(зубы)

фрейд шёл по лесу. рукам, утрамбованным в карманы, было холодно. фрейд клял маман за длинные пальцы, которые приходилось неудобно завёртывать, и шевелил ими так и сяк, чтобы было теплее. ему было одиноко, страшновато и мальца грустно. под ногами хрустели подмёрзшие корни и ветви. лес плыл назад и мимо, вшуршивая лапами невидимых зверей. звери крули пасти как тузы. впереди показался огонёк костра. ноги воодушевились, разогнули ввпуклые тощие колени и рванули к нему. фрейду оставалось только придерживать очки за кончик оправы и отплёвываться от сухой листвы. и угораздило же его дядьку так надраться! (а батю — так крепко с ним повязаться.) пиши пропало. пропало, ввнесео и заложено в ломбард. фрейд выхватил в темноте силуэт дядькиного башмака, кропотливо вдавленного в лужу, и на бегу твёрдо решил: отмолотит пройдохе все уши. вообще, он был из тех, кто дрожит осинкой, не может отдышаться после стометровки и никогда не бьёт в ответ, но пропитый вместо со всеми сохранёнками компухтер будит чёрта в самом робком студенте. хрустнула его последняя ветка. вместо дядь вити у костра сидела смуглая женщина нестрого за сорок. фрейд хотел было удивиться, но для начала всё-таки следовало отдышаться. женщина вздёрнула тяжёлый подбородок и молча следила, как он хрипит и чешет под шапкой. наконец разогнувшись, фрейд застолбенел в маслинных глазах. когда Она заговорила, рокотнул утробный гул; оголились хищные зубы и их золотая каёмка. — чей будешь? фрейд стянул с себя колючую ушанку, немного помялся на месте и плюхнулся напротив. у Неё в руке потрескивало полено. юбка расползлась по земле, тут и там поблёскивая смутно-цыганской монетой. — СГУ имени чернышевского. — подумал. добавил: — радиотехника. Она склонила голову набок и, помедлив, закинула полешку в костёр. земля вздрогнула от искры и скривилась мурашками. — Клотильда. — тяжело и певуче, прокуренно. — что забыл здесь, радиотехник? фрейд утёр нос. — дядю… запил очень, старый дурак. его башмак… второй. кажется, у вас под ногами. Клотильда хмыкнула и дёрнула подол в сторону. потёртый сорок первый действительно приютился у её босых ног и теперь влажно шлёпнулся в огонь. дырочки для шнурков выдохнули. — не дуйся, радиотехник. зачем они ему? как знать. авось его уже съел мой друже — медведь. — ах вот оно как, — сипло хохотнул фрейд. за Её покатой спиной блеснули два круглых глаза. — хотите, анекдот расскажу?