200 лет до нашей встречи

      Рядом с ухом что-то противно запиликало, и Мэлори вынула руку из-под одеяла, чтобы ответить на звонок. — Алло, — прохрипела она. — Мэлори Краус! Как ты могла проспать встречу с куратором! Я сделаю из тебя фарш, как только увижу!       Девушка мигом вскочила с постели. Звонила Молли Вэзбер — подруга и одногруппница. — Встреча уже сегодня? — Очнулась, наконец! Куратора можно посетить ещё и завтра, он будет ждать тебя в десять. Но мне лично наказали дать тебе хорошего подзатыльника! И ещё — я забрала твои отчёты по работам, потому что мистер Ковальски будет в отъезде до начала октября. — Молли, спасибо! Ты даже не знаешь, как меня выручила! Я заберу их через неделю, может быть, позже. — Эй, к чему такие сроки, милочка? — возмутилась Вэзбер. — У тебя здесь море ошибок, потонуть можно! Не успеешь закончить к началу семестра.       Мэлори поморщилась в раздумье. — А когда начало семестра? — Мэлори, ты сколько спала? Через десять дней, Мэлори, через десять!       Девушка округлила глаза, шокировано оглядывая свою комнату в поисках календаря. — Через десять дней?! — Да, не расслабляйся, если не хочешь вновь быть в ниже середины по рейтингу. Мне пора бежать, Том ждёт. Отчёты заберёшь сегодня же, в пять вечера мы будем в кафе «Анталия». — Но… — Никаких «но»! Жду.       Послышались гудки, и Мэлори, бросив мобильный на кровать, обречённо побрела в душ.

***

      Девушка осторожно поднималась на седьмой этаж. Было уже за полдень, но студентка всё равно боялась идти по этой заброшке в одиночестве. Поэтому, облегчённо выдохнув, дойдя до нужного входа, девушка замерла и прислушалась.       Но ничего не услышала. «Надеюсь, он не ушёл. Где же я его искать-то буду в большом городе?» — подумала девушка и, крадясь, вошла в комнату.       Честертон спал, завернувшись в плед. Ночь для него была долгой: биточек был пуст, бутылка с водой — тоже; газета изорвана на маленькие квадратики, книга с комиксами лежала неподалёку вниз обложкой… Но украшением композиции были сорняковые цветы, которые составляли подобие букета. Они лежали рядом с рукой парня, видимо, он держал их перед тем, как уснуть.       Девушка бы наверняка подумала, что Лин мёртв. Но за дни, проведённые рядом с Честертоном, она успела привыкнуть к его трупному внешнему виду. Мэлори хотела подойти ближе, чтобы получше разглядеть спящего, однако, из-за шума от случайно задетого ею камня, парень проснулся и быстро подскочил на ноги. — Мэлори? — удивлённо и одновременно радостно сказал он. — Вижу, ты не скучал, — сказала она, указывая на разбросанные вещи.       Честертон тоже оглядел комнату, и, заметив цветы, поспешно их подобрал. — Я хотел бы отблагодарить тебя за помощь… Правда, никаких ценностей у меня нет, а я слышал, у вас тут так тоже принято, поэтому и решил…       Мэлори не смогла сдержать улыбки, глядя, как Лин пытается дать своим мыслям форму. Она знала, что человек, который смущённо перебирает цветы в руках и несёт откровенную чушь, может не колеблясь убить животное или же разукрасить кому-нибудь лицо. И от этого было почему-то приятно. — Вот. — Парень протянул букет Мэлори. Выпалив «спасибо», она приняла подарок и тут же принялась изучать его, словно это был редкий экспонат в музее. — Чем займёмся сегодня? — спросил Лин, чтобы прервать неловкое молчание. — К сожалению, мне нужно забрать свои отчёты у подруги. — Оу, — расстроено протянул Честертон. — Что ж, поторопись. Я был рад, что ты заглянула. — А кто сказал, что я оставлю тебя здесь? К тому же, ты, наверное, проголодался.       Честертон просиял. Мысль о том, что Мэлори не захочет провести с ним эти три дня не давала ему уснуть прошедшей ночью. Что бы он делал один в городе, который видел лишь руинами? — Давай соберём вещи и забросим их домой. А то украдут ещё.       