Lusinghiera mia speranza...

      Откроем же Канон Священный и начнем читать центральный эпизод последней главы «Братства Кольца».              Вот Фродо пошел куда-то куда глаза глядят, совершенно бесцельно, и ноги ведут его к склонам Амон Хен. Фродо бредет вверх, даже не беспокоясь, куда, собссно, его несет. Извиняет тут его только то, что он ковыляет по остаткам дороги, так что в случае чего не заблудится и назад вернется. И вот он там бродит, потом садится, смотрит на Андуин и на Тол Брандир, мысли у него странствуют туда и сюда, совсем как у Манвэ после того, как в Валиноре погас свет. Фактически Фродо не думает ни о чем. И мне интересно, а не случись этого разговора с Боромиром, что бы было? Ну сколько бы Фродо еще так просидел и до чего бы додумался? Пока на Парт Гален не выскочили бы орки и не заколбасили бы всех остальных? После чего один Фродо, предоставленный сам себе, либо сдох бы в глуши с голоду (поскольку барахло орки бы разорили), либо повстречался бы с Голлумом… ну тут финал тоже вышел бы печальным. Я изо всех сил пытаюсь представить возможные варианты развития событий, и у меня ничего другого не получается.              Ну вот Фродо сидит и вдруг чует, что на него кто-то смотрит, причем смотрит недружелюбно. Я только хмыкну по поводу этого: когда мы внезапно ощущаем чье-то присутствие, мы, как правило, относимся к этому очень подозрительно, никак не рассчитывая, что на нас смотрят с любовью и обожанием (даже если на самом деле это так и есть). Инстинкты-с. Никуда не денешься.              Фродо оборачивается, но это, к его удивлению (кстати, что его удивило?!) оказывается Боромир, который выглядит добрым и улыбающимся.              И вот эту ремарку я попросту пропускаю и оставляю без внимания. Знаете, почему? Потому что любая ремарка здесь будет играть против Боромира. Потому что читатель уже давно и обстоятельно настроен соответствующим образом. Боромир выглядит дружелюбно — вот гад, втирается в доверие! Выгляди Боромир как-нибудь хмуро — ну, блин, ясно же, замышляет Кольцо отобрать, гад! Выгляди Боромир нейтрально — а, бдительность усыпляет, подкрадывается, гад, чтобы Кольцо отбирать! Вот как бы Боромир тут ни выглядел, это все равно будет играть против него, потому-то я это мимо и пропускаю.              Вообще в связи с основательной подготовкой читателя в предыдущих главах не только ремарки, но и вообще любые реплики Боромира по умолчанию будут считаться против персонажа. Говорит о Кольце — это оно на него влияет, на гада! Говорит не о Кольце — ну ясно же, зубы заговаривает, гад! И т.д.              Конечно, да, Профессор не просто так старательно уверял нас, что Вася подлец, он сейчас нам не только скажет, но и покажет, насколько Вася подлец. Только упс! внезапно не только мнение еретика-читателя оказывается несколько другим, но и сам автор, так тщательно готовивший Васю на роль подлеца, вдруг обнаружил, что у него это не получается, после чего уважаемый Профессор сдался и признал суровую правду: сделать из Боромира подлеца невозможно. Персонаж не таков. Серьезно, так оно и есть, это со всей очевидностью прослеживается по черновикам и итоговому тексту. Оттого-то вот эта двойственность даже авторского отношения и резкого изменения замыслов остается в эпизоде и способна зацепить даже наивного отрока, впервые знакомящегося с ВК.              Разговор пока начинается вполне себе невинно, логично и предсказуемо: никто не должен шататься один, тем более ты, ну и раз уж так, давай поговорим.              Кстати. Ну даже если Фродо попросил себе час на одинокие раздумья, почему с ним нельзя было хотя бы Сэма отправить? Сэм вообще не в счет, потому что слуга, и будет маячить молчаливой галлюцинацией, если ему так скажут.              Заметим еще, что для Боромира это вообще первая, а заодно и единственная возможность поговорить с Фродо наедине и так, чтобы никто другой об этом не знал. Конечно, можно было бы и хоть в Лориэне Фроду в сторону отозвать для поговорить, но об этом тут же стало бы известно всем остальным. А раз так, то где гарантия, что после этого Фроду не переубедят обратно?              Фродо в ответ: мне разговоры не помогут, я знаю, что мне надо делать, я просто боюсь.              Боромир продолжает пока с ним как с человеком, схема пока продолжает быть логичной и предсказуемой: уверен ли ты, что не страдаешь понапрасну? Тебе нужен совет — не примешь ли ты мой?              «Заговаривает зубы!» — восклицает подготовленный и управоверенный читатель. Ладно, сейчас посмотрим, чего этот злодей посоветует.              Фродо: я, мол, думаю, что знаю, что ты мне посоветуешь, и «это выглядело бы как мудрость, если бы не предупреждения моего сердца».              Фродо уже заранее считает совет идти в Минас Тирит предупреждением этого не делать. Естественно, Боромир тут же интересуется причинами. Что такого плохого в Минас Тирите, что Фродо заранее не хочет туда идти?              Я было подумала, что при таких делах, может, Боромиру следовало пойти другим путем и поломать Фроде шаблон, сказав ему совсем не то, что Фродо ожидает услышать? Вот не советовать идти в Минас Тирит, а сказать, что решение можно принять и позже, а здесь и сейчас место для этого самое неподходящее. Я так думаю, что Фродо с радостью бы уцепился за эту идею. Так и почему Боромир этого не сделал? Видимо, потому, что это опять только откладывание проблемы, а не решение, а пару-тройку дней спустя еще неизвестно, удастся ли отловить Фродо еще раз для приватного разговора. Надо пользоваться редким случаем здесь и сейчас, другого может и не предоставиться.              Ответ Фродо:              «Против промедления. Против пути, который кажется более легким. Против отказа от бремени, которое лежит на мне. Против — ну, если это должно быть сказано, против веры в силу и правдивость [искренность] людей».              Да, это несомненно — Фроде промыли его и без того слабые мозги на всю катушку. «Против промедления» — а куда, куда торопиться? На какой пожар?! Что, вопрос стоит так, будто пара недель промедления смерти подобна? Фроде дана установка бежать?              «Против пути, который кажется более легким» — а непременно надобны трудности?! Если не преодолевать, то нещитово? Колечко в Ородруине не утонет, сверху плавать будет? Миссия и так практически невыполнима, так на кой же черт накручивать еще дополнительных сложностей?! Фроде дана установка страдать?              Судя по следующему, таки дана. Фродо прочно уверовал в собственное предназначение быть жертвенным бараном.              И финал его пассажа очарователен более всего: Фроде надлежит верить в людскую слабость и порочность. Но Фродо ничего не знает о людях. Более того, из всех людей он ближе всего знаком с мусью Арагорном, который представляется зерцалом всех совершенств и достоинств. Так откуда у Фроды такое предубеждение насчет людей? Кто впихнул это в его голову? Ведь не сам же додумался.              И вот Фродо все это излагает Боромиру. Жителю страны, которая воюет с Мордором уже черт знает сколько поколений. Причем воюет одна. Все эти мудрецы и эльфы не собираются даже палец о палец ударить, чтобы помочь Гондору в этой войне с, на минуточку, общим врагом. А Фродо вот так запросто: да не доверяю я вам, слабаки вы ненадежные.              