Sweet Creature

Громкий звук плача доносится до его ушей. Ощущение, как слушать звуки под водой, исходящие с поверхности. Плач становится громче и Джош медленно приходит в себя. Он лениво открывает глаза и привстает на локте, заглядывая в кроватку. Полная луна является единственным источником света в комнате, и он моргает несколько раз, чтобы восстановить свое зрение. Прежде чем он успевает что-либо сделать, открывается дверь и в комнату заходит темная фигура. Она приближается и протягивает руки в кроватку, чтобы забрать создание. — Изз...— бормочет он, пытаясь отличить сон от реальности. — Она у меня, возвращайся ко сну, — говорит фигура. — Тайлер? — Да. Возвращайся ко сну. Джош не в силах, чтобы возразить. Он падает спиной на подушки и сползает вниз, пока его голова не касается мягкого материала хлопка. Когда он просыпается снова, в его лицо бьет луч солнца. Он протирает глаза и перекатывается на другую сторону кровати, чтобы солнце окончательно его не ослепило. Впервые за долгое время он чувствует себя отдохнувшим. Детская кроватка пуста, и он понимает, что Иззи, вероятнее всего, с Тайлером. Он чувствует себя плохо от того, что возлагает всю ответственность на плечи солиста, но пока не может заставить себя встать с постели. Он эгоистично натягивает одеяло выше и смотрит в потолок. Внезапно он вспоминает о своем телефоне, брошенном где-то на беззвучном режиме. Он дотягивается до ящика и выдвигает его, чтобы взять телефон, и не удивляется, увидев абсолютно черный экран. Он подключает свой телефон к зарядному устройству и включает его. Он вынужден подождать несколько минут, прежде чем заканчивается поток уведомлений. Когда его iPhone перестает трезвонить, он игнорирует социальные сети, однако прокручивает список пропущенных вызовов и непрочитанных сообщений. Он фыркает от сообщения, что прислала его мать (мы должны поговорить, пожалуйста, перезвони мне, как только сможешь), улыбается от полного беспокойства сообщения от Тайлера (чувак, я волнуюсь, возьми свой дурацкий телефон) и хмурится от двух простых сообщений от Дебби, полученных два дня назад (как Иззи? и вы в порядке?). Привет. С Из всё нормально. Вредничает. Но мы в порядке. Печатает он быстро. Я поставил свой телефон на беззвучный режим и забыл о нем. Прости. Ох, слава Богу. Немедленно приходит ответ. Я думала, ты всё ещё на меня злишься. Нет. Я и не злился. Мой телефон постоянно моргал, и Иззи от этого сердилась. Между сообщениями и ответами Джоша Марку и Джесси несколько минут перерыва. Он удаляет сообщение от матери и фокусируется на очистке своих уведомлений в социальных сетях. И в это время на его телефон снова приходит сообщение. Слушай, присылает Дебби, я знаю, что, наверное, просить у тебя это слишком, после всего, что ты из-за меня пережил, и ты не обязан соглашаться, но в понедельник я улетаю в Сидней, и я думала, что перед этим смогу увидеть Иззи? Прежде чем он успевает напечатать ответ, Дебби отправляет ещё одно сообщение: как я уже сказала, ты не обязан на это соглашаться. Это была просто мысль, меня не будет несколько месяцев. Но я пойму, если ты не захочешь, чтобы я её видела. Всё нормально, конечно ты можешь приехать. Я не собираюсь запрещать тебе видеться с ней. Как насчет воскресенья? Воскресенье звучит здорово. Спасибо. Я дам знать, в какое время зайду. Он слегка улыбается и убирает телефон, чтобы он мог спокойно зарядиться. Он вытягивает руки над головой и, наконец, решает покинуть кровать. Он находит свои спортивные штаны и майку и надевает их перед выходом из спальни. Он ерошит свои растрепанные волосы и зевает, сворачивая в гостиную, из которой слышит звук телевизора. — Так, так, так. Посмотри, кто решил к нам присоединиться! — говорит Тайлер, когда замечает его. Солист стоит в середине комнаты, прижимая Изи спиной к своей груди, держа её одной рукой снизу, а другой поперек её живота. Время от времени он подбрасывает её, издавая странные звуки. Иззи, судя по всему, это нравится, потому что она хихикает с каждым внезапным движением рук Тайлера. Когда он перестает её подкидывать, её глаза обратно фокусируются на большом телевизоре, на экране