Как не писать идиотский сюжет и иные советы

      Война против империи зла — это классический эпический нарратив. Такие истории по понятным причинам популярны или по крайней мере могут найти сочувствие среди жителей тех стран, которые враждуют с превосходящими империями. Скажем, аниме «Грендайзер» сыскало популярность в Арабских странах. В Южной Корее сняли своего «Тхэквона V» — их версию «Мазингера», где в качестве антагониста фигурирует «Красная Империя». Давайте поговорим о том, как логично и без идиотских штампов и авторских подыгрываний прописать сюжетную линию, связанную с противостоянием империи зла. В этой части я сперва раскрою общий концепт, кратко обрисую структуру со всеми её проблемами, а потом покажу свой пример.       Начнём вот с чего — в первую очередь империя зла должна быть действительно империей зла, то есть она должна творить некое кромешное зло даже с точки зрения принципа историзма. Конечно, самое простое, что можно сделать, так это приписать поголовный геноцид целого народа — так что я думаю, что вам не стоит изобретать велосипед: просто пропишите, что империя зла хочет полностью подвергнуть поголовному уничтожению сообщества, к которым принадлежат ключевые персонажи, за которых мы должны болеть. При этом империя зла не должна иметь никакого оправдания.       Здесь я несколько облегчу себе задачу — возьму за стереотипную империю зла именно анимешную злую империю [1]. У меня была отдельная статья по этому тропу — рекомендую вам освежить воспоминания. Итак, что собой представляет империя в таком амплуа? Это государство с социал-дарвинистической идеологией — их элита постоянно грызётся сама с собой и мечтает уничтожать целые народы для того, чтобы захватывать их ресурсы. Возглавляет эту империю зла либо жалкий моральный урод, который предпочитает сидеть где-нибудь в бункере — из него раздавать приказы, либо апокалиптический маньяк, который может быть храбр и отважен, но вся его воля тратится на то, чтобы уничтожить весь мир к чёртовой матери. Главным оружием империи служат вундервафли — боевые единицы, которые наносят масштабный урон, но существуют в ограниченном количестве экземпляров, их сложно воспроизвести, их растрата представляет собой полный военный крах империи и всего её потенциала. У империи присутствует большое количество регулярных солдат, однако их качество оставляет желать лучшего. Главная командная сила империи — это разношёрстные и лично примечательные офицеры. Как правило, какой-то один выдающийся командир руководит своей вотчиной — адмирал Джао командует флотом, генерал Эсдес — военной полицией / элитным спецназом, граф Брокэн — авиацией и воздушным десантом, министр науки Зурил — изощрёнными вундервафлями, министр разведки Аргос — сборщиками информации, какой-нибудь Шнайзель космической станцией-бомбардировщиком, эрцгерцог Горгона — политический эмиссар, который даёт советы прокси-фракциям и может внезапно ударить их в спину или кого-нибудь ещё со скрытным элитным отрядом. Над всем этим стоит Сука народа — мелочный моральный урод, либо апокалиптический маньяк. Физического уничтожения всей верхушки обычно хватает, чтобы империя зла распалась как военная структура, либо была реформирована в нечто, что империей зла уже не является.       Теперь рассмотрим типажи империй зла по историческим эпохам, с которых они были списаны:       1. Франция Маркиза де Сада — по своему общественному устройству эта империя напоминает собой государства Нового времени, его главная цель — это расширение территорий и создание колоний с целью получения как можно больше рабов — рабы должны трудиться на предприятиях, на плантациях и, конечно же, употребляться для кровавых оргий. У них нет какой-то внятной идеологии, карательные аппараты зачастую преследуют случайных людей и состоят из кровожадных ублюдков. Управленческий аппарат абсолютно коррумпирован и вся элита абсолютно подвержена разложению. Чтобы победить такую империю, проще всего организовать революцию внутри неё, а для этого есть все объективные предпосылки. К этому типажу относятся Империя из «Акамэ» и Боазания из «Вольтеса».       2. Империя Сёва — это государство напоминает смесь Третьего Рейха и Японии Хирохито; оно примерно соотносится с нашими авторитарными и тоталитарными государствами первой половины XX века. Здесь уже, вероятно, присутствует сверхценная идеология, которая является обязательной — требует от каждого гражданина отдать всё, что он может государству; идеология включает в себя радикальный национализм, войны ведутся с целью расширения власти титульной нации. Что самое главное — элита этого государства находится на пике своей силы, тут уже нет упадка и вырождения, как в предыдущем варианте; организовать революцию внутри уже не получится, так как население в целом верно генеральной линии партии [2], тут прекрасно отлажен аппарат государственной пропаганды; тайная полиция прислушивается к каждому шороху. Чтобы уничтожить / реформировать такую империю, требуется физически уничтожить её элиту. Например, к этому варианту относятся или близки Нация огня из «Аватара», Герцогство Зион, Британия из «Code Geass», Империя Веги из «Грендайзера».       3. Футуристический Мордор — злодейское государство, которое по своей сути отсылает к далёкому мрачному будущему; представляет собой сообщество, где большая часть жителей лишина свободы воли, представляет собой киборгов с промытыми мозгами (или их аналоги — нежить, проклятые души, големы), они подчиняются своей элите, которая буквально управляет ими с помощью пульта управления. Между тем такую империю проще всего уничтожить, если найти способ расправиться с центром принятия решений. Сюда отсятся Подземная Империя из «Мазингера», Империя Рандо из «Геттер Робо Го» и Королевство Яматай из «Стального Джиига».       Я специально разделил эти империи по следующему принципу: первая империя — это злая империя прошлого, злое буржуазно-аристократическое государство на стыке эпох; вторая империя — империя зла настоящего / недавнего прошлого; тоталитарное государство, либо государство, стремящееся к этому образу с целью культа тотального государственного абсолютизма; наконец империя зла будущего — сообщество, где кучка партократов полностью уничтожила каждого человека как индивидуума, превратила его в безвольное мясо для удовлетворения своей мании величия и жажды власти.       Рассмотрим теперь ключевые проблемы сюжета. Главная проблема заключается в вопросе масштаба. Чтобы вовлечь читателя, зрителя или игрока в повествование, необходимо, чтобы мы сочувствовали некой ограниченной в своём числе группе бойцов; между тем, насколько реалистично, что небольшая группа бойцов сможет повергнуть целую империю? Тут можно добавить супер-роботов, супер-силы, божественное проведение — многое другое, что позволит относительно небольшой группе народу доминировать над военной машиной целой империей. Но в такие моменты, чтобы персонажи побеждали, авторы максимально оглупляют империю — штурмовики империи никак не могут попасть с пары метров в жопу синему киту, спецслужбы империи теряют зрение и слух, пропагандисты непонятно чем занимаются. Мирные жители готовы помогать главным героям, не боятся того, что их за это будут пытать и казнить — потому что машина террора злой империи работает лишь только тогда, когда нужно показать, что она злая — а во всех остальных случаях она по умолчанию просто не работает, её словно бы забывают включить. Либо авторы очень удачно помогают главным героям — скажем, в «Грендайзере» в один момент центральная планета Империи Веги взрывается из-за того, что там перебрали с добычей супер-топлива. Все прочие планеты, которые находятся под контролем империи, поднимают революции и сбрасывают злое иго — император Веги и его ближайшие приспешники рвутся к Земле, чтобы там хотя бы найти планету для жизни. Удобно, да?       О’кей, давайте рассмотрим ситуацию, как пассионарные персонажи могут уничтожить злую империю? Общий концепт тут понятен — представители ключевой команды героев вступают в конфликт с представителями ключевой команды злодеев, уничтожают его вундервафли, наносят удар по вотчине. Одновременно герои также посрамляют злодеев в идейном плане — и либо убивают их, либо сподвигают раскаяться и перейти на свою сторону. К слову, злая империя вполне может промывать мозги — может неким экстраординарным способом изменять личность человека гипнозом, демонической одержимостью или чем-то ещё в этом роде. Так что, вполне возможно, хорошие ребята могут просто вернуть офицеру злой империи его первоначальную личность.       На самом деле проблема масштаба есть вот ещё где — почему злодейское командование так резко теряет в весе, если убивают его офицеров? Неужели у империи, при её ресурсах, нет возможности быстро восполнить такую потерю? Если у империи много людей, то тут неужели сложно найти пассионариев? У партократий фашистского и коммунистического толка как раз тут главная фишка заключается в том, что партийный механизм выполняет функцию социального лифта — ради такой опции народные массы будут готовы сами поддерживать подобные режимы. Ну а если же злой император буквально собирает своих приспешников из винтиков и трупов, то что мешает ему слепить ещё одного кадавра? Короче говоря, вы должны как-то решить вопрос с масштабом.       Теперь рассмотрим ключевую боевую единицу империи зла — нет, я не про тупых и косых штурмовиков — я про вундервафли. Эти боевые единицы империи дают ей превосходство над боевыми единицами всех геополитических оппонентов в глобальном стратегическом масштабе. Это может быть Звезда Смерти, которая распыляет планеты; гигантский бур, который пробурит стену Ба Синг Се; орбитальная станция Шнайзеля, которая может поразить любую цель на поверхности планет; всякие огромные роботы; жезлы Бардоса, позволяющие на расстоянии подчинять искусственный интеллект противника (в манге «Мазингер Зеро» доктор Хелл вообще своей волшебной палочкой запускает все ядерные ракеты в мире и подчиняет себе все дроны, что выглядит неправдоподобным даже по меркам откровенного фэнтези). В некоторых случаях империя может не изготавливать эти вундервафли, а где-то их находить — я не знаю, там раскопать у каких-нибудь древних инопланетян или выменять у адских демонов в обмен на кровавые жертвоприношения. Уничтожение этих вундервафель служит главной стратегией против империи зла — особенно страшно для империи зла будет, если её врагам получится захватить их. В таком случае империю зла будет разносить в хлам её же собственное оружие. Империя может полностью надорвать всю свою экономику, производя это супер-оружие.       Рассмотрим теперь силы, которые сражаются против империи — что тут может быть? * Элита самой империи, которой не нравятся царящие тут порядки. Дядя Айро и Зуко, Революционная армия из УА! и наставник главных героев из «Psycho Armor Govarian». Не знаю, имеет ли смысл относить сюда Лелуша, так как у него — самого по себе — нет никаких связей внутри империи, без использования гипноза. * Группа повстанцев из покорённых народов (возможно, они одни из немногих последних оставшихся в живых представителей) — Дюк и Мария Флид из «Грендайзера», Аанг, Карэн. * Враждебная геополитическая держава / некая сопоставимая враждебная геополитическая структура — племя Воды и царство Земли, Сопротивление из ЗВ я бы отнёс больше сюда. * Орден хранителей мира — некая надгосударственная и наднациональная сила, которая реагирует на угрозы, исходящие от откровенной вредоносной деятельности империи. Сюда подходят Фонд Кабуто и Команда аватара. Орден джедаев, теоретически, ближе сюда. Рассмотрим теперь внутренние уязвимости империи. Если говорить о её государственном аппарате, то тут две главные слабости — фигура её лидера и социальный дарвинизм её элиты.       Сам лидер, как я сказал, это главным образом моральное ничтожество, либо апокалиптический маньяк. Первый лидер своим отвратительным правлением будет с большим удовольствием отдавать под нож огромные массы народу, легко устраивать геноциды, убивает собственное окружение по любому поводу — своей агрессивной политикой он настроит против себя огромное количество как внутренних, так и внешних врагов. Что же касается апокалиптического маньяка, то большинство его последователей, вероятно, не подозревают о его целях — маньяк будет руководствоваться политикой «всё или ничего» — либо у него получится уничтожить весь мир, либо он проиграет и тогда всё уже не имеет смысла.       В «Code Geass», например, на вопрос почему британцы не могут выкурить японских повстанцев из подземелий, даётся такое объяснение — у Британии просто нет на это денег. Можно подумать, что это какая-то сценарная глупость, но если вспомнить, что император Чарльз — апокалиптический маньяк, который начал войну с Японией только для того, чтобы получить доступ к японскому порталу в варп и организовать очедную машину судного дня, то можно подумать, что Британия — находится на пределе сил, она уже истощила свои ресурсы и в данный момент представляет собой во многом колосс на глиняных ногах. Император Чальз — надо думать — это прекрасно понимает, однако он действует из принципа «либо всё, либо ничего» — если у него получится уничтожить мир, то не нужно будет больше думать о сохранности государства, в ином же случае для подобного человека ничто в этом мире не имеет никакой ценности. Таким образом апокалиптический маньяк вреден тем — ну, это кроме того, что он буквально пытается всех убить — что строит свою геополтику вокруг принципа, что ничто не имеет в этом мире никакой ценности, включая свою империю.       Что касается социального дарвинизма, то злые функционеры злой империи будут постоянно стремиться вонзить друг другу в спину ножи — они постоянно будут сливать информацию друг о друге врагам империи, чтобы именно по конкуренту прилетел следующий удар. В том числе они могут сливать противнику ключевые вундервафли, чтобы избавиться от своего конкурента. Мысль о том, что это нанесёт стратегический вред их же собственной империи, в такие моменты их обычно не тревожит, потому как все они охвачены порочной жаждой власти. Высокопоставленные чины могут считать, что социальный дарвинизм — это хорошо: дескать конкуренция служит укреплению их империи — но это всё будет наивная иллюзия, на самом деле дарвинизм только разрушает этот механизм изнутри. Можно вспомнить доктора Хелла, который был рад тому, что барон Асура и граф Брокэн конкурируют друг с другом — он думал, что конкуренция — это хорошо, вот только он забыл, что эти персонажи — злодеи. В манге Нагаи Го, во время ключевой разборки с Коджи, граф Брокэн получает фатальные повреждения своей воздушной крепости, однако он может выбрать место, где ему упасть. Граф решает упасть на голову Асуры и вместе с этим уничтожает остальную половину армии Хелла. Таким образом Бардос просто тупо потерял вторую половину армии только из-за злобности её офицеров по отношению друг к другу. Я, когда писал свой фанфик, то расширил этот момент — граф Брокэн проиграл ещё из-за того, что барон Асура медлил с прибытием ему на помощь.       Рассмотрим теперь злодейскую пехоту — точнее её полную невозможность навредить ключевым персонажам (кроме как в сюжетно значимые моменты): всякий раз, когда злодейские пехотинцы появляются в кадре, они не могут сделать абсолютно ничего главным героям — при этом они неплохо могут убивать обычных людей, истреблять бесполезных краснорубашечников и так далее. Я дам тут такой совет — главных героев стоит сделать действительно избранными, но сталкивать их нужно главным образом с элитными силами противника, в свою очередь обычная злодейская пехота пускай занимается террором, разведкой, стоит на стрёме, закручивает гайки, подаёт кофе и т.д. Сцены, где главные герои превращают в мясо эту пехоту, стоит описать живописно и всячески смаковать подробности.       