Фродо, родной, а ты видел кого-то лучше? Или хотя бы знаешь об их существовании? Кто лучше-то? Эльфы, сидящие в своих прекрасных огородиках и уверяющие, что они на воздусях с Сауроном борются? Гномы? Вы, хоббиты? Кто?              «Тем не менее, эта сила уже давно защищает тебя далеко в твоей маленькой стране, хотя ты этого не знал».              Ведь не поспоришь с очевидным, дорогой Фродо: единственные, кто хоть что-то делает, это люди.              Кстати, даже канонично Шир под присмотром, типа, Следопытов — так и эти Следопыты тоже люди, а не ельфы какие-нибудь.              Фродо малость сдает назад: «я не сомневаюсь в доблести твоего народа». Ну и на том спасибо. Но Фродо продолжает: «Но мир меняется. Стены Минас Тирита могут быть сильными, но они недостаточно сильны. Если они потерпят поражение, что тогда?»              Фродо прожил пятьдесят лет, но не понимает, что в доме повешенного лучше не говорить о веревке. Фрод, а ты сам как думаешь? По-твоему, что будет в таком случае? Саурон придет и всех расцелует, что ли?              О, конечно, Фродо тут демонстрирует, типа, заботу о судьбах всего мира. А нехороший и поддавшийся Козлу Боромир печется, гад, только о своем Гондоре.              Ааа… эээ… а у Боромира вообще-то должность такая. Это Гэндальф Заморский, который здесь себе и шалаша не нажил (конечно, из соображений о тщете всего сущего), может заботиться обо всем мире в целом и ни о чем конкретно. А Боромир на такую широту неприкаянную не способен. Он вон сын правителя страны с населением, которая уже четвертую тыщу лет существует и у которой сейчас проблем выше крыши, он не может себе позволить пустопорожне во все стороны света перстами указывать и о международном положении печься.              И какого черта он должен печься обо всем мире, если мир и не думает печься о его Гондоре?! Он должен радостно ставить под угрозу существование собственной страны в угоду непонятным планам неизвестно кого?! В самом деле?! Что, кто-то серьезно так считает?!              А заботы о судьбах мира какого-то недомерка-обывателя, который этого мира даже на карте не видал, извините, выглядят убого и глупо. Ну примерно как сейчас какое-нибудь школоло начинает рассуждать о том, как нам обустроить Россию.              Не говоря уж о том, что в данной ситуации что хорошо для Гондора, то хорошо и для всего остального мира. Ну, Светлых, по крайней мере, мы же о них сейчас.              Но самое-то главное и интересное состоит в том, что Саурон и не собирается захватывать весь мир и даже западную его часть (ту, которую мы видим на карте) не собирается тоже. Вы удивлены? Но откройте канон: список требований Саурона ясно и четко оглашен у Мораннонских Врат. И в этом списке — кель сюрприз! — нет ничего, что относилось бы к эльфам, к уютному и драгоценному Ширу и вообще к каким бы то ни было территориям за пределами Гондора. Вот так. Саурона не интересуют немногочисленные оставшиеся эльфятники, уютное и затхлое хоббитское болотце Саурону тоже ни в одно место не впилось. У фон Смертьсатаны интересы оказываются совершенно локальными, его многолетняя война с Гондором — это не противостояние Света и Тьмы, а обычная, мирская, ткскть, война, ведущаяся по обычным мирским причинам (за территории, ресурсы и т.д.).              Но читатель к этому времени уже настолько уверовал в непрекращающиеся талдыченья Гэндальфа о ширящейся Завесе Тьмы™ и о том, что Саурон спит и видит, как захватить весь мир и ограбить весь город, что единственный раз озвученное мнение на этот счет самого Саурона проходит для читателя совершенно незамеченным.              Так что ответ на заданный Фродо вопрос «Если Минас Тирит потерпит поражение, что тогда?» прост: падет государство по имени Гондор. Это единственное изменение, которое произойдет в мире. И изменение это никак не затронет ни Фроду, ни его ближних и дальних. Из двоих участников рассматриваемой сцены только для Боромира имеет значение такой исход событий. Реальная катастрофа в таком случае произойдет с Гондором, а не с миром. И при этом чи­татель дол­жен счи­тать, что Фро­до в за­боте о судьбах мира прав, а такому-сякому Боромиру все застит жажда Кольца?!              Естественный ответ Боромира: «мы отважно падем в битве. Все же есть еще надежда, что они не потерпят поражение».              Фродо понимает, что вытряхивает свой пессимизм на человека, выросшего на этой войне и гораздо лучше Фроды знающего, насколько там на самом деле все плохо? Нет. Фроде никто не объяснил, сам он не допер, а и объяснили бы, не допер все равно. Нет, мол, надежды, пока существует Кольцо.              Есличо, Фродо тут сам наводит разговор на опасную тему. Сам искушает, хоть и не понимает этого. Вот, мол, все плохо-плохо-плохо, а тут вот обана! и могущественный артефакт!              Но главное-то, главное: Фродо, а что, если исчезнет Кольцо, какая-то надежда вдруг появится? Напоминаю, что об уничтожении Саурона еще никто не заикнулся ни полсловом. Всего-то пока имеем, что с исчезновением Кольца Саурон утратит конкретно вот этот шанс сделаться сильнее. Уничтожение Кольца ничем не ослабит Саурона и не помешает ему усиливаться любым другим способом. На сей момент дела обстоят именно так, ничего иного еще ни буквой не озвучено.              Вы удивлены?! А это факт. О том, что с уничтожением Кольца внезапно развоплотится сам Саурон и никогда-никогда больше не восстанет вновь, Гэндальф заговорит только уже после осады Минас Тирита! Уже на том совете, после которого войска Светлых потащатся к Мораннону!              А сейчас — вы откройте, откройте главу о Совете! — еще не было сказано ни единого слова, ни полслова о том, что с уничтожением Кольца Саурон как-то исчезнет или у него хотя бы приступ мигрени случится!              Смотрите в текст главы о Совете!! Нигде, нигде и никем не озвучивается ничего подобного!! Гэндальф и остальные вещают о том, что надо уничтожить Кольцо и решить проблему Кольца — но не для того, чтобы уничтожить Саурона. А для того, чтобы ему не досталось Кольцо. Говорится, что с Кольцом Саурон вообще всех победит, но нигде-нигде никем-никем не сказано, что с уничтожением Кольца Саурон хотя бы ослабеет!!              Идея-то сейчас в том, что вот к нам попало песец важное Кольцо, Саурон знает, что оно у нас, и непременно у нас его отнимет. А если Кольцо попадет к Саурону, нам всем песец. Спрятать Кольцо так, чтобы он не нашел, мы не можем, поэтому нам остается только попробовать Кольцо уничтожить.              И никто-никто еще не ставит знака равенства между «уничтожить Кольцо» и «уничтожить Саурона». Никто еще не в курсе, что с уничтожением Кольца уничтожится и Саурон. Оно просто сделается для Саурона недоступным. Кольцо — это еще не «смерть Кощея»!! Это просто вещь, которую Кощей не должен получить.              Поэтому и тот же Боромир понятия не имеет, что с помощью Кольца можно уничтожить Саурона!! И никто еще этого понятия не имеет. Персонажи ВК не знают будущего. К ним в лавки ВК не завозили, они ВК не читали, им даже во сне не снилось, что после уничтожения Кольца уничтожится и Саурон! Тот же Боромир не знает не только этого, но и того, что у Профессора там по дороге роялей полные кусты. И для того же Боромира этот поход Фроды в Мордор — это вот просто взять и отнести колечко прямо в руки Саурона. И никак по-другому это выглядеть не может. Чтобы тот же Боромир расценивал ситуацию как-то по-другому, по-благостному, — это ему надо вообще мозги отключить. Для Боромира смысла в этом походе Фроды в Мордор вообще никакого нет. Потому что если Фроде каким-то невероятным чудом его миссия удастся, Гондору лучше с того не сделается ни на вот столько. А если НЕ удастся (как бы оно и было, если бы не стада роялей в кустах), то Гондору песец.              