Sweet Creature

Воскресенье начинается лениво и выдается ещё более дождливым. Когда наступает утро, и Джош открывает глаза, он удивляется, заметив, что Иззи полностью проснулась, но абсолютно молчит, лежа на спине и время от времени дрыгая ножками. Он смотрит на электронные часы на тумбочке и удивляется ещё больше, поняв, что сейчас 8:30 утра, потому что из-за темных тяжелых облаков и дождя кажется, что уже пять. Он зевает, привстает на локте и смотрит на свою дочь. — Ты не проголодалась? — бормочет он, и глаза создания мелькают в сторону его голоса. — Ты должна была покушать ещё два часа назад. Она вскидывает свои ручки в воздух и, наконец, начинает громко лепетать, как будто она знала, что должна подождать, пока он проснется. Джош падает обратно на подушки и потирает лицо руками. — Может, нам стоит пропустить завтрак и просто спать дальше? Иззи издает плачеподобный звук и её движения становятся более нетерпеливыми. Она перекатывается на живот и неуклюже пытается дотянуться до соски, выпавшей из её рта. — Буду считать это за отказ, — вздыхает Джош и скатывается с кровати. — Ну тогда давай. Поднимайся. — Он протягивает руки в кроватку, но останавливается в полнаклона и гримасничает. — Что это за запах, а? У тебя тут сюрприз для меня? — Он берет создание под подмышки, поднимая её, и удерживая немного выше своей головы нюхает её подгузник. — Ну разумеется. Что может быть лучшим началом дня, чем иметь дело с твоими какашками? Он меняет ей подгузник и одевает её в розовое боди с короткими рукавами, и, не беспокоясь о том, чтобы одеться или освежиться самому, выносит её из спальни. Одной рукой он поддерживает её на своем плече, а другой берет из гостиной её качалку и тащит на кухню. Он пристегивает её и начинает готовить завтрак для них обоих. — Грязная вода для меня и - о, такая вкусная - детская смесь для тебя, — говорит Джош, включая электрический чайник. — Знаешь, у нас сегодня будет гостья. — Он наклоняется перед ней. — Очень важная гостья. Я бы даже сказал серьезная гостья. Так что просто будь милой и веди себя хорошо. Не плачь, если только ты не истекаешь кровью или серьезно ранена, поняла? Мы заставим её полюбить тебя, вот увидишь. Во второй половине дня доносится стук в дверь, и сердце Джоша пропускает удар. Он открывает дверь и встречает Дебби, стоящую на коврике с большим красным зонтом в руке. Он усмехается и впускает её, сразу же обнимая, как только она входит внутрь. Она смеётся и коротко обнимает его в ответ, пытаясь держать мокрый зонтик как можно дальше от них. — Я так рад тебя видеть, — бормочет ей в плечо Джош. — Да, да... Я тоже рада тебя видеть, но тут сейчас будет лужа, так что, если бы ты мог просто... — О, — говорит он отрываясь, и берет зонтик. — Я поставлю его в ванну, чтобы он высох. Когда он возвращается, её пальто уже висит на крючке и она снимает резиновые сапоги. Джош наблюдает за ней и улыбается. Через полгода после родов нет никаких признаков тех нескольких фунтов, что Дебби набрала во время беременности. Она вернулась в форму и выглядит как и прежде потрясающе, одетая в черное повседневное платье. Её волосы теперь более светлого оттенка блонда, а её глаза полны жизни. — Ты так хорошо выглядишь, — делает ей комплимент Джош. — Я чувствую себя хорошо, — говорит Дебби. — Что ж, проходи. Хочешь что-нибудь выпить? Воды, кофе, чаю, яблочного сока? — Просто воды, спасибо. Они входят в гостиную и Дебби оглядывает её, сканируя каждый уголок и глядя на каждый предмет, который выдает присутствие ребенка в квартире, особенно яркие разноцветные игрушки, контрастирующие с простотой квартиры и однотонным интерьером. — Эта комната теперь что-то вроде игровой, так что... извини за беспорядок. У меня совсем не было времени, чтобы организовать ей отдельную комнату, но я всё равно это сделаю. У меня есть несколько крутых идей, — говорит Джош, царапая шею сзади. — Ладно, я схожу тебе за водой и вернусь через минуту. — Где она? — спрашивает Дебби, когда Джош снова заходит в комнату и передаёт ей стакан. — Она спит. Ну, она спит последние полтора часа, так что я думаю, она скоро проснется. Чувствуется неловкость. Разговор неловкий, и они оба ведут