которого транслируется Барни и друзья. Солист улыбается. — Как ты себя чувствуешь? — Намного лучше, — говорит Джош, подходя ближе к паре. — Ты проспал четырнадцать часов. — Да, извини, — барабанщик смотрит вниз и нервно почесывает шею. — Нет, не извиняйся. Ты устал, тебе это было нужно. Джош улыбается. Он смотрит на свою дочь, занятую разглядыванием большого фиолетового динозавра и пускающую слюни на свой маленький кулачок. Она спокойна и выглядит счастливой, и Джош задумывается, что, если он просто дерьмовый отец или Тайлер секретный укротитель детей? — Ты портишь моего ребенка телевизором? Она станет зависимой. — Особая награда за то, что была такой хорошей девочкой, — говорит Тайлер, оставляя большой небрежный поцелуй на её макушке. Барабанщик поднимает брови, но не комментирует привязанность Тайлера к созданию и то, что он называет её хорошей девочкой. — Она просыпалась три раза за ночь. Два раза засыпала сразу после того, как я её кормил, а один раз отказалась есть или спать, поэтому мы занимались полуночным написанием песен тире покатушками-на-ковре, — усмехается солист. — У неё хорошо получается. Она уже почти готова начать ползать. Джош долго ничего не говорит, лишь наблюдает за своим другом, который носит Иззи по комнате. Он знает, что когда придет время, Тайлер станет удивительным отцом. Он абсолютно спокоен и расслаблен, и Джош задумывается, что, если всё это напоказ? И сколько времени пройдет, пока Тайлер, наконец, не потеряет терпение и на него не сорвется? — Почему ты так себя ведешь? — тихо спрашивает Джош. — Как? — хмурится солист, пытаясь помешать Иззи съесть свой палец. — Как будто всё нормально. Как будто ты не напуган тем, что у меня вдруг появился ребенок. — Что ты хочешь, чтобы я делал? — Тайлер вздыхает. — Кричал на тебя? Говорил, какой ты безответственный? Ты хочешь, чтобы я её ненавидел только потому, что она плод твоей ошибки? — спрашивает он и Джош пожимает плечами, отводя глаза. Тайлер снова начинает бродить по комнате, погружаясь в мысли. Он останавливается перед Джошем и смотрит на него. — Она всего лишь ребенок и она не виновата. Она мне нравится. Она милая. Но это не значит, что нам не нужно серьезно поговорить. Да, это довольно шокирующе, но я не брошу своего лучшего друга только потому, что он совершил ошибку. Я знаю, что вчера мог произвести на тебя такое впечатление, но клянусь, Джош, я от тебя не отвернусь, потому что знаю, что если бы я был на твоем месте, ты бы сделал то же самое, — Тайлер тепло улыбается и Джош улыбается ему в ответ. Он разрывается внутри, но делает глубокий вдох и успокаивается, решая, что пролил уже достаточно слез. — Так! — вырывает его из мыслей голос Тайлера. — Раз уж ты проснулся, я собираюсь пойти и купить кое-каких продуктов. В твоем холодильнике не так много съедобного. Ты, конечно, можешь найти хлопья или тосты и джем на поздний завтрак, но- — Нет! — восклицает Джош, заставляя Тайлера сделать шаг назад. — Нет? — Пожалуйста, не оставляй меня с ней наедине, — умоляет он. — Я не могу- Пожалуйста, Тайлер. Она снова будет плакать, я не могу с этим справиться, она меня ненавидит. — Чувак, она твоя дочь, она не ненавидит тебя. И она всего лишь ребенок. Малыши плачут. — Не так, как она. Когда у нее начинаются эти приступы, я не могу её успокоить, пожалуйста... — паникует Джош. Он уверен, что если Тайлер сейчас уйдет, Иззи снова начнет психовать. — Меня не будет максимум час. — Пожалуйста, — шепчет барабанщик. — Ладно. — Тайлер закатывает глаза. — Тогда мы пойдем вместе. — Ч-что? НЕТ! — Боже мой, почему нет? — раздраженно поднимает свой голос Тайлер и Иззи издает расстроенный звук. — Прости, тыковка, — ропочет он близко к уху ребенка. — Мы не хотели тебя напугать. — А если её кто-нибудь увидит!? — громко шепчет Джош. — Рано или поздно люди всё равно о ней узнают, — спокойно произносит Тайлер. — Ты не можешь вечно держать её взаперти в своей квартире только потому, что боишься, что люди тебя увидят. Ты не обязан постить тонны её фотографий в Инстаграм, если не хочешь. Никого не касается, откуда взялся ребенок и только тебе решать, насколько это должно быть скрытым