История Небес и их Ангелов по разумению Архангела Гавриила

Ось Мира проходила сквозь Небеса, одновременно прямая дорога и сложный узел, присоединяя каждую область божественного измерения к сердцу – Саду. Гавриил прыгнул с Земли, сквозь Пограничье, в свою башню прежде, чем полететь по дороге к центру. На Оси Мира невозможно потеряться – все пути ведут к сердцевине. Вид Сада менялся по надобности. Обычно это был сад, место мира и спокойствия. Иногда – огромная тронная зала из сверкающего камня, с полированными тронами для Бога и Его архангелов. Во время одного из посещений Гавриил застал Сад странными джунглями из металла и огней, наполненным орущим шумом, который едва ли можно назвать музыкой, и над металлическими балками рычали гигантские змеи. Бог тогда присутствовал, и Гавриил убежал прежде, чем Отец приблизился. Сад был пронизан присутствием Бога, но Он сам редко действительно находился там. Все ангелы летали в Сад, чтобы ощутить Его любовь, но лишь четверо архангелов слышали Его голос. Гавриил никогда не ощущал присутствия Отца, не просеянного сквозь крылья Михаила и Самаила. Все благодать Гавриила вибрировала, когда он приземлился перед воротами Сада. Сквозь изящно кованное железо виднелся мир жизни и света. Сегодня Сад был садом. Гавриил аккуратно сложил крылья за спиной и отворил ворота. Сегодня он встретиться с Отцом один. Он молился о том, чтобы не опозориться, а потом молился, извиняясь за молитву, ведь все равно все молитвы слышал Господь. Смех пронесся по Саду, и крылья Гавриила задрожали. Архангел боролся с желанием плюхнуться лицом вперед, распластавшись перед Отцом. Он был не птенцом и не серафимом, чтобы складываться пополам перед большей мощью! Он – архангел, у него больше достоинства! «Мой сын, Гавриил». Голос Бога пронзил дух Гавриила, наполняя ошеломляющим теплом и удовольствием. Его имя, произнесенное Отцом, было подобно любящему объятию, окутывало его, рассеивая все страхи. Гавриил закрыл глаза и обхватил себя руками, силясь повторить ощущение. - Отец… Михаил сказал, что Ты желаешь говорить со мной? «Выйди в центр, Гавриил». Архангел не мог сопротивляться мягкому приказу и перепорхнул в центр Сада. Тут! Над деревьями возвышался столп синего огня, яркой тени, энергии жизни и добра. - Отец! – колени Гавриила сами подкосились, крылья распахнулись при благоговейном поклоне. Пятьсот восемьдесят из них вытянулись в стороны, более чем на три сотни метров, а последние два Гавриил поднял над головой, защищаясь от сияния Отца. «Ты боялся предстать передо Мной». Отец знал все. Ничего нельзя было утаить, особенно в Его прямом присутствии. Лгать бессмысленно, даже пытаясь сохранить лицо. - Я ни разу ни бывал наедине с Тобой, Отец. Я боялся разочаровать Тебя. «Сделал ли ты что-то, достойное разочарования?» Отец любил проверять своих детей, наблюдать, как они растут, а это точно была проверка. Гавриил не нарушал небесных законов, а потому любой ответ выйдет субъективным. Архангел пригнул голову под крыльями: - Я пренебрегал моим долгом здесь. Я позволил моим братьям разбираться с моими обязанностями, а сам оставался на Земле, - если Отец разочарован, то причина, конечно, эта. Гавриил закрыл глаза, ожидая приговора Отца. «У тебя была задача наблюдать за Моей Землей, и ты исполнял свой долг восхитительно. Делегирование – не грех, а твои серафимы повзрослели и раскрылись от твоего доверия. Они любят тебя, как ты любишь Меня. Я не разочарован». Облегчение серебряным потоком затопило Гавриила, его крылья слегка приподнялись от удовольствия. - Спасибо, Отец. Твое одобрение значит все. «Не все», — это не смешок ли Гавриил услышал? Архангел почти рискнул взглянуть на Отца. «Ты так же ценишь одобрение от своих братьев, Михаила и Самаила. И ты давно не виделся с ними. Самаил попросил Меня отправить тебя назад, так он скучает по тебе». Самаил просил о чем-то Отца? Гавриил распахнул глаза от изумления. Да как у него хватило духу? Вся сила воли Гавриила уходила на то, чтобы стоять перед Отцом, а уж что-то для себя просить!.. На этот раз Бог точно хохотнул, и Гавриил почувствовал, как теплая любовь Отца ласкает вытянутые крылья. «Я могу подрезать тебе крылья не более, чем останавливать горение пламени, Мой маленький ангел. Но новые обязанности Я тебе предложить могу». Если бы Бог захотел, Он бы точно смог остановить горение пламени. Да, вышло бы что-то неестественное и неустойчивое, но все же это возможно. Привязать Гавриила только к одному измерению – то же самое: возможно, но против естественного порядка вещей. Гавриил был создан, чтобы двигаться. Он чувствовал зов своей благодати так же, как и пламя, что составляло его суть и дух. Отец молчал, видимо, ожидая, пока Гавриил осознает Его сообщение. Архангел приподнял голову, хотя по-прежнему укрывал ее крыльями. - Новые обязанности, Отец? «Мне мог бы пригодиться Посланник. Ангел, которому бы Я доверил полет между измерениями, дабы нести Мое Слово, или любое иное послание Небес. Ангел, который мог бы лететь от Моего присутствия к самым низшим из его братьев, не теряя ни крохи уважения к тем, к кому он обращается». - Михаилу можно доверить, - слабо начал Гавриил, вскоре ошеломленный смехом отца. «Гавриил, я желаю, чтобы Посланником стал ты». Опять его имя. Гавриил затрепетал от звучания, наполняясь любовью, гордостью и доверием. Крылья сами вытянулись к Отцу, и архангел почувствовал, как тот укутал его Своей благодатью. Так связанный с Отцом, да разве мог он помыслить об отказе? - Я… Да. Да, я мечтал бы быть Твоим Посланником! «Да будет так». Гавриил почувствовал, как тяжелая рука Отца опустилась на его крылья, коснулась затылка, наполняя мощью Бога. «Гавриил, Мой архангел, отныне ты - Посланник Небес, Глашатай Небесного Воинства, Вестник Моего Слова. Когда ты Мне понадобишься, Я назову твое имя». - И я откликнусь, - прошептал Гавриил, снова зажмуриваясь. Он неуверенно потянулся рукой – и дотронулся до руки Отца, крошечный рядом с Богом. – Спасибо Тебе, Отец. Я Тебя не подведу. Миг рука Гавриила была в Господних ладонях, но прикосновение прекратилось так же внезапно, как и началось. Отец тоже исчез, оставив Сад ради чего-то другого. Отец не был хорош в прощаниях. Гавриил еще долго оставался на коленях, благодать вибрировала, до предела заряженная присутствием Отца. Наконец, архангел встал и тряхнул крыльями. Его крылья! Перья, некогда ослепительно белые, которые могли отливать всеми цветами радуги, оказались оправлены золотом. Гавриил вытягивал крылья вперед и всматривался в новую расцветку. Каждое перо – с золотой отделкой, неважно, с какого угла смотреть. Ни у одного другого ангела не было таких двуцветных перьев, даже у Самаила! Отец отметил его, вписал новый титул в крылья, всем на обозрение. Посланник Небес. Глашатай Небесного Воинства. Вестник Слова. - Я настолько вне своих границ…