Sweet Creature

Он так и остается в постели, свернувшись калачиком и обдумывая случившееся. Его никто не беспокоит, пока через час не раздается стук в дверь. Он знает, что ему нужно взять себя в руки, встать и позаботиться о своей дочери, но прежде чем он успевает пошевелиться, дверная ручка поворачивается. Это не Келли, хотя Джош ожидал увидеть именно её лицо. Это Тайлер, он просовывает голову в слегка приоткрытую дверь и встречается взглядом с Джошем. Барабанщик нервно сглатывает, его глаза начинают непроизвольно слезиться. Он ещё крепче прижимает подушку к груди, и вокалист проскальзывает в комнату и тихо закрывает за собой дверь. Он подходит к кровати, садится на край матраса, кладет руку на ногу Джоша и начинает растирать её вверх и вниз по икре. — Это моя любимая подушка, — говорит Тайлер. — Она пахнет тобой, — отвечает хриплым голосом Джош, и шмыгает носом. Тайлер пододвигается ближе, берет Джоша за руку и заставляет его сесть. Он откладывает подушку в сторону и обнимает барабанщика. Джош падает в объятия Тайлера и прижимается к нему, вцепившись руками в ткань его футболки. Он не может сдержаться и всхлипывает, утыкаясь носом в изгиб шеи Тайлера. Вокалист поглаживает его спину, нежно покачивая их и нашептывая ему на ухо всякую чепуху, просто чтобы его успокоить. Когда Джош перестает плакать, Тайлер смотрит на него, проводя по щекам барабанщика подушечками больших пальцев и вытирая остатки слез. — Что такое? Я тебя расстроил? Я сделал что-то не так? — тихо спрашивает Тайлер. Джош мотает головой, и Тайлер опускает руки на колени. Он громко шмыгает носом и вытирает его рукавом своей розовой толстовки. — Нет, — говорит Джош, не поднимая взгляда. — Правда, я просто… я испугался. Я не ожидал этого, и я слышал, как злилась Дженна, и я… это было слишком… потому что я никогда не думал, что ты это сделаешь, и я… думаю, я запаниковал. — Мне очень жаль… — тихо говорит Тайлер. — Наверно, мне не следовало заставлять тебя это слушать. — Да… Это было чересчур. — Прости. Я постоянно это откладывал, поэтому мне нужно было доказать тебе, что я с ней расстался. Я хотел, чтобы ты знал, что всё это всерьёз. Я хотел, чтобы ты мне поверил. — О, Тай. Тебе не нужно было ничего мне доказывать, — Джош облизывает губы и застенчиво смотрит на вокалиста. — Вы… я имею в виду, вы с Дженной… вы правда больше не вместе? — Да. Всё кончено. Она должна забрать свои вещи завтра. — Я не понимаю, что творится, — всхлипывает Джош, и Тайлер снова его обнимает. — Джош, всё хорошо. Теперь мы потихоньку всё наладим. — Ты не сказал ей, что это… это я? — Нет, — бормочет Тайлер ему в плечо. — Нет, не думаю, что это была бы хорошая идея… Она всё ещё убеждена, что я встречаюсь с другой девушкой. Может, так даже лучше, я не хочу, чтобы она тебя ненавидела. — Он целует Джоша в шею сбоку. — Мои родители тебя не доставали? — Они самые лучшие, — тихо говорит барабанщик. — Я вообще не ожидал, что они так спокойно ко всему отнесутся. — Они не такие строгие, какими обычно кажутся. Они более непредвзятые, чем думает большинство людей. — Тайлер отстраняется и улыбается, глядя на кроватку. — А это здесь откуда? — С чердака. Крис вымыл её и купил новый матрас. Видимо, это была кроватка Джея. — Серьёзно? Вау, интересно, как он в неё помещался, — смеётся вокалист, но потом снова смотрит на Джоша и протягивает руку, чтобы убрать челку со лба Джоша. — Тебе нужно подстричься, — говорит он и позволяет своей руке задержаться на щеке барабанщика. — Я скучал. — Я тоже по тебе скучал, — говорит Джош, чувствуя, как глаза снова