Sweet Creature

Как только Дебби, извинившись, уходит в ванную, чтобы поправить размазанную тушь, Тайлер быстро наклоняется за куском пиццы. — О Боже, я умираю с голоду! — объявляет он и откусывает большой кусок. Джош быстро поворачивается к нему и смыкает их губы в жадном поцелуе. Его даже не волнует, что Тайлер всё ещё жует еду или что его губы жирные. Когда они наконец отстраняются друг от друга, чтобы сделать глоток воздуха, и Тайлер проглатывает остатки того, что было у него во рту, он коротко кашляет, отпивает колу и смотрит на Джоша, подняв брови. — Чувак, мне нравится целоваться, но это было так мерзко. — Он корчит рожицу и вытирает рот и пальцы салфеткой. — Я люблю тебя, — говорит Джош и наклоняется для ещё одного поцелуя, несмотря на то, что Тайлер пытается сопротивляться. — Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя, — повторяет он между поцелуями. Он хватает Тайлера за шею и удерживает его голову на месте, последний раз целуя его в губы. — Спасибо. Огромное спасибо. Тайлер улыбается, кладя руку на щеку барабанщика и поглаживая его кожу под глазом. В ответ он быстро целует его в щеку. — Не надо меня благодарить. Сейчас самое подходящее время, чтобы кое с чем разобраться, — говорит он, делая шаг назад. Джош позволяет ему выскользнуть из объятий, и Тайлер откусывает пиццу ещё раз. Он не успевает доесть её полностью, как из детской раздаётся громкий плач, практически тут же прекращаясь. — Вот блять, — бормочет он с набитым ртом. — Прошло целых… сорок минут? — По-моему даже больше, чем за прошлую ночь, — вздыхает Джош, потирая лицо руками. — Мне надоел этот чертёнок. Я собираюсь продать её на eBay, как тебе такое? Дебби возвращается в гостиную и показывает большим пальцем в сторону коридора. — Эй, эм… кажется, я слышала- — Сирену? Ага, — посмеивается Тайлер. Он протягивает руку за очередным куском пиццы и садится на диван, скрестив ноги. Он посылает Джошу многозначительный взгляд, ясно говорящий теперь твоя очередь, и невинно пожимает плечами. Джош закатывает глаза. — Пойдём, — говорит барабанщик, обнимая Дебби за плечи и ведя её в детскую. — Любитель внимания ждёт. Когда они входят в комнату и заглядывают в кроватку, они невольно улыбаются при виде этого зрелища. Иззи лежит на спине, подтянув левую ногу к груди и пытаясь засунуть босую ступню себе в рот. Пальцы её ног уже покрыты слюной, которая также стекает и по щеке. Заметив отца, она выпрямляется и начинает дрыгать ножками, издавая несколько радостных визгов вперемешку с короткими недовольными вскриками. Джош берет её на руки и кладет себе на грудь, поворачивая лицом к Дебби, которая улыбается своей дочери и застенчиво её приветствует. — Кто это, Иззи? Кто это? — спрашивает Джош, поднимая розовую соску и протягивая ей. Иззи смотрит на Дебби с любопытством, но не реагирует плохо. Во всяком случае, она замечает блестящие часы Дебби и пытается их схватить, когда девушка протягивает ей руку. — Это Дебби. Ты ведь помнишь её, не так ли? Она подарила тебе твою любимую книжку, когда была у нас в последний раз. — Кстати о книгах, возможно, в моей сумке найдется для тебя ещё кое-что, а может, и нет, — улыбается Дебби. — О, ты слышала это, детка? Еще одна вещь, которую нужно испортить! — Джош смеётся и смотрит на девушку. — Клянусь Богом, из-за режущихся зубов она похожа на щенка, потому что жует всё что ни попадя. Буквально вчера Тайлер оставил свой телефон на полу, и она его украла, а когда он это заметил, то телефон был уже весь мокрый. Мне кажется, ему даже пришлось положить его на ночь в тарелку с рисом, — фыркает он и целует Иззи в висок. — Но теперь он знает, что оставлять ценные вещи в пределах её досягаемости очень глупо, верно? — Она так быстро растет, — комментирует Дебби. — Когда я видела её в последний раз, она была намного меньше. — Ага. На прошлой неделе мы начали носить одежду на размер больше, так ведь? — говорит барабанщик, покачивая младенца. — А ещё она стала тяжелее. Хочешь подержать её на руках? Дебби открывает рот, чтобы заговорить, и выглядит так, будто хочет отказаться, но в последнюю