Пока мы живы

11 августа 2004 года. — На первый взгляд все тихо, — Блейз высунулся из-за угла дома и поманил рукой остальных. Гермиона поплотнее сжала палочку и шагнула ему на встречу. Кёльнер тут же двинулся вслед за ней, стараясь держаться не дальше, чем на расстоянии вытянутой руки. — Я последний раз говорю, что я против, чтобы ты шла с нами, Гермиона, — сурово предупредил Гарри, и она знала, что Рон, стоящий с ним плечом к плечу, полностью разделяет его точку зрения. Гермиона устало вздохнула и переглянулась с Блейзом. За долгие семь лет она успела отвыкнуть от излишней опеки друга. Сейчас ее это страшно бесило. — Может хватит упираться рогом, Поттер? Она не твоя младшая сестренка и в состоянии сама решать, что ей делать, — прошипел Забини. — А может быть, вы оба заткнетесь, и мы начнем двигаться, пока нас не сожрали? — шепотом рявкнула она, краем глаза видя, как усмехнулся Кёльнер. Они все старались двигаться максимально тихо и при этом быстро. Из всей их команды лишь профессор Снейп знал Коукворт как свои пять пальцев, но его на вылазку решительно отказались брать абсолютно все. Он и сам не очень-то хотел. Каждый из них понимал, что его хромая нога больше никогда не позволит ему двигаться наравне с остальными. Это был их первый масштабный выход за пределы Паучьего Тупика, и очень ответственный; они собирались позаимствовать некоторые вещи у местного полицейского департамента. По сути, Коукворт являлся городом-призраком и здесь уже ничто никому не принадлежало, поэтому слово «позаимствовать» было лишним. Они просто возьмут то, что им нужно, и уйдут. Передвигаться пешком было долго и опасно, и по началу Гермиона подумывала взять одну из брошенных машин. Позже она отмела эту идею. Шуршание шин могло привлечь мертвецов, тогда как громкость своих шагов они могли контролировать сами. В руках у шагающего рядом Забини была зачарованная карта, нарисованная профессором Снейпом. Одним крестом были отмечены они, а другим — их пункт назначения. — Ходьбы минут тридцать, — одними губами сказал он, поймав взгляд Гермионы. Она кивнула. Пока что все было тихо. Они миновали квартал за кварталом, стараясь общаться друг с другом жестами или максимально тихим шепотом. Лишь один зомби повстречался им на пути: он застрял в разбитой витрине булочной, весь в осколках стекол и обмотанный собственными кишками. Отвратительнейшее зрелище. Рон смачно сплюнул на землю, когда они оказались на безопасном от существа расстоянии. Гермиона совсем отвыкла ходить. Последние три месяца она мало ела, двигалась по выверенному маршруту «спальня-лаборатория-спальня», и ее мышцы совсем сдали. Когда они уже практически добрались до участка, ее дыхание окончательно сбилось. Она чуть склонилась, опираясь руками на колени. Шагающий рядом Кёльнер вынул бутылку воды из своего рюкзака и протянул ей; она с наслаждением припала к горлышку. — Я говорил, что ты не годишься для долбаной вылазки! — яростно прошептал Рон, когда всем пришлось остановиться, чтобы она немного перевела дух. — Что мы будем делать, если тебя сожрут сегодня? Гермионина рука, сжимавшая палочку, задрожала от желания шарахнуть его каким-нибудь заклинанием потяжелее. Она понимала, что Рон просто беспокоится за нее, но его грязный рот буквально будил в ней желание убивать, и судя по некоторым взглядам, брошенным на него, не только лишь у нее. — Еще одно слово, мистер Уизли, и я клянусь, что вы лишитесь не только своей палочки, но и способности говорить, — тихо и спокойно произнес Томас, придерживая Гермиону за локоть. Не то, чтобы она нуждалась в чьей-то защите, но все же она была немного благодарна ему за это. Если бы она начала огрызаться, это бы, скорее всего, выросло в перепалку, грозящую ненужным шумом. — Все в порядке, Томас. Идем. У Рона и Гермионы не слишком ладились отношения. Он так и не смог ее до конца простить, когда Гарри привел ее в Паучий Тупик. Разумеется, это причиняло ей боль, но она всегда говорила себе, что эта боль ничтожна, по сравнению с той, что причинила она своим трусливым побегом семь лет назад. Рон сильно изменился за это время — из него совсем исчезла та мягкость, которая была присуща ему раньше. Он часто бывал груб с окружающими его людьми, обижал их незаслуженно. Джинни говорила, что так на него действует страх, и