньше волос на заднице / который их бреет. Да, это весьма важная деталь, потому что многим активным партнёрам чрезвычайно неприятно видеть именно волосатую задницу. — Менее брезгливые, более смелые и терпеливые персонажи. — Персонаж, более склонный к эпатажному поведению / более плюющий на то, что о нём думают окружающие. — Персонаж с более мирным, тихим, податливым характером, которого к этому проще принудить словами.       Какой персонаж скорее всего займёт активную роль? — Старший по возрасту / по социальной иерархии — уточню, что это более актуально для архаичных сообществ. — Персонаж, более склонный к гетеросексуальному поведению. — Персонаж, у которого не было опыта анального секса в пассивной роли. — Менее симпатичный и привлекательный персонаж. — Брезгливые персонажи — такие вероятно, озаботятся презервативом именно для того, чтобы не соприкасаться с говном / потребуют пассивного партнёра обязательно сделать клизму, чтобы из жопы можно было есть — настолько чистой ону должна для них быть. — Более личностно сильный, который будет располагать другого к тому, чтобы тот под него подставился (естественно, речь не идёт про какое-то насилие, даже про вербальное — речь идёт про убедительное настаивание).              Теперь я поговорю о конкретных персонажах. В своё время меня дико бесило, что яойщицы вытворяют с Эдвардом Эрликом из «Стального алхимика» — он у них из парня, который пережил потерю двух конечностей, весьма стойко выдержал имплантацию порта для протезов, ведёт себя как жалкая и побитая истеричка. Давайте подумаем. Вот этот персонаж решает заняться однополым сексом в пассивной позиции. Какие тут у него могут быть проблемы? Да, обусловимся, что ему уже есть восемнадцать.       В первую очередь — это отсутствие опыта. Оговоримся, что у него нет здесь богатого опыта подобных предпочтений и вот именно в этой конкретной ситуации Эд оказался, что он вступает в гомосексуальную связь в пассивной роли. Я думаю, что Эд занят каким-нибудь делом, рядом находится только особь мужского пола, согласная на интимную связь. Эду нужно снять напряжение. Тут Эд, в зависимости от того, насколько он шарит в сексуальной культуре (по характеру он больше учёный) должен будет сам догадаться, что нужно сделать. Видимо, он будет всё-таки страшно краснеть, но, думаю, издавая кряхтящие звуки, он по крайней мере всё это вытерпит с достоинством. Не думаю, что это будет похоже на тот отвратительный стереотипный слэш, которым я осквернял свои глаза в детстве. Скорее это будет что-то вроде этого [2].       Теперь смотрим такой популярный пейринг как Эд/Энви. Несмотря на то, что мне самому нравится этот пейринг визуально, к канону он имеет такое отношение, что можно сказать, он не имеет его к нему вообще. Но давайте допустим, что Энви у нас не является гнусным отморозком, а представляет собой, при сохранении прочих личностных черт, порядочного человека (в смысле гомункула), с которым Эд может совершить мужеложство по любому произвольному поводу. Так вот: кто тут будет пассивным партнёром, а кто активным участником? Я думаю, Энви будет пассивом, а Эд — активом. Энви выглядит более гомосексуальной личностью (будучи метаморфом, он предпочитает выглядеть как подросток неопределённого пола, в весьма специфическом наряде), ему в значительной степени менее интересно, что о нём думают окружающие люди — его менее волнуют привычные социальные нормы — он явно не будет переживать из-за того, что он находится в пассивной позиции — ему проще будет выдержать эту самую позицию. Кроме того, этот метаморф умеет превращаться в девушек, так что Эд может тут повеселиться. На мой взгляд, лучше всего подобная концепция изображена в этом комиксе [3]. Вот здесь, пусть куда в более порнографически условным ключе, выражена активная роль Эдварда [4] (если учесть, что Энви всё время бегает в этих получулках, не думаю, что Эду было бы приятно, если бы Энви касался ими его члена).       Рассмотрим теперь пару Наруто и Саске. Их пейринг сделался притчей во языцех. Давайте подумаем, кто из них двоих может занимать пассивную роль, а кто активную. При этом речь не идёт про изнасилование или какое-то болезненное совращение — парни, либо поддавшись химии, которая между ними протягивается через весь сюжет, либо по ещё какой причине, добровольно переспят друг с другом. Да: также допустим, что им уже есть восемнадцать. Саске выглядит больше пассивом, он явно более сдержан и терпелив, чтобы выдержать проникновение и всё последующее действие. Ему точно будет не до того, что про него плохо подумают за то, что в него вольют сперму. Да и в целом именно Саске больше похож на педика — там вообще весь клан Учиха идеально ложится в классификацию доктора Климова.       Теперь поговорим про Лелуша. Я думаю, никто не будет спорить, что в отношениях с Сузаку именно Лелуш является пассивным участником — всё, поехали дальше.       