Беседа текла горным ручьём. Лин и Мэлори шли по улице, минуя частых прохожих. Девушка с увлечением рассказывала собеседнику, как она однажды каталась по этой улице на велосипеде, натыкаясь на людей; студентка так активно размахивала руками, что чуть было не сбила с ног ярко накрашенную даму. Та хотела было устроить неуклюжей девице лекцию о прилежном поведении, но, увидев смеющегося Лина, поспешно ретировалась.       Девушка посмотрела на часы. — Даже не думала, что мы опоздаем! Надеюсь, Молли не задаст мне трёпку. — Молли, это твоя подруга?       Краус хлопнула себя ладонью по лбу. — Точно, я же забыла! Вас нужно будет представить друг другу. Нет, не так… Лин, тебе нужно быть осторожным в словах, потому что Молли та ещё болтушка. Постарайся сделать вид, будто всё, что происходит — обыденность. — Хорошо, — ответил парень, нахмурившись. — А что, если она задаст мне вопрос, ответ на который мне неизвестен? — Я помогу, не переживай. — Если тебе неудобно, я могу подождать у входа, — вдруг предложил Лин. Парень подумал, что Мэлори, может быть, не желает показывать его друзьям. — Да, я просто подожду на улице. — Нет. Ты когда-нибудь пробовал шоколадный пудинг? Это прекрасно. — Мне как-то довелось попробовать шоколад. Нашёл в заброшенном доме, такой, серо-коричневый. Он был горьковат, но мне понравился. — Серым он стал за двести лет, да и горьким, наверное, тоже… Мороженое! Ты просто обязан попробовать мороженое! Это чудное угощение, которое подарит свежесть и прохладу в жаркий солнечный день. Или торт. Или…       Девушка немного увлеклась, перечисляя разнообразные десерты и вкусности. Очнувшись на лакричных палочках, она поняла, что всё это время Лин внимательно её слушал, не отводя взгляд. Улыбнувшись, она спросила: — А что ты хотел бы попробовать? — Шоколад и мармеладных мишек. Ты так восторженно о них говорила. — Мишек… — Мэлори огляделась. Радостно всплеснув руками, она побежала в крохотный магазинчик, который виднелся из-за угла. Лин, немного помедлив, тоже бросился за ней. Честертон не мог наглядеться на прилавки с яркими ценниками и не менее яркими упаковками. Он никогда не видел ни макарон, ни чипсов с газировкой, кроме того, он даже не догадывался, что стоящее перед ним — съедобно. — С вас фунт и семьдесят пять пенсов, — бесстрастным голосом произнес продавец.       Мэлори, выгребла из кошелька гору монет, отсчитывая нужную сумму. — Шоколад и мармеладные мишки, — произнесла она, отдавая Лину сладости. — Отведай. Я должна видеть этот исторический момент.       Лин, с детскими интересом и радостью вскрыл упаковку мармелада, разглядывая разноцветные мягкие комочки. — Какие яркие! — восторженно сказал он. Мэлори хихикнула.       Высыпав всё содержимое разом в рот, Лин нахмурился. Мэлори, ожидавшая совершенно другой реакции, спросила: — Ну, как тебе? — Мягко, — ответил парень с набитым ртом. — Чем-то на червей похоже, только приятнее. — А ты ел червей? — Приходилось. — Ладно, пойдём, — тихо сказала девушка. Ей стало неудобно за свою бестактность, ведь она видела, в каких условиях выживал Лин, поэтому уточнять не стоило.       Кафе «Анталия» было уютным заведением, куда парочки и книгочеи приходили отдохнуть за чашечкой кофе и десертом. Несмотря на переменчивую моду, здесь всегда играл легкий джаз, а официанты предлагали отведать карамельный латте в непогожий день. Высокие коричневые столы и громоздкие мягкие стулья им в тон делали кафе словно отдельным островком, где можно было предаться мыслям и разговорам, позабыв о мирской суете.       Мэлори уверенно отворила дверь и вошла. Студентка надеялась, что Молли и Том выбрали столик на двоих, и ей и Лину не придётся садиться с ними. — Здесь красиво, — сказал Честертон за спиной девушки. — Роскошное заведение.       Мэлори ничего не ответила. Она нервно оглядывалась по сторонам в поисках подруги. С одной стороны, ей хотелось познакомить Лина с Молли, а с другой…       Молли обнаружилась за столиком у стены. Столики у стены предполагались для нескольких персон, поэтому рядом с девушкой и её возлюбленным рядом было ещё два свободных места — ни больше, ни меньше.       