что когда-нибудь он исправится. Гермионе хотелось бы верить. Как и в то, что их дружба отчасти сможет вернуться. Пока что об этом не могло быть и речи, но они хотя бы доверяли друг другу, и на данном этапе этого было достаточно. Скажи кто-то много лет назад, что ей будет проще и приятнее общаться с Забини, чем с Роном, она бы непременно покрутила пальцем у виска. Ведь в отличии от Уизли, Блейз не хранил на нее обиду долгие года, а время и обстоятельства сделали из него вполне сносного собеседника и компаньона. — Это оно? — Гарри стоял рядом с Блейзом и переводил взгляд с карты на обшарпанное здание, находящееся через дорогу. — Определенно, — подтвердил Забини. Это было хилое кирпичное строение, такое же унылое, как и большинство строений этого города. Один за одним, они вошли внутрь. — Люмос, — шепнул Гарри. Гермиона покрутилась вокруг себя, осматривая помещение. Здесь было жутковато из-за неестественного порядка на фоне общего хаоса (видимо из-за укрепленных окон и тяжелых дверей зомби никак не могли проникнуть сюда). Задвинутые стулья, чинно лежащие папочки с документами, на одном из столов стояла забытая кем-то кружка с заплесневевшим содержимым. Людей выдернули прямо с рабочих мест. — Никого здесь нет, — сердито сказал Блейз, за несколько шагов оказавшись впереди всех. — Люмос Максима. Гермиона пробежалась по коридору, дергая все двери подряд и заглядывая внутрь — кабинеты, туалет, что-то вроде мини-столовой. И одна закрытая. — Алохомора, — произнесла она и толкнула поддавшуюся дверь. Отпертый заклинанием замок гадко заскрипел. Ряды металлических ящиков говорили сами за себя — она отыскала то, что нужно. — Это здесь, — повысив голос, произнесла она, надеясь, что ее услышат. — Систем Аперио. Ящики выдвинулись, гремя содержимым. Они нашли, что искали. Оружие. Много магловского оружия. Гарри и Кёльнер ворвались в комнату, когда Гермиона уже держала в руках гладкий темный ствол Глока, и она невольно вздрогнула. Томас пару секунд изучающе смотрел на нее, прежде чем подойти ближе и скинуть свой рюкзак на землю. — Берите, что видите, — хрипло сказала она ему. Ей было слегка не по себе от его с Гарри взглядов. — Они разряжены по умолчанию. — Разряжены? — Недееспособны, пока вы не заправите в них патроны, Томас, — она достала из соседнего ящика упакованные пули и покрутила ими в воздухе, демонстрируя, прежде чем бросить в рюкзак. — Ну и ну, — присвистнул Забини, оттесняя Гарри, застывшего возле входа. Рон ввалился следом за ним. — В магловском мире у каждого есть такая штука? — Только у полиции и армии, — слабо улыбнулась она. — По крайней мере, в нашей стране. — Ты держишь его так, будто знаешь, с чем имеешь дело, — Блейз многозначительно приподнял брови. — Может, ты работала наёмным убийцей? — Да, Блейз, — она скидывала в бездонный рюкзак Кёльнера все содержимое ящиков. — После двенадцатичасового рабочего дня в лаборатории я частенько выполняла заказ-другой. Расслабляло получше ванны, знаешь. — Могу представить, — со смешком сказал он. — А если серьезно? — хмуро спросил Рон. Ему было совсем не весело от их шуточек, он выглядел раздраженным со своими сдвинутыми на переносице рыжими бровями. — Пару раз я ходила в тир с друзьями, — пожала плечами Гермиона. — Даже из винтовки пробовала выстрелить. Жаль, это обернулось для меня фингалом под глазом. Стоящий рядом Томас улыбнулся уголком губ. Как правило, он отмалчивался в компании, ограничиваясь необходимыми репликами, но за несколько месяцев общения с ним, она могла с уверенностью сказать, что он был интереснейшей личностью. Гарри, тем временем, открыл большой гардеробный шкаф в углу комнаты. Такой глубокий, что легко вместил парня целиком. — Здесь полицейская форма, — сообщил он, высунувшись оттуда. — У них неплохие ботинки. Уверен, никто не будет в обиде, если мы… кхм, одолжим их. На время. — Хорошая идея, — одобрила Гермиона. Когда у них еще появится возможность обновить гардероб? Шанс притащить чемодан с вещами был дан лишь Гермионе. Они с Томасом закончили складывать оружие и патроны, и она присела на перевернутый ящик, все еще сжимая в ладони пистолет. Блейз уже успел сменить свои некогда роскошные, а ныне стоптанные и разъехавшиеся туфли на короткие берцы и теперь напялил себе на голову фуражку с полоской