начинают слезиться. — То, что ты сделал… Это так много значит. Ты… ты даже не представляешь. — Джош- — Н-нет, — обрывает его барабанщик. — Я всегда боялся, что если ты когда-нибудь узнаешь, что я к тебе чувствую… то ты взбесишься. Или выгонишь меня из группы. Или скажешь мне смириться с этим, а потом продолжишь жить своей жизнью, заставляя меня смотреть, как ты строишь свое будущее с Дженной. Я всё ещё не могу поверить, что это… — он берет руки Тайлера в свои и нежно сжимает их. — …происходит на самом деле. И я так счастлив, но так… переполнен всем происходящим. Тем, как ты относишься к Иззи, и тем, что ты принял её и принял мои ошибки — и тем, что ты всегда рядом со мной, тем, что ты продолжаешь помогать мне через всё это пройти, и поддерживаешь меня, когда дело доходит до столкновений с моей мамой, и… Тай, ты — моё всё, и мне так жаль, что я снова плачу, но в последнее время я слишком эмоциональный, и я так сильно люблю тебя- — Я тоже тебя люблю. — …и я- Что? — Джош поднимает свой взгляд и хмурится, пока по его щекам катится водопад слез. — Что ты сказал? — Я тоже тебя люблю. — Тайлер улыбается, и Джош замечает, что глаза вокалиста тоже начинают блестеть от слез. Это совершенно не похоже на то, как они обычно обмениваются этими словами, это даже близко не похоже на люблю тебя, дружище! которое они привыкли небрежно говорить друг другу на ежедневной основе. В том, как Тайлер произносит это, есть что-то ещё, — больше эмоций, больше смысла. — Тайлер- — Я люблю тебя. — Тайлер наклоняется, прижимая их лбы друг к другу. — Наконец-то я могу это сказать, я так долго этого ждал… Я тоже тебя люблю. Конечно, я люблю тебя. Я всегда любил тебя, и мне жаль, что мне потребовалось так много времени, чтобы это понять. — Он улыбается и дарит Джошу короткий поцелуй в щеку. — Я так рад, что ты решил признаться в своих чувствах, и я очень тобой горжусь, потому что представляю, как это должно было действовать на нервы. Ты сумел открыть мне глаза и заставить меня изменить что-то в своей жизни, и даже если мне придется что-то потерять, чтобы обрести нечто другое… то я совершенно не против. — Правда? — Конечно. Джош больше не может ждать. Он прижимает их губы друг к другу, притягивая Тайлера ещё ближе за шею. — Спасибо, — говорит он между поцелуями. — Я буду заботиться о тебе, обещаю. Ты не пожалеешь. — Джош, — посмеивается Тайлер и отстраняется. Он долго и нежно целует барабанщика в лоб. — Ты заботишься обо мне последние шесть лет. Честно говоря, практически ничего не меняется, разве не так? Мы всё те же люди. Мы всё ещё лучшие друзья. Не смей пытаться измениться, не смей вести себя по-другому только потому, что теперь у нас есть нечто большее. Я хочу, чтобы ты был собой, хорошо? Я всё тот же Тайлер и хочу, чтобы ты был тем же Джошуа, которого я знаю последние шесть лет своей жизни. — Вóт кто мы теперь? Лучшие друзья с привилегиями? — спрашивает Джош, внезапно снова застеснявшись. Тайлер поднимает его голову за подбородок и заставляет взглянуть ему в глаза. — А что насчет бойфрендов, мой краснеющий милашка? — спрашивает Тайлер, и Джош смущенно стонет, уронив голову на плечо вокалиста. — Ну что? Ты не хочешь быть моим парнем? — Хочу этого больше всего на свете, — бормочет Джош. — Тогда в чем же дело? — Надо привыкнуть к этому слову. — Ты просто прелесть, — смеётся вокалист, поглаживая Джоша по спине. — Окей, бойфренд. Поцелуй меня ещё раз, и пойдем вниз. Я хочу поздороваться с Иззи. — Ты ещё не видел её? — спрашивает Джош, целуя Тайлера в губы и вставая с кровати. — Нет, я даже не