Никакого уничтожения Саурона нет еще и в помине, и намеком, и полунамеком, держите это в уме.              Ах, да, Кольцо! — говорит Боромир. Как, мол, странно, что нам столько проблем из-за такой маленькой штуки, которую я и видел-то всего лишь мельком на Совете. Можно ли на него снова посмотреть?              «О! О!» — восклицает проницательный правовер. — «Смотрите! вот же прям уже влияет! со страшной силой!»              Не, я понимаю, что авторский замысел именно таков. Профессор хочет показать, что это вот прям тяга к Кольцу страшная Боромира обуяла. Но граждане дорогие, люди и нелюди, логика тут где?! К чему эти церемонии, дай, мол, на колечко посмотреть? Если Боромир прям уже обуялся и Козлу поддался, к чему это кокетство? Боромир ведь не офисный клерк! Он военный, привык быстро принимать решения и быстро же действовать. С какого вдруг он стал бы раскланиваться?! Сообразив, что ему нужно Кольцо, он заправил бы Фроду в две нитки и отобрал бы Кольцо уже через пару секунд. Чего ждать, чего стесняться?!              Ну вытащил бы Фродо колечко — и дальше что? Боромир бы его выхватил и убежал бы с ним прочь, радостно приплясывая и факи показывая? Но такие штуки можно проделывать с тем, против кого не надеешься преуспеть силой. Типа, хоть хитростью ухитрюсь. Но Боромир, блин, под два метра ростом и под сто кг живого веса — нафига ж ему эти детские проделки?!              Ах, это у него такие в душе борения Бобра с Козлом? Да, блин, на эти борения у него уже было много предыдущих дней. Уже все должно перебороться, отбороться и победить. Козло победить, в смысле, потому что если бы победило Бобро, Боромира тут сейчас вообще не было бы. Вон уже сколько дней на Андуине Боромир себя ведет как-то не так — это он только оттого, что на колечко посмотреть ему очень хочется?              Да и на какой предмет борения-то? Он ведь того Фроду не убивать намеревался! Всего только кольцо отобрать, которое, между нами, Фроде даже не принадлежит. Даже злодейски Боромир не собирался совершать ничего непоправимого, чтобы в душе борения бороть. Если потом совесть заест, ничто не мешает ведь вернуть кольцо обратно и извиниться. Ведь не у сиротинки горькой последнюю краюшку изо рта вырвал.              Так что вся эта фраза насчет «можно на колечко посмотреть», которая так соблазняет некоторых лично мне знакомых озабоченных правоверных дам — она не вписывается никуда. Даже в авторский замысел. Единственное, чем можно ее оправдать, — до ус*ачки перепуганный Фродо, со слов которого записывалась эта история, что-то напутал или принял желаемое за действительное.              Ну или Боромир хочет убедиться, что Кольцо вообще еще тут. Что Фродо его не потерял, что все это не мистификация и т.д. А то, может, и разговор-то вести не о чем.              Услышал Фродо просьбу показать Кольцо, и прям сердце у него похолодело. Но это должно свидетельствовать о воздействии Кольца на кого? Сюрприз! На Боромира. И глядит Фродо на Боромира, и улавливает у того в глазах какой-то блеск, хотя выглядит Боромир по-прежнему дружелюбным. Ну ясно, раз дружелюбным выглядит, значит, бдительность усыпляет.              И Фродо: «ему лучше оставаться скрытым».              Боромир: «как желаешь. Мне все равно».              Опять, гад, зубы заговаривает! Мерзавец какой!              «Но мне нельзя даже говорить об этом? Ибо ты, кажется, всегда думаешь только о его власти в руках Врага: о его злом использовании, а не о добром. Ты говоришь, мир меняется. Минас Тирит падет, если Кольцо продолжит существовать. Но почему? Определенно да, если бы Кольцо было с Врагом. Но почему, будь оно с нами?»              Хорошие ли цели преследует Боромир или плохие, конкретно тут не имеет значения. Боромир задал Фроде вопрос в надежде, что Фродо хоть немножко попробует подумать собственной головой.              Но Фродо отвечает как примерный правоверный ученик, зубрила-отличник: «Разве ты не был на Совете? Потому что мы не можем использовать его, и все, что будет сделано с его помощью, обернется во зло».              Боромир проявляет отчетливые признаки нетерпения.              Я его понимаю. Вот мне было двенадцать лет, когда я это первый раз читала, и я никак не могла понять, почему конкретно нельзя использовать Кольцо. С тех пор прошло больше тридцати лет и трех годов, и сейчас я все-таки поумнее себя же двенадцатилетней, но я по-прежнему этого не понимаю. И самое интересное, что по-прежнему никто не может внятно и конкретно объяснить, почему же этого нельзя.              В качестве объяснения мне, как и Боромиру внутри сюжета, была предложена хуча общих слов ниачом. Я их нифига не поняла, потому что они ниачом. Они меня совершенно не устроили, так же, как и Боромира внутри сюжета. Я с детства точно знаю одну вещь: если не существует иного объяснения, нежели «потому что я так сказал»/«потому что так надо» и т.д., значит, объяснения нет вообще. В переводе на нормальный русский все эти «так надо» означают «потому что я так хочу». Естественная реакция на это у меня одна: а не пошел бы?              Собственно, именно этим меня и зацепил персонаж по имени Боромир. Потому что он был прав. Я читала книгу с ощущением его правоты, и это ощущение никуда не девается. Собссно, все мое фанатство в его отношении укладывается в четыре слова: «я на твоей стороне».              «Так ты продолжаешь! — воскликнул он. — Гэндальф, Элронд — весь этот народ учил тебя говорить так».              Ну ведь правда! Кольцо, не Кольцо, влияет, не влияет — но вот это же чистая правда! Фродо действительно послушно повторяет то, что ему внушил Гэндальф, и не делает ни малейшей попытки хотя бы обдумать то, что ему говорят. Хоть какой-то работы мысли у Фроды не просматривается в принципе. Он даже вопросов не задает. А зачем? «Зачем нам думать, с нами тот, кто все за нас решит».              «Для себя они могут быть правы. Эти эльфы и полуэльфы, и мудрецы, они пришли бы к горестям, возможно. Все же часто я сомневаюсь, мудры ли они, а не попросту робки».              Какой нехороший этот Боромир! А почему он должен думать по-другому? Он уже видел этих эльфов в Ривенделле и Лориэне. В Ривенделле этот феерической тупости спектакль под названием «Совет», где эти самые мудрые эльфы несут чушь одна другой хлеще, трясутся за свою дорожку для отъезда за Море, а ради уничтожения Кольца им аж не жалко пожертвовать некими «многими прекрасными вещами», которые были созданы с помощью Трех Колец и которых все равно никто не видел, кроме эльфов, так что иди знай, есть ли те вещи вообще или нет. Но даже если бы и были, миру с того до лампочки. Под занавес Элронд возвестил, чтобы Боромир не огорчался, ибо с Сауроном много кто борется на берегах Андуина — ну вот Боромир пришел и увидел эту клинику под названием «Лориэн». Нам подробно показали Халдира — параноик же! А Галадриэль уверяет всех, что она с Сауроном на воздусях борется, только итогов той боротьбы не видал никто. И вот они шарахаются от идеи использования Кольца, никак внятно не объясняя причин — Боромир должен считать это невзгребенной мудростью?! А этих газелей изнеженных, содрогающихся и зажимающих ушки при звуках Черного Наречия, кем Боромир должен считать?!              «Но каждому по роду его. Верные сердцем люди, они не будут испорчены. Мы, [люди] Минас Тирита, оставались стойкими сквозь долгие годы испытания».              Здесь правоверный читатель должен, просто обязан сделать вывод, что Боромир глубоко заблуждается в ослеплении своем и жажде Кольца. А на самом деле против Кольца силы нет, и даже правильный обитатель Минас Тирита, начав использовать Кольцо, непременно начнет есть суп из младенцев и пинать собак.              Как обычно, правоверным тут хрен на лысый череп. Потому что в самом-то деле! Ну вот, допустим, Боромир возьмет Кольцо и как-то начнет действовать им против Саурона (не обсуждаем пока, как конкретно это будет выглядеть и где Боромир возьмет мануал). Так и что? Какой смысл в этой фразе, мол, одолевший Саурона его оружием непременно станет Сауроном сам? Что, Боромир, разнеся Саурона на хрен, возлюбит орков, начнет ими править и будет воевать западные территории и прекрасных-мудрых ельфов, а жители Гондора уже во втором поколении превратятся в орков? Серьезно?! Это невозможно по той простой причине, что Мордор Гондору традиционный многотысячелетний враг. И какое бы то ни было с мордорскими братание и включение их в свои ряды реально примерно так же, как грекам в отношении турок (я намеренно не привожу другие примеры из реального мира). Это вековые враги, захватчики, иноверцы! Должно пройти черт знает сколько поколений, прежде чем эта вражда уляжется и обратится в ничто или по крайней мере, в нечто более-менее приемлемое. Причем греки и турки друг друга хоть людьми считали, а тут-то с одной стороны пукка-сахибы, а с другой вообще животные какие-то, не люди даже.              И даже если бы Боромир (ну или кто-нибудь на его месте) как-то так и сделался ренегатом и возлюбил бы Мордор пуще Гондора, его бы, мягко говоря, не поняли окружающие. Причем и гондорские, и мордорские. Из этого ничего бы не вышло. Если кто-то имеет сие оспорить, пусть нарисует внятную и логичную картину превращения Минас Тирита в Барад-Дур и последствия такого превращения.              Здесь Боромир на 146% прав — в нынешний момент никакое «осауронивание» Гондора невозможно. Хоть тресни.              «Мы не желаем власти мудрецов-повелителей, только силу, чтобы защитить себя, силу в справедливом деле».              Конечно, мне уже случалось развернуто высказываться по поводу всего этого эпизода. Но когда я прежде излагала свое обширное мнение касаемо ситуации, даже тогда я не понимала полностью всего масштаба проблемы (прочтение и обсуждение глав о Минас Тирите было еще впереди ибо).              То есть, да, я знала, что в Гондоре хроническая война, и каково там положение, и что обстановка в общем не радужная.              Но до меня не доходило всей полноты трагизма ситуации. Насколько на самом деле отчаянным было положение Минас Тирита!! Это уже потом, когда мы дочитали до начала третьей части, и я как ни в чем не бывало сказала, что ситуация исторически чем-то напоминает мне Византию. Это постоянное и неотвратимое ослабление государства, территориальные потери, все более усиливающийся враг, отсутствие какой-либо помощи и упорное сопротивление при полном осознании того, что дело-то в общем проиграно. Что поражение, тотальный разгром и гибель государства — центра этой части мира с многотысячелетней историей, не только неизбежно, оно подступило вот уже на расстояние вытянутой руки. И если Денетор по возрасту мог еще рассчитывать умереть раньше, чем это случится, и хотя бы своими глазами этого не видеть, то Боромиру, который сейчас в расцвете лет, пришлось бы вкусить эту агонию до последней капли.              Когда мы читали эти главы, там картина уже раскрылась и развернулась, но даже и тогда почему-то я не сообразила и не вернулась назад посмотреть на вышеуказанную сцену с учетом открывшихся читателю обстоятельств. До меня действительно только потом дошло, какое на самом деле колоссальных размеров отчаяние стояло за этой попыткой Боромира отобрать Кольцо.              Я просто очередной инсайт пережила и сейчас продолжаю переживать.              Меня отчасти извиняет только то, что Фродо, Гэндальф и все остальные, включая самого автора, тоже нифига не поняли.              «И вот! в нашей нужде случайность выносит на свет Кольцо Власти. Это дар, говорю я; дар врагам Мордора. Это безумие не использовать его, не использовать силу Врага против него».              В свете всего вышеизложенного и трезвой оценки канонической же ситуации и здесь с Боромиром нельзя не согласиться. Потому что Гондору сейчас не до высоких этических диспутов о Добре и Зле, не до дилемм в вопросах спасения души! Гондор сейчас действительно на пороге катастрофы, и непопадание Кольца в руки Саурона нисколько Гондору не поможет. Гондор еле держится и против неокольцованного Саурона. Блин, гондорцы не могут перелистать страницы вперед, заглянуть в финал книги и убедиться, что все кончится хорошо, армии фон Смертьсатаны будут разбиты, а сам он развеется!! И в такой ситуации Боромиру вкручивают, что нет-нет, оружие Саурона нельзя использовать против Саурона, и не потому, что этим оружием причинится какой-то непоправимый ущерб окружающему миру, не потому, что, скажем, погибнет множество ни в чем не виноватых посторонних и мирных жителей. А просто потому, что вы-де души свои этим погубите. Вместо этого на полном серьезе предлагается блеять «ах! эстель нам поможет!» Любой хоть сколько-нибудь ответственный за свою страну взял бы это Кольцо со словами: значит, хрен с ней, с моей душой, буду гореть в аду.              И кто, кто дает эти мудрые советы полагаться на эстель? Жалкие трусы, едва не падающие в обморок от звуков Черного Наречия. Которые отделены от Саурона тысячами километров. Которые в любой момент могут смотаться в свой совершенно недоступный Саурону заморский рай. Это аморально и отвратительно настолько, что я затрудняюсь охарактеризовать это цензурными словами. Нецензурными, впрочем, тоже. Бить хочется и кричать не велеть.              «Бесстрашный, безжалостный, эти одни добьются победы. Чего не может сделать воин в этот час, великий лидер? Чего не может сделать Арагорн? Или, если он отказывается, почему не Боромир?»              А тут Боромир определенно лукавит, мягко скажем, упоминая Арагорна явно для красного словца и пущего впечатления на Фродо. Потому что Арагорн в Гондор с т.з. Боромира не вписывается никак от слова совсем. Этот неожиданный претендент там и нафиг не нужен. Причем ладно бы еще от него какая-то реальная помощь виднелась, а то ведь никакого проку, окромя навоза, с того Арагорна не просматривается.              «Кольцо дало бы мне силу Командовать. Как бы я гнал дружины Мордора и все люди стекались бы под мое знамя!»              «Во!!! ну влияет же!! Кольцо влияет!!! совсем завлияло!!» — радостно орет правоверный читатель.              