Любовь на грани фола

      Джоанна вышла из аэропорта Орли и огляделась. Сказать, что она соскучилась по Франции, значило, не сказать ничего. В стране царило лето: солнце палило нещадно, и скрыться от него было совершенно невозможно, зелень на деревьях, потерявшая первоначальную свежесть, казалась пыльной и уставшей, асфальт при каждом шаге обдавал жаром. Но Джоанна этого словно не замечала, глядя сквозь стёкла солнцезащитных очков на прохожих, и радовалась возвращению в давно полюбившийся город.       В Питтсбурге казалось, что едва она окажется в Париже, тут же бросится бродить по любимым местам, но многочасовой полёт вынудил девушку трезво посмотреть на вещи. Вместо прогулок для начала предстояло найти место для проживания. Джоанна поддерживала связь с Элен и знала, что в комнате жили её новые подруги, и Джоанне там места не было. Вопреки обещаниям, она ни словом не обмолвилась, что собиралась вернуться в Париж, и сейчас отчаянно волновалась, предвкушая встречу с давними друзьями.       Девушка подняла руку, останавливая такси. Застряв в длиннющей пробке по дороге в Париж, Джоанна вспоминала, как немногим меньше года назад она и Кати покинули Францию в попытках забыть предательство Кристиана и Этьена, в поисках счастья. У Кати всё сложилось как нельзя лучше, а вот она… На глаза снова навернулись слёзы, ведь память возвращала Джоанну то в день смерти Коула, то в Рождество и новогоднюю ночь, то на пару дней назад. Наверное, любой день, проведённый в Питтсбурге, мог вызвать в душе Джоанны бурю эмоций и воспоминаний. Девушка смахнула слезу, предательски скользящую по щеке, и попыталась вернуть настроение, ею же созданное за время долгого перелёта. В самолёте она смогла отвлечься от грустных, навязчивых мыслей о Джино и сосредоточиться на предстоящей встрече с друзьями. Сейчас, уже проезжая по улицам Парижа, усилием воли сдержала тяжёлый вздох и прильнула к окну. Воспоминания о жизни здесь понемногу вытеснили мысли о Питтсбурге, и Джоанна наконец-то почувствовала себя дома, ощутила, как её окрыляет радость и ожидание чего-то нового. Лёгкость заполнила душу, и девушка улыбнулась. Ей определённо нравилось быть свободной от воспоминаний о Малкине и призрачных грёз, которым не суждено было сбыться.       Через два часа (проклятые пробки!) Джоанна оказалась перед гаражом, в котором репетировали ребята, и неуверенно шагнула к двери. Лёгкость и предвкушение сменились страхом стать лишней, чужой среди своих. Или уже не своих? Эти мысли обрушились на неё, словно лавина, ноги стали ватными, хотелось бежать в никуда, подальше отсюда. Она мгновенно усомнилась в правильности принятого решения. Не лучше ли было вернуться в родной Техас? Что опять так манило её в Париж? Кристиан? Джоанна прислушалась к себе и не без удовольствия отметила, что при мысли о нём внутри ничего не всколыхнулось. Ни единого чувства, ни воспоминания. Она была свободна от любви к Кри-Кри.       Она глубоко вздохнула, подошла к гаражу и прислушалась. Внутри было тихо. «Может, ребят нет?» — с надеждой подумала Джоанна, уже точно зная, что если здесь не окажется никого из друзей, они никогда не узнают, что она приезжала в Париж. Чтобы потом совесть не укоряла за побег, девушка несмело взялась за ручку и осторожно толкнула дверь. Та бесшумно отворилась. Джоанна мысленно усмехнулась: вспомнила, что всегда под её воздействием эта несчастная дверь распахивалась с диким грохотом, за которым раздавался голос самой девушки: «Мой любимый Кри-Кри!» Только сейчас, стоя на пороге прошлого, она поняла, как сильно изменилась за время, проведённое в Соединённых Штатах.       