Так, теперь покажу, как я сам показал, что собой представляет военная компания против Подземной Империи. Я дальше приведу большой отрывок из своего фанфика, страниц на тридцать: он охватывает собой военную компанию Подземной Империи доктора Хелла и Фонда Кабуто — я уже ранее представлял читателям эти организации, взятые из сеттинга Нагаи Го и реконструированные мною. В своём фанфике я постарался раскрыть в первую очередь вопрос пассионарности персонажей, которые самоотвержно противостоят империи зла. Я раскрыл, как может божественное проведение обойтись с главным героем, если он облажается — это фанфик Георгия Массадова со всеми моими любимыми тропами. В самой истории эти события представлены как воспоминания Коджи о том, что происходило в прошлых таймлайнах, о чём ему рассказывает Мелькор (естественно, имея цель завербовать Коджи в свою апокалиптическую свиту). *** Планета эльфов-шеддайин. Коджи и Дюк приходили в себя. Лэйн и Кадзи-старший переговаривались. — У меня в голове какая-то дикая каша! — пилот Мазинкайзера схватился за бакенбарды. Дюк — в похожем состоянии ума, но не выражал его так ярко. Принц предпочитал больше вдумчиво всматриваться в окружение и в этот момент прислушиваться к мыслям, приходящим в голову. — У меня в мозгах полный бардак! Я не могу прибрать его даже с помощью имплантов, оптимизирующих мышление! Коджи неутомимо расхаживал из стороны в сторону, просто, чтобы дать выход нервному напряжению. Кадзи-старший сперва наблюдал за ним, потянулся рукой к пачке сигарет. Решил её зажечь. Лэйн, стоявшая рядом со спокойным лицом, вдруг содрогнулась от боли и ужаса. — Что?! — взглянул на неё Рёдзи-старший. И рядом с небе опустился Мелькор. Просто встал ногами на землю рядом с ними, без прелюдий и предисловий. — Привет. Не хочу вас пугать. — Когда Мелькор заговорил, на него посмотрели все присутствующие. — Я увидел, у вас тут появились новые сильные души, так что я хотел бы попробовать их убедить в правильности моей точке зрения. Лэйн и Кадзи-старший настолько шокированы таким появлением Мелькора, что ничего не могли сказать. Без Каору они вообще не могли бы дать ему отпор. Коджи и Дюк не знали, кто такой этот Мелькор. — Ты что ещё за покемон? — Коджи сузил взгляд, посмотрел на лицо Мелькора, чья щека разорвана и обнажает постоянный оскал челюсти. — Вы не могли бы сделать себе пластическую операцию? Дюк молча успел прочитать по выражению лиц Лэйн и Кадзи-старшего — им в любой момент может наступить конец. Мелькор в этот раз указал пальцем на сигарету Кадзи-старшего — кончик воспламенился, пошла струйка дыма. — Здравствуйте, Кабуто Коджи. Меня зовут Мелькор. Некоторые зовут меня Моргот. Но для тебя я буду Шива или Майтрея. — А?! Ты, короче, бог!.. — пилот Мазинкайзера сообразил. — Моя семья происходит из подпольных христиан, но сам я скорее безрелигиозен. Так что не разбираюсь в богах. — Я не люблю, когда меня зовут богом. Я предпочитаю, чтобы меня звали буддой. — Мелькор поднял руку. — Кабуто Коджи, ты недавно освободился из-под контроля Мазингера Зеро. Позволь, я приведу в порядок твои мысли и воспоминания. — Коджи!.. — у Лэйн, ужасно тревожной, сейчас просто отнялся язык — она настолько переволновалась, что не могла ничего вымолвить. Плюс ещё сказался её аутизм. — Не надо! Коджи, он будет показывать тебе твои худшие воспоминания! Мелькор будет раскрывать тебе правду так, что она сведёт тебя с ума! — Кадзи-старший смог сказать ему этому. — Да-да!.. — Лэйн закивала. — Коджи! — Дюк схватил лучшего друга за плечо. — Не дай ему копаться в твоей голове! Дюк очень хорошо почувствовал, какая жажда разрушения охватывает Мелькора. Аж коленки задрожали. Мелькор же спокойным тоном продолжал: — Кабуто Коджи, я могу раскрыть тебе все тайны твоих прошлых реинкарнаций, чтобы ты мог отомстить своему заклятому врагу — тому, кто стоит за всеми твоими врагами: Султану демонов Азатоту. — Султану демонов Азатоту?.. — Коджи заинтересовался этим. — Что могут сделать просто знания?! — Коджи искренне вопросительно взглянул на Дюка. — Если он мне просто скажет?.. — Коджи, знания могут изменить тебя навсегда! — Дюк крайне напряжённо и тревожно вглядывался в глаза своего товарища. Коджи несколько раз энергично покрутил головой, смотря то в глаза принца, то в глаза будды. — О’кей, Мелькор! Расскажи мне, что ты хочешь рассказать! Мелькор молча указал пальцем на лоб Коджи. Взгляд свёлся на переносице. Коджи теперь созерцал образы из своих прошлых жизней… Коджи чётко осознал — всё это время его душа заключалась в цикле реинкарнаций. Война Мазингера начиналась с того момента, когда доктор Хелл находил в Эгейском море остров Бардос. Там мизантроп изучал технологии древней цивилизации… Джузо Кабуто — дед Коджи, соратник Юй Икари (в том мире её знали под псевдонимом Цубаса Нисикиори) — оба из числа подпольных христиан — использовали эту аркана-технологию, чтобы построить Мазингера… Фонд Кабуто в середине XIX века стал самой могущественной корпорацией в Восточной Азии. Группы подпольных христиан благодаря своей элитарной связи сколотили эту полукапиталистическую-полусоциалистическую мини-державу [3]. Агент Хелла по имени барон Асура — мраккультист-трансгендер — убивал Джузо. Отец Коджи — Кэндзо Кабуто — куда-то рано пропадет, он тоже погибает, но его реанимируют в качестве зомби-киборга. Кэндзо тайно обучает мальчика-сироту — Тэцую Цуруги. В день, когда дедушка погибает, сам Коджи становился пилотом Мазингера. Обычно в возрасте двадцати семи лет… Вот сейчас, как вспоминал Коджи, он сражался с бардоскими мехакайдзю, нападающими с моря. Сейчас Бардос накрыт силовым полем, которое невозможно пробить без использования аркана-технологий высокого уровня. Ядерное оружие его не берёт. Мехакайдзю с острова неуязвимы для трёхмерного вооружения. Только Мазингер может стоять на страже Японии и всей Восточной Азии. Он победил в первой же битве скелетоида-берсеркера Гараду и двухголового рептилоида Дубласа. Потом победил самурая-демона КингДана, способного творить иллюзии; четвероногого копейщика Тороса; снайпера Женеву, в ком был заключён дух вольного стрелка из одноимённого города; водоплавающего Гроссама; бомбардировщика Гройзера; пироманта-моргенштернира Гостфайтера; ретиария Спартака, в чьём стальном теле некроманты Бардоса заключили дух римского гладиатора; ультразвукового крикуна Варгоса, способного разделять своё тело; гусеничного гиганта Джана, и многих, многих других талосов, посланных бароном Асурой со своей подводной лодки, или графом Брокэном, который перевозил войска на борту своей воздушной крепости. Эон, дающий бытие всей этой технонечисти постепенно входил в силу, так что сперва барон Асура мог задействовать лишь двоих мехакайдзю за раз. Постепенно количество талосов возросло до двух дюжин. Коджи осваивал Мазингер на более глубоком уровне, его дополняли новым вооружением и модернизировали, так что гонка вооружений шла нога в ногу. Коджи побеждал благодаря своей пассионарности, изобретательности и возможности крайне быстро соображать. За доли мгновения в бою Коджи мог определить все действия для победы. Фондом Кабуто руководил тесть Коджи — Гэнноске Юми, самый верный ученик Джузо (визуально выглядел как солидный господин средних лет, носящий очки, короткую стрижку и усы). Пока Коджи доблестно защищал страну, его Лаборатория фотонных исследований изготовила группу супер-роботов, представляющих собой вариацию на тему Мазингера. — До сегодняшнего дня мы лишь сражались в обороне, но после создания целого отряда Мазингеров, мы можем наконец нанести ответный удар, — господин Юми публично объявил об этом перед журналистами. Подле него — сам Коджи, носящий строгий корпоративный костюм, и столь же аккуратно одетая Саяка — жена Коджи и дочь Гэнноске. Саяка Кабуто представляла собой привлекательную девушку с длинными волосами каштаннового оттенка, зачастую перевязанными розовой резинкой; у неё карие глаза, средний роста и среднее телосложение до своего возраста. Она — ровесница Коджи. Изначально Саяка была пилотом Афродиты — женоподобного супер-робота, разработанного в мирных целях для горнодобывательных работ. — Скоро будет штурм Адского замка — это последний оплот доктора Хелла на Бардосе! — Коджи решил объявить об этом во всеуслышание. Дальше журналистам показали четырёх шестьдесятиметровых супер-роботов, каждый из которых сопоставим с базовым Мазингером, обладает какой-то долей его мощи и наделён одним из его орудий — в более усиленном варианте, чем оригинал. — Я — Кабуто Коджи — будут на острие удара. — Я — Кабуто Саяка. Я буду пилотировать Венеру. Она обладает испепеляющим, фотонным взглядом — лучом смерти, проще говоря, способным расплавливать или разрезать противников. Венера — изящный и утонщённый женоподобный робот тёмно-красного и чёрного цвета. Серая голова по форме напоминает женский лик с пышной причёской, чьи волосы включают в себя турбины; в голове — кабина. Мячики грудей — это гранаты «Оппай», коими можно запустить в противника. — Я — Азума Шин — пилот Байона, буду использовать Дыхание Нергала для разложения армии Хелла. Шин Азума — вытянутый молодой пилот с толстым носом, кучерявыми волосами и очень пышными бровями, похожими на лапки паука. Его Байон — стройный гуманоидный робот зелёных, светло-серых и тёмно-серых цветов; его зелёная грудь включает в себя массивную решётку, сквозь которую может вырываться ветер энтропии. Голова включает в себя стилизацию под серое стальное человеческое лица с жёлтыми глазами, в качестве головного убора присутствует красный летальный аппарат с крыльями, хвостом и прозрачной кабиной, где сидит сам Азума. — Я — Оиде Масао — пилот Дайона. Я буду использовать Огненное сердце, чтобы массово выжигать талосов. — Этот пилот представлял из себя крупного, но хорошо сложенного мужчину с несколько сутулой спиной. У него — короткие чёрные волосы и глаза, обтекаемые брови. Дайон — робот тёмно-синих, приглушённо-красных и серых цветов, бочкообразное туловище, невыразительная голова. Кабина-летательный аппарат состыкуется с затылком и размещается позади короткой серой полоски лица с жёлтыми глазами. Главное оружие — здоровая красная панель на груди: она может широко раскрываться и бить температурным излучением. — Вы можете звать нас Лори и Лору, — теперь заговорили очень красивые блондинки-близняшки из европейской расы. — Мы — пилоты Миллиона. Он использует электрокинез, позволяющий концентрировать на противниках электрические бури. Миллион — женоподобный жёлтый робот, чьё лицо стилизовано под лик красотки. Из его груди и вместо рук у него — красные заострённые элементы. Нижняя часть тела — вместо ног — огромные турбины, позволяющие эффективно летать и маневрировать. Миллион владеет силой Фульгуратора: притягивает электричество из атмосферы и прицельно поражает им противников. Если говорить о происхождении пилотов, то Азума и Оиде — это военнослужащие Сил Самообороны, в свою очередь Лори и Лору первоначально были красивыми эстрадными певицами, похищенными Железным крестом графа Брокэна, чтобы сделать из них фанатичных нацисток. Бургундская система промыла им мозги, но Фонд Кабуто смог взять их в плен и обратно вернуть прежние личности. Так как близняшки были обучены воевать и желали отомстить Бардосу, их взяли на роли пилоток. — Остров Бардос защищён фотонным барьером, который аналогичен защите Фотонной лаборатории. — Журналист решил задать вопрос. — Вы сможете усилиями стольких супер-роботов пробить его? — Да, — ответил профессор Юми. — По нашим расчётам такого количества супер-роботов хватит, чтобы пробиться сквозь барьер. — А если по крайней мере половина супер-роботов пострадает или даже будет уничтожена во время сражений с талосам; что тогда? — В таком случае мы будем подбирать ключ. Дальше Юми объяснил вот что: — Я не буду томить вас подробностями, но барьер Бардоса запрограммирован пропускать определённые объекты. У них есть ключ, их элементарные частицы обладают определённой частотой, с помощью которой барьер определяет своих и чужих. Если мы вычислим ключ, то сможем сами протиснуться сквозь барьер или ослабить его… Ключ можно узнать, если захватить данные с компьютеров флагманов Бардоса — будь это подводная лодка Будо или летающая крепость Гул. Мелькор показал Коджи, что сейчас творилось на Бардосе. Этот остров в Эгейском море представлял собой, по сути, огромный кусок ржавой голой скалы, выступающий над волнами, накрытый всё время грозовыми тучами. Инопланетное происхождение этого места бросалось в глаза сразу. Вдоль берега протягивались линии каких-то античных руин. В недрах острова — обширное пространство заполнял собой неведомый, самостоятельно двигающийся механизм, окутанный красным туманом. Фактически сам остров был одним большим мехакайдзю, ростом более дюжины километров. К счастью, в данный момент эон, дававший ему существование, ещё не набрал такую силу, чтобы Хелл мог активировать весь Бардос. Но этот монстр уже мог порождать из своего чрева меньших чудовищ. Его машинная кровь струилась по венам вокруг громыхавшего сердца. Доктор Хелл выглядел тогда, как косматый и седой инфернальный старик, окутанный красной мантией — под ней он носил зелёную военную униформу. Он был сыном Ньярлатхотепа и смертной женщины — по мере того, как демоническая сущность побеждала, в этом отпрыске оставалось всё меньше человеческого: кожа приобретала нездоровый фиолетовый оттенок, уши застоялись, сильно разрослась мускулатура. Лицо при этом оставалось крайне отталкивающим. Коджи видел этого человека на фотографиях — Хелл родился ещё в начале XX века или даже раньше, он не старел как обычные люди — дьяволочеловек всегда выглядел косматым дедом ещё с середины XX века, когда он вместе с Джузо прибыл на остров Бардос. Насколько Коджи узнал сейчас от Мелькора, Хелл укрепил свою бесчеловечную физиологию кибернетическими имплантами, под его демонической кожей скрывался серебристый металл. Таким образом этот антихрист всё меньше представлял собой человеческое существо. Хелл ненавидел людей, считая их жалкими, мерзкими, ничтожными созданиями, среди которых он появился на свет лишь по некому недоразумению мироздания. — Наконец Фонд закончил собирать новых Мазингеров. Теперь они освободили онтологическую нишу для существования моих новых мехакайдзю. Нам будет проще измотать и уничтожить Фонд в одной решающей битве. Резкие и острые глаза Хелла блеснули маниакальным безумием — неутомимой жаждой власти и разрушения. — Мы должны сокрушить Фонд и уничтожить Японию за десять дней; если Япония падёт, то весь остальной мир склонится перед моей силой! На планете больше не останется оружия, способного повредить нашим многомерным машинам. Он обращался к троим своим верным командирам. Барон Асура — командир корпуса Стальных шлемов, граф Брокэн — командир корпуса Железного креста, виконт Пигман — командир Мистического корпуса. — Так точно, доктор Хелл! — барон Асура в данный момент выглядел как мужчина греческой внешности и как бледная женщина греческой внешности, левая половина женщины и правая половина мужчины, сшитые вместе и оживлённые с помощью некромантии и передовой кибернетики — с помощью искусства и тёмных наук, полученных Хеллом от самого эрцгерцога Горгоны. Барон Асура мог говорить мужским или женским голосом — в зависимости от настроения, он мог сказать одно слово одним, а другое слово — вторым. Он — будем говорить о нём в мужском роде — носит оккультную робу, закрывавшую его затылок облегающим капюшоном. Она тёмно-фиолетовая со стороны женщины и чёрная со стороны мужчины. Таких же симметричных цветов — широкие штанины, только облегающие ботинки однообразно-тёмные. У «баронессы» ненормально белая кожа, веко выкрашено в сине-зелёный цвет, голубой глаз; мужская часть выделяется очень пышной чёрной бровью, радужка — тёмная, цвет кожи — типичный для жителей Эгейского моря. В белой женской руке — жезл Бардоса. Два таких артефакта есть у Хелла и у Асуры, по виду напоминают тёмную трость, окончание — бронзово-цилиндрическое, с парой заострённых боковых выступов; на самом конце набалдашника — красное кнопковидное навершее. — Доктор Хелл, в этот раз я буду на острие удара. Я смогу наконец сломать оборону этих желтокожих обезьян, с которыми так долго возился барон Асура! — так пообещал граф Брокэн. На тот момент этот дуллахан-киборг выглядит как стереотипный германский офицер Первой или Второй мировой, носящий парадную униформу, одновременно похожую на таковую от белогвардейцев. Головы на плечах нет — зато он сейчас держит её в руке: слегка взлохмоченные волосы, злобный бесноватый взгляд, пакостные тёмные усики и такая же жидкая бородёнка. Его шея выходит из небольшой платформы, способной левитировать благодаря антигравитации. Левый глаз — механический и по виду стерилизован под монокль. Доктор Хелл сдружился с ним, ещё когда работал на настоящий Рейх, потому смог воскресить этого военного преступника после смерти — с помощью всё той же богомерзкой некромантии и с помощью всё тех же тёмных кибертехнологий. Граф Брокэн — самый настоящий сверхъестественный дуллахан, просто дополненный высокотехнологичными имплантами. — Мне кажется, конкуренция в наших рядах только ослабит нас. — Последнем из троицы выступал виконт Пигман. Он выглядел как солидный чернокожий мужчина в рассвете лет — резковатая форма тёмные волос, мутные глаза, в меру мужественные черты лица. Носил в качестве одежды обычный тёмный деловой костюм. На самом деле этот великий колдун Вуду выглядел совершенно иначе, но предпочитал такой иллюзорный облик для пущей солидности. Лицо Пигмана не выражает никаких эмоций — сейчас он посмотрел боковым взглядом на двойное лицо барона Асуры, в котором отразилось эмоциональное возмущение на упрёк со стороны Брокэна. — Нет, Пигман. В конкуренции — залог жизни и залог успеха. Я хочу, чтобы вы конкурировали друг с другом — так вы принесёте мне успех. — Доктор Хелл откинул взглядом своих командиров. Пигману он меньше всего доверял: если Асуру и Брокэна он сам поднял из мёртвых, если первый был ему крайне благодарен и за это фанатично предан, второго он знал ещё при жизни, то вот этого загадочного и вечно молчаливого колдуна прислал его отец — Ньярлатхотеп в облике Отца всех летучих мышей побещал, что элитный чернокнижник очень пригодится в свите