Еретик в лице меня только хмыкает: а что тут, собссно, такого ужасного или хотя бы некошерного? Какие еще взаимодействия с Мордором должен представлять себе Боромир? Вот если бы он вдруг сказал, что мы бы тогда с Мордором замирились бы и договор о вечной дружбе заключили бы — вот тут да, я бы громче всех бы заорала: «ВЛИЯЕТ!!!» Прям капсом, болдом и двадцать шестым шрифтом заорала бы. Потому что если Кольцо Саурона и действует в интересах Саурона, то и поддавшийся этому Кольцу должен, обязан действовать в интересах Саурона!! А не громить Мордор и становиться Сауроном самому!! Объясните мне, дуре, популярно, вот этот второй вариант Саурону на кой?! Какой Саурону с того прибыток, смысл и польза?! Тот, кто видит себе победу над Сауроном с помощью Кольца, поддается чему угодно, только не влиянию Кольца и Саурона. Потому что иначе это бессмысленно. Потому что иначе выходит, что Саурон за каким-то хреном сделал цацку для свержения себя самого.              «Боромир шагал взад и вперед, говоря все более громко. Он уже, казалось, забыл о Фродо, в то время как его разговор задерживался на стенах и оружиях, и созыве людей; и он рисовал планы будущих великих союзов и славных побед, и он поверг Мордор и сам стал могущественным королем, щедрым и мудрым. Неожиданно он остановился и развел руками».              А вот здесь — я это уже говорила, и еще повторю — здесь меня обуяет очень неприятное чувство, то самое myötähäpeä. Когда сделал кто-то, а стыдно за это почему-то тебе. Боромира здесь очевидно заносит, и мне в общем плевать, самого ли по себе его занесло или Кольцо таки влияет (ну, допустим). Какая разница, в чем причина, если результат один и тот же? Когда какой-нибудь Эльфийский Де Берилл так выделывается со своими мечтами (кстати, он тоже мечтает сделаться королем, таким прям всем из себя разневозможным, но Арагорна такие планы почему-то совершенно не пятнают в правоверных глазах), то черт бы с ним. Что взять с убогого, кроме анализов? Но когда так ведет себя Боромир — о, нет! Мне это невыносимо. Я полностью разделяю его мнение по всем остальным вопросам, но здесь мне бы заткнуть уши, закрыть глаза и сделать вид, что я этого не видела и не читала. Моей тоски не скрашивают даже совершенно резонные соображения о том, что Боромир, по крайней мере, точно знает, что он собирается делать, получив Кольцо. Что вот он не просто хочет получить эту цацку в руки, но твердо знает, зачем именно она ему нужна. Все это прекрасно, но и оно не утоляет моей печали.              Итак, Боромир заканчивает изложение своих планов.              Кстати, попутно: не кажется ли вам, что месяц сидения в Лориэне Боромир как раз и употребил на их обдумывание? До того ведь времени у него на это не было: в Ривенделле информацию собирал и в голове укладывал, потом по дороге не до того как-то, там то одно уёжище, то другое. А в Лориэне обстановка спокойная, комфортная, куда-то бечь и вообще напрягаться незачем, вот Боромир и начал перерабатывать то, что в голову было загружено и там отлежалось.              И после изложения своих планов:              «И они говорят нам выбросить его прочь! — воскликнул он. — Я не говорю разрушить его. Это может быть хорошо, если разум может показать какую-то надежду сделать так. Он не показывает. Единственный план, который предложен нам, это то, что хафлинг должен идти слепо в Мордор и предлагать Врагу все шансы захватить его обратно себе. Глупость!»              Капсом, болдом и двадцать шестым шрифтом: ну и что здесь не так?!              Блин, это голос здравого смысла! Потому что если все всерьез и взаправду, и Фродо топает в Мордор, чтобы в самом деле уничтожить такое невообразимо опасное Кольцо, то это безумие. Это невообразимый бред!              И вот еще один довод за то, что Совет Элронда — это чистая постановка. Потому что не может такого быть, чтобы среди такого количества народу один только Боромир понимал, что этот план бредовый.              План бредовый настолько, что даже автор нагло подтасовывал, напихивал полные кусты роялей, делал из Саурона идиота и т.д., потому что иначе не сходилось. Этот план оказался удачным только наглым авторским произволом. Но внутри сюжета никто не знает о добром авторе, играющем на их стороне. И будь этот Совет взаправду, Гэндальфа запихали бы в смирительную рубашку, как только он огласил бы свою идею. Ну, или расстреляли бы на заднем дворе как предателя.              Ну конечно, правоверно тут надо закатывать глаза и кричать насчет эстель, и вот, мол, Боромир на разум ссылается, а надо сердцем и т.д.              Когда начинаются призывы что-то там делать «сердцем», во мне просыпается жажда убийства. Сердце, [всуе помянутая продажная женщина], ничего не умеет, кроме как перекачивать кровь. Всё, [всуе помянутая продажная женщина], этим его функции исчерпываются. И разум, [всуе помянутая продажная женщина], отставлять — да наши предки миллионы лет эволюции потратили на то, чтобы отрастить мозг! Овердофига поколений должно было лечь в землю, чтобы тот девайс, который у нас на плечах, был просто так выдан нам от рождения. И вот разум отставить, наплевать на все эти труды и жить как тупая обезьяна, руководствуясь гормонами и эмоциями — [всуе помянутая продажная женщина], за это убивать надо.              Теперь насчет эстель. Что, серьезно?! А в реальной жизни правоверные тоже в важных вопросах руководствуются не здравым смыслом и разумом, а выбирают самую бредовую идею, мол, авось прокатит? Авось случится чудо и боженька призрит? Нет? А какого тогда черта здесь надо на какую-то растакую эстель уповать?!              Ах, да-да, «Средиземьененашмир» же! Так, блин, и в Средиземье эта самая эстель — это не данность, а такое же чудо господне, что и в нашем мире, и произойти может с той же вероятностью, что и чудо в нашем мире, и рассчитывать на нее так же разумно и вменяемо, как и на чудо в нашем мире. И этот план уничтожения Кольца в Средиземье такой же невменяемый бред, каким был бы в нашем мире. Сколько бы кто ни умилялся инфантильно, мол, ах, Средиземьененашмир.              И вот персонаж, который один говорит разумные вещи, вдруг оказывается плохим и поддавшимся Злу именно потому, что так говорит! И именно в то время, когда это говорит. Он плох, потому что не верует в этот бредовый бред. А быть хорошим — это быть с отключенной головой. Дурдом!              И вообще, если персонаж сослался на разум — это 146%-ной пробы свидетельство, что персонаж поддался Козлу. Ибо разум есть величайший враг веры.              «Конечно, ты видишь это, мой друг? — сказал он, поворачиваясь внезапно к Фродо. — Ты говоришь, что ты боишься. Если это так, и самый смелый простил бы тебя. Но на самом деле это ли не твой здравый смысл, который восстает?»              Тот же вопрос: что здесь не так?              «Нет, я боюсь, — сказал Фродо. — Просто боюсь. Но я рад услышать, что ты высказался так полно. Мои мысли теперь более ясные.              — Тогда ты пойдешь в Минас Тирит? — воскликнул Боромир. Его глаза сияли, и на его лице был крайний интерес [не знаю, как лучше по-русски «eager» передать]».              Здесь, видимо, надо понимать, что реакция Боромира — это всё Кольцо влияет прям невозможно как. Но по-моему, без всякого Кольца любой бы обрадовался, если бы оказалось, что столь тяжкие усилия по преодолению чьей-то тупости увенчались успехом.              Но увы, Боромир рано радуется.              «Ты не понял меня, — сказал Фродо».              