черно-белой клетки. — Эй, Уизли, ты бы попробовал подыскать что-то на свою медвежью лапу, — ухмыляясь, произнес он. Рон был занят немного другим: отыскав еще один ящик, побольше всех остальных, и подтащил его к Гермионе. — Что это? — спросил он, вытаскивая оттуда изделие из грубой черной кожи. — Кобура, — она отложила пистолет и забрала ее из рук Рона. — Что-то вроде чехла на поясе для оружия. Это тоже не будет лишним. В подтверждение своих слов, она продела кобуру в шлёвки своих джинс и закрепила. Блейз подошел ближе и надел ей на голову фуражку, такую же самую, как была на нем самом, по идиотски ухмыльнувшись. — Выглядишь опасно, — прокомментировал Гарри, вылезая из-за дверцы шкафа. На нем красовалась новенькая черная куртка вместо мантии, которая, к слову, была такая оборванная, что никакая магия была не в силах ее залатать. — О, только лишь выгляжу? — она надвинула козырек на брови и широко улыбнулась. Она знала, что и Гарри, и Блейзу далеко не весело в душе, как и ей самой, но была благодарна им за то, что они хотя бы пытаются разбавить атмосферу отчаяния. Рон сидел рядом и задумчиво крутил в руках пистолет. — Никогда бы не подумал, что буду держать в руках магловское оружие, — мрачно брякнул он. — Только его ты и будешь держать в руках, рыжий, — язвительно сказал Забини, чуть скривившись. — Потому что твоя сломанная палочка теперь годится разве что только в ухе поковырять. — Пошел ты, — Рон со злостью швырнул пистолет в рюкзак. Он в самом деле переломил на пополам свою палочку (Мерлин, второй раз в жизни!), когда убегал от зомби с нею в руках. На вылазку он одолжил палочку Джинни, но та не слишком его слушалась, будучи своенравной — под стать своей хозяйке. — Хватит собачиться, — подал голос Кёльнер. — Вы закончили? Пора возвращаться, пока Снейп не отправился за нами лично. Остальные засуетились, засовывая в сумки новые вещи. К счастью, им не требовалось идти назад пешком. Местность возле Паучьего Тупика была всем им знакома, чтобы они могли на нее аппарировать. — Готова? — спросил Томас, дотрагиваясь до ее локтя. Гермиона кивнула. Она практически полностью адаптировалась к использованию магии, но аппарацию все еще предпочитала доверять более опытным товарищам. Томас обхватил ее за плечо и мир под ногами пошатнулся.

***

— Что ж, я предполагал, что в природе может существовать нечто…подобное, — хмуро произнес Снейп, покручивая перо. — То есть, это что-то вроде прототипа? — Можно допустить, — кивнула головой Гермиона. — Конечно, это грибок-паразит, а не вирус, и жертвой его становятся муравьи, но принцип действия у него практически такой же — проникнуть в мозг и размножиться. Она, Снейп и Томас Кёльнер сидели в лаборатории возле стола, целиком заваленного магловскими книгами и медицинскими справочниками. На заднем фоне Кассандра тихонько возилась с установкой вакуумного сушильного шкафа, который притащили Рон и Гарри, когда наведывались в больницу в свой последний выход в город. Коуквортская магловская больница не была очень уж большой (скорее, меньше средней), но все же, там имелось необходимое им оборудование. — Возможно, это мутация, — предположил Кёльнер. В его руках была научная статья о Кордицепсе Однобоком, или же Ophiocordyceps unilateralis. — Мутация под воздействием магии, например, или что-то в этом роде. Они оба были поражены, когда она рассказала им о явлении в тропических лесах Азии, смахивающим на Кровавую Чуму. Разумеется, грибок не мог распространяться на людей, или даже животных, но его влияние на насекомых было пугающе схожим. — Мы не можем этого узнать, не имея на руках образца, — Снейп потёр виски. — Мы вообще ничего не можем делать, кроме как комбинировать противоядия в случайном порядке. — У нас нет возможности заполучить образец чумы, так как это слишком опасно, — согласилась Гермиона. — Но если бы мы добыли споры Кордицепса и начали хоть какие-то опыты с ним… — Это был бы колоссальный прорыв, — Кёльнер продолжил за нее. — Если они действительно так схожи по своей симптоматике… Мы бы могли проверить, реально ли вообще создать антидот. Гермиона откинулась в кресле и посмотрела на коллег исподлобья. — Я работала в самой большой лаборатории Лондона. Голову даю на отсечение, что они имеют в своей базе образцы спор. Я ведь могла бы… — Нет, мисс