от посторонних. Но прятками в квартире ей не поможешь, — он замолкает и смотрит на Джоша с хмурым лицом. — Подожди... Ты даже не выводил её на улицу с тех пор, как она здесь? — спрашивает он, и Джош мотает головой. — Джош! Ты серьезно? Ей нужен свежий воздух! Ты относишься к ней, как к заключенной, а потом ещё удивляешься, что она постоянно плачет! — Вау, ты вдруг стал экспертом по детям? — выплевывает Джош, хоть и знает, что Тайлер прав. Солист игнорирует его и оглядывает комнату. Вместо того, чтобы продолжить спор, он решает сменить тему. — У тебя есть детское автокресло и коляска? — Д-да? В смысле, Дебби купила автокресло-переноску, которая, вроде, переделывается в коляску. — Хорошо. Иди съешь что-нибудь. Я одену её и подготовлю к выходу. — Тайлер... — Мы отправляемся за покупками! — объявляет он, выключая телевизор и покидая комнату с созданием на руках. Внезапно Джош перестает чувствовать такой сильный голод. Он чуть не начинает задыхаться при мысли о том, что папарацци могут увидеть его и сфотографировать Иззи. Его группа знаменита, и со своими неоновыми волосами он вполне узнаваем. Его телефон взорвется, а фанаты начнут сходить с ума. Он может себе представить все эти назойливые вопросы - он знает, что как только они снова начнут давать интервью, всё внимание будет уделено не его группе, а его дочери. Но что такое музыка по сравнению со сплетнями о том, кто с кем спит? Он не готов объясняться, откуда она взялась и кто эта счастливая мама. Он делает себе тарелку хлопьев и медленно ест, чувствуя, как всё, что он проглатывает останавливается где-то в горле. Он съедает ещё несколько ложек, но потом его накрывает волна тошноты и он ставит тарелку в раковину. Он наливает себе стакан воды и быстро выпивает его до дна. Он вытирает рот, делает несколько глубоких вдохов и направляется в свою спальню, чтобы найти что-нибудь приличное из одежды. Войдя внутрь, он находит Тайлера, согнувшегося над кроватью, на которой Иззи голышом пинает воздух и громко смеется. У них что-то вроде битвы мне-нужно-тебя-одеть/нет-я-не-хочу-одеваться и Джош чувствует укол ревности. Возьми её, думает он, глядя на солиста. Ты справляешься с ней намного лучше, чем я. Он находит чистую пару узких черных джинсов с простой белой футболкой и быстро одевается. Тайлер выпрямляется, держа руки на бедрах и глядит вниз на создание, игриво выпятив губы. Он смотрит на Джоша, и прежде чем барабанщик успевает что-то сказать, в его лицо прилетает памперс. — Я сдаюсь! — резко объявляет Тайлер. — Я думаю, что она хочет, чтобы это сделал её папочка. — Я думаю, что она просто хочет тебя позлить, потому что она слишком долго была хорошей девочкой, — Джош вздыхает, но когда Тайлер отходит в сторону, он подходит к кровати. Иззи смотрит на него так, будто не может решить, стоит ли ей заплакать сейчас или позже, и сердце Джоша учащается в ритме. Он не знает, почему - может быть, это потому, что он не хочет, чтобы Иззи плакала или, может быть, потому, что его лучший друг стоит рядом с ним, наблюдая, как он не справляется с ролью отца. — Привет, милая, — шепчет он, нервно сглотнув. Пожалуйста, не плачь, пожалуйста. Он прикасается к её крошечным бедрам и проводит пальцами по мягкой коже, как будто проверяя её реакцию. Она продолжает за ним наблюдать, но перестает брыкать ногами, поэтому он скользит под неё одной рукой и немного приподнимает, чтобы положить под неё свежий памперс. Он вытягивает переднюю часть на живот и дрожащими руками крепит липучки. Прежде чем он успевает отступить, Тайлер вручает ему одежду, которую он подобрал, и у него не остается другого выбора, чем как одеть её самому. Он осторожно одевает её в простой белый боди с короткими рукавами и красочные цветочные легинсы (ещё бы ты не выбрал что-то цветочное, Тайлер) и завершает её наряд белыми носками и простым розовым кардиганом. Закончив, он потирает свое лицо и прерывисто вздыхает. Он инстинктивно поднимает её и притягивает к груди, целуя в висок. — Отличная работа! — Тайлер усмехается. — Видишь? Это было не так уж и тр- И в этот момент создание начинает плакать. Она издает громкий писк, а затем вдруг