Гало Тимос и Лио Фотия из «Промара». Тут уже сложнее сказать, кто тут будет сверху, а кто снизу. С одной стороны типичным женоподобным по виду участником является именно Лио. Но именно Гало демонстрировал гомосексуальное поведение. У Лио такого не было. Да и несмотря на женоподобную внешность, ничего женственного в нём более нет. Помню, я даже видел додзю, где они решают, кто из них будет сверху, а кто снизу при помощи камень-ножницы-бумага, а дальше — по очереди [5]. Но обычно больше Лио изображают в пассивной роли. Возможно, это связано с тем, что Гало более подвержен эмоциям, более настойчив и именно он спас Лио своим волшебным поцелуем. Возможно, Лио подставляется ему из благодарности и из подчинения его сильным эмоциям. Но вообще мне очень нравится, что их демонстрируют в разных позициях.       Ладно, вернусь к архетипам. Женственный пассив вполне себе может быть тем, кого захочет трахнуть другой персонаж, чья внешность будет различаться. Я рекомендую показать что-то стоящее. Например, вот тут Соул и Мака очень эффективно связали женственного Хрону и отработали его во время своего тройничка [6]. Конечно, существует идея смены ролей — скажем, главный поворот манги «Сладкая западня» заключается в том, что именно внешний пассив оказывается резким активом. Это попирает все каноны жанра, когда сперва нам показывают лже-актива как высокого, мужественного и склонного к гетеросексуальному поведению кадра — а потом он оказывается пронзён, когда женственный красавчик вдруг в постели говорит, что он всегда исключительно сверху [7]. Мне это настолько понравилось, что я скопировал эту сцену на отношения Виктора и Альфы (хотя Виктор до того уже не раз бывал снизу, но, как правило, женственный Альфа бывает принимающим).       Другой момент заключается в физических габаритах персонажа, у которого больше член и который вообще воспринимается атлетически крепким и классически предстаёт именно в образе активного участника. Между тем я должен заметить, что именно физическая разница между персонажами в комплекции может служить тем фактом, что более крупному следует занять пассивную роль. Ему будет проще в пассиве держать натиск, принимать меньший член. Например, можно вспомнить тех же Гало и Лио в этом плане — у них очень выразительная разница в комплекции. Сюда же Булат из УА! — я не припомню фанфиков, чтобы его изображали пассивным партнёром (зато в артах такое чаще встречается), между тем я в своём фанфике в первую очередь сделал акцент на том, что Булат предпочитает именно пассивную роль, а не активную. В активной позиции ему было бы сложнее найти кого-то, кто согласился бы совокупиться с таким здоровяком и принять в себя его здоровенный член. Особенно это выглядит на фоне Тацуми, который гораздо скромнее Булата [8].       Ладно, поделюсь теперь своим опытом.       Я уже замечал, что Симон и Камина во взрослом состоянии изображаются именно в таких позициях: Симон — актив, а Камина — пассив. Я думал, чем это вызвано. Честно говоря, у меня зачастую подобное их изображение вызывает отвращение именно из-за того, что Камины там нет — какая-то типичная яойная плаксивая барышня. Нет, блядь! Камина не такой! Но в этом, подумал я, что-то есть — потому представил у себя в фике их отношения: Симон желает доминировать над Каминой, потому трахает его, чтобы доказать бывшему старшему брату свою доминантность, и Камина вынужден его принимать.       Каору и Синдзи постоянно представляются так, что первый из них является активом. Мне это, если честно, очень не нравится. Я прекрасно понимаю, почему так происходит: Каору гораздо больше похож на стереотипного яойного актива и я сам, когда описал первый их секс у себя в фике, также представил Каору в качестве актива — но в дальнейших отношения я показывал их в том ключе, что Каору и Синдзи регулярно меняются и заранее нельзя сказать, кто из них будет вверху, а кто внизу. Как оказывается, Каору в принципе предпочитает пассивную позицию и активную роль занимает только с теми, кто ещё больше похож на педика.       Сам Синдзи изображён мной как тот, кто предпочитает пассивную роль. В том числе потому, что ему приходится для потешения своего эго, соблазнять сторонних мужчин, которые первоначально не склонны к гомосексуальному поведению. Исключение тут — Кенске, который оказался склонен к пассивной роли даже больше самого Синдзи. Сам Синдзи, по мере развития отношений, опять же, с целью удовлетворения своего болезненного желания самоутвердиться, стремится занимать активную роль, по крайней мере в том случае, если это принципиально возможно. Если он действует по отношению к мужчине как соблазнитель, это он должен быть женщиной — следовательно, он будет наверняка внизу.       Наверное, в качестве более конкретного примера, я покажу, как изобразил секс Синдзи и Виктора [9]. По понятным причинам, Виктор, особенно на тот момент сюжета, занимает строго активную роль и придерживается в первую очередь гетеросексуальной модели поведения. Виктор старше Синдзи — ему тридцать, тому — восемнадцать. Виктор старается играть роль наставника и старшего брата, одновременно испытывая к Синдзи смешанные чувства. Я постарался раскрыть активный образ Виктора и пассивный образ Синдзи.

