Путь выбора (Path of Choice)

Через две недели после начала её обучения Мара вдруг сказала:  — Завтра мой день рождения.  — Правда?  — Угу. Мне будет шесть. Оби-Ван улыбнулся ей:  — Поздравляю. Девочка, казалось, была удовлетворена его ответом, и поспешила к своей кровати. Оби-Ван едва заметно пошевелился и вздохнул. Он надеялся, что она ничего не ждёт — ни праздника, ни подарков — потому что он не мог дать ей ни того, ни другого. Он хотел бы устроить ей хоть какую-нибудь вечеринку, но у него не было ни идей, ни возможности их осуществить. Оби-Ван думал над этим всё утро, пока не пришёл к очевидному, на самом деле, решению. Он обдумал эту идею ещё немного, затем накинул плащ, дал Маре задание и вышел из хижины.

***

Он нашел нужного ему человека, когда тот работал около одного из своих влагоуловителей.  — Оуэн. Ларс прервался, развернувшись к Оби-Вану на пол оборота:  — А. Это ты, — после чего вновь вернулся к работе. Конечно же, Оби-Ван и не думал, что разговор будет лёгким. Он глубоко вздохнул.  — Я знаю, что ты не хочешь, чтобы я был рядом с Люком — я и не стану отрицать это. Я хочу лишь узнать, могу ли я попросить об одолжении. Фермер выпрямился и развернулся лицом к Оби-Вану:  — Что?  — Понимаешь ли, теперь у меня есть племянница, и было бы неплохо, если она могла бы разговаривать с кем-то помимо меня, а я не знаю никого другого… Оуэн на мгновенье уставился на него, и Оби-Ван не смог понять, о чём тот думает. Затем Ларс резко кивнул:  — Она может приехать к нам, завтра мы не заняты.  — Спасибо. Я привезу её, но затем я…  — Ты можешь остаться. Оби-Ван сделал паузу, но Оуэн, кажется, ничего не хотел объяснять.  — Спасибо.  — Мне нужно починить влагоуловитель. До завтра.  — До завтра.

***

Мара не ожидала какого-либо празднования своего дня рождения — это было понятно из её реакции. Она была ошеломлена, когда он рассказал ей новости, не понимала, как поездка в гости связана с её днём рождения, и, похоже, вовсе была напугана этой идеей.  — Я не должна разговаривать с людьми!  — Но ты же говоришь со мной.  — Да, но… это другое! Я и с вами разговаривать не должна!  — Мара, тебе можно говорить с кем угодно, где бы ты этого не пожелала. Ты можешь разговаривать о чём угодно, единственное, про что я попрошу тебя не говорить — это твоё обучение и те… черные люди — и вообще про всё, что связанно с твоей прошлой жизнью. К тому же, как я уже говорил, лучше будет сказать, что ты моя племянница. Кроме этого, я не накладываю на тебя каких-либо ограничений на то, с кем ты говоришь или о чём ты говоришь.  — Но меня накажут!  — Никто тебя не накажет, Мара. Обещаю. Девочка всё ещё казалась сомневающейся:  — Но они всегда наказывали меня раньше… Оби-Ван закрыл глаза. Эту маленькую девочку наказывали за смелость говорить. Было очень трудно не ненавидеть ситхов.  — Ты не будешь наказана. Уж не за это. В конце концов, ему удалось уговорить её. Мара поняла, что может разговаривать свободно, и она согласилась поехать в гости. Оби-Ван не был уверен, что девочка с нетерпеньем ждала поездки, но, по крайней мере, она на неё согласилась.

