Join Me In Death

Красный Шевроле Корвет подъезжал к элитной высотке. Это был район, где жили влиятельные личности. И, видимо, весьма неплохо жили. «Ну, зато заплатят прилично», — думал Молния, выходя с машины и направляясь к дому по адресу. На входе его обыскала охрана, кому-то позвонили, им ответили, и блондина, наконец, впустили внутрь. «Ну, нифига себе! Живут же некоторые!» — присвистнул Маккуин, оглядывая подъезд, который, скорее, напоминал холл небольшой гостиницы. «Да у них в лифте, блин, жить можно!» — офигевал Молния, тем временем поднимаясь на нужный этаж. Позвонил в дверь. Открыли незамедлительно. На пороге стоял молодой высокий мужчина. -Шторм… — только и выдохнул Маккуин. Да, это несомненно был он. Джексон Шторм, взявший трассу штурмом. Тот, из-за кого карьера, а значит и смысл жизни Маккуина рушился буквально на глазах. «-Как же так вышло?» — думал Молния, с опаской заходя в дорого обставленную квартиру. К тому, что ему иногда открывают мужчины, он уже почти привык, но в данном случае у него было плохое предчувствие. Без Бобби было некомфортно. Он осмотрелся. В квартире было подозрительно тихо. Обычно подвыпившие барышни на праздниках ведут себя довольно шумно. — А где клиентка? — поинтересовался Маккуин. — Перед тобой, — оскалился Шторм. —  Сегодня я — твоя клиентка. — Что это значит? — как можно спокойнее спросил Молния, сам тем временем чувствуя, что здорово влип. — Это значит, что ночь ты проведёшь со мной, Легенда. Я тебя заказал. — Простите, но я не работаю с мужчинами, — так же спокойно ответил блондин. — В моей анкете чётко написано об этом. — Может, сделаешь исключение? — Простите, но я вынужден отказать вам. Деньги вам вернут, — Маккуин уже направился к выходу, но его ловко перехватили сзади. — Не так быстро, Чемпион! — Что вы себе позволяете?! — Я очень многое могу себе позволить, — осклабился Шторм, перебирая пальцами густые светлые волосы. — Прекратите меня лапать! — блондин начал терять терпение. — Не строй из себя недотрогу! — продолжал ехидничать Шторм. — Отпустите… — с трудом вернув самообладание, тихо проговорил Маккуин. — Нет. Ты никуда не уйдёшь, — уверенно ответили ему. — Я очень не хотел прибегать к этому, но… Салли, твоя девушка. Она сейчас в больнице, верно? Я могу устроить так, что она уже не проснётся. Ты её не увидишь в живых. Ни-ког-да, — подчеркнул последнее слово мужчина. — Что тебе нужно? — спросил Молния. — Станцуй для меня. — Хорошо. Маккуин подошёл к центру, выбрав нужную мелодию и включил музыку, надеясь, что дальше танца не зайдёт. До чего же он хорош! Шторм уже не скрывал плотоядного взгляда. Он безумно хотел блондина, который плавно, соблазнительно двигался, медленно раздеваясь под неторопливую музыку. Когда танец закончился, Молния потянулся за одеждой. — Не спеши, Чемпион — прохрипел Джексон, пытаясь притянуть Маккуина к себе. Стояк уже был железным. — Ну уж нет, всему есть границы. Я не гей! — начал срываться Маккуин. — Да мне наплевать! И не забывай про свою девочку! Это стало последней каплей, которую Молния не стерпел. Ловко выпутавшись из не очень сильного захвата, он развернулся и влепил заказчику по наглой морде. — Какого чёрта? — взбесился Шторм. — А ты это зря, — стирая кровь с разбитой губы, прошипел брюнет. Он быстро схватился и нанёс ответный удар противнику, от чего тот упал и обо что-то ударился. По рассеченному лбу потекла тонкая струйка крови. — Чёрт! — выругался Джексон. — Ты помирать тут собрался? Но Молния дышал. Даже сейчас, бледный, немного в крови, неловко распластавшийся на полу, он не мог не вызывать желание. «Я рассуждаю, как некрофил» — усмехнулся про себя Джексон. А Маккуин тихо простонал. — Чёрт тебя подери, Чемпион! Это невыносимо, — прошипел хозяин квартиры, быстро раздеваясь. Член требовал разрядки сию минуту, взять нетронутого ранее блондина без подготовки… Невыносимо! Но Шторм понял, что не хочет брать его силой. Маккуин его здорово зацепил, поэтому относиться к нему грубо на первом «свидании» ему не хотелось. Поэтому тот быстро нашарил в карманах смазку, налил немного на пальцы, проник одним в узкий проход, прикусив кожу на шее. Молния обессиленно простонал — явно не от возбуждения, но Шторму было плевать. Он уже проталкивал в блондина второй палец, боясь кончить, так и не взяв его. После того, как свободно прошёл третий палец, брюнет понял, что сдерживать себя больше нет сил. Он просто сменил пальцы на член и начал медленные движения, теряя голову от тесноты. Молния простонал громче, уже от боли. Но Шторм уже ничего не видел и не слышал, укутавшись в пелену наслаждения — он только ускорил темп, оставляя на теле девяносто пятого укусы и засосы, словно желая отметить его. Он входил всё глубже, вбивался всё сильнее, рыча от удовольствия. Ещё бы получить ответную реакцию… Но это сейчас не так важно. Важно то, что он наконец заполучил так долго желанное тело, такое податливое и возбуждающее. Молния чувствовал внезапно накатившую слабость — тупая боль пробила висок, по лбу потекло что-то липкое. Затем он почувствовал укус на своей шее. А потом палец, второй третий. А затем и член этого извращенца. Боль была жуткой — теперь он понял буквально, что значит выражение — насадить на кол. Никакого удовольствия. Только боль и тошнота от осознания происходящего. Из-за постоянно нарастающей головной боли гонщик не мог открыть глаза. Да и не хотел. Потому насильник делал с ним всё, что пожелает. А тот желал много. Он кусал его за грудь, шею, плечи, вколачивая в блондина свой горячий агрегат, по-звериному рыча. Стоны боли им воспринимались совсем иначе, заставляли ускорять и без того бешеный темп, усиливая и без того жуткую боль. Наконец, по телу Шторма прошла дрожь, и тот с охрипшим стоном кончил, навалившись на податливое тело сверху, не спеша выходить из него. А Молния так и не спешил открывать глаза…