Бесполезно. Эту благость ничем не прошибешь. Боромир старался, как умел, но Гэндальф слишком долго мыл Фроде отсутствие мозгов, чтобы можно было рассчитывать на успех с одного раза.              «Но ты пойдешь, по крайней мере на какое-то время? — настаивал Боромир. — Мой город недалеко теперь, и немногим дальше до Мордора оттуда, чем отсюда. Мы были долго в глуши, и тебе нужны новости о том, что делает Враг, прежде чем ты предпримешь действия. Пойдем со мной, Фродо, — сказал он. — Тебе нужен отдых перед твоим рискованным предприятием, если идти ты должен». Он положил руку на плечо хоббита в дружеской манере, но Фродо чувствовал, что рука дрожит от подавленного волнения. Он быстро отступил прочь и с тревогой воззрился на высокого человека, почти вдвое больше него ростом и во много раз сильнее».              Ну это да, это ошибка Боромира. Все это следовало говорить еще до озвучивания своих планов на Кольцо. Или, раз уж разговор с самого начала пошел иным образом, не озвучивать вообще. Потому что с учетом всего уже сказанного даже Фроде совершенно очевидно, что явись он в Минас Тирит, его оттуда никуда не выпустят. Ну, по крайней мере, с Кольцом. Потому что действительно так бы оно и было. Так что конкретно вот это Боромир сказал зря.              В одно только тут не верю: в то, что у Боромира рука дрожала. Чтобы у здорового человека, не испытывающего переохлаждения, большой физической нагрузки, воздействия веществ, и т.д., руки тряслись — это не знай чо надо, чтоб было. Я понимаю, что Профессор тут для пущей художественности это ввернул, но это в любом случае недостоверно. Так что-либо не было этого, либо это Фродо сам от страха трясся.              «Почему ты так недружелюбен? — сказал Боромир. — Я правдивый человек, не вор и не соглядатай. Мне нужно твое Кольцо: теперь ты это знаешь. Но я даю тебе свое слово, что я не желаю хранить его. Не позволишь ли ты мне по крайней мере сделать испытание моего плана? Одолжи мне Кольцо!»              Если ты не можешь мне его отдать, то хотя бы одолжи.              Здесь правоверно следует понимать так, что это Боромир коварным образом хитрит и врет в попытках выудить у Фроды Кольцо. Опять не канает, ибо, а зачем? Ну в самом деле, если Боромир прям вот злонамерен, зачем ему хитрить-то?! И, типа, вот он слово дает — так это он тоже врет. Ну, знаете!              Если Боромир в злодействе своем дошел до такой стадии, что уже и слово дает ложно, не собираясь его сдерживать, то, блин, он себя уже настолько перешагнул, что ему незачем и слово ложное давать — Фродо уже должен лежать ограбленным трупом. Это уже полное моральное разложение ибо и пересечение морального горизонта.              Ах, нет, это вот, типа, сейчас Боромир дает слово, искренне веря, что его сдержит, но потом, попади ему в руки Кольцо, он нифига не сдержит!              Опять кукиш. Потому что будущего никто не знает. Ни персонаж, ни читатель, ни, самое главное, даже автор. Если автор нормальный и честно играет за персонажей, то никак нельзя сказать, как поведет себя тот или иной персонаж, до тех пор, пока повествование туда не подберется. А если автор гнет персонажей в угодную себе схему, нимало не считаясь с их характерами — ну вон мы уже столько творческих метаний Профессора в черновиках видали, что до чего бы он еще дометался в будущем, одному Аллаху ведомо.              Подводя итог: заранее никто не может сказать, сдержит ли слово данный конкретный Боромир или нет. Пока до дела не дойдет, никак не проверишь и не предскажешь. Поэтому спекуляция, озвученная в начале этого абзаца, совершенно несостоятельна. Покамест Боромир если дает слово, то намеревается его держать, и оснований утверждать, что он его непременно нарушит, в природе не существует.              Но только Боромир все это говорит опять зря. Ведь ясно же, что Фродо ни под каким видом ни сам в Минас Тирит не пойдет, ни Кольцо не отдаст, даже напрокат. Боромир напрасно тратит время. Блин, как только он убедился, что Фродо не пойдет в Минас Тирит, ему надо было попросту забирать Кольцо. Ну поверещал бы Фродо, ничего бы с ним не сделалось. И вообще, если Бильбо стало легче, как только он расстался с Кольцом, и даже Голлуму стало легче, когда он расстался с Кольцом, то полегчало бы и Фроде. Но у Боромира, блин, понятия! Не может он, такой ужасный злодей, Кольцо отобрать! Никак не решается.              Не, я понимаю. Я понимаю, что для него вот так нарушить собственные принципы и отнять Кольцо — это совсем против шерсти, и надо вообще долго с духом собираться, чтобы через себя перешагивать. Ведь один раз, простите мой французский, запомоишься таким делом — невинности потом уже не вернешь. Это я понимаю. Но тут уж если решил отважиться, то надо действовать. Каяться будем потом.              «Нет! нет! — воскликнул Фродо. — Совет возложил на меня нести его».              Я имею вопрос: на основании чего вообще расставляются плюсы и минусы в этой истории? Вот Фродо изо всех сил не хочет расставаться с Кольцом — почему считается, что это он действует, исходя из высоких моральных соображений и чувства долга, а не банально из-за собственной жажды Кольца? Если я скажу, что это в него самого Кольцо вцепилось — чем это можно будет опровергнуть, кроме «ах, нет, онбыникада»? И ведь в итоге-то Кольцо действительно во Фродо вцепилось так, что он объявил Кольцо своим (то есть реально сделал то, от чего Боромиру еще только намерение приписывают!) — это же факт, с этим же не поспоришь. И из-за Кольца Фродо кидался на Сэма уже в башне Кирит Унгола. Так почему здесь эти Фродины отговорки проявление высокой морали, а не та самая жажда Кольца?              И ведь до Фроды даже не доходит, что там ему говорит Боромир. Фродо сам себе центр мира, и до чужих проблем ему в принципе нет никакого дела. Он их не замечает и не воспринимает. Все происходящее — это не диалог, потому что Фродо в нем практически не участвует. Он только иногда отвечает на совсем уж прямые вопросы. А все остальное проходит мимо него. И даже видя, что Боромира ну явно заносит на поворотах, Фродо не делает даже попыток сказать: слушай, что с тобой такое?              Ну прояви ты хоть немного участия к проблемам Боромира, сукин ты сын! Ведь не отвалится от тебя кусочек! В конце концов, ты уже Боромиру чем-то обязан в моральном смысле — без него ты бы, засранец, замерз насмерть на Карадрасе! Вон уж засыпать тогда начал!              Неа. Фроду не интересует никто, кроме себя, любимого.              И финал эпизода.              «Именно нашей собственной глупостью Враг победит нас, — воскликнул Боромир. — Как это возмущает меня! Дурак! Упрямый дурак! Бегущий по своей воле к смерти и разрушающий наше дело».              Боромир выходит из себя. Опять-таки, я его понимаю, потому что ну сколько можно?! Чтобы беспросветная тупость не бесила, это святым надо быть. Тебе же все объяснили, простыми словами, и на пальцах еще растолковали — как ты можешь не понимать очевидного?!              Эта часть реплики у меня вопросов не вызывает. Она целиком понятна и находится совершенно в логической связи с предыдущим. Действует там на Боромира Кольцо аль не действует, пока ситуация развивается в общем сообразно логике персонажей и логике вообще.              А вот дальше я не понимаю от слова совсем:              «Если какие-то смертные имеют притязание на Кольцо, это люди Нуменора, а не хафлинги. Оно не твое, кроме как несчастливым случаем. Оно могло быть моим. Оно должно быть моим. Дай его мне!»              