себя как подростки на первом свидании. В воздухе ощущается заметное напряжение и они оба знают, что это связано с темой родительских обязанностей, но оба игнорируют это. Внезапно Дебби начинает нервничать, как будто только что поняла, что не хочет здесь находиться. — Джош- — Дебби- — Эм- — Извини- — Извини- — Ты первый- — Нет, всё в порядке- — Нет, правда, я... — Джош замолкает, делает глубокий вдох и смеётся. — Вау. Если брать все неловкие моменты между нами, то этот был самым лучшим. Дебби прячет свою улыбку за стаканом. — Ты кому-нибудь говорил? — спрашивает она и поудобнее располагается на диване. — Нет. Знает только Тайлер. — Знает? — поднимает бровь Дебби. — Да, он пришёл без предупреждения и воспользовался своим ключом, чтобы войти. Я был слишком уставшим, чтобы придумать правдоподобную историю, — вздыхает барабанщик. — Он улетел вчера. Но он заставил меня понять, что я не должен стыдиться Иззи. Нет, я никогда её не стыдился! Просто он заставил меня понять, что я не должен прятаться или позволять негативному мнению людей сломать меня. Он заставил нас выйти на улицу, и мы все вместе ездили в магазин, и он так хорошо с ней ладит, наверное, ты даже не поверишь, что Тайлер может вести себя естественно, когда дело касается детей. Они идеальная парочка. Иззи его обожает, а однажды я услышал, как он назвал её своей принцессой, и его глаза буквально загораются, когда он с ней играет, и он- — Он поднимает взгляд и замечает удивленное выражение лица Дебби. — Что? — Ты так влюблен в него, — говорит она, ставя свой стакан на журнальный столик. Джош краснеет и опускает голову. — Знаешь, поначалу я этого не понимала. Но теперь, когда я смотрю на тебя, я действительно тобой горжусь. Что ты не солгал себе. И мне. — Она накрывает его руку своей и переплетает их пальцы. — Я надеюсь, что когда-нибудь кто-нибудь полюбит меня так же сильно, как любишь его ты. — Любить его больно, Дебс. Любить его - самое большое мучение, которое может испытать человек. — Почему же? — Во-первых: он натурал. Во-вторых: он мой лучший друг, и я не хочу потерять своего лучшего друга из-за своей тупой влюбленности. В-третьих: у него есть девушка. В-четвертых: он планирует сделать предложение Дженне. — Серьёзно? — Глаза Дебби расширяются. — Да, — кивает Джош. — Он сказал, что не совсем уверен в том, чтобы жениться на ней, но я знаю его, я знаю, что он это сделает. — Чёрт, — вздыхает она и пододвигается к нему ближе. Он кладёт голову на её плечо и утыкается носом в сгиб её шеи. — Мне очень жаль, — говорит Дебби и проводит пальцами по его волосам. — Это правда отстойно. Но эй, не волнуйся, в море полно другой рыбы. Я уверена, что ты найдешь себе кого-нибудь подходящего. — Да, конечно. Как будто кто-то захочет встречаться с парнем, у которого есть ребенок, — фыркает он. Он чувствует, как Дебби напрягается сбоку, поэтому с паникой в глазах быстро поднимает на неё взгляд. — Нет, Дебби, я не это имел в виду. Боже, я не виню тебя, я бы никогда не посмел тебя обвинять. Просто это отвратительно прозвучало. Это не твоя вина. Это был мой выбор, хорошо? Ты ни в чем не виновата. Её глаза начинают слезиться, и она опускает свой взгляд в пол. Она вытирает нос тыльной стороной ладони и кивает. — Мне очень жаль, — шепчет Дебби. — Мне жаль, что я не такая, как другие девушки. Мне жаль, что я заставила тебя пройти через всё это дерьмо, и мне жаль, что я не могу быть той матерью, которую заслуживает Иззи, — говорит она нервно. Теперь наступает черёд Джоша обнять её и поцеловать в макушку. — Я родила её, носила в своем теле в течение девяти месяцев, но она всё равно кажется мне такой чужой. Однажды я наблюдала, как моя мама купает её в ванне, и подумала: я даже не знаю, кто она. Она была просто ребенком, просто созданием, которое внезапно появилось в доме. Я ничего не чувствовала. Ничего. Я совершенно не чувствовала, что она моя дочь, я наблюдала за ней, и всё выглядело так, будто моя мама работает нянькой. — Она начинает играть с подолом своего платья. — Когда я начала посещать терапию, то врачи подтвердили, что у меня послеродовая депрессия. Мой терапевт успокаивала меня, уверяя, что она не будет длиться