секунду передумывает и делает глубокий вдох. Она сразу же начинает нервничать, но потом вытирает ладони о джинсы и нерешительно кивает. Джош пытается скрыть свое удивление. Он явно не ожидал, что она согласится, но он улыбается и убирает Иззи со своей груди. Дебби берёт её под мышки и прижимает её маленькое тело к себе. Иззи наблюдает за происходящим широко раскрытыми глазами и на мгновение оказывается в прямом зрительном контакте с Дебби. Она выглядит так, будто не может решить, стоит ли ей начать плакать или нет, но затем её взгляд падает на руку Дебби и её часы. Она похлопывает по блестящему предмету ладонью, а затем хватает его, пытаясь снять. — О. Подожди, — говорит Дебби, снимая часы с запястья. Она протягивает их Иззи, и та встряхивает ими, явно наслаждаясь звуком металлического браслета. — Предупреждаю, это не самая лучшая идея, — ухмыляется барабанщик, наблюдая за своими девушками. — Главное, что ей нравится, — Дебби улыбается, но когда она поднимает глаза и встречается взглядом с Джошем, то хмурит брови. — Что? — Хорошая работа, — хвалит Джош и наблюдает за тем, как её щеки медленно розовеют. — Мне так страшно, — признаётся она. — У меня паранойя, и мне кажется, что я вот-вот её уроню. — Не уронишь. Ей нравится быть на руках. Видимо, с этой высоты всё выглядит намного лучше, — говорит Джош и молча смотрит на неё несколько секунд. — О чем думаешь? — спрашивает он, глядя на её встревоженное лицо. Он делает шаг назад, садится в кресло-качалку и наклоняет голову, ожидая ответа. — Ну, не знаю. Я просто не могу поверить, что она моя. То есть… твоя. — Наша, — поправляет он, и она смотрит на него, нервно покусывая нижнюю губу. — Наша, — повторяет она. — Наша, — снова говорит Джош. — И всё же мне так не кажется, — вздыхает Дебби, прерывая с ним зрительный контакт. — Всё в порядке. — Нет, всё- — В порядке, — настаивает Джош и похлопывает себя по ногам. — Иди сюда. — Кресло сломается. — Не сломается. — Откуда ты знаешь? — Скажем так, у этого кресла уже большой опыт. Оно многое повидало, — говорит он, и она удивленно поднимает брови, но в конце концов смеётся. Джош смеётся вместе с ней и снова похлопывает себя по ногам, и она, наконец, садится к нему на колени, положив Иззи на свои собственные. — Это не то, о чем ты подумала! — ухмыляется он, заставляя кресло качаться. — Просто мы, наверное, испробовали уже все варианты усыпления этого маленького чертёнка. Иззи всё ещё трясет часы, как погремушку, и Джош знает, что это только вопрос времени, когда они упадут на пол. Он обнимает Дебби за талию, и она ещё немного расслабляется. — Давно он здесь живёт? — тихо спрашивает девушка, многозначительно поглядывая на дверь. — Всего пару недель. — И как так вышло? Джош рассказывает ей о вечеринке-сюрпризе в Нью-Йорке, о том, что узнал Марк, о своем конфликте с Майком. Он рассказывает ей о ссоре с матерью и о том, что жил с родителями Тайлера, он рассказывает ей о разрыве Тайлера с Дженной. Каким-то образом в середине рассказа они перебираются с кресла на пол и садятся, скрестив ноги, на ковер, наблюдая, как Иззи играет с часами Дебби. — Ты даже не представляешь, как он мне помогает. Он всегда приносил только пользу, но теперь… просто удивительно, насколько он влился, — говорит Джош, пытаясь занять руки складыванием разноцветной пирамидки Фишер-прайс. Когда Иззи замечает, что он делает, она бросает часы и тянется за игрушкой. Джош дает ей красное кольцо, и оно направляется прямо в рот. — Он пытался убедить меня переехать к нему, но я сказал, что не хочу оставаться в Колумбусе, и он отнесся к этому с пониманием. Он собрал чемоданы и забронировал нам билеты до Лос-Анджелеса на следующий день. — Джош вздыхает. — Я знаю, что он ненавидит Калифорнию, но он никогда ничего не говорил против. Он никогда не жалуется. — Это потому, что он тебя любит. Это и есть любовь. Когда ты готов бросить всё ради другого человека, не важно, комфортно тебе это или нет. — Я тоже его люблю, — признаётся Джош, слегка покраснев. — Я знаю, — улыбается Дебби. — И я рада, что вы есть друг у друга. Разговор