Кольцо там влияет или не Кольцо, да хоть сто колец — при чем тут нуменорцы?! Вот эту фразу про нуменорцев убрать — все нормально выглядит. Связно, в смысле. В смысле, что даже у человека, действующего в запале, прослеживается определенная логика поведения. Как говаривал Эркюль Пуаро, логика поведения есть у всех:              «То, что этот человек психически ненормален, не могло служить ответом на мои вопросы. Говорить, что человек совершает безумные поступки потому, что он безумен, глупо и невежественно. Действия сумасшедшего так же логичны и разумны, как и действия нормального человека, но только с его своеобразной, извращенной точки зрения. Например, если человек в одной лишь набедренной повязке часами сидит на корточках перед домом, его поведение кажется крайне эксцентричным. Но если вы знаете, что этот душевнобольной глубоко убежден в том, будто он не кто иной, как Махатма Ганди, его поступки становятся вполне разумными и логичными» (с, А. Кристи).              Вот без этой фразы про нуменорцев и хафлингов реплика выглядит связной и неважно, насколько при этом адекватен Боромир. Но с этой фразой… я вообще не понимаю, к чему она. Ну ладно бы, если бы Боромир сказал что-нибудь в том духе, что игрой случая досталось же Кольцо в руки какому-то дебилу-недомерку! — это было бы понятно. Но в таком виде?.. При чем тут нуменорцы, а главное, при чем тут вообще чьи бы то ни было притязания?!              Но дальше хуже, степень моего непонимания только нарастает, и я далее пребываю в колоссальном затруднении от попыток выстроить у себя в голове связную картину происходящего. Независимо, опять же, от того, на кого там влияет или не влияет Кольцо, кто насколько прислонился Козлу и т.д. Я связности алкаю и не могу найти ея. Помогите, люди и нелюди.              Смотрим далее:              «Фродо не ответил, но переместился, пока большой плоский камень не встал между ними».              Фродо на всякий случай сматывается за камушек. Я замечу в скобках, что кабы Боромир конкретно в этот момент времени уже имел ясное и твердое намерение отобрать Кольцо, убежать за камушек у Фроды бы не вышло. Не позволил бы. Но здесь Фродо полностью свободен в действиях, он может перемещаться куда ему хочется и даже не делает попыток ну хотя бы заорать «спасите! на помощь!» То есть, какие-то вполне определенные опасения у Фроды наличествуют, но не настолько, чтобы орать или хотя бы двигаться как-то поживее.              И вот тут я не понимаю: как такое поведение робкой газели Фроды вяжется с предшествующей оному поведению репликой Боромира. Ну вот же уже «кольцо должно быть моим, дай его мне», трам-пам-пам — куда уж дальше ехать?! Тут уже инстинкт самосохранения должен подсказывать, что сейчас уже будут бить. После такой-то оффензивы Фродо должен подорваться бечь, не разбирая дороги — а он тут бродит, игнорирует требование…              Только нинада правоверного насчет, мол, это Фродо никак не может поверить, что Боромир, которого он аж целых два месяца знает, способен и тыры-пыры. Нинада. Фродо, конечно, идиот, но не настолько. А уж к покушениям на Кольцо относился трепетно еще в Ривенделле, видя их даже там, где их не было и в помине. И поэтому не то что при словах «дай мне Кольцо», но еще раньше, при «одолжи мне Кольцо», у Фроды в голове должна сирена ПВО завыть. Фродо уже от словов об одолжении должен неудержимый зуд в пятках чувствовать и сейчас не вкруг камушка гулять, а рвать когти.              Блин, Фродо встрепенулся даже на просьбу любимого дядюшки, которого не то что десятилетиями знал, в одном доме с ним больше пятнадцати лет прожил! А тут все никак не заверит, что у Боромира нехорошие намерения, ага.              Как мне тут понимать и трактовать?!              Кстати, да: и сейчас, и потом — почему Фродо на помощь не зовет? Ну или хотя бы просто чисто на автомате не заорал «караул!»?              «Ну, ну, мой друг! — сказал Боромир более мягким голосом. — Почему бы не избавиться от него? Почему не освободиться от своих сомнения и страха? Ты можешь возложить вину на меня, если захочешь. Ты можешь сказать, что я был слишком силен и взял его силой».              Ну да, если тебе нужно оправдание перед окружающими и перед собой, то вот оно. А заодно это для Боромира отступление на последнюю позицию: он предлагает Фроде официально возводить на него напраслину. Неважно, что там Боромир будет делать, а чего делать не будет. Даже если Фродо сейчас отдаст Кольцо сам, то все равно окружающие станут считать, что Боромир обобрал бедняжку. У Боромира останется только внутри себя знание, что в действительности он ничего такого не делал.              «Ибо я слишком силен для тебя, хафлинг, — воскликнул он».              Всё, к черту и к дьяволу, больше ничего не остается.              «И вдруг он перескочил через камень и прыгнул на Фродо. Его красивое и приятное лицо чудовищно изменилось, свирепый огонь был в его глазах».              Вот это вот искажение лица и огонь в глазах, почему-то принимаемые правоверными за чистую монету — все это исключительно голимые фантазии Фроды. Он уже видел на месте любимого дядюшки (который, кстати, ничего дурного не замышлял) какого-то уродливого карлика, которого ему захотелось ударить. Ему еще померещится на месте Сэма (который и подавно ничего плохого не замышляет!) вовсе орк. При таком анамнезе с какой бы стати сейчас Фродо воспринимал окружающее адекватно?! Почему вдруг с Бильбо Фроде кажется, с Сэмом ему кажется, а с Боромиром вот ни разу не кажется, и все чистая правда и так оно и есть?!              «Фродо увернулся в сторону и снова установил камень между ними» (ну вы понимаете, как это должно выглядеть по-русски. Типа, «чтобы камень оставался между ними» и т.п.).              Что, вот так вот запросто у него и получилось? Против тренированного-то человека? Ну ОК, ну допустим, что получилось. Вот был условно один шанс из двухсот, и он-то и сработал. Господь умудряет младенцы. Но ведь Боромир вооружен! Я просмотрела текст дальше, и нигде не сказано, чтобы, отправляясь вслед за Мерри и Пиппином, Боромир препоясывался мечом. Ладно, допустим, это как штаны Арагорна, и автор просто не написал. Но было бы странно, если бы в этой не слишком спокойной местности Боромир шатался бы по лесу безоружным. Следовательно, меч (или хоть нож) при нем наличествует уже сейчас. И если Боромир ну вот совсем прям уже Кольцу поддался, вон аж лицо исказилось и глаза горят, сейчас лес подожгут, то ему тот Фродо живьем нафиг не нужен. Он его тут положит. И только очень наивная Мэри с барашком будет уверять, что существу ростом с пятилетнего удастся успешно уворачиваться от вооруженного взрослого, умеющего с этим оружием обращаться.              «Была только одна вещь, которую он мог сделать: дрожа, он вытащил Кольцо на цепочке и быстро надел его на свой палец в то самое время, как Боромир прыгнул на него снова».              Чо-то фигня тут какая-то. Кольцо висит у Фроды на шее, как у меня в первом классе ключ от квартиры. И хоть цепочку можно было снять через голову, вряд ли длина цепочки была такова, как шнурок, на котором у меня висел ключ: при желании я могла бы отпереть дверь, не снимая ключа с шеи. Вряд ли у Фродо цепь до пупа была. То есть, Кольцо где-то тут в районе верхней части груди. И вот представьте: сунули вы в кольцо палец — и удобно вам после этого бегать и уворачиваться будет?              