вечно, что для женщин после родов это совершенно нормально, что медленно мой туман, как она любила это называть, должен начать рассеиваться. Но этого не случилось, Джош. — Дебби моргает и по её щекам скатываются слезы. — Этого не случилось. Я села на диету и начала снова тренироваться... Мне стало морально лучше, и мои препараты помогли вылечить депрессию, но это не вернуло никаких чувств к моему собственному ребенку. Всё, что я хотела, это избавиться, избавиться, избавиться от неё. И после того, как ты её забрал, я почувствовала, что наконец-то могу дышать, как будто я стала свободна, как будто на меня перестали смотреть. Я хочу, чтобы ты знал, что мне жаль. Мне очень жаль. — Она вытирает влагу со щек. — Завтра я улетаю в Австралию, но я хотела увидеть тебя. И её. Я не знаю, почему. Я чувствую себя в долгу перед тобой. Я не знаю, что я могу сделать, чтобы всё исправить. — Тш-ш. — Джош притягивает её ближе и смаргивает свои слезы. — Всё в порядке. У нас всё хорошо. Она сейчас со мной, она в безопасности и её любят. Ты можешь навещать её сколько захочешь, ты можешь узнавать её снова и снова, Дебби, всё в порядке. Если ты чувствуешь, что хочешь медленно её принять, то замечательно. По одному шагу за раз. Она будет здесь, я буду здесь, и ты сможешь видеть нас столько, сколько захочешь, хорошо? Я не собираюсь заставлять тебя полюбить её. Это было бы несправедливо. Но... было бы здорово, если бы ты была рядом. Думаю, ей понравится. Даже если её мама не может быть с ней ежедневно, я думаю, что она была бы рада чувствовать твое присутствие время от времени. Я не собираюсь заставлять тебя полюбить её, но пожалуйста, пожалуйста, Дебби, не будь чужой. Дебби кивает напротив его груди, и они оба молча плачут, выпуская свои страхи и разочарования. Он впервые плачет у неё на глазах, но теперь ему всё равно. Она мать его ребенка. Меньшее, что он может сделать, это быть с ней честным. — Значит... Австралия, да? — говорит Джош, чтобы снять напряжение. — Да, — подтверждает Дебби, отстраняясь от него. — Я очень волнуюсь. Большое производство, полнометражный фильм, можно сказать... для взрослой аудитории. Нечто совершенно другое для Диснея. — Посмотри на себя. Ты теперь совсем взрослая. — Ну, я не хочу, чтобы до конца моих дней люди запомнили меня как Джесси. — Она улыбается, а потом хмурится и смотрит в сторону коридора. — Ты слышал? — Слышал, — смеётся Джош. — Это было создание. — Ты до сих пор её так называешь. — Ей идёт, — подмигивает он и встает с дивана. Когда через десять минут он возвращается в гостиную с Иззи на руках, Дебби сидит на диване подогнув ноги и нервно сжимая кулаки. Джош знает, что она делает это, когда нервничает, и его сердце сжимается. Он подходит ближе и садится, держа создание на своих коленях. Она прижата спиной к груди Джоша и сидит лицом к Дебби. Обе дамы внимательно смотрят друг на друга. — Смотри, сладкая, — говорит Джош, указывая на Дебби. — Кто это, а? Кто это? Это твоя мамочка! — Пожалуйста, не надо, — тихо произносит Дебби и закусывает нижнюю губу. — Пожалуйста, извини, просто- — Окей. Всё нормально. Прости, — кивает Джош. — Хочешь её подержать? — Н-нет. Нет. Лучше не надо. Дебби протягивает руку и нерешительно прикасается к Иззи, поглаживая её ручку большим пальцем. Создание выглядит заинтригованным женщиной напротив и смотрит на их соединенные руки. Через несколько секунд магия исчезает так же быстро, как и появилась. Иззи начинает громко плакать и Дебби тут же отстраняется, убирая от неё руку. — Эй, сейчас. — Джош успокаивает их дочь, меняя её положение и помещая её на свою грудь. О, как всё в корне изменилось. Он дает ей соску в рот и целует в голову, одновременно поглаживая её по спине и шее. — Всё хорошо. Это просто Дебби, ты же знаешь Дебби. Дебби супер-крутая. Не нужно её бояться. — Я ей не нравлюсь, — уверенно говорит Дебби. — Не волнуйся, я ей тоже не нравился. Иногда мне даже кажется, что я до сих пор ей не нравлюсь. Ей нравится только Тайлер. Типа, по-настоящему нравится, — вздыхает Джош. — О, подожди. Я забыла! — внезапно говорит Дебби. Она встает и бежит в коридор, а затем возвращается с маленькой разноцветной