Джоанна просунула голову в образовавшийся проём и окинула взглядом обстановку. Ничего не изменилось. Она приоткрыла дверь шире и сделала шаг вперёд. Всё было на своих местах: диван, клетка крысы Техаса, полки с журналами и пластинками, колонка, барабанная установка Кристиана, гитара Николя и бас-гитара… Да, Элен говорила, что ребята нашли бас-гитариста вместо сбежавшего в Финляндию Этьена. Покосилась на синтезатор и вздрогнула от неожиданности, увидев Жозе, склонившего голову над своими микросхемами, но сразу мечтательно улыбнулась. Воспоминания закружили её в водовороте. Она так и смотрела на парня, пока тот не поднял глаза, столкнувшись с нею взглядом. Они долго смотрели друг на друга, Жозе — пытаясь понять, не сон ли это, а Джоанна наслаждалась воспоминаниями и видом давнего друга. Вдруг парень подскочил и, едва не сметя на пол синтезатор, к которому относился трепетнее, чем к любимой девушке, бросился к подруге и заключил её в жаркие объятия:       — Джоанна! Не может быть! Ты вернулась!       Девушка и сама в это не верила. Сердце затрепетало, и она прильнула к другу, словно найдя в нём защиту. Джоанна обвила руками шею Жозе, потрепав по длинным, густым волосам:       — О, Жозе! Как же я рада тебя видеть! А ты совсем не изменился!       Парень коснулся губами нежной щеки, взял девушку за руку и увлёк на маленький диван у стены. Джоанна ещё раз огляделась:       — Надо же, ничего не изменилось.       — Это только внешне.       — Что ты имеешь в виду?       — Со временем всё узнаешь, — усмехнулся Жозе. — Лучше расскажи о себе.       Джоанна изменилась в лице. Говорить о пережитом в Питтсбурге, совсем не хотелось, ведь слишком свежи были воспоминания и ещё очень болели и кровоточили раны на сердце. Девушка вымученно улыбнулась и отвела глаза:       — Вы это когда-нибудь все узнаете. Тоже со временем.       — Понятно! Ладно, если не хочешь говорить, давай сменим тему… Где ты остановилась?       — Пока нигде, — Джоанна неопределённо пожала плечами, заметно приуныв. — Чтобы договориться о месте в общежитии, нужно время. Хотя бы для того, чтобы восстановиться на факультете. Время-то есть, а вот переждать его негде.       — Поживи у меня! — не задумываясь, радостно предложил Жозе. — Буду очень рад прелестной компании. Лицезреть такую красотку в своей квартире… — он не договорил, мечтательно закатив глаза. Губы парня тронула лукавая улыбка.       — Тебе, может быть, и будет приятно, — грустно улыбнулась Джоанна, — а вот Бене вряд ли оценит твою щедрость.       Парень усмехнулся:       — Я так и думал, что ты ничего не знаешь… Мы с Бенедикт больше не вместе.       От удивления Джоанна открыла рот:       — То есть как? Ты вернулся к Натали? Если это так, то прощайтесь с жизнью! Причём, оба! Этой девице я тебя без боя не отдам!       Жозе расхохотался:       — Как это приятно! Не переживай, я одинок.       — Ты? Одинок? — в свою очередь рассмеялась Джоанна.       — Представь себе! Слушай, пойдём к «Альфредо», там и поговорим, заодно и выпьем чего-нибудь.       — Но у вас, наверное, репетиция. А у меня чемоданы.       — Репетиция подождёт, — Жозе обнял подругу за плечи. — Думаю, ребята простят, если я опоздаю, но преподнесу им такой шикарный сюрприз. А чемоданы мы сейчас же закинем ко мне. Пошли?       У Джоанны не было выбора, и она, благодарно улыбнувшись, согласно кивнула и поднялась с дивана. Жозе с лёгкостью подхватил сумки в одну руку, в другой сжал ладонь девушки и вдруг привлёк к себе.       — Как я рад, что ты вернулась! Нам всем очень тебя не хватало.       — Поверь, я тоже скучала.       По пути к Жозе Джоанна думала, что почти не лукавила, когда говорила, что ей не хватало французских друзей. Несмотря на чехарду событий в Питтсбурге, она часто вспоминала ребят, просматривала фотографии, переписывалась с Элен и Николя, реже — с Жозе, но не переставала думать о них и любить, как родных. Эти люди очень много значили в её жизни, чтобы забыть о них.       В квартире Жозе показал девушке комнату для гостей. Она была крохотной, но уютной. Шкаф, кровать и стол — это всё, что уместилось в стенах её нового жилья, но Джоанне понравилось. Она быстро разложила вещи, убрала чемодан и сумки под кровать, чтобы не мешали, и вышла к Жозе. Он протянул стакан апельсинового сока и улыбнулся:       — Добро пожаловать.       — Спасибо! — Джоанна от захлестнувшей благодарности бросилась другу на шею, едва не расплескав сок. — Я, кажется, обосновалась у тебя надолго, учитывая то, что я заняла львиную долю площади квартиры своими вещами.       — Это теперь твой дом, — в глазах Жозе читалась неподдельная радость. — Живи сколько нужно.       — Ну что, к «Альфредо»? Я безумно соскучилась по «нашим» местам.       — Пошли.       Вскоре, войдя в любимое кафе, Джоанна с улыбкой огляделась. Она действительно чувствовала, что оказалась дома, в родных местах, с которыми были связаны разные события, но все они неизменно жили в сердце и памяти. Жозе потянул девушку за дальние столики, рассчитанные на двоих.       — Не хочу, чтобы нам мешали, — объяснил он, подмигнув.       — Так что случилось у тебя с Бене? — спросила Джоанна, когда Жозе принёс сок и расположился напротив.       — Расстались, — пожал плечами тот. — Так бывает.       — Бывает. Но в чём причина?       — В другом парне.       — Бенедикт нашла себе другого парня? — Джоанна, отхлебнув было сок, едва не поперхнулась. — Поверить не могу! Она же любила тебя до безумия!       — А теперь другого так же любит. Имею честь наблюдать за ними уже больше полугода.       — Ты его знаешь?       — Очень даже хорошо. Как и ты. Впрочем, этот парень знаком тебе гораздо лучше. И с той стороны, с которой я не хотел бы его узнать, — рассмеялся Жозе.       — Ты меня заинтриговал! — Джоанна никак не могла прийти в себя от изумления от неожиданной новости и спокойствия друга.       — Это Кристиан.       Жозе произнёс эти два слова так тихо, что Джоанна едва разобрала фразу. Он пристально наблюдал за её реакцией, пытаясь понять, что чувствовала девушка, узнав, что бывший парень встречался с одной из её подруг. Но Джоанна ответила раньше, чем он успел оценить свои наблюдения:       — Какой ужас!       — Ужас? Почему?       — Ты ещё спрашиваешь?! — от изумления Джоанна подпрыгнула на стуле. — Ты же его друг!       Жозе усмехнулся:       — Такова жизнь. Сначала я злился. Мне хотелось то избить Кристиана, то вернуть Бенедикт, то сделать что-нибудь с собой. Но, проснувшись однажды утром, я вдруг осознал, что равнодушен. Вот искренне плевать на этих двоих. Но связывать себя другими отношениями я не хочу.       — Опять меняешь девочек, как перчатки, ловелас? — сверкнула глазами Джоанна.       — Ну так… — замялся Жозе, тут же лукаво улыбнувшись и посмотрев в глаза подруги. — Но теперь всё в прошлом! В моей квартире будет жить прекрасная девушка, и я не посмею никого туда привести.       — Только попробуй! В ванную точно никого не пущу, даже если мне придётся там ночевать!       — Я понял это по тому, что, пока наливал сок, ты умудрилась разложить по полкам какие-то неведомые мне флакончики и тюбики. Пометила территорию?       — А ты думал, что я перекантуюсь в уголочке на коврике? Вот уж нет! А вообще, ты сам предложил. Поэтому, мой дорогой друг, придётся тебе немного меня потерпеть. А если ты поможешь мне найти жильё, я освобожу тебя от своего присутствия ещё быстрее.       Джоанна, тряхнув волосами, весело рассмеялась. А Жозе, рассеянно улыбаясь, вдруг поймал себя на мысли, что жизнь в Штатах пошла подруге на пользу. Она очень изменилась, как будто повзрослела, помудрела, стала ещё красивей. Жозе, невольно залюбовавшись девушкой, не мог отвести от неё глаз. Из мечтательной задумчивости его вывел звонкий голос подруги:       — Ты уснул?       Он незаметно стряхнул оцепенение, под столом больно ущипнув себя за руку, и улыбнулся:       — Живи, сколько нужно. Я буду только рад. Можешь остаться навсегда.       — Эй! — удивилась Джоанна. — Куда тебя несёт?       — Прости. Ты очень красивая! Боюсь, что придётся очень постараться, чтобы не влюбиться.       Девушка весело рассмеялась:       — Уж постарайся пожалуйста!       Джоанна рядом с Жозе вдруг почувствовала умиротворение. Рядом был её друг — такой близкий, такой родной, что её, словно пушистым, мягким покрывалом, накрыло теплом и необъяснимой нежностью. Впервые с того момента, когда она вновь ступила на французскую землю, ей стало уютно и спокойно. Она положила ладонь на руку парня и, глядя в чёрные глаза с оттенком грусти, тихо сказала:       — Спасибо за всё. Это то, что мне сейчас необходимо.       — Что именно? — удивился тот и скользнул большим пальцем по тёплой, мягкой руке.       — Всё, что я чувствую. Не могу передать словами, но мне хорошо, как никогда.       Джоанна слегка лукавила. Было и лучше. Но вспоминать об этом не хотелось.       Разговор был прерван шумной компанией, ввалившейся в кафе. Но они даже не оглянулись, не отпуская рук и глядя друг другу в глаза.       А ребята, ввалившиеся в кафе, расположились неподалёку, сдвинув два больших стола, чтобы разместились все. Вокруг сразу стало шумно. Девочки, весело смеясь, садились рядом с парнями.       — И когда я примерила эту шляпку, — с улыбкой рассказывала единственная из девочек брюнетка Лали. — Продавец сказала: «Вы в ней выглядите гораздо моложе своих лет. Лет на двадцать пять!» Очень лестно, учитывая, что мне всего двадцать два.       — И ты не приложилась к её голове чем-нибудь тяжёлым? — громко засмеялась Линда.       — Сначала хотела. Но потом увидела на столе очки с толстенными линзами, и мне стало очень жаль старушку. Я даже шляпку купила.       Девушка рассмеялась и достала из упаковочного пакета симпатичную маленькую шляпку синего цвета.       — И куда ты будешь в ней ходить? — поинтересовалась Элен.       — Ты забываешь, на каком факультете учится наша несравненная Лали! — поддела подругу Аделина. — Факультет изящных искусств требует присутствия студенток на лекциях в шляпках. Изящных, как и их искусства.       А парни в это время, переговариваясь между собой, на чём свет стоит поносили бедного Жозе, посмевшего не явиться на репетицию и отключившего мобильный. Они делали это очень увлечённо, пока Николя не ойкнул от боли — в его бок резко ткнулся локоть Элен:       — Смотрите, это Жозе!       Все устремили взгляды туда, куда показывала девушка. Себастьен усмехнулся:       — Как мы и думали! Очередная красотка свела с ума нашего клавишника, и он забыл обо всём на свете.       — Ты хотел бы быть на его месте? — ревниво прищурилась Линда. — Красотку он увидел!..       Парень улыбнулся и притянул девушку к себе:       — Обожаю, когда ты ревнуешь!       И пара отвлеклась от созерцания Жозе с незнакомкой на более приятное занятие. А вот Лали не сводила с парня глаз. Она скривилась и, вытянув шею, попыталась рассмотреть новую пассию Жозе.       — Не знаю, что он в ней нашёл, — проворчала она, вызвав улыбки на лицах остальных ребят, которые они даже не потрудились спрятать. — Как по мне — ничего особенного.       — А по-моему, девушка очень даже хороша! — у Аделины снова получилось задеть подругу за живое. Все знали, что Лали была влюблена в Жозе, но тот стойко сопротивлялся напору девушки, что было очень странно со стороны знаменитого среди студенток Казановы.       — Да что там хороша! Она действительно красотка! — улыбнулась Линда и взглянула на Себастьена. — У моего любимого просто отменный вкус!       — Очень скромненько с твоей стороны! — громко расхохоталась Лали. — Ну я им сейчас устрою!       Она попыталась вскочить с места, но парни проворно её удержали. А вот Николя поднялся:       — Пойду поинтересуюсь у этого Казановы, ничего ли он не забыл сегодня? Мы его, кстати, два часа в гараже прождали!       — А не хочешь ли ты посмотреть на девушку? — с улыбкой прищурилась Элен. — Не очень правдоподобный предлог для того, чтобы подойти.       — Я не виноват, что отсюда не видно лица! — рассмеялся тот. — Спина очень красива, но ты права — очень хочется увидеть и анфас!       И Николя, поцеловав любимую, двинулся к другу, который увлечённо о чём-то беседовал со своей спутницей. Он заметил в глазах Жозе неподдельный интерес к девушке и удивлённо приподнял брови. Это что-то новенькое! Николя видел в друге искреннее увлечение: не ради одной ночи, после которой он и имени её не вспомнит, а живую, настоящую заинтересованность девушкой, даже страсть. Николя перевёл взгляд на девушку, но рассмотреть её как следует не успел, так как уже поравнялся со столиком, и Жозе заметил друга.       — Мы ждём его в гараже, а он… — Николя не смог сдержаться, и, переведя любопытствующий взгляд на девушку, вдруг осёкся. Долю секунды до него доходило, кого он видел перед собой, но уже через мгновение он сам не понял, как оказался в объятиях подруги.       — Джоанна! — выдохнул он и отстранился, чтобы убедиться, что это действительно была она. — Господи, Джоанна! Как ты здесь оказалась?       В это время за ними наблюдали пять пар глаз. Лали в недоумении перевела глаза на Элен:       — Это?..       А та уже поднялась с места:       — Не может быть!       И бросилась к ребятам. Остальные в недоумении смотрели на друзей, обнимающих девушку Жозе. И вот они все направились за большой стол, радостно улыбаясь.       — Друзья! — торжественно начал Николя. — Разрешите представить вам нашу подругу, о которой вы слышали от нас практически каждый день. Это наша Джоанна.       — Очень приятно! — улыбнулась она, пытаясь скрыть волнение. Сердце трепетало, как при первом поцелуе с Джино. Джоанна поморщилась от непрошенного воспоминания.       — Да уж… — проворчала Лали и, взглянув на Жозе, ехидно усмехнулась. — Что, Жозе, бразильянки тебя не устраивают? Американок предпочитаешь?       Все прыснули, а «американка» в недоумении перевела глаза на Элен.       — Я потом тебе всё объясню! — шепнула подруга.       — Не обращай на неё внимания, Джоанна! — дружелюбно подмигнула девушка с потрясающе красивыми, длинными, вьющимися волосами, выразительными глазами и милыми ямочками на щеках. — Она не в себе. Я — Аделина! А эту особу зовут Лали.       — Сама сумасшедшая! — проворчала та. — Привет, Джоанна!       Друзья даже не успели завалить Джоанну вопросами, как в кафе вошли Бенедикт и Кристиан. Джоанна, сидевшая лицом к двери, устремила на пару заинтересованный взгляд. Жозе, неизменно находившийся рядом, наклонился ближе и шепнул:       — Если тебе неприятно, можем уйти.       Девушка искренне рассмеялась:       — Мне абсолютно всё равно! Они прекрасно смотрятся вместе.       А Кристиан и Бене, подойдя ближе, вдруг застыли, встретившись взглядами с горящими интересом глазами Джоанны. А она улыбнулась:       — Вы привидение увидели?       — Почти… — еле ворочая языком от изумления, выдохнул парень.       — Нет, вы посмотрите на них! Меня почти год не было, а они даже не обнимут! Я начинаю сомневаться, что правильно сделала, вернувшись в Париж!..       Джоанна хотела сказать, как рада за них, что они — прекрасная пара, но не успела, оказавшись в объятиях Кристиана, за спиной которого от нетерпения переминалась с ноги на ногу Бенедикт. Ребята за столом притихли, наблюдая за встречей Джоанны с любимым Кри-Кри, но те вели себя так легко и непринуждённо, что ребята выдохнули.       — Официант, шампанского! — выкрикнул Себастьен. — Кажется, нам есть, что отметить!       Когда все подняли бокалы, Джоанна радостно улыбнулась:       — Я словно вернулась в семью!       — Так и есть! — обнял её за плечи Жозе и, заметив, что та, даже не пригубив напиток, поставила бокал с шампанским на стол, улыбнулся: — Ты не скучала по французскому шампанскому?       — Не хочу сегодня, — Джоанна отвела глаза и незаметно коснулась рукой живота.       Домой они вернулись далеко за полночь, вдоволь наговорившись и навеселившись с друзьями. Джоанне казалось, что не было этих долгих месяцев разлуки, а новые знакомые стали ей такими же родными, как Николя и Элен. Всё, что случилось в Питтсбурге, ей вдруг показалось таким далёким и неправдоподобным, что она на долю секунды засомневалась — а не приснилось ли ей это? Она положила руку на живот, с улыбкой подумав о том, что частичка Джино теперь всегда будет с ней, где бы он ни был. Джоанна разобрала кровать и плюхнулась в ароматную постель. «Надо спросить у Жозе, что за кондиционер для белья он использует», — вдруг подумала она, после чего забылась крепким сном без мыслей и сновидений.