продолжается ещё какое-то время. Они говорят об Иззи, кинопроектах Дебби и группе. Он понимает, насколько неопределенно его будущее и будущее его группы, особенно с тех пор, как в его жизни появилась Иззи. Не желая снова начать нервничать, он меняет тему и заставляет Дебби рассказать об Австралии. Её восторженное бормотание прерывается голосом Тайлера, доносящимся из-за двери. — Джош? — Да? — Ты не мог бы выйти сюда на секунду? — спрашивает вокалист. Джош хмурится, но встает, оставляя Дебби с Иззи. Он выходит из детской и, повернувшись в сторону голоса Тайлера, останавливается как вкопанный. — Он сам вошёл. Видимо, у него есть ключ? — шепчет Тайлер, глядя на Джоша. — У скольких ещё людей есть ключи от твоей квартиры? Джош игнорирует его и поворачивается к Брендону, который прислонился к стене в коридоре со скрещенными на груди руками и разъяренным выражением лица. Когда он замечает Джоша, его глаза сужаются, а губы сжимаются в тонкую линию. Он отталкивается от стены и быстро подходит к барабанщику, останавливаясь прямо перед ним и тыкая пальцем ему в грудь. — Какого хрена, Джош? — начинает он без единого слова приветствия. — Я нахожусь в гребаной Европе, и тут начинается всё это дерьмо. Вы — ни один из вас, ублюдки — не поднимаете трубку, не отвечаете ни на сообщения, ни на почту. Я начал пиздец как волноваться и уже готов был лететь обратно в Штаты, но нам нужно было закончить тур, а у нас всего два выходных до вылета в Новую Зеландию, поэтому Даллон буквально затащил меня в самолет, рискуя получить по лицу. А потом вы из ниоткуда бросаете бомбу в гребаный инстаграм и снова исчезаете с лица Земли! Я убью тебя, если ты не скажешь мне, что. за. хуйня. здесь. происходит! — он повышает голос, тыча пальцем в Джоша после каждого слова. Джош знает, что это не шутливый гнев. Брендон действительно взбешен. — Я тоже рад тебя видеть, Брендон, — неестественно спокойно говорит Джош, участвуя в гляделках. — Какой приятный сюрприз, почему бы тебе не войти? О, нет, нет. Не беспокойся об обуви, я не против того, чтобы весь мой свежевымытый пол покрылся грязью. — Не еби мне мозги, Дан, — рычит Брендон, проводя пальцами по волосам. — Что за херня происходит? Это что, какой-то маркетинговый трюк? Вам скучно? Разве вы не должны записывать свой новый альбом? Интернет взрывается. Ваши фанаты пишут мне в Твиттере и обо всём расспрашивают! Может быть тебе это кажется смешным но- — Смешным? Ты действительно думаешь, что получать паническое атаки почти каждый день — это смешно? Ты думаешь, что прятаться от папарацци и собственных фанатов — это смешно? — Я не знаю, Джош! Ты больше ничего мне не рассказываешь, откуда мне знать, в какую херню ты играешь! — Я ни во что не играю! Если бы ты пришел сюда и нормально поговорил со мной, то ты бы узнал, что происходит. Но если ты продолжишь общаться в подобном тоне, то мне придется попросить тебя уйти. — Джош повышает голос. — С меня хватит людей, которые кричат на меня за то, что я не могу изменить! — Я просто хочу- — Ребята… Джош! Брендон! Ребята! Голос Тайлера возвращает их обоих в реальность, и они поворачивают головы, чтобы на него посмотреть. Он кивает в сторону детской, где в дверях стоит Дебби с ребенком на руках. Иззи наблюдает, как трое взрослых мужчин орут друг на друга, сосет соску и цепляется за блузку Дебби. — О Боже мой! — говорит Брендон, явно ошарашенный. Его глаза расширяются, когда он делает шаг вперед, чтобы получше рассмотреть ребенка. Дебби подходит ближе и здоровается с парнем. — Привет, Дебс… — он давится ответом, не в силах отвести глаз от Иззи. — Короче говоря: это Изабель, наша с Дебби дочь. Нет, мы не собираемся жениться. Можешь делать с этой информацией всё, что хочешь. С меня хватит. Ты не испортишь мне хороший день, — говорит Джош без всяких эмоций в голосе, затем разворачивается и направляется прямо в спальню, хлопнув дверью. Ему нужно остыть. Ему нужно остыть и подумать о чём-то приятном, чтобы его тревога не взяла верх, поэтому он садится на край матраса, глубоко дыша. Джош знал, что у Брендона сорвёт крышу, но он ожидал, что