разговаривал с родителями. Быстро заскочил в дом и тут же побежал наверх. Когда они оба входят в гостиную, Келли держит создание на руках, прижимая её маленькую спинку к своей груди. Иззи громко вскрикивает, когда замечает Тайлера. Она начинает радостно подпрыгивать и дрыгать ногами, заставляя всех засмеяться. Тайлер заключает её в объятия и несколько раз неряшливо целует в щеки. Она цепляется за него так, словно они не виделись уже много месяцев. — Всё таки я была права, — произносит Келли, и многозначительно смотрит на мужа. — Хорошо… — вздыхает Крис. — Я была права, ты должен признать, я была права. — Но разве это считается? — Конечно считается! Ты только посмотри на них! — Что считается? — хмурится Тайлер. — Вы вообще о чем? — Твой отец должен мне деньги. — Что? — О, пожалуйста, — стонет Крис. — Я свожу тебя завтра на ужин в Линдейс, договорились? — Подожди! — громко говорит Тайлер. — Подожди! Нет. Какие деньги? Что происходит? — Мы поспорили несколько лет назад, — говорит Келли, скрестив руки на груди. — Я победила. — Ладно, извини, но я всё равно не понимаю. — Однажды мы заключили дурацкое пари после нескольких бокалов вина, — посмеивается Крис. — Мы поспорили, кто из наших детей первым станет родителем. Твоя мама сказала, что это будешь ты, а я сказал, что Мэдисон. Мы ударили по рукам. — Но я не… — Тайлер хмурится и смотрит на Иззи сверху вниз. — О… О. Вокалист краснеет и поворачивается к барабанщику. Джош разевает рот, глядя одновременно на потрясенного Тайлера и серьезное выражение лица Келли. Он прикусывает губу и пожимает плечами, хотя вся эта ситуация оживляет в его животе сотни бабочек. Это нереально, как ведут себя родители Тайлера. Нереально, как легко они подходят к этой теме. Просто нереально, как легко они все принимают. — Но ведь… — начинает Джош, пытаясь помочь Тайлеру избежать этого неловкого разговора. — Мы ещё ничего толком не обсуждали, пока рано что-то… я… Я не хочу ставить Тайлера в неловкое положение, в смысле, он хорошо с ней ладит, но я не- — Ужин так ужин, — говорит Келли, обрывая его на середине фразы и указывая пальцем на Криса. Через мгновение она выходит из комнаты, и Крис следует за ней, закатив глаза. — Мои родители сошли с ума, — говорит вокалист, глядя на Джоша. — Тайлер… — Джош судорожно сглатывает, нервно теребя свои пальцы. — Я хочу, чтобы ты знал: я ничего от тебя не жду. — Джош, успокойся. Пусть думают, что хотят, ладно? — говорит Тайлер, пересекая комнату и останавливаясь перед ним. — Я люблю вас обоих. Это всё, что имеет значение. — Но… — Если ты когда-нибудь захочешь, чтобы я стал для неё чем-то большим, то я готов. Не переживай из-за этого слишком сильно, ладно? Мы ведь только что встретились, и нам нужно всё обдумать. Мои родители чересчур бурно реагируют, когда речь заходит о малышах. У них четверо взрослых детей, и мысль о том, что они станут бабушкой и дедушкой, скорее всего, совсем не дает им нормально спать. — Он посмеивается и наклоняется, быстро целуя Джоша. — Мы вместе. Я люблю тебя. Я люблю Иззи. Не переживай. Нам не нужны лейблы. Конец истории. — Я очень тебя люблю, — шепчет Джош. — И я тебя, — улыбается Тайлер, снова целуя Джоша. — Парни! Никаких штучек в моём доме! — громко кричит из кухни Крис, заставляя их отпрыгнуть друг от друга. — Пицца на ужин, да или да? Они остаются у родителей Тайлера на два дня, давая Дженне время собрать свои вещи. Убедившись, что она закончила, они возвращаются в дом Тайлера, и вокалист уговаривает Джоша остаться с ним ещё на несколько дней, хотя барабанщик настаивает на возвращении