любого уважающего себя антихриста. Хелл понятия не имел, кем он был, и Пигман был единственным, кто мог на равных возражать своему начальнику. Впрочем, Пигман делал это сравнительно редко и больше занимался тем, что использовал свои чары и иллюзии для того, чтобы стравливать народы, страны, всевозможных политиков и бюрократов и использовать ресурсы европейских стран для укрепления Подземной Империи Бардоса. Пигман отвечал за разведку вербовку и диверсии. — Постарайся лучше перебить персонал Фонда, угнать их Мазингеров, — взглянул на него Хелл. — Я уже говорил, их защищают высшие силы, которые я пока не в силах преодолеть, — Виконт звучал без тени эмоций. — Ладно. Скоро будет решающая битва. Оставайся на Бардосе. Возьми моих гамий… — Хелл указал в сторону своего трона, возле которого — множество обнажённых, совершенно одинаковых и безжизненно прекрасных белокурых арийских бестий. Это — искусственная форма жизни, способная мимикрировать под другие жизненные формы. Хелл предпочитал, чтобы они выглядели как идеальные красавицы с плакатов Третьего Рейха — с ними он сношался и мог получить от них то, чего не имел с реальными немецкими красавицами. Гамми уже несколько раз пытались убить Коджи, однако всякий раз что-то шло не так — Пигман объяснял это тем, что Нефритовый Император хранит Японию от подобных подлых диверсий. Пока что его эон сдерживает эон Ньярлатхотепа, а раз так, то исход этого метафизического противостояния может решить лишь честная битва двух равных противников. Итак, всё к ней идёт. Корпус барона Асуры состоял главным образом из киборгизированной нежити — его солдаты носили доспехи, похожие на греческие по своему стилю, их стальное облачение было окрашено бронзовым тоном для красоты. Эти зомби, оживлённые по технологии Герберта Уэста, не имели верхней части черепов — она срезалась, когда прямо в серое вещество мозга вонзалось устройство контроля. Оно накрывалось всё шлемом, закрывавшим верхнюю часть лица. Глаза защищены специальными очками, выполняющими функцию верхних век: они тоже срезались у этих зомби. Так что реанимированные солдаты всё время куда-то взирали немигающим взглядом. Каждый из них носил при себе короткий меч, чтобы наносить аккуратные смертельные раны — аккуратные в том плане, что их жертвы будут в дальнейшем перерабатываться на таких же зомби-солдат. Такие мертвецы-киборги получали в сознание всю нужную информацию — они полностью забывали, кем были, и испытывали удовольствие только от того, что выполняли волю своего нового повелителя. Так что их лица часто уродовала гримаса дьявольского фанатизма, когда они брались за какое-то дело. Они выполняли функцию пролетариата и низших пехотинцев. Некоторые мехакайдзю пилотировались стальными шлемами. Люди графа Брокэн состояли из Железных крестов — из правых радикалов, чьи тела модифицировались с помощью различных технологий и стимуляторов. Они носили униформу, смахивающую на смесь Третьего Рейха и белой гвардии; символом служил георгиевский крест, за что они получили своё название. Так как они не были нежитью, у них все ещё оставалась свобода воли, но их сознание подвергалось всевозможным гипнотическим обработкам, так что их прежняя человеческая личность со временем полностью угасала и заменялась всё тем же дьявольским фанатизмом. Железные кресты выполняли собой функцию воздушных десантников и элитной пехоты — они справлялись там, где зомби были слишком нерасторопными. В дальнейшем, когда, после всех этих реинкарнаций, Хелл на данный момент возглавил Микенскую империю, стальных шлемов и железных крестов заменили на клонируемых модифицированных людей с нужными характеристиками. Итак, оба Корпуса выдвинулись к Японии с Бардоса. Барона Асура базировался на своей подводной лодке Будо. Она обладала очень обтекаемой формой и напоминала собой отчасти катер невероятно огромных размеров, сверху — надстройка, обладавшая чертами гуманоида — по сути Будо был талосом такой формы, в форме подводной лодки. Как и все подобные механизмы, он неуязвим для трёхмерного оружия, может осуществлять действия на трансцендентной скорости, в основе его существования — метафизический эон Тёмного Бога. Будо несёт в себе несколько дюжин талосов и тысячи зомби-солдат. Корпус Железного креста базировался на борту летающей крепости Гул. Гул выглядел как дирижабль, полностью окованный железом, оснащённый крыльями-плавниками по бокам и длинными реактивными двигателями позади, на спине у него присутствовал своего рода острый гребень. Впереди — голова, отдающая чертами хищного летающего динозавра. На самом деле Гул только походил на дирижабль, но им по сути не был: нутро полностью свободно от какого-либо газа и несёт в себе дюжину авиационных талосов, рассчитанных в первую очередь на ведение воздушного боя, и сотни фанатичных радикалов-десантников. Фотонная лаборатория находилась в тени Фудзи. Она моментально закрылась усиленным светоносным куполовидным барьером, сквозь который, например, не мог телепортироваться или как-то ещё как проникнуть с помощью своей магии Пигман. — Реактивный скандер! — Коджи сел в кабину, Мазингер — пока что базовой, даже не Великий — подпрыгнул к небу. Сейчас пилот носил красный шлем, защищавший голову, глаза — за прозрачной частью. Прямо в полёте Мазингера захватил зажимами за бока реактивный ранец с парой здоровых красных крыльев, похожих на крылья самолёта. Реактивный скандер заострён и позволяет прямо с пролёта рассечь противника на две части. Если Великий Мазингер и уж тем паче Мазинкайзер оснащены собственными крыльями, то базовый нуждается в таком устройстве для эффективного полёта и маневрирования в воздухе. Силы самообороны Японии, миротворцы ООН, подразделения из США, России, Китая и Южной Кореи разом пришли в первую боевую готовность, когда был замечен огромный воздушный объект, летящий над Японией на большой высоте. — Желтокожие обезьяны, Хиросима и Нагасаки сейчас покажется вам детским утренником! — граф Брокэн держал под мышкой свою голову, он стоял посреди командного центра — в окружении своих фашистствующих белогвардейцев, глядящих за многочисленными мониторами. Огромная интерактивная карта показывала движение воздушной крепости над островной страной. Они пролетали над городами… Нажатие кнопки сбрасывало из чрева Гула ядерную бомбу — грибовидный взрыв полностью сметал многочисленные кварталы с лица земли и убивал в радиусе целых километров всё живое! — Познайте ярость белой расы! Ваше трёхмерное оружие не сможет нас остановить! С любой другой страной произойдёт то же самое, если вы не склонитесь перед Бардосом. Мы уничтожим всю Японию за десять часов! Коджи сейчас вспоминал всё это под влиянием Мелькора. Сердце наполнялось яростью. Сперва она обрушилась на Хелла, но пилот Мазингера уже прекрасно осознавал, безумный дед — всего лишь марионетка гораздо более зловещих и космических сил. Обычные террористы, маньяки и фашисты никогда не могли бы получить себе такое могущество — полную неуязвимость для обычного трёхмерного оружия. Ньярлатхотеп давал им эти силы. Мелькор сразу же поправил: Ньярлатхотеп кто-то вроде Пигмана для Азатота, всего лишь менеджер средней руки. Сам Султан демонов стоит за всем этим побоищем… — Ох, чувствую, когда я доберусь до этого Азатота, ему мало не покажется! — Коджи стиснул сейчас кулаки, когда Мелькор держал своей палец на его лбу и открывал все эти воспоминания из прошлых жизней. — Да. — Мелькор отозвался очень согласно на такие мысли. — Уничтожить Азатота — наша общая цель. В это время к берегам Японии прибыла подводная крепость Будо. Размеры её таковы, что одна только голова на вершине надстройки по размерам превосходила среднестатистический военный корабль в три-четыре раза. — Островоподобный объект поднимается с морского дна! — доложил перепуганный оператор. Крепость Гул столкнулась в облаках с роем мелких летательных аппаратов объединённых сил Антихелловской коалиции: — Бардок, прикончи мелкую мошку, чтобы бы мы на неё не отвлекались! Челюсти раскрылись, на манер языка выпустили из себя взлётную полосу. По ней пронёсся мехакайдзю, похожий на летучую мышь. Монстр сблизился с ближайшей целью, атаковал длинными хлыстами, каждый из которых заканчивался подобием моргенштерна. Они могли выбрасываться на километры. Так Бардок успел первым выстрелом уничтожить один объект, на что остальные выпустили свои собственные ракеты: — Запускаю сайдвинеры! Все они попали в крылья, в голову монстра, в брюхо — взорвали, пробили и изуродовали его тело. Горящая, порванная в клочья, механическая летучая мышь устремилась к земле, ещё больше разваливаясь на обломки… — Бардок уничтожен! — доложил один из Железных крестов. Другой офицер, похожий на Берию, выдал аналитику: — Их сайдвинеры могут генерировать АТ-поле, оно слабое, но его хватает, чтобы воспользоваться «шумами» в АТ-полях наших мехакайдзю! Брокэн оскалил свои вампирские клыки, отдал приказ: — Запускайте Джейсера! Утроба Гула исторгла мехакайдзю, похожего на механическую черепаху, он летел в панцире. В его в брюхе расположен гигантский вентилятор, по периметру тарелки высунулись шесть гибких конечностей и три гибкие шеи с тупыми рогатыми мордами на концах. Вентилятор очень сильно загудел — он сотворил настоящий воздушный водоворот, им затянуты все летательные аппараты Коалиции, после чего буквально перемолоты этим гигантским двигателем — сам он при этом никак не пострадал. — Ха-ха-ха! Не важно, сколько мошкары прилетит к нам: все они падут жертвой нашего гигантского блендера, ха-ха-ха, ! Продолжаем бомбардировки, ребята: мы должны за десять часов полностью превратить всю Японию в радиоактивный пепел, чтобы весь мир знал, что будет, если бросить вызов нам, Подземной Империи! Барон Асура транслировал с моря сигнал — на экране появился доктор Хелл: — За десять дней! — инфернальный старик маниакально трясся руками. — Всего за десять дней с этого момента в Японии не останется ни одной живой души; я извергну вас всех в ад! Полночь, но пылающую столицу Японии видно на многие километры. Крепость Гул добралась до Токио! — Здесь мы проведём нашу битву с Фондом. — Граф приказал пока использовать менее разрушительные бомбы. Попадание каждой такой могло буквально испепелить гигантский небоскрёб. Гул сбрасывал их ковровым образом на манер Второй мировой. Граф специально пролетал на сниженной скорости, чтобы привлечь к себе внимание основных противников. Барон Асура в этот момент подплыл к берегу, приготовил спускать своих мехакайдзю. — Теперь Токио — океан огня! Геенна огненная! — граф Брокэн восседал на дорогом диване — перед ним стоял изящный столик, туда он установил свою голову. — Ваше превосходительство, приближается гигантский объект, — доложил боевик. — Они идут! Это Мазингер! Пусть группа «А» займёт позицию. Талосы перебьют остальных роботов, я же сражусь с Кабуто сам: я убью его лично! На самом деле это был не один огромный объект — сразу пять супер-роботов летели очень близко друг к другу. Все шесть пилотов — в мрачном боевом гневе! Мазингер и Байон — впереди, позади — Венера, по бокам от неё, чуть подальше, Миллион и Дайон. Коджи, Саяка, Азума и Оиде, Лори и Лору взлетели над Гулом. Коджи старался распространять свои ментальные волны через скандер, благодаря этому он смог заключить прочих супер-роботов в фотонный барьер. Это сделало их скорость, сопоставимой со скоростью Гула. Теперь их общая метафизическая воля не позволяла графу сдвинуть с места свою летающую крепость. — Кабуто Коджи! — прозвучал Брокэн, когда заметил их. — Недавно мы получили анализы твоей крови! Нам это стоило больших усилий. Виконт Пигман пытался сделать на тебя куклу Вуду — у этой черномазой мартышки ничего не вышло. Но, Кабуто, анализы твоей крови показали, что твоя мать была по крайней мере наполовину жидовкой! Ты — на треть жид! Подумай только: ты не только желтокожая обезьяна, ты — жид! Это ещё хуже! Нигде от вас, сукиных детей, нет прохода! Везде — вы!.. Разве это не доказывает вечность войны арийских и семитских рас?! Пилот Мазингер ответил оптимистично: — Евреи — умный народ: это делает мне честь, граф Брокэн! — Я не удивлён: твои предки из подпольных христиан — вы извращали ортодоксальную веру! — Брокэн брызгал слюнями, одновременно перемещая своё двойное тело в кабины своего личного талоса-дуллахана. — Вы скрестили с жидами! — Отлично! — рьяно отозвался Коджи с огоньком в глазах. — Это обогатило мой род генами Эйнштейна! Меня это очень радует, граф Брокэн! Меня радует всё, что огорчает вас! Ух, как я буду радоваться, когда вы сегодня точно не сможете сбежать! План Фонда заключался в том, что Коджи нанесёт фатальный урон Гулу, в свою очередь его дружина займётся изничтожением всех прочих неприятелей. На поверхности летающей крепости уже стояли гуманоидные талосы Железного креста, пилотируемые фанатиками белой расы. Фашисты в прыжке разом сорвались с места, прыгнули в ночной воздух… — Фотонный взгляд! — Саяка пролила свой прожигающий луч — он прорезал Файзар, бронированного талоса-тевтонца, внутри которого заключён дух погибшего европейского рыцаря. Остаточный луч оплавил насекомоподобного Грогоса, этот мехакайдзю не смог больше продержаться в прыжке и отклонился, сорвался и рухнул, погиб среди, разлитого на месте Токио, полыхающего ада. — Резак Венеры! Саяка махнула руками — с предплечий сорвались серповидные лезвия, разделавшие талоса-пиромана, стилизованного под позолоченную статую античного бога Аполлона. — Так их, Саяка! — поддержал жену Коджи. — Дыхание Нергала! — Азума применил своё основное оружие: сквозь грудную решётку прорвался разлагающий ураган. Его как раз удачно втянул в себя Джейсер, в результате чего сразу же быстро заржавел, рассыпался в труху. — Огненное сердце! — Оиде расплавил гигантского механизированного ястреба Хавока. — Фульгуратор! — Лори и Лору притянули к заострённому бюсту и к заострённым конечностям Миллиона электрические разряды из атмосферы, сконцентрировали их на изничтожении Балги — механизированного мускулистого минотавра, облачённого в доспехи на Римский манер. Охваченный попаданиями молний, этот враг частично расплавился, частично обуглился, покрылся мелкими взрывами — рухнул с большой высоты и окончательно расплющился среди искр. — Скандер! — как и планировалось, Коджи в этот момент летел напрямую к Гулу; он окутал метафизической волей свои заострённые крылья, потому смог лихо разрезать по линии пояса мехакайдзю Басара — он напоминал собой зелёного антропоморфного птеродактиля с различными кибернетическими имплантами. Следом Мазингер разрезал от головы до талии Шуберна — крылатого гуманоида, чья голова была оснащена подобием красной алебарды (её скандер разбил вдребезги). Пока происходила эта стремительная атака, граф отправил группу «Б»: изо рта Гула вылетели ещё мехакайдзю, чья главная задача — взлететь ещё выше супер-роботов Фонда и ударить им в спину. Первым своей цели достиг Чигул — чрезвычайно тощий зелёный гуманоид с рыборептилоидной головой, чьи руки заканчиваются с гигантскими косами-лезвиями. Он запрыгнул со спины на Миллион, захватил жёлтого женоподобного робота своим длинным гибким хвостом, вонзил косы-лезвия прямо в заострённые элементы груди! Лори и Лору закричали, их охватили электрические разряды. В этот момент у них в кабинах звучит мерзкий голос графа Брокэна: — Ах, какая жалость, мои сладкие цыпочки: жаль, ваши трупы не удастся получить в целости и сохранности — я сделал бы из вас моих жён-зомби! Миллион и Чигул одновременно уничтожены, их искрящиеся останки рухнули на горящий Токио. Вторым налетел Райс — фиолетовое существо, похожее на ската с большими крыльями и длинным хвостом, у него также торчали короткие усики с жёлтыми шипами на концах. Райс захватил со спины Байона своим хвостом, вонзил заострённые усики прямо в голову, в кабину пилота! Азума погиб мгновенно. На Дайона со спины напал Крабас — летающий гуманоид с преимущественно серым телом. У него пара больших тёмно-фиолетовых крыльев на спине. Правая рука заканчивается некой воронкой, напоминающей пылесос. Из него вырвался ветер, закрутивший Дайона. Райс подключился к управлению Байоном: добавил его разложение в этот вихрь, в результате чего, под крик Оиде, Дайон покрылся коррозией. Рванули его реактивные двигатели — Дайон врезался в пылающий город и взорвался окончательно. — Сволочи! «Оппай»! — Саяка буквально выстрелил одной из грудей своего женоподобного робота. Попадание одной из грудных гранат Венеры полностью порвало в клочья Райса, Крабаса и Байона! — Тебе не сбежать! — Коджи пронзил с лёту голову Гула. Пилот Мазингера знал, эта часть воздушной крепости может отделиться и быстро улететь. — Брокэн! В этот раз тебе не сбежать! Ты заплатишь за гибель десятков миллионов японцев! Надо ли говорить, в какой ярости Коджи?! Мазингер стоит на Гуле. — Я убью тебя, Мазингер! — граф Брокэн появляется в противоположной части своей летающей крепости. Он пилотирует свой личный талос, носящий его имя: стилизован под его собственную внешность, выглядит как светло-серый угловатый тевтонский воитель, ноги и руки тёмные ниже суставов, без головы