начинает двигаться, словно пытаясь вырваться из хватки Джоша. Она ударяет своим кулачком по его щеке и кричит изо всех сил. Глаза Джоша застилают слезы, и прежде чем он успевает дважды подумать о том, что делает, он толкает Иззи в руки Тайлера и сбегает из комнаты. — Я так больше не могу! — кричит он. — С меня хватит. С меня, блять, хватит! — он надевает свою обувь, хватает ключи от машины и выбегает из квартиры, захлопнув входную дверь. Он попадает в подземный гараж и, как только подходит к своей машине, отчаянно пинает несколько раз в колесо. После этого он проскальзывает на сиденье и падает лбом на руль. Он вставляет ключ в зажигание, но не заводит двигатель. Прощупав карманы джинсов он понимает, что не взял с собой телефон и бумажник. Может, нам стоит от неё отказаться, как только она родится, звенят в его голове слова Дебби. Может и надо было, думает он и слезы наконец проливаются из его глаз. Он быстро вытирает их с щек. Он остается в машине ещё час, слушая музыку и стараясь не думать слишком много, прежде чем решает вернуться в свою квартиру. Он чувствует укол вины, когда заходит в лифт и нажимает на кнопку своего этажа. Он открывает дверь и входит в квартиру. Он делает всего три шага внутрь, прежде чем Тайлер выходит из гостиной и облегченно вздыхает, как только видит барабанщика. Он подходит к Джошу и быстро заключает его в костоломные объятия. — Больше не пугай меня так, — бормочет Тайлер в его плечо. — Мне жаль, — тихо говорит Джош. — Я не хотел выходить из себя. Просто иногда это становится слишком. Я не хотел втягивать тебя в свои проблемы, я абсолютно не хотел так на тебя это сваливать. Мне очень жаль, — несвязно бормочет он. — Всё нормально, — ропочет Тайлер. — Всё нормально. Я понимаю. Мы в порядке, всё в порядке. — Где Иззи? — спрашивает барабанщик, когда вырывается из объятий. Тайлер указывает в сторону гостиной. — Она опять смотрит мультики? — Мне нужно было чем-то её занять. У меня дрожали руки, и я испугался, что мог её уронить. — Мне жаль, — снова произносит Джош. — Я переживаю о тебе, — говорит Тайлер с беспокойством в глазах. — Я здесь со вчерашнего дня и уже могу сказать, как сильно тебя подавляет эта ситуация, и что ты на грани полного разрушения. Нам действительно нужно поговорить и во всём разобраться, знаешь ли. — Я думал, мы должны были пойти по магазинам. Тайлер удивленно смотрит вверх. — Хочешь прогуляться? — Не особо. Но я знаю, какой ты упрямый, так что давай разберемся с этим, прежде чем я снова выйду из себя, — Джош вздыхает. — Ладно, — говорит Тайлер после долгих раздумий. — Ладно. Мы сделаем это быстро. Мы отправимся в Волмарт или куда-то поближе, купим продукты, вернемся, положим Иззи спать, а потом сядем и поговорим. О Дебби, Иззи, твоей маме, нашей группе и всем остальном. И ты будешь говорить мне только правду. То, как Тайлер произносит последние слова, посылает по позвоночнику Джоша мурашки. Словно Тайлер знает, что во всей этой истории есть что-то большее и просто ждет когда барабанщик вывернет перед ним свою душу. Поездка в Волмарт не такая кошмарная, какой она была в представлении Джоша. Они пристегивают Иззи к её автокреслу, и на протяжении всей поездки она молчит – она сосредоточенно играет со своим плюшевым кроликом и пытается откусить его ухо. Тайлер за рулем, слушает указания Джоша и закатывает глаза на каждое не так быстро и полностью игнорирует его после первых десяти раз: Я еду фактически на десять миль меньше разрешенной скорости, Джош! повторов. Они ставят переноску Иззи на верхнюю часть корзины и начинают свое путешествие, бродя по проходам и набирая все, что им нужно. Они проводят там больше часа и в конечном итоге покидают супермаркет с тремя большими пакетами продуктов и четвертым, полным детского питания и принадлежностей. Никто, кажется, не смотрит на них странно или узнает, и Джош выдыхает с облегчением, как только они возвращаются на парковку, убрав пакеты в багажник машины барабанщика. Он забирается на пассажирское сиденье и снимает солнцезащитные очки и капюшон, разглаживая волосы. На мгновение он задумывается о том, чтобы перекрасить их во что-то скучное и