в Лос-Анджелес. Поскольку у Тайлера нет места, где бы Иззи могла спать, Крис помогает им перевезти к нему кроватку. Просыпаться рядом с вокалистом по-прежнему странно. Это не то же самое, что дремать на заднем сиденье тур-автобуса, не то же самое, что сжиматься на диване в гримерной. Привыкнув рано вставать, Джош обычно просыпается до него. Он чувствует себя психом, лежа рядом и глядя на умиротворенное лицо Тайлера и его слегка приоткрытые губы, но не может остановиться — всё по-прежнему ново и волнующе. Когда Иззи начинает беспокоиться в своей кроватке, он переносит её в постель и позволяет ей некоторое время лежать между ними. Тайлер всегда просыпается из-за её нетерпеливых подёргиваний и громкого лепета. Наблюдение за их утренними взаимодействиями становится любимым занятием Джоша, сразу же после утренних поцелуев, которые он всегда получает. — Что? — спрашивает Джош однажды утром, когда они оба просыпаются раньше Иззи и просто лежат на кровати, глядя друг на друга. Тайлер ложится на грудь барабанщика и начинает водить пальцем по коже на щеках и носу Джоша. — Веснушки, — бормочет вокалист. — Никогда раньше их не замечал. Фанаты всегда сходят с ума от твоей спины и плеч, но на твоем лице тоже есть несколько, — говорит он, улыбаясь. — Ты такой милый. Возможно, звучит нелепо, но ты действительно милый. Ты красивый и мужественный, но в то же время у тебя есть это… это мальчишеское обаяние. Джош обрывает его своими губами. Они лениво целуются в течение нескольких минут, и губы Тайлера начинают спускаться ниже, к шее барабанщика. Руки Джоша скользят по пояснице Тайлера и резинке его боксёров, и младший ухмыляется сквозь поцелуй. Когда Тайлер немного увлекается, дразня Джоша и атакуя его шею, барабанщик одним быстрым движением переворачивает его, прижимая к кровати и усаживаясь на него сверху. Как только Джош опускает свой взгляд, руки Тайлера взлетают к шее Джоша и тянут его вниз для грубого поцелуя. — Что ты делаешь? — громко шепчет Джош, когда Тайлер заканчивает поцелуй с бóльшим количеством зубов, чем ожидалось. — Не знаю, — тихо говорит вокалист, невинно пожимая плечами. — Временное повышение уверенности в себе? Извини. — Нет-нет. Ты хочешь…? — Ну, вообще-то- Джош улыбается. Он тянет за футболку Тайлера, задирая её вверх, обнажая его грудь. Он тут же припадает ртом к одному из сосков Тайлера. Вокалист испускает дрожащий выдох, но затем счастливый писк, исходящий слева, пугает их обоих. Они поворачивают головы к кроватке, где в центре матраса сидит проснувшаяся Иззи и смотрит на них широко раскрытыми глазами. Джош выдыхает и скатывается с Тайлера, который снова натягивает футболку. Барабанщик берет свою дочь на руки, приносит её в постель и кладет на грудь Тайлера. — Привет, маленький кайфолом. Джош не может перестать думать о Дженне. Как бы сильно он ни хотел сосредоточиться на том, чтобы быть с Тайлером и лелеять свое собственное счастье, картина расстроенной девушки преследует его каждый день, и чувство вины, которое он ощущает, постоянно заставляет сжиматься его грудь. Он хочет увидеться с ней до того, как они уедут в Лос-Анджелес, но ему нужно сделать это так, чтобы Тайлер об этом не узнал. Он отключается, стоя спиной к столешнице с чашкой кофе в руке, пытаясь придумать план, наблюдая, как Тайлер кормит создание. Он возвращается в реальность только тогда, когда вокалист появляется прямо перед его лицом и, громко хихикая, щёлкает его по носу. — Дам монетку если поделишься мыслями. — Извини, — говорит он, потирая лицо руками. — О чем задумался? — спрашивает