200 лет до нашей встречи

«Это было оскорбительно»       «Прости. Я не знаю, что на меня нашло»       «Он схватил меня за плечи и тряс, спрашивая, чем это я тебя обидела. У меня синяк даже остался! А если бы Том успел встрять? Он бы его избил!»       «Извини, Молли, я не хотела! Я не думала, что он так бурно отреагирует»       «Ты никогда не думаешь! Мой тебе совет — держись от него подальше! Он слишком странно себя ведёт» — Ааргх! — гневно выкрикнул Лин. — Ненавижу эти S!       Честертон лежал на полу и играл в «Тетрис» на телефоне Мэлори. Сначала, когда девушка предложила ему сыграть, парень заявил, что игра невероятно глупая и бестолковая, но это не помешало ему уже битый час соединять фигурки в линии, чтобы получать больше очков.       Мэлори, устроившись на кровати с ноутбуком, вела переписку с рассерженной подругой. Молли, после инцидента в кафешке, расплакалась, так как Лин успел грубо потрясти её, нахамить Тому и толкнуть его. Краус была бесконечно благодарна своей подруге, ведь любой другой на месте Вэзбер уже давно бы прекратил общаться с Мэлори. Но студентке ничего не было за её проказу, на Мэлори лишь обрушилась тонна гневных сообщений в соцсети от рассерженной и обиженной подруги, которая заявила, что больше не желает видеться с «зубастым чёртом» даже на расстоянии десяти метров.       Мэлори понимала, что с Лином необходимо поговорить об этой ситуации и объяснить, что такое поведение здесь не приветствуется, и, если бы на месте Молли и Тома был бы кто-то другой — парень бы уже давно загремел в полицейский участок. Но, по какой-то причине, ни она, ни Честертон не вспоминали происшествие. Они общались, даже слишком непринуждённо и расслабленно, и Мэлори казалось, что между ними выстраивается стена. И она растёт с каждым лживым словом, с каждой фальшивой улыбкой.       «Они говорили с Томом. И знаешь о чём?»       Мэлори поёрзала. Ей было очень интересно, но боязно. Она переживала, что раскрытая тайна ей не понравится. Краус увидела, как Вэзбер набирает сообщение, и поспешно написала:       «Нет!» Молли перестала набирать сообщение, а затем переписала и отправила другое:       «Серьёзно? Почему? Ты будешь удивлена»       «Ни слова больше, Молли. Это был разговор не для моих ушей»       «Но говорили-то о тебе!» Мэлори стиснула зубы. Её подруга не знает чувства меры и иногда не может удержать язык за зубами. И вот, теперь Краус просто распирало от интереса. О чём же мог спросить Лин? Или это Том решил выведать у парня как можно больше информации для любопытной Молли?       «Чёрт, Молли!»       «Как знаешь» — Ты чего там так по ноутбуку стучишь?       Лин поднялся с пола и полез на кровать, чтобы посмотреть на монитор. Мэлори поспешно закрыла диалог и открыла страницу поисковика. — Я ищу информацию про «КМВП». — И как, нашла? — Нет. Ничегошеньки.       Мэлори и правда попыталась найти в Интернете информацию о машине времени, но ничего, кроме околонаучных статей или откровенной лжи не нашла. Не было информации также и о братьях Цзулье — таких людей, даже тёзок, не было замечено ни в газетах или журналах, ни на ТВ, ни в соцсетях. — Странно. Они должны были засветиться со своей машиной времени. Хоть где-то! Сейчас и муха не проскочит без ведома зевак с телефонами. — Мэлори нахмурилась. С учёными братьями явно было что-то не так. — Завтра мы увидим Георга, почему бы не задать ему все вопросы? Хоть я и не доверяю ему, но, если он хороший человек и действительно ждёт от нас помощи, то не станет скрывать правды. — Лин посмотрел Мэлори в глаза, и девушка поспешно отвела взгляд.       Честертон прав, думала Краус. Но неизвестность пугала. Им предстоит где-то сделать что-то с чем-то, но ради чего?       Ради спасения человечества, разумеется.

***

      Прошёл день, и Мэлори в компании Лина отправилась в парк, на встречу с Георгом. Девушка основательно подготовилась: за её спиной был рюкзак, полный всяких походных штук, от спичек до верёвки, а на самой Мэлори была удобная спортивная одежда. Честертон же, не имея никаких своих вещей, всё так же был в одежде Мэлори, и это его ни капельки не смущало.       На условленное место путешественники во времени пришли заранее: захватив по дороге снеков и газировки, они сидели на лавочке, рассматривая небо, деревья и прохожих. Но, когда прошло более двух часов, а изобретатель так и не объявился, Мэлори забеспокоилась. Она вглядывалась в каждого прохожего, тревожно ёрзала на скамейке. Лин, заметив это, поинтересовался, почему Мэлори так волнуется. Девушка вскочила с места и беспокойно начала говорить: — У этого человека в руках само время. А вдруг, он бросил нас? Вдруг, что-то случилось и нам нужно действовать, а мы сидим здесь, поедая чипсы? — Что ж, если у тебя есть идеи, как помочь миру — я готов их реализовать. Только у нас не так много времени.       Краус ничего не ответила.       Мэлори и Лин продолжали приходить в парк, но ни на следующий, ни на последующий, ни даже через три дня Георг Цзулье так и не объявился. Мэлори была как на иголках всё это время. Она всё ждала, когда же их маленькой идиллии придёт конец, ведь с каждой секундой приближался тот час, который навсегда войдёт в историю. Каждый день, просыпаясь и идя в заброшенный дом к Лину, она боялась, боялась, что не успеет показать ему все увлекательные места в городе, не успеет приготовить для него всех вкусных блюд, не успеет рассказать об этом мире и показать, что на самом деле значит — жить, а не существовать. Мэлори поняла, что боится умереть.       Путешественники во времени вновь сидели в парке, но уже не надеясь на то, что мужчина придет. Краус была готова рвать и метать от досады и бессилия. — Мэлори, послушай. — Лин встал и вплотную подошёл к девушке, которая ходила взад и вперёд перед лавочкой. — Скажи, что я сделал, чтобы оказаться здесь? Много ли? Правильно, ничего! Я просто жил, и жизнь подарила мне это. Я искал приключения, и жизнь дала мне их. Тебе не нужно заставлять себя делать что-то. Делай то, что хочешь, что считаешь нужным. И это будет самым правильным! — Австралия.       Честертон удивлённо вскинул бровь. — Я не могу спасти всех, но я могу спасти своих близких. Мы ещё можем уехать в Австралию, спастись там, переждать, жить! Ведь здесь, здесь не останется камня на камне! Мы должны бежать, Лин!       Честертон посмотрел на неё грустным взглядом. Мэлори всё поняла. Им остаётся только ждать и надеяться, что с Цзулье успеет до начала представления, на кторое у зрителей есть билет лишь в один конец. Она и так знала, что у них нет ничего, кроме надежды: без визы их никто не пустит заграницу, без денег — тем более, а у Лина нет даже паспорта. Никто не поверит в их россказни о надвигающемся конце света в лице ядерной войны, последние люди отвернутся от них. И тогда — никто не спасётся.       Мэлори устало прислонилась к Лину, смыкая руки за его спиной, и почувствовала, как он прижимает её к себе в ответ. Может быть, Честертон прав? У неё ещё есть шанс, крохотный, но этого хватит, чтобы выразить свои мысли и чувства родным, встретить парочку рассветов и дать в лицо ненавистному человеку. Ещё есть шанс, так почему же им не воспользоваться? — Мне завтра в институт. Хочешь пойти со мной? — Да.