Грейнджер! — рявкнул Снейп. Кажется, его сильно разозлило ее недосказанное предложение. — Если вы не забыли, проникновение в магловский мир карается казнью. Однажды мы уже рискнули головой Поттера, чтобы привести вас сюда. Уймите в себе вечное желание бросаться грудью на амбразуру, чертова гриффиндорка! Гермиона с досадой ударила кулаком по столу, и сидящий напротив нее Томас еле заметно вздрогнул. — Мерлин, Северус, — подала голос Кассандра, отвлекаясь от сушильного шкафа. — Все министерские шавки уже давно загнаны под свои лавки и носа оттуда не покажут. Им сейчас не до нарушенных законов, и ты знаешь это, — в ее голосе сквозило презрение. Она так же имела не лучшее мнение о методах работы министерства. Гермиона послала ей благодарный взгляд. Если кто-то из всей команды и имел влияние на Снейпа, то только эта рыжеволосая ведьма. — Ты не можешь знать наверняка, — рыкнул он в ответ. — Это слишком большой риск. — Каждое наше действие это риск, — резонно заметил Кёльнер. — Но в данном случае он не был бы бездумным. То, что мы сейчас делаем, это Сизифов труд. Скоро стукнет год… Он посмотрел на Гермиону долгим задумчивым взглядом, словно оценивая, по силам ли ей исполнить то, что она предложила. — Я не могу на это подписаться, Томас, — Снейп устало покачал головой. — И мне, и вам стоит вернуться к изучению биохимии и не отнимать друг у друга время. — Черт возьми, я не ваша собственность, профессор! — Гермиона дошла до точки кипения, пока наблюдала за их перепалкой. — Чем я хуже или лучше Гарри? Разве наши жизни не одинаково важны? — Во первых, задайтесь вопросом, кого спрашивал Поттер, когда отправился за вами, — он сощурил глаза. — Во вторых, тогда мы были по настоящему в отчаянии. С вашим приходом у нас появилась надежда. Повисло долгое и напряженное молчание. Она солгала бы, сказав, что эти слова не тронули ее. Гермиона вопросительно взглянула на Кэсси, ожидая, что она еще раз попытается возразить Снейпу, но та молча отвернулась, закусив губу. Очевидно, его последняя фраза изменила ход мыслей в ее рыжей голове. Кёльнер крепко задумался — его отсутствующий взгляд скользил сквозь предметы. Гермиона не знала, что у него на уме, но он так же больше не высказывался в ее пользу. — О, вы невыносимы, — сердито всплеснула она руками, понимая, что последнее слово осталось за профессором. — Мне надо проветриться!

***

— Мерлин, не могу поверить, что ты меня на это подбила, — мрачно заявил Кёльнер, когда они вышли из Дырявого Котла на пустынную ночную Чаринг-Кросс-Роуд. Гермиона едва смогла совладать с тошнотой — им встретилось действительно много зомби по пути. Она с ужасом осознала, что их количество прибавляется — видимо, недавно кто-то пытался пробраться в магловский Лондон и был растерзан тварями. Следовательно, в их полку прибыло. — Вы с самого начала были заодно со мной, — слегка отдышавшись, ответила Гермиона. Загазованный лондонский воздух казался самым свежим на свете после трупной вони Косого переулка. — Вы сами хотели сделать это. — Но не за спиной у всех, под покровом ночи, черт возьми, — обреченно вздохнул он. Его все еще заметно потряхивало после их опасной пробежки мимо «спящих» зомби. — Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Хорошо, что Томас, как и все, давно сменил мантию на более новую и практичную магловскую одежду, подобранную ребятами в очередной из походов в город за необходимыми ресурсами. Лишние взгляды были им совсем ни к чему, учитывая, что все ее бывшие коллеги из больницы считали, что она вернулась в Австралию. — Ладно, и что дальше? Мы не можем аппарировать в твою лабораторию. — Доедем на такси, — невозмутимо ответила Гермиона, и добавила, встретив непонимающий взгляд Кёльнера: — Томас, не забивайте свою голову. Просто доверьтесь мне, хорошо? Он действительно понятия не имел, что такое такси. Когда они сели в машину, его лицо выражало стойкое изумление до самого конца поездки. Гермиона сочла это забавным — всегда собранный и сосредоточенный Кёльнер выглядел, словно малое дитя. Позже он объяснил это тем, что в Берлине границы между магами и маглами гораздо более выражены. Разумеется, у Гермионы была карточка с доступом практически ко всем закрытым помещениям больницы, исключая мини-лабораторию при реанимации, где работа велась