***

Уютная комната включала в себя большое количество деревянной мебели, покрытой приятным, коричневым лаком. Успокаивающие бежевые обои, на стене — смеяться будете! — висит привычный советский ковёр. Горит настольная лампа, антураж очень красивый и эстетичный. На Синдзи — тёмно-синяя майка, которая обтягивает ему поджарый торс, обнажает плечи и подмышки. Это скорее «сухопутный купальник» какой-то. Красные спортивки на ногах. Виктора больше всего сейчас заинтересовал загар кожи. — «Ты очень удачно съездил в Африку, Младший». Он обратил внимание, что у Аски более светлый тон кожи, нежели у Синдзи. Ему как раз такое идёт. У Синдзи и без того есть оливковый оттенок кожи, похожий на кожу южных европейцев, таких как греки и южные итальянцы. Виктору это нравится, а сейчас загар лишь подчеркнул эту особенность Младшего. Японец даже стал сейчас напоминать по тону окружающую их удобную и красивую мебель, покрытую лаком. Сам же Синдзи хорошо осмыслил происходящее и продемонстрировал приподнятое настроение. Ему нравилось как и то, что Виктор его хвалит, так и то, что он находится во внимании такого солидного мужчины! — Виктор, я надеюсь подарить тебе чудесную ночь! — Синдзи окрылил Эрос. — Я хочу, чтобы ты видел во мне девушку. Виктора такие слова скорее смутили. Самого Синдзи тоже; под его глазами, как обычно, бывает в такие глубоко интимные моменты, щедро и ярко разлился румянец. — Младший, давай не будем излучать в голубом спектре? Виктор подумал, что уж лучше им сейчас отказаться от секса. — «Нет, Младший искренне хочет. Нельзя мне его оставлять без награды». Синдзи действительно хотел искренне — в доказательства чему вынул свой член из красных спортивных штанов, показал его, наливающегося кровью. Виктор спустил свои армейские брюки, остался в одной белой футболке, сел на диван. Они дрочили напротив друг друга и у обоих кровью всё наполнилось очень хорошо. — Ну, Младший, ты намерен выбить из меня залп? — Виктор испытал сильное возбуждение — гениталии остро отозвались на всё происходящее. — Сейчас! Виктор широко раздвинул колени. Синдзи положил руки вокруг корня того гигантского фаллоса, стимулировал его там, а губами обволакивал горячую и распухшую головку, быстро покинувшую крайнюю плоть. Виктор весь разогрелся между ног и тщательно наблюдал за тем, как происходит процесс и искренне желая его завершения. Попаданец совершенно не питал никаких нежных романтических чувств — он просто хотел кончить в эти сексуальные уста, когда те заняты такой работой! Предсемя пошло из уретры, когда его набежало много, трансгендер радостно и развратно показал Виктору свой язык, на котором отчётливо виднелись капли этой жидкости. Русский, естественно, вообразил то, как всё там во рту загорелого япошки заполняется жарким семенем! Этот образ чрезвычайного возбудил сам организм, бросил все силы на то, чтобы произвести этот толчок, который выбросит из налитых энергии яиц, горячую белую липкую сперму. Синдзи всё это время грел пальчиками корень члена Виктора. Пилот Евы-01 убрал их только сейчас, когда владелец гаубицы схватил Младшего за каштановую головку, чтобы надавить. Юноша с лицом девушки зажмурился, напряжённо заработал за щеками, как самый настоящий тюремный вафлёр. Бум! Виктор аж даже не подозревал, что всё пойдёт столь легко! Сперма полетела как из шланга, забивая глотку Синдзи до тошноты. Он всё держался в прежнем напряжении, принимая себе за щёки очень обильную порцию. — «Два дня не занимался сексом — проходил тесты в Северном Доке. Чего удивляться? Особенно после всего, что я теперь могу в этом мире». Спермы было много и она очень эффективно вылетела. Северов решил полностью залить этим эликсиром мордашку Икари. В такой момент, когда у них происходило