на плечах — механическая голова дуллахана летает отдельно на реактивных двигателях и на антигравитационной платформе (двигатели — для скоростные рывков). В правой руке — длинная и очень громоздкая рапира с белым клинком и позолоченной гардой. — Дыхание Нергала! — Коджи хочет его растворить. Брокэн взмахом рапиры запускает воздушный серп, он разрезает кислотное дыхание и распыляет его в стороны. — Фотонный взгляд! Брокэн отражает рапирой лучевой взгляд. — Южный крест! Сгинь, нечисть! — Коджи просыпает с локтей Мазингера рой сюрикенов. Графу приходит на помощь другой нацист — он пилотирует Харкеншмитт — талос, стилизованный под солдата Рейха: этот робот проливает рой свастик-сюрикенов, мелкие орудия сталкиваются и детонируют. То, что долетело, Харкеншмитт отразил струями паутины со своих пальцев. — Дерьмо! — Коджи готовится применить ещё какую-нибудь атаку. Алый монокль талоса Брокэна стреляет рубиновым лазером. Его прямое попадание в прозрачный купол на голове Мазингера ослепляет Коджи. Вреда не наносит. — Получай, желтая обезьяна! Дальше происходит таран — это голова сперва бьёт в голову Мазингера — и бьёт раньше, чем Коджи успевает отреагировать, поражает его электрошокером. — Ха-ха-ха! Граф Брокэн ликует. Харкеншмитт приклеивает Мазингера к Гулу, покрывает почти его всего паутиной. Робот Японии не может двинуться. У Коджи нет времени освобождаться. — Я — твоя смерть, Кабуто! Безголовый тевтонец вставляет себе гарду в трахею, подпрыгивает, выпускает реактивные струи из ног и ранцы на спине, раскручивается вокруг своей оси. Брокэн нацелен пронзить Мазингера в живот. Лицо графа исполнено вампирского ликования. — Коджи!.. — Саяка стремится ему помочь, но Брокэн это предвидел: — Я твой враг, мартышка! — к Венере летит Дэдкросс — мехакайдзю, подобной гигантской свастике, без конечностей, оснащённый длинным хвостом с секирой на конце и длинной шеей с красной рогатой ликующей головой дьявола. Саяка вынуждена отпрянуть от Гула — Дэдкросс пролетает мимо. Коджи не может рассчитывать на Саяку. Он понимает, что ничего больше не успеет, использует свой коронный приём — пригибает голову и одновременно выбрасывает кабину-глайдер, она взлетает на манер истребителя. Пилот одновременно выпускает из своего мозга ментальные волны, которые программируют нужный ему вариант будущего. — «Свет возможностей!» — с помощью этой силы, Коджи может сотворить буквально нужный исходит событий. Талос нацелен на поражение пилота Мазингера, так что сейчас, в самый последний момент, когда робот опускает голову без пилота, рапира берёт выше. Зацепить рапирой летящую кабину тоже не выходит. В результате талос Брокэна пролетает над Мазингером, задевает его, но не может скинуть с Гула — паутина удерживает робота Японии за ноги. Итак, талос Брокэна пролетел. Коджи благополучно опустился, вновь вернулся в голову Мазингера. — Что?! — граф настолько изумлён, что не верит своим глазам. Не только он один — доктор Хелл, барон Асура и виконт Пигман, не говоря про прочих живых приспешников, охвачены религиозным ужасом при виде такого исхода! Нацист, пилотирующий Харкеншмитт абсолютно деморализован: — Бог с ним! Бог с Фондом! — бедняга дрожит от ужаса. Пилот Дэдркросса в таком же состоянии — у Саяки появляется шанс помочь Коджи. — Это еврейское колдовство! Каббала! У него высшее посвящение каббалы!.. — кричит Брокэн. — Умри! Умри! Умри, жид! Саяка лучевым оружием, используемым на умеренную мощь, испаряет паутину вокруг Мазингера. Она бросает серпы в Харкеншмитта — его режет в клочья! Брокэн-тевтонец возвращается: — Хуй тебе! — Коджи запускает из паха Мазингера фаллической ракетой — она прямо разносит подлетающего тевтонца в обломки! В самом моменте уничтожения, талос-тевтонец успевает исторгнуть рапиру. Она ещё летит, из гарды бьёт своя реактивная струя! Коджи хлопает в ладоши, останавливает её, наконечник рапиры замирает возле его лица, разделённого с ней только прозрачным покрытием кабины в голове Мазингера. Коджи чувствует, что она сейчас рванёт. Внутри заложена взрывчатка. — На! Лови!.. Коджи метает громоздкое оружие в Дэдкросса — пронзает этого дьявола-свастику с секирой на конце. Пилот кричит. Взрыв! Ветер развеял пыль от этого мехакайдзю. — Дерьмо! — внутри летающей головы, похожей на его собственную, Брокэн пытается удрать. Он полностью деморализован. — Какая сила!.. Какая сила с ним?!. А-а-а! — Не уйдёшь! Брокэнбол! — Саяка успевает его перехватить — пинком ноги отправляет обратно в Гул! Голова воздушной крепости сильно повреждена, сейчас Коджи притягивает электрические разряды к одному из её крыльев. — Мы потеряли всех, Саяка! Я должен забрать ключ, иначе мы не сможем уничтожить Адский замок на Бардосе! - Коджи отсоединил глайдер, спустился в расщелину обшивки Гула. Внутри Коджи посадил свою летающую машину, поднял прозрачный купол, вскочил, вынул фотонный бластер из кобуры на поясе. Сейчас Коджи с помощью шлема излучал ментальные волны, которые влияли на электронное оборудование крепости Гул – её нельзя было сдвинуть с места и нельзя было запустить систему самоуничтожения и не представлялось возможным даже стереть данные. Обладай Коджи более глубокими навыками технопатии, как Лэйн, ему даже не требовалось бы особенно взаимодействовать с компьютерами, чтобы просто считать нужную информацию, перенести её на шлем — и потом в Фотонную лабораторию, где её могли бы расшифровать. — Сейчас!.. — Коджи идёт сквозь широкий коридор, где сверху падают оплавленные балки, всюду валит тёмный дым. Одна из них должна рухнуть прямо на него — аура уклонения заставляет её свалиться в сторону; едкий дым также обходит нашего героя, когда он, в своём чёрном-красном облачении и шлеме, идёт сквозь пожарище. Прозрачный экран перед глазами активно сканирует окружение, показывает всё в рентгеновском виде — указывает путь. Коджи поднимается в помещение, где царит кавардак — мебель и оборудование завалили рухнувшие массивы с верхних этажей. В том числе происходит заливание этого отсека с верхних этажей. Разумеется, на такой высоте всё тут разгерметизировано, обычные люди тут бы погибли или потеряли сознание. — Кабуто здесь! — закричал один из неонацистов Железного креста, попавшейся живым — он обгорел и сейчас полыхает пламенем, словно восстала из ада, однако из-за того, что это — модифицированный человек, он не чувствует боли, по-прежнему на ногах и озабочен происходящим. — Здесь, да!.. — Коджи разит лучом смерти со своей бластера. Идёт дальше, обступает упавшие груды покорёженного и оплавленного металла. Коджи голыми руками поднимает тяжёлую дверь, способную в момент опускания рассечь человека на две части. За ней — целая группа живых и готовых к сражению боевиков Железного креста. Эти рядовые напоминают обычных пехотинцев Вермахта — они в светло-голубой форме — чёрные пояса, красные бархатные перчатки, сапоги и воротники. Лица — за чёрными масками с линзами, открывающимися вокруг носа и рта; они носят тёмно-желтые шлёмы с эмблемой красного креста на лбу. Несколько дюжин видят перед собой Коджи, стреляют в него из штурмовых винтовок — свинец либо пролетает мимо, либо попадает только в те части тела, которые скрыты доспехом, отскакивает от них с затихающим звоном. Коджи стреляет из фотонного бластера — пронзает все тела, какие стоят на пути луча. Проскакивает сквозь прожжённые насквозь трупы, во время своего молниеносного движения буквально раскидывает тех, кого ещё не успел застрелить. Коджи — перед разбитым экраном, панели управления в большой комнате ещё живут. Он подходит к ним, кладёт руки, перчатки пилота Мазингера резонируют с системой управления — на прозрачной части шлема перед глазами бегут цифры и прочие данные. Ближайшие экраны Гула, в том числе голографические, показывают утечку информации. — Кабуто Коджи!.. — сквозь одну из щелей сюда подбирается граф Брокэн. Его тело — по-прежнему в помпезной униформе — несёт голову в руке. — Доктор Хелл, конечно, сможет изменить код своего силового поля, но на полную перестройку его структуры у него уйдёт по крайней мере два часа!.. — Коджи блистательно улыбнулся, поворачиваясь к своему заклятому врагу. Позади Брокэна появились его боевики. — Не дайте ему забрать данные!.. Боевики стреляли по панелям управления, кто-то бросил связку гранат в ближайшую коммуникационную шахту, чтобы вывести из строя собственную же электросеть. Коджи развернулся, одну руку по-прежнему держал над панелью управления, в другой — сжимал бластер, стрелял лучом смерти. Это оружие, как уже говорилось выше, прожигало сразу все тела, какие только стояли на линии его поражения. Боевики Железного креста издыхали там, как куры на бойне. Граф Брокэн задвинулся в сторону. Он усилил собственные ментальные волны, как мог, сотворил множество безголовых тел, облачённых в помпезные офицерские наряды. Со всех сторон, тела Брокэна навалились, они смогли схватить Коджи, один держал его за руку, не давая стрелять, куда надо. — Мы умрём вместе!.. — граф Брокэн мог взорвать все свои тела вместе с собой, чтобы уничтожить себя и своего противника. Если бы накачал их должным количеством энергии. Экран перед лицом Коджи показал, что метафизической воли врага хватит на то, чтобы убить его этой атакой. — Саяка!.. Как только Коджи упомянул её, она выстрелила луч рядом с этим местом, прожгла его. Граф Брокэн утратил должную концентрацию, Коджи разбросал его безголовые тела, сбил летающую голову своим лучом. Фотонный бластер слегка задел Брокэна, опалил его череп с боку, слегка обнажил кость, утыканную под кожей всякими электродами. Дуллахан-киброг улетел в расщелину, сейчас вышла из строя его антигравитационная платформа, к которой крепилась шея. — Спасибо, Саяка! Коджи уже выбежал отсюда — застрелил двух боевиков Железного креста, пытавшихся что-то сделать с глайдером. Застрелил двоих, если точнее. Подбежав к третьему, дал в рыло в так, что нацик в гнутом шлеме улетел метра на три. Коджи сел, поднялся в воздух и состыковался с головой Мазингера. — Мы проиграли! — закричал выживший до этого момента боевик Железного креста. — Мы проиграли! Бог на стороне Японии! Бог с жёлтыми обезьянами! Кем бы не был Бог, Бог на стороне Азии!.. Мы были неправы, граф Брокэн! — Бумеранг! — Коджи срывает панель с груди, метает её так, чтобы она рассекла брюхо Гула. — Ледяной гром! Морозный луч охватывает льдом другое крыло. — Дыхание Нергала! — решётчатый рот со свистом выпускает воздушный хобот, он несколько раз изгибается, попадает прямо в двигатели Гула. Изнутри разлагает их, позади гигантского воздушного монстра происходит несколько взрывов. Голову Брокэна вбило в корпус Гула. Мазингер попирает её ногой — враг проваливается в полость корабля. — Оппай! — Саяка грудной гранатой разрывает бок Гула. Вся километровая воздушная крепость горит и дальше себе взрывается, искрится электричеством, от неё валит дымом. Обломки отваливаются. Граф Брокэн понимает, это конец — мёртвого нациста охватывает ужасная досада. Он с ненавистью смотрит на трансгендера барона Асуру. Его подводное судно уже всплыло на горизонте и на его поверхности выступили мехакайдзю. Эти талосы уже в силах вступить в бой… — Граф Брокэн! — механический глаз-монокль транслирует ему в мозг следующее изображение; офицер Железного креста кричит перед экраном. Позади него в гигантскую комнату управления врывается Мазингер. Охваченный гневом, Коджи буквально разносит стену, разрывает гигантский экран, на котором ранее изображалась интерактивная карта. — Мы всё равно упадём, но мы можем выбрать где!.. — граф Брокэн всё ещё может использовать остаток своей метафизической воли, своей ненависти и ярости. Гул срывается с места на остатке выхлопа антигравитонов — Коджи и Саяка не ожидали, что противник так резко даст дёру: они слишком увлеклись его разгромом, потому свалились с его поверхности. Мазингер и Венера, Коджи и Саяка, муж и жена пролетели над пылающим Токио. Взглянули на то, как Гула несёт сквозь ночное небо, оставляя шлейф дыма — громадный, летит прямо по направлению к подводной крепости барона Асуры. — Граф Брокэн! Мы идём вам на помощь!.. — барон Асура наблюдал за этими событиями. Мог бы активнее пошевеливаться, однако предпочёл подождать пока окончательно доломают — уж больно наш грек-трансгендер ненавидел этого дуллахана-нациста. — Уже не нужно! — отозвался граф. — Я сам к вам приду!.. Сардонически ухмыляясь, он падает прямо на Будо. Барон Асура ликовал, когда видел поражение графа Брокэна. Этот дуллахан всё время кичился своим реальным опытом боевых действий ещё во времена Второй мировой; безголовый регулярно критиковал Асуру и искал в действиях тёмного жреца подвох, ошибку или дилетантизм. Но вот сам проиграл. И не просто проиграл: Железный крест погиб в полном составе и забрал с собой в ад всех роботов Японии, кроме Мазингера и Венеры. Это значит, что Корпус Асуры сможет напасть всем скопом всего лишь на двух противников! Барон Асур занял кресло пилота внутри талоса, выстроенного по его образу и подобию: двойное чёрно-белое лицо, корпус имитирует греческое облачение — в одной руке гигантский жезл Бардоса, из другой растёт клубок пурпурных кнутов-щупалец. Позади «Барона Асуры» — самая разнообразная рать: гигантский Титарн с массивной шипастой дубиной, живая колесница Джаггернаут, копейщик Гирон, вендиго Борнест, крокодилообразный Крокодивер, десятки прочих… — Гул врежется прямо в нас! Его Анти-АТ-поле направлено на подавление нашего!.. — доложил зомби-солдат в шлеме. — Мы все ещё раз умрём! — Брокэн, нет!.. — Асура кричит в ужасе. Коджи и Саяка наблюдают за этой грандиозной катастрофой, прилагают свою метафизическую волю к тому, чтобы защитные АТ-поля бардосцев разом исчезли: взвыв на горизонте! Колоссальный паровой гриб восходит в ночное небо, целое цунами от уничтожения двух крепостей доходит до берега и гасит пылающий Токио… — Он ведь уничтожил своих! — изумилась Саяка, хлопая глазами. — Хелл, видимо, забыл, что он правый, а не левый. Хуёво ему играть в эксклюзивность! — Коджи браво усмехнулся. — Сделать команду из нациста и трансгендера — плохая идея для него, ха-ха!.. — Граф Брокэн! — доктор Хелл на Бардосе схватился за голову. — Вот ублюдок! Ты потерял один мой Корпус и уничтожил второй мой Корпус просто на ровном месте! Просто из злобы!.. Да я подниму твой дух из могилы и буду пытать тебя за это вечно! Теперь вся моя атакующая армия уничтожена и половина её погибла просто по прихоти моего офицера! О, Брокэн! Почему ты так ненавидел барона Асуру?! — Доктор Хелл. — К нему обратился Пигман. — Я могу дать объяснение, но, думаю, оно вам не понравится… — Говори?! — Все мы — всего лишь рабы духов злобы поднебесной. Их злоба заполняет наши сердца и мы подчиняемся ей, как марионетки подчиняются кукловоду: мы с вами отдали свои души Губительным Силам, так что не удивительно, что они губят нас. — Слишком по-философски!.. — доктор отмахнулся от такого объяснения со стороны негра. Для него слишком невыносимой стала бы мысль, что он — такой великий — всего лишь жалкая марионетка какой-то гораздо более могущественной, тёмной и губительной силы. — Ну что ж!.. Нам не нужно тратить время на разгром Корпуса барона Асуры! Нам пора наконец взяться за самого Хелла! — Коджи направил Мазингер к Эгейскому морю. Венера — за ним. Её груди-гранаты просто заново отросли. Грозовые тучи заслоняют небосвод над Эгейским морем. Остров Бардос виден на тёмном горизонте. Вспышки молний освещают эту кровавую, ржавую скалу, возвышающуюся среди бушующих вод. В самом центре своё место занимает тройной кричащий демонический лик, обрамлённый бородой и рогатым венцом. Он словно бы грубо высечен огромной рукой в твёрдой породе. Коджи пробивает с тарана невидимый защитный барьер над островом — теперь трёхмерное оружие может поразить это место. Зомби-солдаты пустили в ход многочисленные батареи — выстрелы орудий пронзают грозовые облака. Мазингер пикирует сквозь рой снарядов: — Фотонный взгляд! Лучи с глаз испепеляют огромное количество военной техники по всей береговой линии. Зомби-солдаты превращаются в тёмные силуэты, падают от выжигающих вспышек, какое-то время ещё пытаются шевелиться, пока дымятся. — Проклинаю тебя, Кабуто Коджи! Я поставлю на кон свою жизнь, чтобы уничтожить тебя: Адский замок, запуск! Коджи слышит голос Хелла. Островное изваяние приходит в движение — раз, и сама вершина ржавого массива суши сходит, как гигант, более трёх сотен метров ростом, вооружён четырьмя руками. У великана — три бородатых лица, круг шипов над ними, жёсткий нагрудный доспех, оскал черепа на животе. Король ада Гордон — очередная его ипостась, далеко не самая могущественная. — Надо же!.. Какой большой талос! Сам Замок — это талос! — Саяка поражена. — Бьём его в голову! — Коджи сейчас совершенно бесстрашно и решительно сконцентрировал всю доступную ему силу. Огненное сердце, фотонный взгляд, гранаты-груди, фаллическая боеголовка, притянутые с неба электрические разряды: одновременно попадание двух супер-роботов в массивную коронованную голову с тремя бородатыми ликами. Всё это ломает центральное лицо! Вместо него теперь просто сплошная