Ури как обычно прикинется дурачком. Он никогда не думал, что первая встреча с его лучшим другом будет настолько серьезной и закончится нелепыми криками. Они никогда раньше так не ругались. Почти через час раздается тихий стук в дверь спальни. Джош настолько погрузился в свои мысли, что даже не заметил, сколько времени он уже здесь сидит. Он вздыхает, и когда дверь медленно открывается, Брендон просовывает голову внутрь. — Можно войти? — мягко спрашивает он, и когда Джош молча кивает, второй проскальзывает в комнату и закрывает за собой дверь. Он медленно подходит к кровати и садится рядом с Джошем. Какое-то мгновение никто из них не произносит ни слова, но затем Брендон обнимает Джоша за плечи и притягивает его ближе, заставляя прижаться к нему. — Мне очень жаль, — говорит Брендон, положив подбородок на макушку барабанщика. — Я просто… Я волновался. Я не видел тебя целую вечность и не мог никак связаться. Прости, что накричал, я не хотел тебя расстраивать. — Я знаю, — говорит Джош хриплым голосом. Он быстро прочищает горло и начинает снова. — Я знаю. Извини за грубость. Все винят меня в том, что случилось, и я уже от этого устал. — Я понимаю, — кивает Брендон. — И… кажется, теперь я всё знаю, — говорит он, и Джош напрягается в его объятиях. — И ты должен знать, что я здесь не для того, чтобы судить тебя или Дебби. Твоя дочка — самый милый ребёнок во Вселенной. Чувак, у неё твои глаза! Джош улыбается и снова садится прямо. Рука Брендона долго лежит на спине барабанщика, потирая его лопатки, но потом он опускает её на колено. — Тайлер рассказал? — Они оба. Сказали, что ты, скорее всего, не захочешь рассказывать эту историю снова… Но у меня есть один вопрос. С каких это пор эти двое так вежливы друг с другом? Джош даже смеётся. Он смотрит на часы и прищуривается. — Кажется, с трех часов? Это что-то новенькое. Даже сам не осознаю. — Ну что ж, придётся. Ты не хочешь вернуться? Я умираю с голоду, чувак. Вся эта драма заставила меня проголодаться, — посмеивается Брендон, и Джош бьет его по руке. — Я видел пиццу в гостиной. — Наверно она уже трижды остыла. И ты до сих пор не снял обувь, — говорит Джош и пинает Брендона ногой. — Моя дочь ползает по этому полу. — Естественная иммунизация. Воздействие микробов, — говорит Брендон и несколько раз постукивает ногой по полу. — Я почти уверен, что это не так работает. — Я почти уверен, что так. — Пожалуйста, уйди. Когда они возвращаются в гостиную (после того, как Джош заставляет Брендона снять обувь), атмосфера кажется расслабленной. Это похоже на обычную встречу друзей, с привлекающим к себе всё внимание лепечущим ребенком, катающимся по полу. Джош сомневается, что Тайлер рассказал Брендону о том, что они вместе, но похоже, что он не знает, поэтому барабанщик решает не говорить ему и ждет, пока Брендон не поймёт это сам. Джош хочет увидеть выражение его лица, когда тот наконец заметит перемену в их отношениях. Принятие Брендона происходит само собой. Он словно создан для игр с детьми, и Иззи очень громко смеётся, когда он сидит с ней на полу, корча рожицы и издавая странные звуки, и время от времени щекочет её. Она также позволяет ему носить себя по квартире без каких-либо недовольств. Джош смотрит на них и в недоумении мотает головой, наблюдая за их взаимодействием. Он теряет самообладание, когда они усаживают её на диван, чтобы поесть, и Брендон кормит её без каких-либо проблем. Джош закатывает глаза и рычит, разворачивается и уходит на кухню. Тайлер вскоре следует за ним, хихикая. — Ты это видел? — Джош прислоняется к столешнице. — Как это вообще возможно? — Всё дело во внешности, — смеётся Тайлер. — Девушкам нравятся красивые парни. — То есть ты хочешь сказать, что мы плохо выглядим? — Я имею в виду… — Вокалист пересекает кухню и обнимает Джоша за шею, прижимаясь к его груди. Джош кладет руки на талию Тайлера, и они обмениваются коротким поцелуем. — Мы где-то посередине, по сравнению с дядей Бибо. Ты видел его волосы? — шепчет Тайлер и поднимает брови. — Жду не дождусь того момента, когда Иззи поймет, как же весело за них