такое телесное соединение, Синдзи почувствовал сам это желание, потому выпустил головку изо рта и отвёл своё личико назад. Сперма хлестала теперь ему в глаза, залила Синдзи белыми струйками лоб, нос, щёки, оттуда всё это сползло на подбородок. Что-то капнуло на обтягивающую майку. Синдзи приоткрыл одно веко. Всё это окончилось. Виктор разрядился и оказался чрезвычайно доволен происходящим, одновременно вместе с тем пропало всякое желание по отношению к Синдзи. Но точно ненадолго: Виктор прекрасно понимал, что одним оргазмом он не отделается и через час-два он будет хотеть ещё раз. — Младший, иди умойся… Виктор какое-то время без штанов сидел в кресле, слюна Синдзи высохла с члена. Ему удалось даже немного закимарить. Синдзи, почувствовав, что Виктор спит, не пожелал его сейчас будить, и вёл себя тихо. Вставил в уши наушники и изучал окрестности из окна. Виктор потянулся и зевнул. Синдзи не распускал волосы, продолжая держать те в состоянии хвостика с помощью резинки. Так он выглядел более мальчиковато. — «Интересно, почему Синдзи похож на Надю? Быть может — она внебрачная дочь Юй?» Виктор встал и сходил в туалет. Синдзи, лежащий на кровати под одеялом, раскрыл глаза и вытащил наушники. — Эй, Виктор, ты больше не хочешь? Когда Виктор вернулся, то увидел — Синдзи повернулся к нему задницей. Он не только полностью разделся, но и поменял труселя — сейчас вместо них Младший взял какой-то аксессуар из секс-шопа: резинка через талию, ещё резника под ягодицами, член и яйца впереди закрыты. Всё это синего цвета с белыми полосками — прямо под голубой цвет глаз любовника. Синдзи повернул шею, блеснул как раз сейчас своей молодецкой улыбкой. Самое интересное — Виктор на это обратил внимание — ягодицы такие же загорелые, как всё остальное. То ли Синдзи загорел голым, то ли носил нижнее бельё из специальной ткани. — Ты хочешь, чтобы я тебя туда сейчас трахнул? — Виктор мог бы, но решил подождать до вечернего душа. — Не обязательно. Если хочешь, я буду просто носить такое перед тобой. Синдзи хотел похвастаться равномерным загаром на своих идеально выбритых полушариях. Когда пришла пора душа, Виктор уже очень хорошо разогрелся. Синдзи баловался всякими анальными игрушками, каковые предназначены для того, чтобы их вставлять в задний проход. Пассив сам себя хорошо растянул и вдавил в себя много смазки. Не стал распускать волосы, когда, полностью обнажённый, прижился лопатками к плиточной стенке купальни. Виктор кратко рассмотрел его член, пока ещё не воздетый, но уже пускающий капельку предсемени с уретры. В паху у Синдзи было очень мало волос. — Давай, Виктор, — загорелый повернулся теперь лицом к плиточной стенке и руками раздвинул свои булки; во всей красе явил очень глубокий, хорошо раскрытый и явно рыхлый по краям анус, который всем своим наглядным видом свидетельствовал о том, что данный молодой человек чертовски глубоко погружён в увлечение содомией. Синдзи, опять же, полуобернулся, игриво приподнял свои брови, развратно ухмыльнулся. Как же он строит глазки! Божечки! — Ну ладно — сейчас тебе будет! — Виктор чувствовал, что он вскипел как паровой котёл. — А [ограничительное] колечко?! Виктор всё же теперь думал о состоянии Синдзи и полагал, что не следует забывать про соотношение размеров. — Ничего, Виктор, я хорошо подготовился, но если ты хочешь — можешь просто сесть на что-нибудь. Я сяду на тебя и буду сам регулировать глубину проникновения. — А, ну хорошо, коли так. Виктор приземлился своими ягодицами на что можно было, а Синдзи, спинкой, самостоятельно взобрался ему на колени и насадил себя. Виктор положил сейчас свои крупные мужицкие ладони на эти луны, его наездник сам пустился в скачку, член исчезал настолько, насколько то было