кровоточащая дыра, зияющий провал, сквозь который каждую секунду наружу вырывается раскалённая материя. Коджи сразу же за этим запускает в крайнее лицо дуновение разложения, в другое — ледяной гром. Выпускает реактивные кулаки — каждый из них попадает в лбы этих боковых лиц. Из них тоже хлещет магматическая кровь, голова — в дыму, вокруг неё всё вспыхивает и гремит… Взрыв! Голову полностью снесло! — Я раньше хотел пилотировать из головы… — Доктор Хелл прозвучал следом же за этим. — Но я решил смирить свою гордыню. Даже будучи полностью лишён головы, Король ада Гордон — этот талос смог двигаться, как ни в чём не бывало! Его ноги ступают по острову, он идёт к ним. — Коджи! — испугалась Саяка. — Дерьмо! — Коджи был уверен, что он по крайней мере отправил в нокаут Короля ада таким ходом. Гордон в одной из рук держал длинней чёрный меч, в другой — искрящейся бич, в третьей — чашу в виде вскрытого черепа, в четвёртой — ваджру, ритуальный индуистский трезубец, разящий молниями. Взмах меча запустил воздушное лезвие — от него Коджи и Саяка смогли увернуться, просто бросились лететь в разные стороны. Чаша выплеснула кислоту в Мазингер — эта ёмкость постоянно наполнялась сама собой. Коджи крутнулся в воздухе вокруг своей оси, окружил себя вихрем, который поймал разъедающую жидкость и расплескал её в стороны от него. Череп на груди Гордона выдохнул разложением. Мазингер сдул его от себя собственным ураганом, пропущенным сквозь ротовую решётку. Бич охвачен электрическими разрядами, когда бьёт, высекает искры!.. Коджи уклонился от него, Хелл рассёк им воздух, закрутил в спираль. — Циклон Гордона! — тогда доктор зло начал вращать всего Короля ада, вокруг великана возник чёрный пылевой столб торнадо не меньше километра: череп выдыхал огонь, чаша расплёскивала кислоту, электричеством расходилось от кнута и ваджры. Это — ураган бушующих стихий, призванный изничтожить всё живое! По крайней мере Мазингер и Венера сбиты с неба громом и вихрями и падают на береговую линию. Их оболочка начинает покрываться коррозией, частично осыпаться. — Хелл! Сукин сын! — Коджи сразу же встаёт среди прибрежных скал. — Я сильнее тебя! Мазингер притягивает к шипам, торчащим из головы, всё окружающее электричество — разряды от бича и ваджры втягиваются в Мазингер. Коджи сразу же за этим возвращает весь ток обратно: бич распадается в пепел, ваджра перегорает. — Получай хуй! В паху Мазингера выросла боеголовка — её запуск ломает коленную чашечку Гордона во время кручения. От этого переламывается нога, все три сотни метров чистого зла падают, сотрясают весь остров! Саяка шокирована таким быстрым ходом событий. Она парализована, просто стоит возле Коджи. — Хелл! Я убью тебя! Не думай, что сможешь пережить нашу битву! Хелл замахивается в его сторону чашей. — Ураган! — Коджи выдувает ветер сквозь ротовую решётку. Он сносит кислоту. В этот момент баллистические ракеты Коалиции летят сюда, поражают Короля ада, разрушают его доспех. Огромный монстр — на карачках, от него отваливаются куски. Впрочем, Мазингер тоже разрушается. — Коджи!.. — Саяка страшно испугана тем, что робот её мужа может в любой момент развалиться. — Не вякай, баба! Дай мне добить его! — Коджи решает охватить себя ярким бело-золотым силовым полем, просто пронзить врага на скорости, врезаясь ему прямо в раскрытую трахею… К сожалению, кусок скандера уже отваливается. Коджи не сможет теперь взмыть в полёт столь лихо. Гордон к тому моменту приподнимается, опирается на свой длинный чёрный меч. Безголовый великан перемещается на спину, садится и возносит меч к небу, притягивает к нему молнии, чтобы окутать лезвие электрической аурой. Хелл планирует метнуть своё оружие прямо в Мазингер. — Оппай! Саяка стреляет грудями своего женоробота — попадает в локоть руки, возносящей меч. В результате он вываливается из пыльцев, падает и вонзается рядом в каменистый грунт, плавит его. Хелл ревёт от ярости. Рука страшно изувечена. Хелл не сдаётся. Руки Гордона, ранее сжимавшие бич и чашу, выставляют голые ладони. Растопыренные пальцы проецируют неоновую прозрачную стену. Мазингер сталкивается с барьером… и разваливается сам! Буквально крошится, кабина вылетает из развалившейся головы! — Вот дерьмо! Мазингер, нет!.. — Коджи впервые так сильно пугается… Впрочем, ему всегда хватает запала преодолеть свой страх и сражаться дальше. — Коджи, давай отступим! — Саяка видит, что летательный аппарат Коджи, сама кабина-глайдер, всё ещё кружит в воздушных пируэтах посреди разлетающихся крошек. — Нет! Я добью его! — Коджи видит, что барьер Гордона пока всего лишь в форме стены закрывает одну его часть. Коджи резко взлетает над врагом — пикирует, вонзается в раскрытую трахею, как он хотел! Он вложил всю свою метафизическую волю в то, чтобы пробиться в кабину Хелла! — «Я убью его лично! Я лично вырву сердце из его груди!» Коджи своим глайдером пробивает кокпит, раскрывает прозрачный купол глайдера, выпрыгивает с сиденья с фотонным бластером в руке. Хелл перед ним на своём троне. Вокруг — обнажённые девицы, уже хорошо знакомые Коджи. Белокурые бестии превращаются в львиц, в тигриц, в змей, в хищных птиц, в медведиц — бросаются на него всей сворой. Коджи всаживает в них лучемётом, отправляет обгоревшие туши дымиться в углу, туда их сносит прямыми попаданиями. — Умри, Хелл! — Коджи видит его перед собой сквозь прозрачный экран шлема, система сканирования и распознавания показывает, что с врагом что-то не так. Без разницы — Коджи стреляет в доктора. Хелл бросает жезл Бардоса на манер копья, набалдашник выбивает бластер, отскакивает в голову и сбивает с неё аж шлем! У Коджи рассечён лоб, брызгает кровь, стекает по бровям и векам. — Умри! Коджи бросается на врага с голыми руками — с каждым ударом вокруг руки атакующего возникает образ призрачного кулака Мазингера. Хелл получает своё… в какой-то момент его бесстрастный облик превращается в некое подобие мешка. — Что?! — Коджи хватает врага руками. Разрывает. Из мешка достаёт какого-то маленького уродливого пигмея, покрытого словно бы светлым пеплом. — «Это виконт Пигман — иллюзионист! А где настоящий Хелл?!» В следующий момент в спину Коджи вонзается жезл Бардоса, заканчивающийся подобием раздвоенных рогов. Глаза Коджи максимально раскрываются в шоке. Он падает в лужу крови, впрочем, напоследок успев сломать голыми руками шею Пигмана. — Ты за всё это заплатишь! — звучит доктор Хелл из-за спины. — Даже не думай, что твоя смерть будет быстрой!.. Саяка вынуждена бежать с острова, так как Король ада Гордон снова распространяет защитный барьер и начинает регенерировать. У неё нет сил его пробить. Саяка вся в слезах. Жена обвиняет Коджи, кричит в грозовое небо, что убьёт его за то, что он поступил так необдуманно. Это когда он вернётся. Но в то же время Саяка молит небеса, чтобы её муж вернулся живым из этого приключения… Нанороботы Бардоса регенерируют, база восстанавливается. Доктор Хелл активирует клона брона Асуры. Новый создан с нуля, у трансгендера новое сознание, но в него пересаживаются воспоминания старого барона Асуры. «Новый старый» тёмный жрец полон жажды служить. Солдаты-зомби помогают ему выбраться из резервуара. Голый гермафродит — одна часть тела которого мужская, иная — женская, гениталии — двойные: присутствует член, под ним — влагалище. Зомби-солдаты учтиво передают гермафродиту новый наряд, выглядящий в точности как старый. Сам Хелл в это время довольно предвкушает кару, предназначенную для Коджи Кабуто. Как метафизически развитый человек, пилот Мазингера просто утратил сознание с тычка жезла Бардоса, но он не погиб. К сожалению. К большому сожалению!.. Подобно Тэцуе, новый барон Асура помнит все поражения своего предшественника и благодаря этому охвачен страшной яростью по отношению к пилоту Мазингера. Ему доктор Хелл поручил пытать ненавистного врага. Вот адский гений входит в специальную оборудованную камеру в глубинах Бардоса, предназначенную только для истязаний Коджи. В довольных глазах антихриста отражается полностью обнажённый пленник. Руки подняты за цепи, в подмышки вонзаются по три чёрных провода, соски неестественно вытянутые и в них воткнуты шипы. Глаза Коджи закатились, а на лице гримаса агонии и экстаза. Гениталии всё время находятся в состоянии эрекции и периодически выбрасывают сперму. Стальные шлемы по очереди насилуют пленника. Барон Асура с истеричным восторгом комментирует реализацию своих потаённых сексуальных фантазий. Кадавр-трансгендер с большим удовольствием рассказывает о том, что нервная система пленника специально так стимулируется, чтобы вызывать одновременно и экстаз и боль. Чтобы его личность оказалась окончательно уничтожена и растворилась в хаосе ощущений. Саяка прибыла в Лабораторию, здесь — паника. Никто не знает, что случилось с Коджи. Но вот — Бардос начинае трансляцию по всему миру… По всему миру! Все народы видят, что сейчас происходит на Бардосе с Коджи Кабуто! Барон Асура с удовольствием начинает очередной стрим с пытками — сперва говорит женская часть этого кадавра, тон голоса как у женщины: — Это очередная прямая трансляция пыток Кабуто. Поскольку соски Кабуто были модифицированы и чрезвычайно чувствительны, он не может перестать кончать, когда его соски дразнят или пытают. Из-за постоянной стимуляции и издевательств физическая структура сосков Кабуто деформировалась. Как видите, из-за постоянной принудительной эякуляции массивные яички Кабуто уменьшились в размере и потеряли почти 90% своей функции. Итак, сегодня состоится очередной прямой эфир, цель которого — унизить Кабуто перед его друзьями и товарищами. Поскольку они ничего не могут сделать, чтобы спасти или помочь Кабуто, им трудно смотреть эти прямые трансляции. Большинство из них уже отчаялись и игнорируют их. Однако есть и те, кто втайне получает удовольствие, наблюдая за пытками бывшего героя… По мере пыток и издевательств, барон Асура отрезал Коджи все конечности и заменил их вживлённым металлом — к коротким культям садист подсоединил цепи, за эти цепи оголённый торс пленника подвешен и всё также подвигается мучениям с помощью высоких технологий. Там, где ниже подмышек в кожу введены трубки, всё страшно посинело и даже почернело. Возможно, уже идёт гангрена. Выражение Коджи по-прежнему осталось бессмысленно-страдающим — он, как на кол, насажен на очень большой фиолетовый электронный вибратор. Всё это видели соратники Коджи и ужасно страдали от того, что не могли ему помочь. — Привет! — вслед за баронессой зазвучал мужской голос барона Асуры. — Прошло уже довольно много времени с момента последней прямой трансляции. Моя работа ужасно утомительна! День за днём ​​мучить изувеченное тело этого неудавшегося героя. Слушать его крики и стоны снова и снова. Сегодня в прямом эфире мы протестируем на Кабуто наш новый афродизиак, разработанный доктором Хеллом. Мы введём ему в организм огромную дозу препарата. Посмотрим, сколько он сможет выдержать. Не забудьте поставить лайк!.. У Саяки случился выкидыш — она была беременна от Коджи — и она сейчас близка к самоубийству. Пока Коджи страдал в агонии на протяжении месяцев, нутро Бардоса, защищённое от атак барьером, могло перерабатывать останки Мазингера. Доктор Хелл и барон Асура взирали на восстановленного супер-робота. — Эйдос Мазингера в наших руках, доктор Хелл! — барон Асура в абсолютном восторге. — Конечно, — сверкали глаза доктора Хелла. — Теперь его эон работает на нас… Оба стоят перед Мазингером Подземной Империи. Лишь один глаз на месте, второй — не смог регенерировать. Много где на корпусе трещины, они остаются как память о мучениях Коджи. Лицо робота — в оковах, символизирующих плен, и в обрамлении из жёлтого металла, подобного металлу первоначальных головных конусов. Шипы из такого материала торчат сквозь ротовую решётку по краям. Символ муки и страха. Вместо головной кабины-глайдера — мини-мехакайдзю, фиолетовый, с парой злобных красных глаз, сидит как паразит-кукловод в центре головы. Кроме трещин, всюду из Мазингера — подобия шляпок не то вкрученных болтов, не то вбитых гвоздей. Это ограничители машины и её «пилота». Пилот — внутри мини-кайдзю. Обнажённый торс Коджи, лишённый рук и ног, погружён в обрамления из проводов. Один глаз отсутствует, как у самого Мазингера, в пустую глазницу вставлены красные проводники. Левый сосок сейчас так деформирован, что представляет собой по сути круглую широкую дыру в коже, серую, сморщенную и сухую по краям — множество крохотных проводков входит прямо в тело и, похоже, подсоединяется к сердцу. Если взглянуть на Коджи со спины, можно увидеть, что позвоночник оголён, к нервной системе подключены проводки, проволока. Ягодицы и значительная часть таза срезана, кишечник, кажется, заменён. В некоторых местах сквозь бока и сквозь грудные мышцы Коджи в живую плоть воткнуты подобия болтов. Живой глаз пилота ещё двигается, рот больше не может закрываться, но можно ронять слюну и озвучивать утробные, мучительные звуки. Ещё в самом начале пыток Коджи откусил собственный язык и попытался им подавиться, но не вышло — Хелл сделал так, чтобы его тело больше не нуждалось в кислороде. Итак, Коджи полностью сломлен, но всё ещё несёт в себе метафизический сгусток, представляющий собой квинтессенцию боли, ненависти, страха, отчаяния, стыда и глубокого чувства нечестивости и извращённости. Нервную систему Коджи то подвергают истязанию, то экстазу, но куда чаще тому и другому одновременно. Но Коджи может осознать происходящее: он всё понимает, хотя, как кажется, доктор Хелл и барон Асура считают, что он уже не помнит себя. Мазингер Подземной Империи буквально пылает тьмой — аура зла окружает машину смерти, ментальные волны мучимого Коджи наполняют его собой. Ужасный робот сходит с места, размеренно двигается. — Я буду управлять им, — барон Асура вскоре садится внутри головы Мазингера. Даже ему трепетно браться за такую машину, основанную на угнетении и страданиях заклятого врага. — В ближайшее время я не могу использовать Гордона. — Хелл решил лично вступить в бой. — Так что я не буду больше сидеть тут. Я отправлюсь с тобой, барон Асура. Саяка Кабуто впала в глубочайшую депрессию. Участь Коджи настолько её шокировала, что она просто не могла больше быть частью Фонда. Она выпивала, превратилась в растрёпанную мымру с синяками под глазами. Бродила в таком виде по ночным улицам, полным беженцев, бандитов и сумасшедших. Саяка мечтала, что её кто-нибудь пырнёт ножом или что она свалится где-нибудь в темноте и найдёт свой конец. Увы, ни бандиты, ни отщепенцы, ни беспризорники её не трогали. Возможно потому, что один взгляд в её убитое лицо, полное страданий, уже отбивал всякое желание находиться в её присутствии. В какой-то момент Саяке стали назойливо названивать — она выбросила свой смартфон. Бродила сутки напролёт, ничего не ела, исхудала так, что погибла бы, будь она обычным человеком. Но в ней ещё осталась искра экзистенции высшего порядка, так что привычные законы реальности пока не могли её убить. Саяке попала на территорию, где уровень радиации повышен, где обычным людям находиться небезопасно — тут никого уже не было. Она просто упала и лежала какое-то время, желая наконец умереть… Что-то в сознании дало ей силы встать и вернуться к цивилизации. Когда личность человека достигает, казалось бы, полного краха под гнётом обстоятельств, дух, какой-то осколок прежней воли позволяет просто встать и пойти дальше. Саяка вернулась в цивилизацию — точнее, она думала, что вернётся в цивилизацию. Пока она шагала вдоль шоссе, по которому всё время проезжают автомобили, нос в первую очередь почувствовал смрад гноя и гари. Вскоре она увидела кровь на улице, разгром, огромное количество багровых и распухших трупов на асфальте и на шоссе. Черепа выглядят буквально взорванными изнутри, мозговое вещество буквально расплескалось. Мужчины, женщины, дети — сотни, тысячи трупов в самых мучительных позах покрывают собой улицы. Поначалу Саяка подумала — ей просто снится кошмар, потому в каком-то смысле она даже отнеслась равнодушно к этому зрелищу. Лишь в дальнейшем она поняла, что не спит. Это не кошмар. Это — явь, которую создал для них мизантроп доктор Хелл. Смрад царил невыносимый. На глаза попалась группа вояк в костюмах химической защиты — у них у всех оружие в руках. Они сжигают трупы. Увидев её, вояки начали по ней стрелять. Саяка растерялась — пули засвистели вокруг. Метафизическая воля в отводила их. Она решила убежать и сделала это с такой скоростью, что обычные люди вскоре просто утратили её из восприятия. Дальше она узнала, что Хелл распространил некий вирус — сумчатую чуму. Уже за неделю он распространился по всей Америке. Разумеется, Хелл применил его против столь ненавистной Японии. Тиран объявил ультиматум: если все страны и народы не склонятся перед ним, то он будет вытравлять их всех этой чумой. Саяка покинула цивилизацию, но в дальнейшем пробирается сквозь кустарник, следуя через пустыри, развалины и заброшенные дома, она вновь столкнулась с людьми. Если этих существ, конечно, ещё можно было назвать людьми: кровавые, опухшие лица, чёрный гной сочится