Мэлори вдруг поняла, что передумала. Нет, она сейчас выставит Лина за дверь, быстро заберёт бумаги и уйдёт отсюда куда подальше.       Молли заметила свою подругу у входа и помахала ей рукой, показывая своё местоположение.       «Чёрт, увидела», — недовольно подумала Мэлори и, стараясь придать себе расслабленный вид, зашагала к подруге. — О, ты не говорила, что придёшь не одна, — улыбнувшись, сказала Молли, когда Мэлори, а за ней и Лин подошли к столику. Она оценивающе посмотрела на Честертона, при этом выражение её лица сменилось с радостного на настороженное. — Прости, что тебе пришлось повозиться из-за меня, — быстро сказала Краус, намекая подруге, что самое время отдать отчёт. — Дел много, да и сейчас я тоже спешу. — Может быть, присядешь с нами? — подал голос Том. Вэзбер охотно его поддержала.       Мэлори доверяла Тому, но становиться его другом не спешила. Высокий стройный парень с взъерошенными черными волосами и тихим спокойным голосом не вызывал у неё ни симпатии, ни антипатии. Мэлори видела, как Молли сносит голову от любви к нему, поэтому воспринимала Тома как данность, конечно, не упуская возможности иногда отпускать шуточки в сторону влюблённых. — Мэлори, может, действительно недолго побудем здесь? Тут приятная атмосфера, — сказал Лин.       Мэлори мысленно выругалась, но решила, что идти на попятную бесполезно. Девушка хотела было занять место рядом с подругой, но та быстро выскользнула и переместилась на стул рядом с Томом. Краус зыркнула на Вэзбер, но ничего не сказала и уселась на освобожденное место, а Лин разместился рядом.       Некоторое время Том и Молли, сидя на противоположной стороне стола, просто изучали незнакомца. — Это Лин, — представила парня Мэлори. Он приветливо улыбнулся, заставив Молли немного придвинуться к Тому. Её возлюбленный, однако, держался достойно и никак не показал своего отношения к Честертону. — Лин, это Молли, моя подруга, и Том, парень Молли. — Я рад познакомиться, — сказал гость из будущего напряженной парочке. — Мэлори говорила о вас. — Надеюсь, это были лесные слова, — усмехнулась Молли. Она опасливо косилась на зубы парня, и, как показалось Мэлори, заметила и острые уши. — Вы познакомились в институте? — Нет, — быстро сказала Мэлори. Разговор нужно было брать в свои руки. — Мы встретились в парке. — Надо же, Мэл, ты никогда о тебе не рассказывала. Вы встреч… — Вот ваше меню, — к столику подошёл официант. Краус, благодаря небеса за такое удачное совпадение, быстро переключила своё внимание на меню, и, отгородившись их ото всех картонной книжкой, стиснула зубы.       «Да что со мной творится? Почему мне так не хочется, чтобы они смотрели на Лина? Почему так неловко?.. И Лин на них как-то странно косится», — думала студентка. Краем глаза она заметила, как Честертон раскрывает меню и с интересом рассматривает страницы. — Кто что будет? — спросила Вэзбер. — Я хочу малиновый чизкейк и чай с бергамотом. — Я возьму американо, — отозвался Том. — Эээ, — протянула Мэлори. Она даже не изучила меню, так как была погружена в свои мысли. — Пожалуй, торт… Нет, мороженое. С вишнёвым сиропом. — А ты, Лин, что будешь? — спросила подруга.       Парень ещё раз опустил глаза на меню, и хотел было что-то сказать, но Мэлори быстро опомнилась и пришла ему на выручку: — Здесь отличное мороженое. Особенно с шоколадной крошкой. Хочешь попробовать? — Да, — ответил парень, с благодарностью посмотрев на девушку.       Когда официант принял заказ, за столиком вновь воцарилось молчание. Молли что-то шепнула Тому на ухо, и парень, улыбнувшись, приобнял её. Лин отвернулся и начал разглядывать посетителей кафе, хотя Мэлори видела, как он иногда косился на Тома и Молли. — Знаешь, тебе нужно подтянуть Экономику, — сказала Вэзбер, протянув Краус отчёт. — Лин, а где ты учишься? — Я не учусь, — растерянно отозвался Честертон. — Оу. — Молли была озадачена. — Работаешь? Могу я узнать, сколько тебе лет? — Мне двадцать пять.       