Join Me In Death

— Сегодня без прелюдий? — спросил Молния, сняв рубашку. — Я не отказался бы, но сейчас у меня мало времени, — ответил Шторм. — Идём. Они оказались в спальне. Джексон снял со стула широкий ремень и завязал им блондину глаза. — Зачем? — прошептал Маккуин, теперь окончательно убедившись в том, что угодил к маньяку. — Расслабься, Легенда. Тебе понравится. Я не маньяк. — Я так не ду… — хотел было возразить Молния, но его тут же заткнули требовательным поцелуем, повалив на кровать. Шторм стянул с блондина джинсы и принялся возбуждать его ртом. — Расслабься, — мягко повторил тот. — Тебе легко говорить! — вскинулся блондин, срывая с глаз ремень. — Ты угрожаешь мне бесчестьем и смертью близких, а теперь хочешь, чтоб я твоим ласкам поддавался? Делай то, что собрался и разбежимся. Шторм не сдержался и отвесил Маккуину звонкую пощёчину, разбив ему губу. И тут же приник к нему с поцелуем: — Прости, чемпион… Молния уже не сопротивлялся. Он ведь сам пришел к нему, сам остался. Отступать было некуда. — Послушай, а какая разница с кем — с женщинами или мужчинами? — прошептал брюнет. — Если это приносит удовольствие… — А если нет? — Ты просто боишься, что тебе понравится, — нагло ответили ему и вжали в кровать. И всё повторилось с начала: липкая смазка, чужие пальцы внутри, горячий возбуждённый агрегат, и он вновь не смог сдержать стон. Но на сей раз — уже не от боли… — Я же говорил, тебе понравится! — сбивчиво шептал Шторм, ещё долго не выпуская блондина из объятий. — Ты куда-то спешил? — спросил тот, со всех сил пытаясь сделать холодный вид. — Точно, нам пора. Они вышли из квартиры. Молния записал номер Шторма, тот сказал, что завтра перезвонит, что его безумно «обрадовало». Как и предавшее его тело. Когда он вернулся домой, было совсем поздно. Дома было делать нечего, хотелось не спеша, с открытым окном проехаться по вечерних улицах города наедине с мыслями. Франческо и Кэла не было, а Бобби его уже ждал. — Девяносто пятый! — товарищ обратил внимание на разбитую губу. — Ты ничего мне не хочешь рассказать? Вчера весь в синяках, сегодня — вот. Что за херня? За последнее время Бобби очень привязался к Маккуину. А ещё он был довольно проницательным, и что-то всё время ему подсказывало, что Молния влип не по-детски. — А знаешь, что? Это уже тебя никоим образом не касается, Бобби — сделав как можно более серьёзный вид, Молния попытался улизнуть в спальню. — Молния, стой. — товарищ схватил его за запястье. — Просто расскажи! — Да оставьте уже все меня в покое! — не выдержал тот и закричал. — Отъебись от меня! — Да я тебе помочь хочу, идиот! — Бобби тоже голос повысил. — Слушай, может бокальчик вина? Пойдем, немного успокоишься и поговорим. — Нет! Не выйдет, — Молнии совершенно не хотелось говорить на тему грёбаного Шторма. Да и что Бобби подумает? — Да брось ты! Тогда пошли, просто выпьем, — «сдался» товарищ, и Маккуин, которому надоело препираться с другом, наконец уступил. Спиртное располагало к беседе, и вскоре уже изрядно подвыпивший блондин слово за слово начал обрисовывать ситуацию. — Слушай, а как этого хмыря зовут? -Бобби, несмотря на выпитое, сохранял трезвость ума и был крайне встревожен ситуацией. — Шторм… — Шторм? Джексон Шторм? — Бобби подскочил на стуле. — Да какая разница?! — Опиши его, — Бобби сел на место и продолжил «допрос». — Да что описывать… Высокий, спортивный, наглый. — Молния, только не говори мне, что ты связался с двадцатым!