сквозь поры раздутой головы. Голова выглядит буквально, как тёмные тыквы: глаза вытаращены, очень огрубевшие лица искажены либо безумными гримасами ужаса, либо некой порочной радостью — радостью, при мысли, что скоро весь мир узнает такие страдания. Как только эти инфицированные увидели её, сразу прекратили свои беспорядочные стенания — ринулись к ней, крича о том, что она тоже должна быть заражена. Кто-то аж упрекнул её в том, как она посмела ещё оставаться красивой и чистой — и это несмотря на то, как жутко Саяка выглядела после всех своих скитаний и голодания! Саяка поначалу замешкалась, но инстинкт заставил её сопротивляться. Она голыми руками отбилась от этих заражённых — одного швырнула на других. Один из мертвецов серьёзно ударился головой — от этого опухший череп-тыква лопнул, гной чрезвычайно широко расплескался, словно из бьющего фонтана. Поразило, как кости могли настолько деградировать, чтобы превратиться по сути в хлипкую телесную плёнку? После короткой потасовки мертвецы убежали, говоря о том, что она точно заражена — ведь Саяка полностью с головы до ног перемазана в их крови и в их зловонном гное. И Саяка, заплакав, села в углу ближайшего заброшенного здания, и находилась там, какое-то время ожидая, пока вирус паразит её тело. И он не заставил себя ждать. Не будьте воля к жизни у Саяки так подавлена, организм метафизически развитого человека смог бы отразить эту инфекцию сразу. Но сейчас девушка хотела умереть, так что эта зараза начала распространяться по организму, появились первые симптомы. Они вышли настолько болезненными, что девушка всё же не пожелала испытывать эту боль, начала напрягать свою волю, чтобы исцелить свой организм. Саяка около суток страшно потела, пережила бред и горячку, но её организм справился с этой заразой. Когда она, растрёпанная, грязная, дурно пахнущая, сама похожая по сути на окровавленный труп, покинула своё убежище, то на глазах ей попался вертолёт. Саяка уже привыкла слышать гул этих машин вдали, так что поначалу не обратила никакого внимания — она побоялась подходить к этим людям, решив, что они просто примут её за очередного живого мертвеца. Из вертолёта, приземлившегося на крышу одноэтажного дома, высунулись трое. Окрестности заполнены заражёнными — по инфицированным началась беспощадная пальба. Даже по тем, кто не двигался — даже по тем, кто просто забился в угол и дожидался своей смерти. Сама Саяка даже возмутилась — от чего так жестоко? Крови и гноя вокруг стало ещё больше, от них вообще нет теперь спасения. Саяка поняла, что воспринимает реальность сейчас совершенно иначе, чем раньше, теперь ей просто всё равно. Она просто зритель какого-то трешового ужастика, вот до такого состояния дошла её психика. — Саяка! — вдруг раздался знакомый голос. — Босс! Это — мускулистый и одновременно полноватый гопник — один из друзей Коджи. Сейчас он облачён в химическую защиту, стреляет из крупного калибра. А вот двое других участников этого побоища — не облачены ни в какую защиту: Саяка поняла, что это — метафизически развитые люди, которые могут отразить инфекцию просто силой воли. — Я!.. Я!.. — осознав, что она кому-то нужна, Саяка испытала очень сильные и яркие эмоции — у неё побежали слёзы по грязному лицу. Девушка начала подпрыгивать, кричать и размахивать руками. — Кабуто Саяка! Я — Цуруги Тэцуя! Я — сводный брат Кабуто Коджи! Пилот — Великого Мазингера, улучшенного Мазингера! — Тэцуя облачён в свой типичный стильный прикид, шарф вокруг шеи. Стреляет с обеих рук — строчит из фотонных бластеров, лучемёты выжигают толпчщиеся ряды инфицированных. Изуродованные болезнью, они кремируются прямо по ходу процесса. — Ким, забери её!.. — Так точно! Саяка раньше не видела Хуна Кима. Его тогдашняя реинкарнация присутствовала во время этих событий. Южнокорейский чемпион, мастер тхэквондо, использующий приёмы этого боевого искусства и свою собственную метафизическую волю. Хун носил свою типичную толстовку с изображением тигриной морды на спине, синие джинсы. Сейчас он по-быстрому извлёк свои босые ступни из кроссовок, закатал край джинсов к середине голени на одной из ног. Саяка моргнула — Хун одним лёгким движением запустил себя в воздух. В момент своего приземления он закрутился в полёте руками и ногами, всех окровавленных заражённых буквально разбросало. Саяка закрыла лицо руками. Когда убрала их, все заражённые валялись на расстоянии не меньше трёх метров. На самом Хуне при этом ни капли крови или гноя. Он, конечно, испытал некоторую брезгливость при её виде, однако протянул руку очень уверенно — напряжённый флегматизм на лице. Саяка протянула её в ответ — ей даже стало стыдно за то, что она у неё такая грязная и мерзкая… Ещё нашли по ментальным волнам, которые активно излучал её мозг во время борьбы с инфекцией. Саяку вскоре омыли люди в костюмах химзащиты — специальным дезинфицирующим веществом. Она впервые испытала радость за долгое время — радость от встречи с отцом, который тоже испытал аналогичные чувства. Господин Юми весь в работе. Так что много времени их встреча не заняла. Саяка переоделась в нормальную одежду — её сразу выпустили в люди, так как давно стало известно, что метафизически развитые люди неуязвимы к этой инфекции. В Лаборатории Саяка узнала, источник болезни — инфекция, из-за которой в черепной коробке больного активно скапливается инфицированная жидкость, производимая злокачественными клетками, размножающимися в лимфатических узлах. От избытка гноя, голова инфицированного раздувается до размеров небольшой тыквы, а после разлетается на куски. Передаётся контактным путём и для полного заражения достаточно всего одной капли заражённой крови. Радиус поражения от детонации черепа обычно составляет три метра. Также, некоторые заражённые на определенной стадии сходят с ума и превращаются в так называемых «Сумчатых Зомби», которые начинают ещё активнее распространять заразу всеми способами — отравляют водопроводы, кусают, пачкают, фанатично желая при этом, чтобы весь мир познал их страдания. Сумчатая чума абсолютно неизлечима и фатальна для обычных людей. В Фотонной лаборатории над всеми навесила тень отчаяния. Но после поражения Мазингера открылась онтологическая ниша… — Я — Цураги Тэцуя! — пилот Великого Мазингер смог наконец задействовать своего супер-робота. Как обычно, одетый в прикид военного пилота, чья шея обёрнута в шарф, Тэцуя Цуруги предстал перед политикам, генералами, учёными и журналистами. — Теперь я могу начать войну, к которой я тренировался всю жизнь в монастыре подпольных христиан! Из Южной Кореи прибыл робот Тхэквон V, созданный на территории этой страны американцами. Его пилот — Хун Ким здесь же. — Кабуто… — когда Тэцуя появился рядом с Саякой, она аж содрогнулась от того, как он к ней обратился. — Прошу, зови меня Юми! Я не могу слушать эту фамилию!.. — Саяка схватилась за лицо, пролила очередную порцию слёз. Тэцуя сел рядом с ней, накрыл её руку своей, обнял, прижал к себе. Он начал давить на необходимости мести Хеллу и спасения Коджи — путём его убийства, разумеется. На самом деле в глубине души Тэцуя относился к числа тех, кого устраивал такой ход событий. Тэцуя завидовал Коджи и сейчас был рад стать новым главным героем. В результате в душе не возникало особенного сочувствия к Коджи. Тэцуя подумал: его неродной брат сам виноват. Он поспешил, допустил ошибку… Тэцуя познакомил Саяку со своей невестой — Джун Хоно. Она была очень красивой мулаткой, дочь японки и негра! Мускулистого телосложения, у неё очень выразительные накрашенные губы. Джун села в модифицированную версию Венеры — в Диану. Это был женоподобный робот, оснащённый похожим оружием. У неё более человекоподобное лицом розового цвета, светло-фиолетовая корона. Торс окрашен в разные оттенки синего, а суставы — в жёлтый. На груди пара ракет со светло-розовыми наконечниками. Ещё один недавно построенный супер-робот — это Юниор. Визуально он представляет собой простого в чертах и в облике гуманоида, чья оболочка очень похожа на униформу бейсболиста. К нему прилагается дубинка и несколько сферических снарядов, которых Юниор, с помощью этой самой дубинки, запускает в противника. Снаряды обладают различным эффектом: парализующий или сжигающий электрокинез, облако разложения, облако раскалённой материи, облако холода и так далее. Юниором управляет Широ Кабуто — младший брат Коджи, ему около восемнадцати. Красивый и спортивный юноша с глазами оттенка морской волны; его разум полон жажды мести и она полностью охватывает весь его разум. На Бардосе доктор Хелл встречает своего давнего советчика — того, кого он обнаружил в недрах этого места, ещё вступив на проклятый остров в середине злосчастного XX столетия. — Доктор Хелл, — с ним заговорил эрцгерцог Горгон; это существо обладает человекоподобным торсом — у него орчья грязно-зелёная кожа, брутальное, свирепое человекообразное лицо; насыщенные, пышные, рыжие волосы — есть космы и борода; облачён он в чёрные доспехи на греческий манер, носит шлем с пышным красным хохолком; вся эта мускулистая человекоподобная фигура вырастает прямо из окончания спины крупного, жёлтого тигра с чёрными полосками и белыми мехом на животе. Эта причудливая химера всё время служила посредником между Хеллом-человеком и зловещим потусторонним миром, откуда приходили все запретные знания и тёмные технологии. Например, именно ему принадлежало создание Гамий. Горгон обещал Хеллу, что он может стать повелителем Микен, если сможет отбросить жалкую человеческую личность. — Я разработал для вас семерых элитных мехакайдзю, гораздо сильнее, чем все бывшие раньше: Драго, Элефанс, Серпентер, Гилания; Единорог, Кентавр и Гарадабла — вот этих бойцов я вручают под ваше начало. Надеюсь, удача в день битвы будет с вами. Только, чтобы управлять ими, необходим конкретно ваш жезл подле них. Доктор Хелл, вы должны присутствовать непосредственно в бою. Я надеюсь, вы не трус и мы, Микены, не разочаруемся в вас… Только отважный храбрец достоин звания нашего Императора Тьмы. Хелл не стал возражать и со всем согласился. Как показал Мелькор для Кодзи, сразу же после этого разговора эрцгерцог Горгон поручил одному из своих оборотней-шпионов слить информацию Фонду: Хелл будет лично участвовать в грядущей битве и будет находиться на борту своего флагмана. Мелькор это едко прокомментировал: — Эрцгерцогу Горгоне оставалось, пожалуй, только нарисовать на корпусе «Новалона» крупную мишень с надписью: «стрелять сюда». После уничтожения Гула возникло место для онтологической ниши. На Бардосе построили новую гигантскую летающую крепость — «Новалон». По сравнению с Гулом, у него гораздо более выпуклую форму. Спереди зияет решётка, как на лице Мазингеров, только гораздо больше и длиннее. На вершине — башня, застеклённая с одной стороны рубиновым экраном, служащая наблюдательным пунктом, а внутри «Новалона» находятся меньшее судно такого рода. По бокам — пара крыльев с двумя гудящими двигателями снизу. Летающая крепость отчалила к Японии, чтобы уничтожить Лабораторию Фонда. Сам доктор Хелл, уставший от войны, решил лично возглавить эту атаку, чтобы сломить последнюю линию сопротивления Земли. Перед решающей битвой доктор Хелл решил прочитать речь о своей грядущей победе. Тиран начал прямую трансляцию: он встал на специальный постамент, который напоминал собой гигантскую античную колонну. Там его окружало огромное количество микрофонов, на дьяволочеловека со всех сторон смотрели камеры — злодей, охваченной манией величия, желал, чтобы его персону в этот момент снимали со всех ракурсов. Позади на фоне стоят тысячи солдат-зомби, некоторые из них верхом на таких же киборгизированных зомби-скакунах — кавалеристы держат красные флаги с изображением демонизированного лика доктора Хелла / Короля ада Гордона. У всех однообразные лица, наполовину видные из-под шлемов: рабы внемлют каждому слову и готовы впасть в безумный восторг по одному желанию своего повелителя, ведь его мысли, передаваемые через жезл Бардоса, активируют нужные нейронные связи и электронные устройства, слитые воедино с реанимированной органикой. — Когда человечество перешло в XX век, стало ясно, что мы никогда не будем жить как прежде. Я сам родился именно в эти времена. Я родился от немецкой проститутки, которую изнасиловал сам Дьявол, принявший облик шакала — мой Отец. В зрелые годы я видел отвратительный бардак Веймарской республики. Я увлёкся идеями Гитлера и прочих фашистов. Меня страшно увлекла идея создать нового человека с помощью тотального насилия и абсолютного государственного контроля. Разумеется, фашистская мысль увлекла меня только по той причине, что во главе всей этой монументной силы я видел самого себя. Когда я направил весь свой гений на то, чтобы разрабатывать оружие для Третьего Рейха, я был кузнецом — да, кузнецом от самого Дьявола, но всё же не политиком. У меня не было возможности повлиять на политическую власть… В каком я был ужасе, когда Великий Рейх пал! Я был в отчаянии. Я хотел покончить с собой… Но Дьявол был со мной. Моей персоной заинтересовались войска Коалиции. Как думали, англичане и американцы, скоро должна была начаться Третья Мировая война с Советским Союзом. Подобно тому, как американцы спасли от суда японских военных преступников, таких как Сиро Иси, я был спасён теми, кому мой гений нужен был лишь для войны с Советским Союзом. Моя жизнь превратилась в серость, пока я не услышал легенду об одном острове в Эгейском море. Этот волшебный остров мог исчезать и появляться, повинуясь своим законом… Когда-то на нём царила Микенская цивилизация, железный гигант Талос защищал их от врагов. Но даже они были бессильны против природы — землетрясение опустило их остров на дно моря. Мне стало известно, что в середине XX века этот загадочный остров снова поднялся со дна. И я возглавил экспедицию… Не буду томить вас этими подробностями — дальше вы всё знает. Лучше давайте поговорим о мире. Когда закончилась Холодная война, сторонники западной демократии подумали, что случился конец истории. Что либеральная демократия — это самая очевидная форма правления, наилучшая для всех. Но она оказалась не состоятельна. Отсутствие границ, свободный мир непременно привёл к размыванию наций и ценностей. Обычные люди, заключённые в своих городах-коробках, начали вырождаться. Глобальный Север старел — в то время, как глобальный Юг в начале века достиг стадии перенаселения. Массовая миграция и вымирание наций привело к торжеству правых идей. Стало ясно, что все ресурсы находятся в руках у буржуазной элиты, в то время как народные массы, особенно молодое поколение, лишилось возможности получить хорошую работу. Либеральные интеллигенты невнятно блеяли про гендеры, эксклюзивность, дискриминацию и прочую чушь, которая непонятна простому человеку. Зазнайки проиграли медийную конкуренцию в борьбе с правыми популистами, которые разговаривали на языке быдла. Серия новых глобальных конфликтов показала, что ООН бесполезен… Так настала эпоха национальных консерваторов. Увы, но неоконы не смогли добиться успеха в решении тех проблем, которые вызвали их к жизни. Это стало особенно ясно в середине нашего столетия. Правые популисты не смогли укоротить буржуазную элиту, они не смогли предложить человечеству ничего нового, агрессивная риторика только привела к поляризации их собственного населения, а также к его окончательному обыдлению. Итак, неоконы проиграли. Население планеты стремительно сокращается, ресурсов становится всё меньше с каждым днём — лишь буржуазия, лишь номенклатура — маленькая прослойка владеет всеми ресурсами — остальные прозябают в нищете. Мужчины больше не могут найти себе женщин, чтобы заводить семьи… Я думаю, совершенно ясно, что настал конец старого человечества, этот мир уже изжил себя и необходимо создать новый мир. Нового человека. Я — доктор Хелл — предлагаю простое решение: убить всех людей и вернуть их к жизни в качестве моих рабов-зомби. Сознание моих немёртвых слуг полностью избавлено от сомнений и драм, «стальные шлемы» свободны в своём рабстве потому, что им больше не нужно думать о том, что им делать. С ними всегда тот, кто всё за них решит. Моя система контроля сознания, вживлённая им в головной мозг, таким образом стимулирует зоны, что новые люди абсолютно довольны и полностью удовлетворены просто тем фактом, что они служат мне и исполняют мои приказы. Коммунисты хотели создать нового человека, который будет наслаждаться регулярной работой; у них это не получилось, я же достиг этой цели! Искусственный интеллект моих квантовых компьютеров может полностью обеспечить всю инфраструктуру надёжным управлением — нам не нужны больше все эти корыстные, коррумпированные чиновники, бюрократы и прочее ничтожества. Я предлагаю вам добровольно присоединиться к моей новой Империи. Те, кто присоединятся добровольно, получат новые немёртвые бессмертные тела и свободу воли — вы станете погонщиками моих рабов, как барон Асура или граф Брокэн. Мы с вами станем новой аристократией, которая покорит Галактику! Вы можете быть любой национальности, любой этнической принадлежности, даже любой