Все, включая Мэлори, удивлённо посмотрели на Честертона. Самому старшему из них, Тому, лишь недавно перевалило за двадцать. — Ты не выглядишь на свой возраст, — сказала Молли и вопросительно посмотрела на Краус. Мэлори, которой сказанная цифра вдруг показалась непомерно большой, только пожала плечами. Теперь она думала, что к парню она будет обращаться не иначе как «мистер Честертон».       Принесли заказ. Лин внимательно осмотрел поставленную перед ним креманку с белоснежным шариком, обильно обсыпанным большой коричневой стружкой. Мэлори нарочно постучала ложкой по своей креманке, чтобы привлечь внимание Лина. Убедившись, что парень смотрит, она демонстративно поковырялась ложкой в мороженом и отправила её в рот.       Честертон повторил увиденное, и, когда лакомство уже было у него во рту, громко замычал. — Это так необычно! Я люблю мороженое!       Краус улыбнулась. Реакция парня на лакомство её очень позабавила и обрадовала. Она зачерпнула немного своего морожено, покрытого сиропом, и переложила в посуду Лина. — Вот, это вишнёвый сироп. Он тоже вкусный.       Парень попробовал угощение. Оно вызвало у него не меньший восторг. — Но даже это не сравниться с моим любимым пирожным, — авторитетно заявила Мэлори Лину. — Их нельзя купить, а можно только приготовить. Я не отпущу тебя, пока ты не попробуешь. — Мне уже кажется, что они вкуснее всего на свете!       По тому, как ухмыльнулась Молли, Краус поняла, что немного отвлеклась от намеченного плана, и забыла о конспирации. Хотя, ухмылочка эта напоминала ей кое-что другое… — Просим нас простить, мы отойдём попудрить носики, — сказала Молли, поднимаясь и показывая Мэлори в сторону туалета. Вэзбер многозначительно посмотрела на Тома.       Мэлори начали терзать смутные догадки. Она не хотела оставлять Лина одного, хотя и знала, что Том не будет устраивать ему тотальный допрос. А вот Молли, как только девушка закрыла дверь туалета, сразу же накинулась на неё, заваливая вопросами. — Ты где его нашла? Что с ним, он неформал? Ты его не боишься? Вы в каких с ним отношениях?       Вздохнув, Мэлори принялась объяснять. — Молли, я знаю, что выглядит он жутковато, но внешность обманчива. Он мой друг, я верю ему. — Нормальный человек себя так уродовать не будет. — А он и не уродовал, — вдруг обозлилась Краус. — Он таким родился.       Молли захлопала глазами. Мэлори знала, что никто не отнесётся к Лину доброжелательно. Конечно, некоторые люди, после нескольких дней общения, поймут, что он безобиден и даже проникнутся к нему симпатией, но вначале парню придётся столкнуться с целой горой из непонимания и осуждения. — Оу, прости, я не знала. Да, я удивилась, ведь для неформала он так тихо и любезно себя ведёт. Интересно, почему? То есть, откуда у него такие генетические мутации?.. Так, кто он тебе? — Друг, — бесстрастно ответила Мэлори. Она подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Зрелище было жалкое. — Понятно. — Молли тоже подошла к зеркалу и поправила слегка взлохмаченные светлые волосы. Мэлори с лёгкой завистью посмотрела на неё.       Молли была красива. Красива от природы; она использовала минимум косметики и максимум обаяния, поэтому легко сходилась с людьми. Её густые длинные волосы и точёный нос могли покорить сердце любого парня. Иногда Мэлори казалось, что Том не совсем подходит ей, но, глядя на их счастливые лица, девушка тут же ругала себя за такие мысли.       Краус пригладила распушившиеся на макушке волосы и облизнула потрескавшиеся губы. — Молли, скажи, что ты будешь делать, если весь мир будет против тебя? — Откуда такие мысли, Мэлори? Моя жизнь, спасибо ей за это, не ставит меня в такое положение. — И хорошо, что не ставит.       Мэлори видела, как Том и Лин о чём-то разговаривают. Честертон ссутулился, его тощая фигура выглядела маленькой на большом мягком стуле. Девушке вдруг не захотелось возвращаться за стол.       «Интересно, почему с Лином легче общаться, когда никого нет рядом? Я, что, стесняюсь его?» — шокировано подумала Мэлори. Нет, это бред. Ведь, иначе стала бы она его защищать от нападок?       Молли уже заняла место, когда как Краус только подошла к столу. Теперь, когда там был её подруга, садиться на своё место у Мэлори вообще не было никакого желания. — Надеюсь, вы не скучали, — улыбнулась Вэзбер. Лин сидевший до этого немного печальный, улыбнулся и посмотрел на Молли с лёгким, едва уловимым восхищением…       И Мэлори всё поняла. Нет, она не стесняется Лина, она стесняется себя. Боится, что недостаточно красива, чтобы удержать его внимание.       Дрожащими руками, Мэлори достала деньги за угощение для неё и Лина и тихо положила их на край стола. Том заметил это и спросил, всё ли с ней в порядке. Руки у Краус затряслись сильнее, и она не глядя на друзей, бросилась к выходу. Словно сквозь стеклянную стену она слышала, как подскочил Лин, опрокинув стул, что-то крича ей.       Мэлори было страшно. И стыдно. Но больше страшно, что найдут и пристыдят за глупое детское поведение, поэтому, выбежав из кафе, она в панике оглядывалась, где бы укрыться. Город превратился в одно мерцающее пятно: люди, машины, дома. Всё стало незначительным и неважным. Лин догонит с лёгкостью, если, конечно, побежит догонять. Девушка бежала, её сердце мешком бухало в груди, кровь шумела в ушах, заглушая какофонию оживлённого города. Вот показался узкий проход между зданиями, и она, запинаясь, устремилась туда. — Мэлори!       Девушка присела и закрыла лицо руками. Зазвонил телефон, Краус в панике достала его и нажала «сброс». Это была Молли. «Дура! Идиотка, что ты наделала? Как теперь будешь оправдываться?» — ругала себя Краус. Какой нормальный человек будет убегать, потому что испугается банального общения? Хотя, общения ли она испугалась? — Мэлори, пожалуйста, отзовись!       Кричал Лин. Он звал девушку, мечась среди ворчащих, шарахающихся от него людей и ища глазами знакомый силуэт. И Мэлори от всей души надеялась, что он когда-нибудь найдёт её.       Крик стих. Девушка понемногу унимала дрожь в теле; она села и, облокотившись о стену здания, зажмурилась. Топот ног и рёв моторов авто вновь стали слышны, кирпичная стена холодила спину. Согнув ноги, девушка уронила голову на колени и вздохнула. Всё-таки, хорошо, что Молли её подруга. Она поймёт её, хоть и обругает на чём свет стоит, отчитает строго. Но это будет потом… — Мэлори, что случилось? Она обидела тебя?       Девушка вздрогнула от неожиданности и закрыла лицо руками. Честертон нашёл её, и она слышала, как он подошёл к ней и опустился на колени. Его тяжелое дыхание било ей в уши, заставляя тело покрываться мурашками. Как же ей было страшно. — Мэлори, это я виноват, мне уйти?       Девушка бросилась на парня, заключая его в объятья. Лин, покачнулся и развёл руки в стороны, удивлённый такими действиями. Мэлори прижималась к Лину, чувствовала тепло его тела и плакала, не в силах сдержаться. И вот, руки парня тоже опускаются на её спину. — Эй, ты в порядке?       Так близко, у самого уха. Мэлори сильнее утыкается парню в шею. — Да, — немного сердито отвечает она.       Краус слышит, как ухмыляется Лин. — Тогда, почему плачешь?       Мэлори шмыгает носом. — Кажется, я… ты…       Лин чувствует, как девушка цепляется руками за его футболку, чувствует её слёзы на своём оголившемся плече. Он чувствует, как она жмётся к нему, и думает, что это, бесспорно, лучшее чувство на свете. — Мэлори! — Молли тоже вышла на улицу и начала искать подругу. — Хочешь её видеть? — спрашивает Честертон. Студентка мотает головой. — Тогда, держись крепче!       Девушка вскрикивает, когда Лин берёт её на руки и встаёт. Мэлори больше не может прятать своё заплаканное лицо, и поэтому смущённо опускает глаза, по предлогом рассмотреть свои болтающиеся ноги. Честертон быстрым шагом, переходящим в бег направляется вглубь прохода, даже не зная, куда тот ведёт.