вокалист, передавая Иззи ему на руки. Он начинает ходить по кухне, собирая грязную посуду и убираясь после завтрака. — Эм… О том, насколько я… ни к чему неп- неприспособлен? — запинается он, ругая себя за то, что не может придумать ничего лучше. Тайлер фыркает, начиная что-то говорить, но тут Джоша осеняет, и прежде чем он успевает передумать, он продолжает: — А вообще, ты не будешь против, если я немного пробегусь? Просто по окрестности… Я не хочу оставлять тебя с ней одного, но мне правда нужно вернуться в форму, потому что я уже начинаю уставать подниматься по лестнице, так что, да, это уже не смешно. — Точно… Мы должны быть уверены, что мой барабанщик по-прежнему самый горячий парень в индустрии, — с ухмылкой кивает Тайлер, осматривая его сверху вниз. — Конечно, никаких проблем. Я останусь с Иззи, и мы отлично проведем время. Я прав, Тыковка? — спрашивает он, и Иззи в ответ пускает несколько пузырей из слюны. — Иуу. — Джош закатывает глаза, отрывает кусок бумажного полотенца и вытирает ей подбородок. — А твои зубы могут, типа, поторопиться? Он выходит из дома через час, удостоверившись, что Иззи занята игрой с Тайлером. Он растягивает затекшие мышцы и начинает бежать трусцой, но вместо того, чтобы выбрать свой любимый маршрут, он сворачивает через парк и бежит в совершенно противоположном направлении. Джош не знает, хочет ли Дженна его видеть, поэтому он не предупредил её заранее. Он останавливается перед многоквартирным домом и ждет, пока кто-нибудь не выйдет через парадную дверь. Наконец он проскальзывает внутрь вслед за какой-то женщиной. Он делает глубокий вдох и стучит в дверь. По его лбу скатывается пот, и он определенно чувствует, насколько трудно заставить свое тело нормально работать после пары месяцев без тренировки. Когда Дженна открывает дверь, её глаза расширяются при виде гостя. Она мотает головой и пытается снова закрыть дверь, но Джош блокирует её рукой. — Подожди, Дженна. — Что тебе надо? — нетерпеливо огрызается она. — Поговорить. — Я не в настроении. Передай Тайлеру- — Пожалуйста, — умоляет Джош. Он знает, что это его единственный и, возможно, последний шанс поговорить с ней. — Тайлер не знает, что я здесь, — быстро говорит он, и она кажется удивленной его заявлением. — Можно мне войти? Дай мне две минуты. Я не потрачу много твоего времени, обещаю. Дженна колеблется, но делает шаг назад и впускает его в свою маленькую квартиру. Она уходит на кухню и возвращается с бутылкой воды и маленьким полотенцем. — О. Спасибо, — говорит он, вытирая лицо и делая большой глоток прохладной воды. — Ага, не за что. Итак? О чем хотел поговорить? — спрашивает она, заводя их в гостиную. Джош садится на диван, а Дженна остается стоять посреди комнаты, скрестив руки на груди. — Я хотел извиниться. — Извиниться? За что? — Это из-за меня Тайлер с тобой расстался, — говорит он, чувствуя, как сильно бьется его сердце. — Что? — хмурится она смущенно. — И что это значит? — Я тот человек, с которым Тайлер встречался за твоей спиной. Громкий, внезапный смех Дженны пугает Джоша, заставляя его подпрыгнуть на месте. — Вау. Хорошая работа. Я знаю, что ты его лучший друг и пытаешься спасти его задницу, но это самая нелепая фигня, которую я когда-либо слышала, — говорит она и садится на диван рядом с ним. — Что он скрывает? Должно же быть хоть что-то. О… Ох! Это кто-то, кого я знаю, верно? Вот почему он отказался о ней говорить! Это одна из моих подружек? Он всегда был слишком с ними добр. — Нет, Дженна. Я серьёзно. Это я. — Тайлер не гей. — Нет. И я тоже. — Вот видишь?! — Она