гендерной идентичности — наша аристократия крайне толерантна ко всем проявлениям человеческой натуры, если вы можете доказать свою полезность для Империи: в моей армии служили или служат трансгендер барона Асура, созданный мною из половинок мужа и жены, мумифицированных много тысяч лет назад; граф Брокэн — ярый нацист и фанатик белой расы, защитник традиционных европейских ценностей; в том числе христианства; виконт Пигман — африканский колдун, ненавидящий всех белых христиан. Я — сам сын нищей проститутки, моя младенческая колыбель — вонючие, тёмные кварталы, куда никогда не заглядывают приличные люди. Кто был никем, тот станет всем! Старый мир мы разрушим и новый наш прекрасный построим! Во славу Сатаны, во славу Дьявола, моего отца, давшего мне все эти тёмные силы, чтобы претворить в жизнь свою мечту. Вы можете присоединиться к нам, даже оставаясь христианином или последователем любой другой авраамической религии: вам всего лишь нужно будет в таком случае диалектически признать, что Господь и Сатана — одно и то же существ, как это признавал граф Брокэн. В единстве противоположностей нет ничего невозможного: только борьба и единство противоположностей лежит в основе жизни и всяческого прогресса. Зная это, я очень хочу, чтобы мои аристократы, авангард моей Империи, чтобы вы все были разными. Я хочу, чтобы вы вечно конкурировали друг с другом — ваша конкуренция и ненависть друг к другу приносят Империи Дьявола только пользу, развитие и бесконечный прогресс. Думайте с умом, люди Земли, потому как время старого мира скоро закончится. На этой планете все ещё живёт слишком много людей, несмотря на очевидное вымирание человечества, мне не нужно столько слуг — потому я распространяю сумчатую чуму зомби — от неё ваши мозги будут лопаться гноем. С помощью этой пагубы я очищу мир от огромного количества ненужной живой материи низших существ. Число слуг, которое мне понадобятся для дальнейшего завоевания мультивселенной, ограничено: потому не нужно ждать. Я начинаю новую эпоху — мою эпоху — эпоху Доктора Хелла! Хелл экзальтированно вскинул руки, в одной из них он всё время сжимал свой жезл Бардоса, дающий ему абсолютную власть над армией и компьютерами Подземной Империи. — Доктор Хелл, — когда он спустился, к нему обратился мерзкий карлик-сатанист, чья отвратительная физиономия таилась в тени балахона, его звали Тофель. — Мы только что узнали: наши враги смогли помешать нашей трансляции — они отрубили звук!.. — Что?! Хочешь сказать, весь мир видел, как я кривляюсь на беззвучный визуальный ряд! — Так точно, мой повелитель… К сожалению. Хелл яростно заскрипел зубами: — Ничего страшного! — вскоре взмахнул он своим жезлом. — Скоро я покажу силу — а сила всегда убедительней слов! В Фонде всё же прослушали речь Хелла со звуком. — Ёбаные коммунисты! — так охарактеризовал её Хун Ким. — Почему коммунисты? — взглянул на него Тэцуя. Южнокорейский националист объяснил: — Хотят убрать всю частную собственность и считают людей за мясо. Это — самый откровенный и последовательный коммунизм. Коммунисты постоянно делают апелляции к экономике. Для них не существует ничего, кроме производительных сил. Народ, вера, нация — для них просто болтовня, нужная для защиты классовых интересов. Но с точки зрения экономики люди — это просто мясо, рабочие единицы, как зомби Хелла. Все твои мысли и чувства, мораль и идеи — это всё ресурс, если ты хочешь собрать в руках партии все материальные ценности. Хун рассказал, что его отец-техножрец создал робота Тхэквона. За это он сам, жена Хуна и его младший брат были убиты агентами Красной Империи — организации, которая была подобна Подземной Империи. Она правила Северной Кореей и планировала захватывать новые страны и земли в свою пользу с помощью мехакайдзю. Ими управлял какой-то гном по имени доктор Кафф, он же генерал Малкольм. Это был подражатель Хелла — визуально выглядел как демон-вампир в тёмно-красных одеждах, но на самом деле был всего лишь электронной куклой. Ею управлял маленький гном, страдающий комплексом неполноценности. Кафф превращал трупы в зомби-коммунистов, как это делал Хелл. Северокорейское правительство предоставило ему все возможности. Мелькор уточнил, для Коджи, что доктор Кафф — это малый гном, сбежавший из Арды после того, как эльфы подвергли его расу геноциду. Душа его попала в круговорот Сансары: теперь Кафф всякий раз перерождается, чтобы работать на коммунистов и стремиться построить Красную империю. В этой реальности Кафф получил от эрцгерцога Горгоны несколько мехакайдзю и материалы для их производства и улучшения в Северной Кореи. Они были побеждены и уничтожены Хуном с помощью Тхэквона. — Как ты уже понял, Микенцы разделяют ценности Тёмных Богов — все они любят конкуренцию, — подытожил Мелькор. «Новалон» прибыл к Фотонной лаборатории, окружённой барьером. Из его нутра десантировались усиленные мехакайдзю последнего поколения: усатый китайский дракон Драго, оснащённый авиационными турбинами; антропоморфный слон-громила Элефанс, похожий на индуистского бога; змееноид Серпентер, чьё антропоморфное чешуйчатое тело, защищённое доспехом на греческий манер, выглядит особенно гибким; причудливый гусеничный механоид с набором орудий на спине и с головой птеродактиля — по имени Гилания; антропоморфный крылатый бронированный Единорог с копытами на ногах; землянистый Кентавр, облачённый в фиолетовые латы, лишённый лица, вооружённый копьём и щитом; наконец химерическая, ужасно громоздкая Гарадабла, обладающая здоровыми лапищами, с серединным лицом-черепом, наделённым бивнями-косами, и парой заострённых змеевидных голов по бокам. Во главе всей этой рати — Мазингер Подземной Империи. Если монстры спрыгнули с воздуха, то «Новалон» дальше по-быстрому приземлился немного в ином месте, открыл огромный трап — по нему выгрузилась кавалерия солдат-зомби, каждый из которых восседал на кибернетизированной лошади. Над ними летели компактные антигравитационные машины с пушками, также управляемые стальными шлемами. Доктор Хелл всё же решил рассматривать вариант захвата Фотонной лаборатории своим десантом — как только падёт силовое поле и мехакайдзю разгромят супер-роботов, кавалерия и пехота возьмёт Лабораторию. — Огненное сердце! — барон Асура атаковал: жар пролился от V-образной пластины с груди, барьер Фонда выдержал. — Фотонный взгляд! Луч из глаза Мазингера бьёт следом. — Все — атакуйте барьер! Барон Асура указал жезлом Бардоса на Лабораторию. Химера Гарадабла пустила в ход лучи из заострённых змеевидных глав, из пустых глазниц серединного черепа выступили зенитки. Драго распахнул челюсть, сотворил энергетический шар, запустил им. Гилания — прямой залп с гаубиц. Единорог и Кентавр — таран на скорости. Элефанс — звуковая волна с хобота. — О, Ньярлатхотеп! — Хелл вскинул жезл Бардоса. — Дай мне силы пробить этот барьер! «Новалон» пустил в ход собственные лучемёты. Из-под его крыльев густо повалили реактивные снаряды. Так, ослабленная воззванием, стена из частиц света пала, и тогда с другой стороны разом выступил шестеро супер-роботов: Великий Мазингер, Тхэквон, Венера, Диана, Юниор и Босс Борот. Гопник Босс пилотировал экспериментального робота, не предназначенного для сражений, представлявшего собой громоздкую фигуру с руками до земли. Битва в тени горы Фудзи началась. — Фульгуратор! — Тэцуя атаковал первым — низвёл гром на «Новалон». Даже воздушная крепость самого Хелла пошатнулась. — Проклятие! Откуда там ещё один Мазингер?! — антихрист стоял позади спин своих солдат-зомби, сидящих за панелями управления. Он повалился с ног, не упал только из-а того, что схватился за их плечи. — Откуда?! Зомби-слуги заговорили о том, что Фульгуратор сильно повредил их. Башня «Новалона» пошла дымом. Хелл испугался: — Этот Мазингер ещё сильнее, чем прошлый!.. — Доктор Хелл! Мы справимся! У нас есть свой Мазингер! — барон Асура исполнился империалистического угара, тряс жезлом. — Мазингер Подземной Империи! — Доктор Хелл! Это тебе за брата! За Кабуто Коджи!.. Умирай медленно, дьявол! — Широ Кабуто, зная, где находится доктор Хелл, пустился забрасывать «Новалон» губительными сферами. — Отражайте их дуновением Борея! — по приказу Хелла, решётка пропустила сквозь себя воздушный вихрь, отбрасывающий снаряды. К сожалению для Подземной Империи, Широ вкладывал в запуск своих снарядов столько метафизической воли, что дыхание Борея не выручало: попадание окаменевающего шара покрыло решётку коричневым твёрдым веществом, сквозь неё теперь ничего не прорывалось. Красный экран на башне «Новалона» начал проецировать плотный такого же цвета прожектор — человек, под него попавший, утрачивал возможность воспринимать окружающий мир. Широ запустил битой шар с затемнением — попадание покрыло экран башни тёмной красной, прожектор перестал светить. Если бы Юниор продолжал бросать шары, то «Новалон» вскоре бы был низвержен. Кентавр, благодаря своей скорости, смог перехватывать их, встречать своим щитом — по очереди в него угрожали всплеск жара, кислоты, холода, электричества — от этого щит вскоре разлетелся на куски, даже рука по самое предплечье уничтожена. — Оппай! — Саяка пустила в ход груди-гранаты. Броня Единорога выдержала. Извивающийся в воздухе Драго получил лёгкие повреждения, Гилания — значительные, однако этот механоид на гусеницах сразу же начал стремительно восстанавливаться. Серпентер ловко отпрыгнул в сторону от детонации «Оппай», далеко высунул свою змеевидную шею, выплюнул клейкой субстанцией — она покрыла Венеру с головы до ног, сразу же застыла, превратившись в кристаллическую тюрьму-оболочку. Саяка не могла сдвинуть свою машину с места. — Лошадиный удар! — Хун Ким рывком сократил расстояние, врезал ногой в корпус Элефанса. Мускулистый монстр-слон отъехал назад. Он трубил в хобот, мог разрушить прочную броню ультразвуковым оружием. Тхэквон слегка покрылся трещинами — ему пришлось бы гораздо хуже, но пилот вовремя выстрелил рукой — за ней потянулся трос; прямое попадание кулака в основании хобота повредило его так, что Элефанс лишился возможности трубить. — Фульгуратор! — барон Асура обрушил гром. — Поймаю! — Босс подпрыгнул: его громоздкий робот протянул к себе все молнии, это почти полностью его убило, однако в результате электрическое оглушение не коснулось более значимых боевых единиц. — Великий бумеранг! — Тэцуя бросил его. Мехакайдзю Гарадабла накануне отделил свои бивни-косы от лица-черепа, соединил друг с другом и бросил на манер бумеранга. Орудия столкнулись — у Гарадаблы они разлетелись на две части, бумеранг Мазингера пролетел дальше, срезал химере массивную конечность, вернулся обратно в руку Тэцуи. Он метнул оружие ещё раз — химера закрыла головы второй массивной конечностью: её бумеранг также срезал, вонзился концом прямо в череп по центру. Змеевидные головы по бокам Гарадаблы ещё действовали — использовали свои лучемёты. Единорог взлетел в небо, сотворил круг, увеличил скорость — вознамерился вонзить рог прямо в Тхэквона. Диана сшибает его с пролёта своими грудными ракетами: противник падает, однако не погибает — антропоморфный рогатый жеребец хорошо защищён своими доспехами. — Боевой импульс! — Хун далее вдарил ладонями в бронированный торс — Единорога отшвырнуло в Драго, китайский дракон запутал товарища в кольцах. Широ настолько полон ярости, что видит только «Новалон» — пока Юниор не смог нанести ему критического урона, однако очень эффективно истощал защиту и волю Хелла: вместо управления своими монстрами, безумный гений вынужден постоянно концентрировать усилия на поддержании защитного барьера вокруг своего поверженного штаба. Хелл приказал Кентавру любой ценой ликвидировать Юниора. Кентавр уже лишился щита, безликий изверг метнул копьё. Оно пронзило Юниора насквозь — взрыв! Широ погиб, с ним уничтожено копьё Кентавра. Четырёхногий мехакайдзю лишён оружия. — Ураган! — когда Серпентер изверг струю субстанции, Тэцуя сдул её — она покрыла самого рептилоида. — Фотонный взгляд! Лучи из глаз Великого Мазингера разрезали застывшего Серпентера от головы до паха. Кровь брызнула, монстр взорвался. — Рыбий удар! Хун Ким захватил Элефанса в тиски и зашвырнул громилу к Мазингеру. — Дыхание Нергала! — барон Асура как раз выпустил его сквозь решётку: сам Элефанс раскрошился, подвергся разложению, мелкие ошмётки разлетелись. — Ледяной гром! Тхэквон отпрыгнул в бок — морозный луч прошёл мимо, угодил в ногу Кентавра, сковал его в лёд. Кореец моментально воспользовался ситуацией — сиганул к Кентавру: — Пульсация Ки! Тхэквон через удары раскрытых ладоней послал в противника сильные энергетические волны — в результате Кентавра, ранее обездвиженного холодом, разорвало в клочья! Из пустых глазниц черепа Гарадаблы выдвинулись зенитные установки — они насыщенно стреляли по Великому Мазингеру. Их снаряды со звоном отскакивали от его неразрушимой брони. — Реактивные кулаки! — Тэцуя запустил сразу два в боковые змеевидные головы Гарадаблы, чьи заострённые окончания выпускали лучи. Кулаки столкнулись с ними, разорвали в клочья. Тэцуя вернул себе руки, вырвал бумеранг из черепа Гарадаблы, вернул себе на грудь. — Огненное сердце! Жар, в упор пролитый, полностью расплавил этого монстра, он растёкся буквально в лужу. Босс Борот захватил Мазингра Подземной Империи в свою мощную хватку. — Кабуто, увидемся в раю! — Босс подрывает своего робота. Барон Асура истерично кричит. Взрыв отбрасывает его. — Взгляд Дианы! — Джун испускает из глаз своего женоподобного робота насыщенный алый луч — разит им Мазингра Подземной Империи. — А-а-а!.. Доктор Хелл, им нас не взять! Я — барон Асура — справлюсь с ними! — тёмный жрец поднимает на ноги своего робота. Мазингер Подземной Империи не получил никаких повреждений после того, как Босс Борот подорвал себя, а Диана испускает ему свой луч прямо в лицо… Драго успел ткнуть Тхэквона кончиком хвоста-хлыста — тычок пришёлся прямо в расщелину на броне. Мехакайдзю отверз пасть, начал между челюстями концентрировать энергетический шар. Его прямое попадание, вероятно, нанесло бы фатальный урон. Хун раньше врезал с ноги под нижнюю челюсть, вообще оторвал голову противника — она улетела в небо. Энергетическая сфера, концентрируемая между раскрытой челюстью, взорвалась в вышине, полностью уничтожив череп. От этого салюта также пострадал Единорог — ему оторвало крыло, бронированный монстр рухнул рядом на землю. Утрата головы не остановила змеевидного мехакайдзю с турбинами — Драго продолжил извиваться, даже смог хлестнуть от души южнокорейского робота, едва не перевернул с ног. Хун цыкнул. В этот момент Саяка смогла освободиться из кристаллической тюрьмы: фотонный взгляд Венеры расплавил авиационные турбины Драго, они повзрывались. Чтобы добить извивающегося дракона, Саяка запустила резаки — летающие, вращающиеся серпы нарезали Драго, он окончательно развалился. У Хуна не было времени на благодарность: кореец воспользовался этим моментом, чтобы напрыгнуть на Единорога, пока тот ещё не встал с земли. Приземление проломило, полностью изничтожило антропоморфного жеребца. — Фотонный взгляд! — Асура с его помощью пересиливает луч Дианы. Джун громко кричит. Голова её робота взрывается, она погибает, обезглавленное тело падает, дымясь… Тэцуя видит это — всю свою жажду месть за убитую невесту он вкладывает в дальнейшие атаки. Гусеничный механоид Гилания регенерировал, дал залп из своих гаубиц. Прямое попадание смогло даже покрыть трещиной доспех Великого Мазингера. Попадание, прошедшее по касательной, оторвало часть плеча Тхэквона. Оболочка там всё ещё повреждена после звуковой атаки Элефанса. Рука вышла из строя — Хун стиснул зубы, функционирующей рукой робота схватил рог Единорога, ранее раздавленного приземлением, и метнул аликорн прямо в дуло гаубицы. Гилания отъехал, кровь капала, голова птеродактеля звонко кричала. — Мазин-меч! — барона Асура активировал его. Тэцуя — свой. Мазингер Хелла шагнул против Великого Мазингера. — Реактивный кулак! — сжимая рукоять в одной кисти, другая была одновременно использована для выстрела: кулак попал в решётку на рту Мазингера. «Челюсть» скривилась что у одной, что у другого. Культи стреляли пулемётами — это не нанесло им серьёзного вреда. Руки состыковались с предплечьями. — Хуй! — Тэцуя использовал паховую ракету. Асура едва успел среагировать, чтобы запустить такой же. В столкновение двух фаллических боеголовок произвело взрыв, который раскидал обоих роботов. Хелл сконцентрировался на жезле Бардоса. Его воздушный корабль смог удержаться и восстановиться после поражения громом. Теперь «Новалон» стрелял — зомби-солдаты поразили Венеру с лучемётов, она рухнула с дымящимся повреждениями. Хелл указал жезлом на Тхэквона — неорганические клетки Драго, инфицированные с помощью усика, начали разрастаться. Созданные на основе целлюлозы морских водорослей, они стремительно смешивались с основополагающей структурой Тхэквона. Только что метнувший аликорн, Хун осознал, что не может полностью контролировать своего робота: сквозь голову Тхэквона, покрытую трещинами, выростают жёлтые глаза на стебельках, их радужки сложны и многоцветны; ранее