возможно. Анальный хват сильно сжимал ствол, уходящий основательно очень глубоко. Синдзи обернулся, показал румянец под своими глазами и радостно, даже торжественно улыбнулся. — Не хочешь поработать сам, Виктор? Я же привык — у меня там всё хорошо, а я чувствую, твои размеры заставят меня кончить даже без рук. Виктор сейчас любовался главным образом худой, но мускулистой спинкой, и действительно захотел больше такой улыбки и голубых глаз. Синдзи в прошлой позиции без устали дрочил себе во время движений и оставался уверен — сейчас ему хватит силы извергнуться без рук, потому что ближе к финалу всё нутро уже готово к этому, готово оплескать окружающее пространство струёй спермы. Синдзи сильно возбуждён. Что же до Виктора, то он мог бы с удовольствием разрядить боезапас в эти загорелые ягодицы, которые к тому же чрезвычайно соблазнительно поблëскивали благодаря приятному освещению и его сочетанию с одноцветной плиткой. Виктор больше захотел в себе чувств, больше глаз партнёра. — Хорошо. Виктор встал, ещё раз всё себе смазал и легко, как пушинку, поднял Синдзи на руки. Держал на весу и сам теперь вот всю орудовал всем тем, что начиналось ниже пояса. Синдзи очень высоко задрал ноги, растопырил пальцы. Голова перед Виктором. Последний прижал его спиной к плитке, сам взялся рукам за его виски, потому как именно выражение глаз сейчас наиболее сильно его завело. Синдзи закрыл один, широко блеснул улыбкой, потому как понимал — его массивный любовник желает в первую очередь именно этого. Виктор сперва почувствовал, как ему в живот попала капля спермы, а потом, опустив взгляд, увидел, как уретра Синдзи брызгает спермой. Как налиты его яйца и как они выбрасывают мужской сок! Виктор, видя, как он кончает, сам сбросил — у него оно повалило столь же мощно, казалось, он заполнит этот сосуд до краёв и, из растянутой кожи младшего, вокруг самого ануса, вот-вот полетят под давлением белые капли. — Извержение в Хаконе из-за операции по поднятию Ангела! — пока Виктор так шутил, ему самому в лицо брызгали сперматозоиды. У Виктора всё пошло, он остановился, и из-за этого, когда Синдзи больше не сотрясался толчками, его член занял одно положение. Оно оказалось удачным — где-то треть всей спермы Синдзи попало прямо Виктору на лицо! Оплескала ему губы и щёки, прямо как он сам сделал так накануне. — Блядь, Младший! Ты — ворошиловский стрелок! Они громко засмеялись! Виктор вынул член и положил теперь Синдзи. Тот аж лёг, да, и хорошо видно, как широко раскрыт анус, он не закрывается и из него вытекает сперма! — Бля, Младший, верно тебе Тодзи говорил, — о том, что Тодзи ему говорил, Виктор знал благодаря одному из своих снов — в котором он был Синдзи, в которого входили, — завязывай с этим! У тебя совсем мышцы сдохнут, будешь в подгузниках ходить, как маленький! — Пусть так! Как-нибудь переживу. Это моя природа, Виктор, и я не желаю ей противиться! Щуря свои азиатские, голубые глазки, Синдзи сейчас закинул руки за голову. Любовник наглядно давал рассмотреть сперму на своём подзагорелом мускулистом торсе, даже что-то на лицо попало — там Синдзи ещё раскрыл рот и водил язычком по краям губ, пробовал вкус собственной кончи и был ужасно рад весь, что она у него так высоко выстрелила. Член, только что после залпа, во всю торчал, а под натянутыми яйцами во всю зияла эта гигантская дыра, из которой, как молоко, вытекал биологический материал, кажется, очень жидкий. К счастью, у Синдзи там всё быстро закрылось, он поднялся на ноги, потёр шею. Виктор вышел, чтобы он всё с себя смыл. Сходил на кухню, где умылся больше тщательно и почистил зубы. — «Синдзи умеет очаровать, как Каору. Твою мать! Они друг друга стоят. Но по крайней мере Младший точно не сможет схватить меня за сердце!»