повысила голос и в отчаянии всплеснула руками. — Тогда зачем тебе лгать? — Дженна, я говорю правду. Не нужно быть стопроцентным геем или лесбиянкой, чтобы любить другого человека, который является одного с тобой пола, ты знаешь, — терпеливо говорит он. — Мне очень жаль, что так получилось. Мне жаль, что тебя бросили после трех лет, когда ты, наверно, ожидала свадьбу, большой дом и парочку мини-Тайлеров, бегающих вокруг. Мне жаль, что ты пострадала, я никогда этого не хотел. Но мы любим друг друга, Дженна. — Он вздыхает и смотрит, как медленно меняется её лицо. Она выглядит так, словно на неё медленно изливается осознание всего сказанного. — Я был влюблен в Тайлера последние шесть лет. Я влюбился в него задолго до того, как он тебя встретил. — Ну и… Ну и что с того? Это что, какое-то соревнование? Кто любит его дольше? — Нет, я просто пытаюсь помочь тебе понять. — Я… — начинает девушка, но кажется не в состоянии составить правильное предложение. Она закрывает лицо руками и некоторое время глубоко дышит. Затем она снова поднимает на него взгляд. — Ты правда это серьезно говоришь, да? — спрашивает она, и Джош кивает. — Боже! — Она громко стонет и опускает руки по бокам, безэмоционально смеясь. — Я была так слепа! — Джен… — Эти долгие взгляды, нежные прикосновения, держания за руки, объятия, твоя фотография на обоях его телефона… Все это было прямо перед моими глазами! Я наблюдала, как мой парень изменяет мне со своим лучшим другом. Похоже на какой-то нелепый сюжет фильма. — Это не значит, что он изменял тебе в течение многих лет, — говорит Джош, пытаясь защитить вокалиста. — Это произошло недавно, когда он прилетал в Лос-Анджелес, чтобы меня проведать. Это моя вина, Дженна. Я накинулся на него. Я поцеловал его первым, признался во всем. Я был не в себе, и мне было всё равно, я делал, прежде чем думал. Может, если бы я держал рот на замке, то мы бы смогли избежать всей этой неразберихи. — Он опускает голову. — Он сказал мне, что не готов, и ему нужно время, и, возможно, если бы я не был таким навязчивым, он никогда бы не передумал и остался бы с тобой, несмотря ни на что. Мне так плохо, Дженна… Я думаю о тебе каждый день и чувствую себя ужасно виноватым, потому что ты всегда была потрясающей, и мне кажется, что я обманул твое доверие, как обманул своего лучшего друга. — Джош- — Прости, Дженна. Мне очень жаль. — Послушай, я… я бы хотела сказать, что желаю вам всего наилучшего, но… — она мотает головой. — Я не могу… я даже не могу должным образом переварить эту информацию. Я любила его, Джош. Я действительно любила его, я любила его таким, какой он есть, а не за то количество денег, которое он имеет на своем банковском счете, как некоторые привыкли думать. Мне нужно какое-то время, чтобы прийти в себя, но сейчас ещё слишком рано. Я злюсь на него, я злюсь на тебя, чёрт возьми! Я злюсь сейчас на весь мир. Но я очень ценю твою честность. Я ценю, что ты пришел сюда и попытался всё объяснить, и что ты извинился. Это… это очень много значит. Но мне всё равно нужно время. — Я понимаю, — кивает Джош, аккуратно складывая полотенце и убирая его в сторону. — Ну, эм… Наверно, мне пора идти, — говорит он, вставая. — Прости ещё раз. Прости, что отнял у тебя время. Прошло, наверно, больше двух минут. Когда он собирается выйти из квартиры, его останавливает голос Дженны. — Джош? — Да? — Он поворачивается и смотрит на неё с надеждой. — Передавай от меня Иззи крепкий поцелуй, ладно? — Уголки её губ слегка приподнимаются, когда она прислоняется к дверной раме. Джош улыбается. — Конечно.