повреждённая рука начала преобразовываться в кибернетический зеемподобный придаток, содержащий как растительного, желтоватого вида ткань, так и металлические элементы — эта мутировавшая конечность бросается извиваться и хлестать самого Тхэквона. — Ёбаный коммуняка! — Хун прыжком запускает свой юнит навстречу Хеллу. Тхэквон принимает на себя попадания лучемётов. Пилот закрылся от них мутировавшей рукой — её распыляет в клочья. Таран дальше успешно пронимает весь «Новалон». Хелла трясёт так, что он слетает с места в компании своих зомби-солдат. Летающая громадина, пробитая роботом, падает, но не разрушается, не взрывается — остаётся сравнительно целой. Находится на боку. В бой вступают обычные смертные войска Коалиции — огромное количество военной техники скрывалось под барьером фотонной лаборатории. Живые мертвецы-киборги, пытавшиеся взять приступом Фотонную лабораторию Фонда Кабуто, все уже перемолоты в кровавый фарш фанатизмом вполне себе смертных солдат, ненавидевших Подземную Империю абсолютно люто. Зомби-солдаты управлялись с помощью устройств, имплантированных им в реанимированное серое вещество мозга, оно стимулировало им центры, отвечающие за наслаждение и целеустремлённость. Нежить не знала страха, абсолютно не ценила себя. Каждый такой мертвец с оголённым мозгом под шлемом, весь обвешенный взрывчаткой, с радостью на лице стремился прыгнуть в строй живых вояк. Но даже сплошная атака взрывников-кавалеристов не помогла Подземной Империи — фанатичные вояки из самых разных стран мира показали большее рвение в истреблении своих врагов. Уничтожив всех стальных шлемов, их летающие машины и их скакунов-киборгов, живые солдаты Коалиции — воины разных наций — вырвались с прежних позиций, чтобы непрерывно обстреливать флагман главного злодея, пока километровый «Новалон» покоится на боку и держится на остатках собственного барьера. В какой-то момент сквозь трещину в его корпусе к штурму перешли обычные вояки, ворвались, стреляя по рабам-зомби, всячески портили проводку. — Гамии, убить их! В следующий момент перед глазами Хелла раскрылся экран: в одной из комнат на борту «Новалона» всё завалено ошмётками его белокурых арийских бестий — некоторые из них частично или полностью превратились в животных. Посреди кучи этих трупов, возвышается человек в разорванном белом халате, под которым видно киборгизированное тело, состоящее из почти чистого металла. Брутальное лицо, изогнутые тёмные брови и резкие усы, слегка раздвоенный подбородок. Ему лет сорок — жуткий мстительный взгляд. — Кэндзо! Чёрт тебя побери! Хелл лично появляется перед сыном Джузо — стреляет из жезла лучом. Кэндзо пытается увернуться, не получается — луч прожигает отца Коджи насквозь. Тогда, с дымящейся сквозной дырой в груди, Кэндзо пытается активировать скрытую в себе бомбу. Антихрист не допускает её детонацию с помощью своей технопатии, исходящей от жезла. — Даже не думай, сукин сын! Все равно суждено победить мне! — Хелл подходит к Кэндзо, вонзает в него заострённое окончание своего жезла, полностью блокирует всю электронику киборга; отрывает Кэндзо руками голову, обтянутую синтетической кожей, ломает стальной череп, откуда вытекает живой органический мозг. Хелл хочет убедиться, что один из его заклятых врагов точно мёртв. — Я не буду пытаться захватить вашу Лабораторию! Я её просто уничтожу! Выкинув останки из рук, Хелл закрывает глаза, прижимает ко лбу набалдашник жезла, в котором осталось уже мало энергии. Это устройство транслирует и усиливает ментальные волны мозга. Дьяволочеловек отдаёт команду последнему уцелевшему мехакайзю. Гусеничный механоид Гилания на полной скорости переезжает обычную бронетехнику, давит своими гигантскими гусеницами укрепления и врезается в основное сооружение Фотонной лаборатории, прорывается к её центру. Там — самоуничтожается. Колоссальный взрыв оставляет на месте Лаборатории просто один сплошной кратер! Все ее ресурсы, все её фабрики, все бомбоубежища — все это исчезает в один миг. Господин Юми и всё командование погибает. Хелл яростно ухмыляется. Асура-Мазингер и Великий Мазингер встают после того, как их разбросала ударная волна от взрыва. Повреждения, ранее нанесённые Гиланией, приводят к тому, что оболочка защитника Японии крошится и разваливается на боку и на бедре, обнажаются механические внутренности, сверкающие электричеством; машинная кровь растекается. — За доктора Хелла! За Подземную Империю! — барон Асура дальше просто фанатично бежит в бой с мечом. — Я — Тэцуя — настоящий герой, я положу конец вам!.. — пилот Великого Мазингера отвечает тем же: они начинают сражаться на мечах, высекаются искры, столкновение клинками сопровождаются просто физическими ударами кулаков. — Асура, добейся победы!.. — доктор Хелл чувствует — нужно унести ноги. Внутри основного корпуса «Новалона» скрыт меньший корабль. Хелл быстро поднимается по трапу, оказывается в его пределах. За спиной злодея кипит перестрелка — обычные вояки сражаются с зомби-солдатами, потери с двух сторон огромны. Похожий на алый самолёт, «Малый Новалон» вылетает из него, поднимается в воздух. Хелл с высоты смотрит на то, как основной корабль покоится, будучи пробит Тхэквоном. Антихрист концентрирует свою волю на жезле Бардоса — в результате весь корейский робот страшно мутирует, у него вырастают турбины, поваляется извивающийся хвост, появляются усики вокруг головы, она раскрывается на драконий манер. Органика или её подобие полностью неотделимо от металла и механизмов. — Тэцуя! Спаси Коджи! Убей его! — подняв окровавленное лицо, Саяка бросается в последнюю атаку: повреждённая Венера набрасывается на Драго-Тхэквона, самоуничтожается. Последний мехакайдзю Бардоса встретил свой конец. Доктор Хелл скользнул взглядом — он, конечно, обратил внимание на то, что у южнокорейского робота была раскрыта кабина. Погиб ли пилот? В любом случае сейчас внимание Хелла больше концентрируется на битве Мазингеров — только они остались боеспособны! Исход всей войны решит победа в этой дуэли! Барон Асура и Тэцуя фанатично рубились на мечах. — Южный крест! — Тэцуя просыпал с рук рой сюрикенов — если бы они вонзились в противника, то напитались бы его энергией, после чего — детонировали. — Дыхание Нергала! — барон Асура не может растворить им Великого Мазингера, зато легко растворяет все летящие сюрикены. — Великий бумеранг! — Тэцуя бросает его. Асура бросает свой: два бумеранга сталкиваются, разлетаются на куски. Ледяные лучи сталкиваются, возводят ледяную стену между двумя роботами, они обходят её. Тут, при выходе из-за угла, нога Великого Мазингера переламывается, робот падает на колено. Барон фанатично опускает меч — Тэцуя защищает уязвимую голову своей рукой, пальцы разлетаются в обломки. Но пока происходит разрушение руки, на одной ноге Тэцуя резко вскакивает, выпускает из спины своего робота крылья — они придают ускорение. Меч Великого Мазингера снизу-вверх распарывает грудь Мазингера Подземной Империи. Касается подбородка, брызжет машинная кровь. Получив такую рану, баронс Асура отступает, кричит: — Реактивный кулак! Кисть, сжимавшая меч Мазингера Подземной Империи, отделяется от предплечья, устремляется на реактивном двигателе в сторону Великого Мазингера. Тэцуя в последний момент поднимает собственный меч — ударяет клинком по клинку врага, почти подлетевшему к голове. Рука и меч Асуры выбрасываются в небо. У доктора Хелла в этот момент замерло сердце. «Малый Новалон» поднялся в облака. — Докто… — ближайший зомби-солдат не успел ничего дальше сказать: голая рука прошлась от его стального шлема до поясницы, туловище разрезано на две части! Хун Ким жив — южнокорейский националист в тоне своего фанатичного флегматизма голыми руками упокаивает приспешников тёмного властелина. Он успел покинуть кабину своего робота, когда понял, что Тхэквон безнадёжно заражён врагом, и, благодаря тактильному зрению, смог распознать, куда ему двигаться сквозь нутро «Новалона». Раскрыв голыми руками стальные двери, Хун попал в командный центр «Малого Новалона», заполненный зомби-солдатами. Нежить синхронно обнажила свои мечи. Южнокорейский чемпион перевернулся на руки, вращая себя на кончике пальца, он каруселью закрутил ногами — от каждого попадания босой пяткой или от столкновения с голенью мялся шлем вокруг вскрытого черепа. У зомби внутри полностью рвался в клочья реанимированный мозг. Снова ставшие просто трупами, эти мертвяки в доспехах разлетались, словно тряпичные куклы. Раскидав их, Хун встал на ноги, занял боевую стойку. Если в глаза Коджи в такие моменты всегда горел чрезвычайно яркий гнев, то лицо Хуна охватывает леденящая ярость. — «Проклятие! Как же я ненавижу этих пассионариев, которые сражаются против меня до конца!..» — доктор Хелл сейчас просто дико охвачен страхом, когда смотрит в глаза южнокорейца. — Ёбаный коммуняка! — Хун рванул против него. Хелл выставил свой жезл, на его концах выросли шипы — антихрист использовал его как рогатину, против прущегося медведя. Хелл мог бы сейчас победить, однако его сердце дрогнуло: злодей охвачен страхом перед несгибаемой волей своих противников! Он грезил сперва мечтой превратить Землю в огромный некрополь своих зомби-рабов, а потом, их усилиями, атаковать всю остальную мультивселенную. Но если даже на этой убогой планете против него сражаются такие сильные души, то неужели на других планетах не найдётся тех, кто бросит ему вызов и кто будет для него ещё более опасен? Хелл ненавидел людей и любил покорных рабов-зомби по той причине, что боялся душ, независимых от его воли. Не только из ненависти, но из чистого животного страха Хелл так садистически терзал Коджи, желая, чтобы его мучительная участь могла подавить волю к борьбе против него. Но он не смог в конце концов подавить даже слабую Саяку, которая вечно нуждалась в том, чтобы её кто-то спасал. Что уже говорить про Тэцую и Хуна? Про Кэндзо? Про Босса и Широ?.. Самого Хелла охватил такой ужас, что чёрное сердце дьяволочеловека дрогнуло. А в битве метафизически развитых существ, это главное. Вот почему Хун, подскочивший к нему, смог просто взмахом ноги перебить жезл, переломил его столкновением голых пальцев об основание рогатого набалдашника. Набалдашник успел выпустить луч, похожий на луч лазера, таковой смог порезать плечо Хуна, но не нанёс метафизически развитому человеку никакого фатального урона. Хун взялся избивать Хелла — он схватил злодея за бороду и буквально с мясом вырвал её; последующее попадание кулака в лицо сорвалось с него кожу, обнажило слизистый серебристый металл, скрытый под тонкой оболочкой демонической плоти. Хун дальше заключил своего противника в тесный хват — раздавил его искусственные, синтетические мускулы своими собственными, естественными. Хелл парализован — уцелевший глаз выражает шок, второй глаз — активно вытекает из наполовину оголённого механического черепа. Хун сделал то, что не смог сделать Коджи — вырвал чёрное сердце демона из грудной клетки и врезал им о его лицо! Орган размазался, разбрызгивая чёрную, искрящуюся кровь, поджигающую окружающие материалы. Охваченный синеватым пламенем, Хун продолжал добивание: он сломал позвоночник Хелла, стиснул стальной череп до такого состояния, что просто раздавил! Как только злодей испустил дух, кореец, полыхая заживо, резко расслабился, обмяк и рухнул замертво. Барон Асура, чьи голоса хаотично менялись с мужского на женский, испугался; взглянул на то, что происходит на борту «Новалона» и с ужасом увидел смерть своего тёмного властелина. — Нет! Доктор Хелл, нет!.. Асура, как обычно, в такой момент поддался эмоциям — и запаниковал. — Да! Умри наконец! — Тэцуя, охваченной мрачной радостью, нанёс рассекающий вертикальный удар: он располовинел голову-кабину барона Асуры, его самого, истерзанного Коджи, всего Мазингера: половинки пали в обе стороны, заискрились разрядами, покрылись взрывами. — Это!.. Это! Это!.. — на планете эльфов-шеддайин, Коджи воспринимал откровение от Мелькора. Японец покрылся густым потом, едва сдержал рвоту. Краснел — из-за его характерной, по-азиатски желтоватой коже, было сложно понять, может ли Коджи побледнеть. Мелькор объяснял: — Кабуто Коджи. Я раскрыл тебе, как ты был пойман во временную петлю. Ты был вынужден постоянно переживать Войну Мазингера. Исходы — различны, но всё в конце концов возвращалось на круги своя после перезапуска вселенной и перерождения душ. Я показал тебе один из примеров. Таких было ещё много. Коджи унял нервозную дрожь — в его глазах отразился искренний страх, когда он вспомнил, каким пыткам доктор Хелл и барон Асура порой подвергали его в прошлых жизнях. Унижение и чувство извращенности и нечестивости проникли в сердце. — Что потом делал Тэцуя? — Коджи решил об этом узнать. — Эрцгерцог Горгон захватил контроль над Бардосом. С его помощью он привёл на Землю микенов из подпространства, так что Великий Мазингер продолжился сражение. Их апокалиптическая битва полностью разрушила Землю и отправила в прошлое Бардос. Чтобы Хелл смог найти его на новом этапе… — Это Ньярлатхотеп создал такие условия! Он — отец Хелла!. — Коджи решил сейчас отрешиться от гнева, страха и возмущения, чтобы холодным разумом выяснить всю ситуацию. Мелькор несколько пренебрежительным тоном сказал: — Ньярлатхотеп — всего лишь менеджер среднего звена на службе Азатота… — Тогда я сделаю всё, чтобы убить его! Этого Азатота! За такую боль, я точно ему отомщу! — Коджи в этом вопросе полностью поддался своему пылкому характеру. — Кабуто… — Лэйн смогла справиться со своим аутизмом и начать внятно изъясняться. — Вся мультивселенная сотворена снами Азатота, его смерть приведёт к краху всего Тричилокосма. Кабуто, ты готов ради мести за свою боль уничтожить всю реальность? — Нет! — Коджи резко помотал головой. — Если всю реальность, то — нет! — Ты понимаешь, что в будущем тебя будет ожидать бесконечное число перерождений, наполненных такими же страданиями? Хорошо подумай, Кабуто Коджи. Я раскрыл тебе как работает Сансара и теперь ты можешь понять мои мотивы и замыслы — уничтожить Азатота, уничтожить Сансару, уничтожить всё сущее. Вот теперь, зная это, подумай о будущем — и если ты надумаешь присоединиться ко мне, то просто скажи об этом — я услышу. На том Мелькор превратился в тёмную точку, быстро поправшую на небосводе. Дюк молча и тревожно смотрел на Коджи всё это время — он держал свою руку на его плече и не отпускал. Кадзи-старший немногим ранее отступил на некоторое количество шагов назад, дымил и курил. Решил сейчас всё же подойти и возложить руку на плечо Коджи. Пусть даже этот парень, в чьём лице, несомненно, было что-то от Юй и Синдзи, приходился ему чужим человеком. ***       Так в первую очередь скажу, что я деконструировал сюжетный мотив с избранным и божественным провидением — если избранный (Коджи) проигрывает, то божий промысел просто находит ещё одного избранного (Тэцуя), а то, что случится с первым избранным божье промышление не интересует. Коджи до определённого момента представляет собой практически непобедимого и невероятно отважного героя — я чётко показал, что он просто манипулирует вероятностью и в некоторых случаях просто искажает реальность. Коджи готов выполнять самые рискованные и безбашенные вещи для победы в бою. На контрасте с ними, все прочие персонажи просто погибают в бою, но Коджи выживает. Казалось, он обречён на победу, но этот фанфик написал Георгий Массадов. Если злодеи отрежут неудавшемуся герою руки и ноги, будут насиловать и пытать месяцы напролёт на глазах у всех мира, то провидению будет наплевать — оно безлично и механистично. Само провидение — дарвинист, так как отбор среди избранных, призванных свергнуть тёмного властелина, идёт тоже по методу «побеждает сильнейший». Вот так работает мироздание. Потому Мелькор убеждает Коджи накрыть мир медным тазом.       Империя доктора Хелла — это самая минимальная по размерам империя зла: по сути это только один-единственный остров с демоническими технологиями, чьё одновременное количество ограничено онтологической нишей. Ключевые вундервафли — кроме инфраструктуры острова — мехакайдзю и флагманы, но для пущего урона злодеи могут выпустить на волю зомби-вирус. Существуют более сильные варианты Империи Бардоса, в частности при полной активации Бардоса, можно разрушить планетарную поверхность, но в данном случае я такой сценарий не рассматривал. Их основных командиров — всего четверо: сам Хелл, Асура, Брокэн и Пигман. Их сферы распределены. Надо сказать, что Асура испытывает крайне нездоровую токсичную привязанность к своему боссу, так что, вероятно, это тот случай, когда трансгендер останется фанатично верен антихристу при любом раскладе. По этой причине Хелл воссоздаёт его копию, в случае смерти оригинала.       В этой версии истории я взял курс на «убей их всех». Каждый из героических персонажей предельно пассионарен и готовь отдать жизнь ради победы — ради того, чтобы уничтожить истинное инфернальное зло, выползшее из ада. Именно этот факт заставляет Хелла и Асуру в конце концов дрогнуть волей, и злодеи проигрывают в последний момент, не найдя в себе силы на стойкую борьбу.