в основном с усыпляющими и болеутоляющими наркотическими веществами. Томас предлагал открыть двери с помощью магии, но она не была могла сказать наверняка, как на это отреагировала бы сигнализация. Они вошли через служебный вход под мантией-невидимкой (Господи, как же она проклинала себя, когда рылась в вещах Гарри в ее поисках). Приемный покой в принципе никогда не спал, но все же здесь не было такой толкотни, как днем, и они спокойно миновали коридор без рисков столкнуться с кем-то. Они заскочили в лифт с одним из докторов — Гермиона не знала его лица — и проехали с ним до нужного ему этажа. Мантия была маловата для двух взрослых людей, поэтому она оказалась крепко прижатой к Кёльнеру и была вынуждена дышать ему в плечо. Сама она не испытывала психологического дискомфорта или неловкости, ведь это была вынужденная близость, но Томас одарил ее странным напряженным взглядом. Она едва удержалась от того, чтобы прочистить горло, вернее, ее удержал стоящий рядом магловский врач. Когда он, наконец, покинул лифт, Гермиона с облегчением отодвинулась и нажала на нужный этаж. По ночам лаборатория была закрыта, поэтому им никто не мешал проникнуть внутрь. Карточка Гермионы открыла все три двери, и она услышала восхищенный вздох Кёльнера, когда они вошли внутрь. В самом деле, эта лаборатория была роскошной по сравнению с их, обставленной не первой свежести оборудованием и закопченными котлами вдобавок. Она не удержалась и подошла к рабочему столу, принадлежащему Джерри. Провела рукой по стеклянной столешнице, огладила халат, висевший не спинке кресла. Скорее всего, он хранит запах его одеколона, но она ведь не совсем двинутая, чтобы ностальгически нюхать одежду бывшего бойфренда. Не зная зачем, она отодвинула первую шуфлядку и лучше бы она этого не делала. Там лежали личные вещи — начатая пачка сигарет, салфетки, зарядное устройство. А еще там лежало маленькое фото ее, Гермионы. Из таких, что обычно носят в кошельке или в нагрудном кармане пиджака. У нее тоскливо защемило сердце от осознания того, что Джерри, кажется, действительно испытывал к ней нечто большее, чем простое сексуальное влечение. — Гермиона? — Томас закончил глазеть на богатое убранство лаборатории и подошел к ней сзади. — Ты в порядке? Она с грохотом захлопнула шуфлядку и резко обернулась к нему. В его карих глазах ясно читалось понимание и сочувствие. — Я не знаю, — призналась она. Ей хотелось сказать, что она в полном порядке, но почему-то она не смогла соврать, и ее губы предательски задрожали. — Я не знаю, Томас. — Эй, — он рывком привлек ее голову к своему плечу, успокаивающе поглаживая по спине. — Я не представляю, что ты сейчас чувствуешь, но уверен, что ты справишься. — Всю жизнь я только и делаю, что предаю людей, которые меня любят. Просто сбегаю без объяснений, понимаешь? Кёльнер ничего не ответил, только обнял ее покрепче. Это было правильным решением, так как, начни он ее успокаивать, Гермиона непременно бы разрыдалась. Где-то на задворках сознания проскочила мысль, что она впервые за четыре месяца назвала его на «ты». Она позволила себе немного побыть жалкой. Всего минуту. Кёльнер был не из тех, кто бы стал упрекать ее в этом. — Хватит, — выдохнула она, обращаясь скорее к самой себе. — Пора найти чертов зомби-гриб и отправляться домой. Это было странно — называть Паучий Тупик домом, но другого у нее теперь не было. Томас улыбнулся и благосклонно кивнул. В секции, где хранились образцы различных вирусов и прочего было жутко холодно. Гермиона уже собиралась искать букву «К» в ящиках, расставленных по алфавитному порядку, когда Кёльнер привлек ее внимание деликатным покашливанием. — Палочка, Гермиона. У тебя есть палочка. — О, — она досадливо дернула плечом. — Точно. Акцио, пробирка с Кордицепсом Однобоким. Небольшой стеклянный сосуд приземлился ей на ладонь. Гермиона убедилась, что не ошиблась, и дублировала его с помощью заклинания, возвращая копию вместо настоящей пробирки со спорами. Ее захлестнул жгучий стыд от того, что на этот раз это было настоящее воровство, а не расхищение уже фактически никому не нужных вещей, как происходило в Коукворте. Я просто пытаюсь спасти свой мир, подумала она. Они вышли из больницы незамеченными. Гермиона дала себе слово не оглядываться, и она сдержала его.