***

Беру встретила их у подножья лестницы, не успели они спуститься до половины.  — Бен! Я рада видеть тебя снова. Оуэн сказал мне, что ты приедешь, но он ненадолго отошёл, один из дроидов, похоже, неисправен… Ох, кто это?  — Это моя племянница, Мара. — Оби-Ван вывел девочку из-за своей спины и положил руку на её плечо. Беру тепло улыбнулась девочке:  — Рада познакомиться с тобой. Оуэн не упоминал, что ты приедешь, но, думаю, Люк с радостью поиграет с тобой. Прошу, проходите. Беру повернулась и указала на дверь, а затем повела гостей к ней. Её смятение волнами окатывало Оби-Вана в Силе, но снаружи женщина всё ещё выглядела безупречной хозяйкой. Без сомнения, она захочет получить объяснения на счет Мары, но точно не раньше того момента, когда девочка будет занята чем-нибудь вдали от взрослых.  — Люк? Люк, иди сюда, у нас гости. — Беру снова развернулась к ним. — Думаю, он работает над чем-то, а уж в такие моменты его ничем не оторвёшь от занятия. Садитесь здесь. Я принесу чай, и посмотрю, смогу ли я убедить его прийти к нам. Женщина вышла из комнаты, и через минуту вернулась с подносом с чашками и с маленьким мальчиком, который следовал за ней. Лицо ребёнка просияло, когда тот увидел Оби-Вана:  — Бен! Я и не знал, что ты здесь.  — Смотри, Люк, почему надо отзываться, когда я тебя зову. Мара, это Люк, мой племянник. Люк, это…  — Ух ты! Откуда ты приехала? Я не видел тебя раньше! Мара не ответила. Её взгляд перескакивал с лица на лицо, и она снова становилась испуганной, даже более испуганной, чем за всё время их с Оби-Ваном знакомства. Возможно, привести её сюда было ошибкой. Возможно, ему стоило лучше продумать этот момент.  — Мара стала жить со мной несколько недель назад.  — Правда? Ты живешь в Пустошах? Круто! Я хочу попасть туда, но дядя Оуэн никогда не разрешает мне, — мальчик надулся. Беру поставила поднос на стол и сказала:  — Пожалуйста, угощайтесь. Люк, почему бы нам с тобой не принести твой проект и показать его Маре? Люк мгновенно забыл про Пустоши и просиял, готовый мчатся за этим самым проектом:  — Подожди здесь, я скоро! Беру степенно последовала за ним, и Оби-Ван с Марой остались одни. Он опустил руку на её плечо и почувствовал, что она дрожит.  — Мара, ты в порядке? Девочка посмотрела на него сверху вниз, и Оби-Ван почувствовал её страх — почти такой же сильный, как в день их встречи.  — Вы уверены, что мне разрешили говорить? Вы уверены, что они не сделают мне больно?  — Абсолютно, Мара. Теперь ты в безопасности. Никто не причинит тебе вреда.  — Обещаете?  — Обещаю. Здесь ты будешь в безопасности. Страх девочки немного уменьшился, но она всё ещё была напряжена.  — Вспомни, чему я тебя учил. Глубоко вдохни и помни, что здесь ты в безопасности. Никто не причинит тебе вреда. Мара выслушала всё, что сказал её учитель, и, спустя несколько секунд, взяла чашку и сделала глоток. Оби-Ван улыбнулся и последовал её примеру. Местный татуинский «чай» не был похож на тот чай, к которому привык Оби-Ван, но он не был плохим. Мужчина не мог подобрать точное описание, но вкус этого напитка был похож на вкус настоящего чая. Он отдавал чем-то деревенским, что идеально соответствовало тому месту, где он был создан. Кроме того, он прекрасно смачивал пересохшее горло и был холоден настолько, насколько позволяла здешняя температура. Оби-Ван был довольно твёрдо уверен, что местная чайная церемония включала в себя тысячи ритуалов, и понял он лишь небольшую их часть. Когда-то давно он был горд тем, что узнавал всё о культуре какой-либо планеты, прежде чем ступал на неё. Теперь это не имело никакого значения. Люк и Беру вернулись. Мальчик свалил кучу железяк на противоположном от Оби-Вана и Мары конце и нетерпеливо взял из рук своей тёти половину её ноши.  — Иди сюда, Мара! Я покажу тебе, что я делаю! Девочка с удивительным самообладанием встала и подошла к нему, чтобы рассмотреть его работу. Через некоторое время она заговорила:  — Что это?  — Испугатель! Чтобы держать джав подальше от наших грибов. Вот это…  — Тут не хватает источника питания.  — Да, дядя Оуэн сказал, что…  — И эта часть неправильно подсоединена.  — Ты уверена? Мне кажется, всё правильно.  — Эту деталь нужно развернуть. Смотри, на деталях есть линии, и они должны выглядеть по-другому. Если мы развернём эту деталь… Дети приступили к работе, рассуждая, как правильно поставить деталь, и Беру тихонько рассмеялась:  — Ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное? Люку едва исполнилось шесть, Мара не намного его старше, а они оба разбираются в технике лучше, чем я. Это замечательно.  — Да уж. Кстати… Испугатель?  — Люк так их называет. На самом деле, это просто зуммер. Оказывается, джавы боятся громкого звука, поэтому Оуэн думает установить их на влагоуловителях. Люк увидел, как Оуэн устанавливал первый и выпросил один себе.  — О.  — Итак… — Женщина сделала паузу. — Она в самом деле твоя племянница?  — Нет. Не по крови. Просто так будет безопаснее.  — Да. — Беру замолчала, но спустя мгновенье снова заговорила. — Ты говорил… что у Люка есть сестра. Мара случайно не…  — Нет, та девочка в безопасности со своей семьей. Я не знаю, кто был семьёй Мары, но она точно не сестра Люка. Беру кивнула:  — Где ты её нашёл?  — Её нашёл мой старый друг, но он не мог о ней заботиться, поэтому он попросил меня.  — Она славная девочка. Тебе следует радоваться, что она рядом. После этого они перешли к обсуждению менее серьёзных вещей, таких как погода и новости с округи. Беру могла рассказать новости и с остальной Галактики, которые услышала на рынке. Оби-Ван, к своему сожалению, не мог похвастаться такой осведомленностью — жизнь в одиночестве не дает много пищи для разговоров. Оуэн вернулся через час после их прихода, и Беру ушла – вероятно, заканчивать дела по дому. Оуэн был молчаливее, чем его жена, но когда он говорил, он меньше затрагивал текущие события, и Оби-Вану было легче поддерживать разговор. Оби-Ван ожидал ещё один раунд вопросов о Маре, но долгое время Ларс не поднимал эту тему, а когда и задал вопрос, то всего один:  — Ты обучаешь её, да? Потому что я не позволил тебе обучать Люка.  — Не поэтому, но да, я обучаю её. Прошел ещё час, и им надо было уходить. Когда это выяснилось, Люк поднял большую суету, пытаясь задержать их уход, но когда понял, что решение принято окончательно, он стал просить свою тетю:  — Они могут вернуться, правда, тётя Беру?  — Я не знаю, дорогой, мы все очень заняты, ты же знаешь.  — Но Мара помогла мне! Мы много сделали с Испугателем, гораздо больше, чем раньше! Они могут вернуться, дядя Оуэн, правда? Оуэн взглянул на Мару и задумчиво нахмурился на минуту:  — Ну, думаю, что да. Беру спрятала своё удивление, а Люк подпрыгнул от радости.  — Спасибо, дядя Оуэн, они могут придти завтра? Пожалуйста?  — Я же говорю — мы все заняты, Люк! Но, возможно, когда-нибудь на следующей неделе.

***

В свой четвёртый визит Оби-Ван заметил, что все были тише, чем обычно. Оуэн был суровым, Беру была менее весела, чем обычно, и даже Люк был почти послушным. У Оби-Вана не было ни одной мысли о причине такого поведения до самого ухода, когда Оуэн отвёл его в сторону.  — Ты можешь учить его.  — Что?  — Я передумал. Ты можешь учить Люка, когда у тебя есть время. Оби-Ван смотрел на него в течение минуты, не меньше. Почему сейчас? Что произошло? Но эти вопросы были не важны. Это была очень плохая идея, на самом деле. Слишком рискованно. Обучение Мары уже было достаточно рискованным — но Сила говорила ему согласиться. Сила никогда не ошибалась.  — Спасибо, я… я буду его обучать. Что же, во имя Силы, изменило решение Оуэна?