книжкой. — Вот. Маленький подарок для вас. — О, здорово! Спасибо! Иззи, посмотри! — улыбается Джош и снова усаживает Иззи на свои колени. Дебби передает ей книжку, и создание хватает её и любопытно рассматривает. — Погладь кролика! Хочешь погладить кролика, детка? — спрашивает он и открывает первую страницу. Он начинает читать: — Это Пол и Джуди. Они могут делать много всего. Ты тоже можешь делать много всего! Джуди может погладить кролика. А теперь ТЫ погладь кролика! Давай, Из. Давай погладим кролика, — говорит он и направляет её руку к кроличьей шерстке. Он помогает ей провести пальцами по мягкому материалу и, кажется, ей это нравится, потому что через две секунды она начинает бить по странице своей ладонью. — Оу, вот что я называю хорошо погладить. Отличная работа. Ага, оу, оу, ты определенно для этого подходишь. Могу поспорить, что кролику нравится. — Он целует её в затылок и смотрит на Дебби. — Я уверен, что именно с этого начинается жестокое обращение с животными. Дебби смеется и заметно расслабляется. Она садится к ним ближе и смотрит в книгу, слушая чтение Джоша и восторженные га-га и ба-ба Иззи, приглушенные соской. Они продолжают изучение страниц и все вместе играют в прятки с Полом, нюхают цветы, смотрятся в зеркало, трогают колючее лицо папы (и лицо реального папы тоже, потому что Джош не брился уже два дня), читают маленькую книжку Джуди и пытаются просунуть пальцы в мамино кольцо. Если бы кто-то сфотографировал их именно в этот момент, то фотография была бы похожа на большой портрет правильной и любящей семьи из трех человек. В итоге они все сидят рядом друг с другом, голова Дебби лежит на плече Джоша, а Иззи оказывается втиснутой между ними, и до смерти гладит кролика в книжке. Они долгое время смотрят друг другу в глаза, а затем Джош наклоняется и целует Дебби в висок. — Люблю тебя, — говорит он тихо. — Я тоже тебя люблю, — отвечает Дебби и целует его в щеку, оставляя под скулой едва заметный след от розовой помады. Она вытирает его большим пальцем. — Ты должен сказать ему, — внезапно произносит она. — Что? — Тайлер. Ты должен сказать ему. — Ни за что, — мотает головой Джош. — У тебя хватило смелости, чтобы сказать мне. Найди мужество, чтобы сказать ему, — говорит Дебби, проводя пальцами по его яркому рукаву. — Если ты не можешь сказать это ему в лицо, то отправь ему сообщение. Или письмо. — И что я могу сказать? Привет, Тайлер. Я влюблен в тебя уже Бог знает сколько, вот если бы ты только мог избавиться от Дженны и полюбить меня в ответ, то это было бы очень круто. Спасибо. Пожалуйста, пришли ответ. Я не заставляю тебя быть полноценной матерью, пожалуйста, не заставляй меня разрушать дружбу с единственным человеком, который удерживает меня в этой жизни, — произносит Джош, и его почти сразу охватывает чувство вины, поэтому он опускает голову, избегая взгляда Дебби. — Боже, прости. Это было грубо. Не слушай меня, я сегодня веду себя как полный мудак. — Нет, ты прав, — спокойно говорит Дебби. — Я не знаю, почему я давлю на тебя. Просто... Вы оба уже как старая супружеская пара. И ты сказал, что Тайлер хорошо ладит с Иззи. — Она колеблется. — Я люблю Дженну, я правда её люблю. Когда-то она была моей лучшей подругой, но... Ох. Я не знаю. Если Тайлер сомневается в том, чтобы жениться на ней после трех лет совместной жизни, то что-то должно быть не так. Ты заслуживаешь счастья, Джош. И Тайлер, даже если я никогда ему не нравилась, он тоже заслуживает счастья. Я желаю ему всего наилучшего. И я считаю, что вы были бы замечательной парой. — С чего ты взяла, что ты ему не нравишься? — Эм. — Она нервно сглатывает, словно Джош только что поймал её на том, чего она не должна была говорить. — В смысле, ну. Я просто знаю. Это же совершенно очевидно. — Дебби, — предупредительным тоном говорит Джош. — У нас был... разговор. Однажды. Через несколько дней после того, как мы с тобой начали встречаться. — Разговор? Что за разговор? — Разговор типа, эм... я-сверхзаботливый-отец-и-если-ты-обидишь-мою-маленькую-девочку-я-найду-тебя-и-прикончу. — Что?! — громко спрашивает Джош, и его голос ломается в середине слова, заставляя Иззи оторваться от её книжки и потянуться