дёргать. — Думаю, он расплачется. — Хорошо. Я бы посмотрел, — Джош улыбается и целует Тайлера в переносицу. — Сегодня был сумасшедший день. И он даже близко ещё не закончен. — Но он был сумасшедшим в хорошем смысле, верно? — Да. Я просто надеюсь, что больше никто не придет. — А я надеюсь, что наши гости очень скоро уйдут, — говорит Тайлер, утыкаясь носом в щеку Джоша. Барабанщик сглатывает. — Я очень хочу, чтобы они ушли. — Что ты задумал? — спрашивает Джош, крепче сжимая талию вокалиста. — О, знаешь… Только одно. — Да? — Да. — И что же? — шепчет ему на ухо барабанщик. — Я так устал, что, наверное, просплю ближайшие четырнадцать часов. — Тайлер! — Джош стонет от разочарования, поняв, что сказал его парень. — Ты такой дразнилка! — Дразнилка? Я не сказал ничего такого, что могло бы звучать как поддразнивание, — смеётся Тайлер и чмокает Джоша в щеку. — Я ненавижу тебя. — Ты меня любишь. — Я каждый день сомневаюсь в своем выборе, — вздыхает Джош, и Тайлер ловит его губы в сладком поцелуе. — Ладно, может, я не так уж и устал, — говорит Тайлер, многозначительно шевеля бровями. — Может, я смогу потратить лишний час на что-нибудь интересное. — О? Замечательно. Как раз нужно засунуть в стиральную машину две большие кучи грязной одежды и убрать всю ванную. Удачи. Тайлер смотрит на него с невозмутимым выражением лица. — Я тебя ненавижу. — Добро пожаловать в мой мир. Джош улыбается, когда Тайлер прижимается губами к его шее и нежно впивается зубами в кожу. Он старается не оставлять следов, так что это скорее щекочет, чем возбуждает. Джош засовывает руки в задние карманы узких джинсов Тайлера и сжимает его ягодицы. — Ребят, кажется, мы закончили, куда можно поставить тарелку? Дебби дает ей воду, можно я… — Брендон замолкает, и Джош закрывает глаза. Губы Тайлера замирают где-то рядом с его сонной артерией. — Твою мать. — Кажется, у меня дежавю, — бормочет Джош, и Тайлер хихикает у него под подбородком. — Только постарайся снова не упасть в обморок. — Не думаю, что на этот раз я упаду единственный. Тайлер отстраняется, но прежде чем выскользнуть из объятий Джоша, подмигивает ему. Он подходит к Брендону как ни в чем не бывало и забирает у него грязную тарелку. Второй парень стоит на том же месте с открытым ртом и слегка шокированным выражением лица. — Спасибо, Брендон. Хорошая работа, — говорит Тайлер, поворачиваясь к раковине и начиная мыть тарелку. — Это были не объятия, — говорит Брендон, переводя взгляд с одного парня на другого. — Нет? Я почти уверен, что это были объятия, — продолжает Тайлер. — Мне кажется, что из-за сценического гейства, которое ты практикуешь с Даллоном каждый вечер, у тебя уже путаница в голове. — Ребят. Не врите, — просит Брендон. — Я знаю, что видел. — И что ты видел? — спрашивает Джош. — Он ставил тебе засос. — Неужели? — Джош поднимает брови, касаясь шеи. — Разве у меня есть засос? — Он… — Брендон подходит ближе и осматривает кожу на шее Джоша. — О. Ничего. Так вы обнимались? Клянусь, это выглядело так, будто вы делали что-то непристойное. Извините, я думал… К-хм. Из-за смущенного тона Брендона Тайлер не выдерживает. Он громко смеётся, и тарелка выскальзывает из его пальцев, ударяясь о дно раковины. Он быстро споласкивает её, кладет на сушилку для посуды и вытирает руки. Он поворачивается к Джошу и целует его в губы. Барабанщик охотно отвечает и наклоняется за поцелуем, когда Тайлер начинает отстраняться. — Люблю тебя, — улыбается вокалист и исчезает в гостиной. — Я тоже тебя люблю! — говорит ему вслед Джош, ухмыляясь. — Всё, с меня хватит, — стонет Брендон и потирает лицо руками. — С меня хватит. Я больше не знаю, что реально. Это взаправду? Или у тебя день-ебли-мозгов-Брендона? Сегодня не первое апреля! — Брендон, друг мой, — вздыхает барабанщик и хлопает его по плечу. — Когда ты исключишь невозможное, то, что останется, — это и есть правда, какой бы невероятной она ни была. — Какого хрена, Дан. — Ты видишь, но не замечаешь. — Хватит цитировать мне Шерлока! — Тогда думай, — Джош пожимает плечами и выходит из кухни, оставляя ошарашенного Брендона позади.