Не говоря уж, главное, о том, что на все эти действия нужно какое-то время, хоть даже и небольшое, и действия эти прекрасно видны со стороны и не оставляют никаких сомнений в своем характере. И пока Фродо (стоя на месте!) вытаскивал Кольцо и в него продевался, он давно был бы изловлен.              Вот только не надо уверять, что Боромиру в голову не забрело, что Фродо может надеть Кольцо и исчезнуть. И не надо уверять, что при виде исчезнувшего Фродо Боромир прям обалдел от неожиданности. Если у кого-то на кармане исчезательное Кольцо, то не бином Ньютона сообразить, что этот кто-то в принципе в любой момент может сделаться невидимым. Надо быть на редкость тупым, чтобы о таком не подумать. Так же, как и не подумать о том, что будешь делать в таком случае. Поэтому то, что там написано дальше, что Боромир застыл в удивлении, а потом начал бегать в исступлении, ища тут и там наугад — все это три раза фигня и еще на рубль тоже фигня, только второго сорта. Обуяло его Кольцо или нет, так бы он себя не вел. Потому что еще раз: надевая Кольцо, Фродо стоял на месте и не мог исчезнуть с него во мгновение ока. И вознестись не мог тоже. И Боромиру, находившемуся от Фроды на расстоянии вытянутой руки, составило бы немного труда изловить его и невидимого. Ибо, как справедливо замечала Эстелин и как известно каждому из окружающей жизни, всегда остаются следы и звуки. И каковы бы ни были хоббиты, абсолютно бесшумно ходить, а тем более бежать по лесу они не могут.              То, что здесь написано — это фигня. Что бы там ни было, завершилось оно таки образом известным — Фродо исчез и удрал, но конкретно вот так быть не могло. Снаружи сюжета я понимаю, что автор хотел размотать сцену, сам сражаясь с персонажем, поэтому мы и видим теперь результат авторских метаний, когда персонаж должен быть какбэ прям такой злодей-злодей, но при этом нифига не злодей, потому что злодея из него не получалось никак, так что даже сам автор это наконец понял. Я понимаю, что из-за этого тут у нас шаг вперед, два назад. Так же, как понимаю и то, что здесь опять торчит из кустов большой черный Стейнвэй энд санс — если играть по-честному, то злодей Боромир или не очень, Фродо оттуда с Кольцом никак не удрал бы, и мы бы имели совсем другую историю.              Но внутри сюжета конкретно вышеуказанные моменты — это фигня, и единственное средство как-то это усвоить — это списать на то, что все писалось со слов Фродо, а тому от страха неизвестно что примерещилось, ну и потом для красного словца привирал, если не он сам, так последующие редакторы и переписчики.              Но что и как бы там ни было, итог остается тем же самым: Фродо каким-то образом удирает, оставив Боромира ни с чем, и Боромир уходит в пике, теряя контроль над собой.              «Жалкий обманщик! — кричал он. — Только бы мои руки добрались до тебя! Теперь я вижу твои мысли. Ты отнесешь Кольцо к Саурону и продашь нас всех. Ты ждал только своего шанса оставить нас в беде. Проклятье тебе и всем хафлингам на смерть и тьму!»              Затем, споткнувшись ногой о камень он упал, растянувшись, и лежал ничком. Какое-то время он был так неподвижен, как если бы его сразило его собственное проклятие; затем внезапно он заплакал».              Все это тоже традиционно следует считать влиянием Кольца. Но при чем здесь Кольцо? Это нервы, нервы и еще раз нервы. Боромир очень долго держал себя в кулаке, несколько месяцев следя за каждым своим словом и жестом. Видимо, здесь выдержка закончилась. Не нужно никакого влияния какого бы то ни было постороннего предмета, чтобы после месяцев такого напряжения в конце концов сорваться.              И букет чувств и ощущений, который лучше изложить совсем под занавес.              «Он поднялся и провел рукой по глазам, смахивая слезы. «Что я сказал? — воскликнул он. — Что я сделал? Фродо, Фродо! — позвал он. — Вернись! Безумие взяло меня, но оно прошло. Вернись!»              Ну щас! Щас, блин, ага!! Фродо чешет на Амон Хен, не разбирая дороги — блин, объясните мне, если Фродо, типа, уносит ноги, весь такой в страхе, почему он бежит В гору, а не ПОД гору, что быстрее и легче? Конечно, типа, он ничего не понимал и ваще — но, блин, как раз ноги сами и понесут, куда проще. Для этого интенсивная умственная деятельность ни разу не нужна. Но Фродо таки чешет, сотрясаемый, понимаете ли, ужасом и горем. Ну ужасом ладно, перепугался, бедняга, собственных глюков. Но горем-то с чего? По чему или кому Фродо так горюет? Не по Боромиру ведь. По себе, таком бедном, таком несчастном и таком обиженном.              Ну и да, конечно, вечный затасканный, типа, аргумент: мол, ну да, тебя бы на его место.              Ну про меня можно было бы и под кат убрать, только здесь такой опции нет.              А что меня? Я не пробегу 8 км в гору без остановок. Хотя я таки покрепче Фроды буду, но 8 км в гору — это слишком. Каков бы ни был испуг, адреналина на столько времени не хватит. Ну, отскакала бы метров на 500, запыхалась бы, в башке бы прочистилось, поняла бы, что никто пока следом не гонится, остановилась бы отдышаться и начала бы думать, что это за фигня вообще такая была сейчас, и чо мне теперь делать. А потом осторожненько обратно бы поплелась, потому что во-первых, деваться больше некуда — у меня там жратва и пожитки, а во-вторых, разбираться, шоэтотакоэ было. Причем додумалась бы довольно быстро, и не потому, что такая песец умная, а потому что после такого выброса адреналина отходняк наступает, на эмоции сил не остается, одна только башка работает.              А у Фродо никаких таких совершенно естественных реакций не наблюдается и в помине. Бежит как заведенный.              А Боромиру после всего этого остается только вернуться обратно. Он кое-как отвечает на вопросы, он ничего не предпринимает, чтобы сделать поиски вменяемыми, ему сейчас ни до чего.              Конечно, даже если бы ему удалось либо уговорить Фродо на Минас Тирит, либо забрать у него Кольцо, это Боромиру ничего не гарантировало. Он точно так же мог погибнуть через час-другой в стычке с орками. Но вот сейчас Боромир ведь этого не знает. Сейчас его обстоятельства и положение ниже плинтуса. Кольца у него нет, Фродо, как дурак, отправится в Мордор и в сущности преподнесет Саурону Кольцо на блюдечке с каемочкой (если этого барана божия тут сейчас орки не поймают), своей неудачей Боромир фактически подписывает приговор Гондору. Перешагнул через себя, как теперь людям в глаза смотреть — и все это совершенно напрасно. Потеряно все, что можно, включая честь. И время назад не отмотаешь и по-другому сделанного не разделаешь. Если разобраться, здесь Профессор отвесил Боромиру в определенном смысле гораздо больше, чем Денетору: Денетору хоть лично себя было винить не в чем. Против него были обстоятельства. Боромиру же некого винить, кроме себя самого.              На этом, пожалуй, стоит закончить. Осталось только добавить наблюдение следующее: у Профессора выживают и процветают только благостные нищие духом, послушные исполнители замыслов высших сил. Судьба сколько-нибудь самостоятельных персонажей печальна, а чаще всего и вовсе трагична. Выводы по поводу столь высокой морали каждый пусть делает самостоятельно.