своей маленькой ручкой к его подбородку. Он наклоняется и оставляет поцелуй на её ладони, но когда создание снова фокусируется на убийстве кролика, он кивает Дебби, чтобы она продолжила. — Он велел не причинять тебе вреда, — улыбается она. — И посмотри на меня... Я навредила тебе чертовски много. Если раньше я ему не нравилась, то теперь он точно меня ненавидит. Видишь? Он заботится о тебе. Он тебя любит. Джош шокировано открывает рот. — Я- Я не знал. — Конечно. Ты и не должен был знать. Это должно было остаться между мной и Тайлером. — Поверить не могу. Как он мог- — Нет, — останавливает его Дебби. — Это абсолютно нормально. Это было давным-давно. И я не виню его, понимаешь? У меня никогда до тебя не было стабильных отношений, и то, как я рассталась с моим последним парнем, было не очень красиво. Тайлер знал об этом. Он просто хотел тебя защитить. — Она коротко улыбается. — Я так сильно тебя любила, а ты так хорошо ко мне относился, что я дала ему обещание. Мы даже пожали друг другу руки. — Невероятно. — Тайлер угрожал Дебби. Какого черта. Джош потирает лицо руками и делает глубокий вдох. Он вспомнил, как Тайлер отвел его в сторону и пробормотал: я рад за тебя, но, пожалуйста, будь осторожен. Я не хочу, чтобы тебе причинили боль, когда Джош официально представил Дебби как свою девушку. После того как Джош спросил, что он имеет в виду, солист только похлопал его по плечу и сделал вид, что их небольшого разговора никогда не было. Он вспомнил, как Тайлер отвечал на вопрос во время одного из интервью. Бывают ли у нас расхожие взгляды? Ну, пожалуй. Иногда у нас расходятся взгляды на определенных людей. Сказал Тайлер. У меня большие проблемы с доверием к людям, в то время как Джош всегда думает о всех только хорошее. Он всегда хочет дать всем шанс и борется за каждого человека, до тех пор пока этот человек не доказывает, что он плохой. Наверное, это самая большая проблема. Разные взгляды на доверие к людям. Он имел в виду Дебби? Оглядываясь назад, Джош осознает, что Тайлер много раз намекал ему на то, что ему не нравится или что он не доверяет Дебби, а барабанщик никогда этого не понимал. До этого момента. Теперь всё кажется предельно ясным. — Джош. Джош! — Дебби щелкает пальцами перед его лицом. Он моргает и смотрит на неё хмуро. — Не стоит надумывать лишнего. Слишком поздно. Мысли в его голове несутся на полной скорости, и он не знает, на чем сосредоточиться: на Дебби, которая гладит его руку, на его дочери, пускающей слюни на диван и свою новую книжку, на том факте, что Тайлер разговаривал с Дебби, или на этом странном, но знакомом тянущем чувстве в центре груди. Это уже слишком. Слишком много всего происходит одновременно. Дебби пытается успокоить его, как может, отвлечь его от волнения, и она остается до позднего вечера, только чтобы убедиться, что он не доведет себя до панической атаки. Он притворяется, что всё в порядке, и ведет себя так, будто он уже забыл об их разговоре, но как только она уходит, он купает Иззи и укладывает её спать, и вместо того, чтобы отдохнуть, возвращается на кухню и достает из холодильника банку Ред Булла. Он знает, что не сомкнет глаз этой ночью. Его плохая сторона хочет злиться на солиста за то, что он такой наглый, помешанный на контроле и считает отношения Джоша с Дебби своим личным делом. Он хочет позвонить солисту и накричать на него, используя самые худшие слова. Другая, более мягкая сторона, хочет, чтобы он лежал на полу и рыдал от всего сердца, потому что это только доказывает, насколько заботливый Тайлер. Он заботливый до такой степени, что он почувствовал, что ему нужно изучить Дебби и предупредить её, потому что он не хотел, чтобы она причинила Джошу боль. Была ли это ревность со стороны Тайлера, или он поступил как лучший друг - Джош не знает. Но он знает одно: если раньше он был просто влюблен, то теперь он не может найти правильные слова, чтобы описать то, что он сейчас чувствует, и это больно. Это больно, потому что у Тайлера есть Дженна, Тайлер относится к нему как к брату, а надежды и мечты Джоша никогда не станут реальностью. Я такой неудачник. Думает он, отпивая свой холодный Ред Булл. Я такой безнадежный.