более естественное, чтобы сделать себя менее заметным. — Я бы поцеловал тебя, если бы ты это сделал, — шутливо говорит Тайлер, залезая на водительское сиденье, и Джош понимает, что, должно быть, озвучил свои мысли вслух. — Мне нравятся твои естественные волосы, чувак. Но лишь бы ты был счастлив, понимаешь? — он улыбается и смотрит на Джоша. — Ремень безопасности? — Пристегнулся. — Я про Из! Пристегнул? — спрашивает он громко и наклоняется, чтобы получше рассмотреть её в зеркало заднего вида. Создание тихо лепечет, издавая громкое а-га! сразу после того, как Тайлер задает свой вопрос. Они оба начинают раскатисто смеяться и Иззи копирует их, начиная высоко хихикать, и заставляя их смеяться ещё больше. — О Боже, я люблю её, — говорит Тайлер, заводя двигатель. Джош замолкает. Он отводит взгляд от Тайлера и ставит локоть на оконную раму. Они возвращаются назад с радио, тихо играющем на заднем фоне. Тайлер подпевает каждой песне, и, обычно, Джош барабанит в воздухе в такт, но в этот раз он не может заставить себя повеселиться. С каждым зеленым светофором, который ведет их ближе к его квартире, в его горле поднимается желчь. Он знает, что Тайлер не отступит и рано или поздно заставит его говорить. Поэтому он не очень удивляется, когда его лучший друг поручает ему разобрать пакеты и исчезает с кухни с бутылочкой теплого молока. Он появляется снова через двадцать минут с пустой бутылкой и небольшой улыбкой на лице. Он оставляет дверь немного приоткрытой, чтобы они могли поговорить, но все ещё слышать Иззи, если она проснется. Джош наблюдает за тем, как он моет бутылочку и вытирает руки полотенцем. — Итак, — говорит Тайлер; он наливает два стакана воды и ставит один перед Джошем. Затем он садится за противоположную сторону стола и смотрит на барабанщика. — Выкладывай. — Я думаю, что тебе нужно найти другого барабанщика, — говорит Джош. Падает бомба. Тайлер давится водой. Ему приходится ударить себя несколько раз по груди, пока у него снова не получается сделать глубокий вдох. Он кашляет и прочищает горло, а после смотрит на барабанщика. — Ты не говорил то, что я думаю, что ты только что сказал. Джош вздыхает и ставит локти на стол, склоняя голову и запуская в свои волосы пальцы. — Тебе нужно найти другого барабанщика, — повторяет он и Тайлер смеется. — Ты серьезно? — солист поднимает брови, но когда Джош ничего не отвечает, тупо смотрит на стол и закусывает нижнюю губу, тон Тайлера перестает быть забавным. — Ты серьезно, — констатирует он. — Ты спятил? — Я не могу этого делать, — скулит Джош. — Иззи и... и группа. Я не могу этого делать. — Конечно можешь. — Нет, ты не понимаешь, — мотает головой Джош. — Джош, слушай. У Даллона есть дети. У Кенни есть ребенок. У многих парней в группах есть дети, и они не отказываются от своей карьеры только потому, что они стали отцами. — Да. Но у их детей есть мамы и любящие бабушки с дедушками... — У Иззи тоже есть мама, — отмечает Тайлер и Джош ещё сильнее зарывается в свои волосы. — Ты будешь делать это не один, верно? Ты заботишься об Иззи, когда Дебби на съемках, а она будет помогать тебе, когда ты будешь в туре. — Нет, — произносит Джош. — Нет? В каком смысле, нет? — В том смысле, что Иззи остается со мной. Навсегда. — Навсегда, — повторяет Тайлер. — Она не нужна Дебби. Тайлер откидывается на стуле. Падает вторая бомба. Ещё пара новостей и это место взорвется. Джош робко поднимает взгляд, чтобы увидеть как его лучший друг пялится на него в ответ с нечитаемым выражением лица. Оно выражает что-то между беспокойством и гневом, и Джош не уверен, стоит ли ему продолжать или нет. — Ладно, — спустя несколько долгих секунд молчания говорит Тайлер, и Джош нервно сглатывает. — Я очень хочу назвать её чем-то очень плохим и, возможно, использовать слово на "с", но я знаю, что ты влепишь мне пощечину, если я это сделаю, так что я не стану осуждать, пока не услышу всё. Я правда хочу услышать всё. Всё, Джошуа. Мне нужно знать, что происходит на самом деле. Джош нерешительно кивает. Он пьет воду и начинает говорить до того, как успевает передумать. — Как ты уже знаешь, всё началось с новогодней вечеринки.