Укрытие.

Он достает из куртки свою пачку и сует одну в рот. Красный огонек вспыхивает, и уже через пару секунд из его ноздрей идет дым. -Да забей, он просто бесится, мы же встречались раньше, - я машу рукой, но мои слова ни капли его не убеждают. -Вот именно, раньше, - он смотрит мне в глаза. Ровный голос, будто рюмки текилы не было. - Я не позволю какому-то отморозку так говорить с тобой. Не говорю ни слова, только подхожу к нему поближе и позволяю запустить левую руку под куртку, дабы стало хоть немного теплее. Курит быстро, наверняка его самого не радует перспектива стоять на улице. А снег все идет. Это мой самый снежный новый год. Не считая раннего детства, когда Ариша только появилась на свет, а за одну ночь снега намело столько, что закрыло вход в подъезд. -Пойдем в дом, здесь холодно, - конечно холодно, ты вообще в одной майке. Он пропускает меня вперед, и я скидываю его куртку и вешаю на вешалку. Садимся за стол, и мне достается целая подложка с роллами, а в рюмку наливают еще текилы. -Эй, меня же совсем развезет, - я толкаю его в плечо, а Голубин наливает тот же напиток себе. -Я на это и рассчитываю, ночью будет спать веселее. Опять твои чертовы намеки. Были бы мы дома - я бы накинулась на тебя в эту же секунду, ты бы взял меня на столе. Мы бы сделали то, что хотим сделать так долго. Но сейчас мы в гостях у твоего друга, и я просто не могу позволить себе засунуть твою руку к себе в трусы и попросить сделать так хорошо, как в раю не бывает. Когда попойка заканчивается, мы все решаем устроиться в зале и посмотреть какой-нибудь фильм. Поэтому на большом диване устраиваются Дэн с Кирой и Тема с Крис, Слава и Макс лежат на кушетке, а мы с Глебом сели в кресло. Вернее, я хотела сесть во второе кресло, но Голубин решил иначе и притянул меня к себе, усаживая на свои колени. Нарочно проводит рукой по пятой точке и на секунду задерживается там, где его прикосновения так необходимо. И тут же убирает руку, будто бы моментально увлекаясь фильмом. На экране какой-то фильм ужасов, а я чувствую задницей вибрацию в кармане Глеба. Он незаметно для меня читает содержимое сообщения. Чувствую не только задницей, но и всем телом, его тревогу. Руки Голубина трясутся, как у наркомана во время ломки, а взгляд сосредоточен. А после он зовёт Депо и они идут на кухню. Я удобно устраиваюсь в кресле и мне почти удаётся отогнать все дурные мысли, как парни возвращаются, а тревога Глеба внезапно перешла на Артёма. -Поднимайте задницы, мы едем в город. Даже не успеваю сообразить, что за пиздец происходит вокруг. Видимо, ошарашена одна я, ведь все остальные, будто по команде, подскакивают и разбегаются. Вернее, почти все бегут наверх, а Слава, Глеб и Депо идут на кухню. Шатохин откидывает коврик, и перед моими глазами предстает люк, который он открывает нательным ключом. Малейшее пространство, в котором помещается только... оружие. -Глеб, что происходит? - твою мать, куда ж я ввязалась. Мой вопрос остается без ответа, я лишь наблюдаю, как парни передают друг другу пистолеты и заряжают их. -Значит так. Сейчас я ставлю его на предохранитель. Милая, тебя нужно учить обращаться с этой штучкой? - говорит со мной, будто я пятилетний ребенок, который не может мультик самостоятельно переключить, и теперь ему нужно научить меня пользоваться пультом. -Голубин, объясни, мать твою, в чем дело? - срываюсь на крик. Парни даже не удивлены, прекрасно меня понимают, ведь далеко не каждая готова с таким столкнуться. А кто вообще готов? -Послушай, - он обхватывает моё лицо двумя руками и смотрит прямо в глаза. Пытается успокоить и сосредоточить. - Мы садимся в мою машину и едем домой. К нам домой. Катя должна ждать нас в твоей квартире. Мы должны успеть. Ничего не понимаю. От кого спасти? Как она оказалась в моей квартире? Почему в моей? Что за блядство происходит вокруг меня? Не решаюсь задать ни один из вопросов. Принимаю из его рук пистолет и проверяю, действительно ли он не предохранителе. Убеждаюсь и засовываю его за пояс штанов, который затянула немного туже. Мне действительно страшно. За себя. За Глеба. За всех людей вокруг. Через мгновение передо мной предстает такая картина, которую я бы не хотела увидеть никогда в жизни. Девочки перезаряжают пистолеты, Макс выносит какие-то приспособления, а Славик идет с автоматом. С самым настоящим автоматом. Парень, которому полгода назад исполнилось 18, идет с боевым оружием. -Дай ей одну таблетку успокоительного, она сейчас в обморок грохнется, - Кира хлопает меня по щекам и осматривает глаза. - Но не больше, иначе отрубится. И Глеб находит в аптечке какую-то таблетку и наливает в стакан воду. Протягивает мне. Я быстро выпиваю, все еще чувствую, как противное холодное железо впивается мне в кожу. Всё ещё ничего не понимаю. Глеб хватает меня за руку и тащит в прихожую, а там натягивает куртку и помогает обуться. -Я прошу тебя лишь об одном, - он тяжело вздыхает и смотрит на меня. - Слушай каждое моё слово. Я не смогу жить, если с тобой что-то случится. -Со мной может что-то случиться? - губехи затряслись. Страшно. И всё ещё нихера не понимаю. -Я не могу обещать того, что нет, - он выводит меня из дома и садит в машину. В считанные минуты мы выскакиваем на трассу и движемся по той же дороге, что еще днем привела нас из города сюда. Время тянется, ведь он спешит как можно скорее оказаться дома. Стрелка давно перевалила за 120 и все еще движется в правую сторону. Следом за нами так же несутся две машины, и затормозили бы мы резко - три машины бы смешались в кашу из металлолома. Всё же, время поддается, и мы оказываемся под нашим домом. Свет в зале горит, что нагоняет некую тревогу, ведь я точно помню, что перед отъездом перепроверила каждый выключатель. На парковке тормозит еще две машины, и из машины Тёмы вылетают Крис и Слава, а Дэн, Кира и Макс выходят из другой. -Мы идем все. Просто проверят квартиру только двое. -Я пойду, - Шатохин выходит вперед, и Глеб согласно кивает. - И Макс со мной. И все согласны. Мы заходим в подъезд, и мы вчетвером, с Крис, Кирой и Славиком, едем на лифте, Глеб вместе с Артёмом и Максом поднимаются по лестнице, а Дэн остался внизу. 8 вооруженных людей идут так, будто пытаются пробраться в чужие хоромы, хотя на самом деле двое из них точно идут к себе домой. И вот, мы на нужном этаже. Глеб велит нам пройти к крайней двери, где никто не живет, а сам отправляется туда же, а Тёма стучит в дверь. Моё сердце пропускает миллион ударов, и кажется, будто мы ждем несколько часов, но на самом деле не проходит и десяти секунд. И Тёма дёргает дверь, которая на удивление оказывается открытой. -Она не могла не запереть дверь, - Глеб машет головой в разные стороны, и в следующие секунды мы слышим душераздирающий крик Артёма. Бежим в квартиру, совсем забывая о наставлениях Глеба. Он и сам забыл о них в эту секунду. Катя. Абсолютно неподвижная, лежит у меня на кровати. Её кожа посинела, а кровь залила весь плед. Как и весь её свитер. А во лбу - три пули. Меня тошнит. Перестаю чувствовать ноги и понимаю, что падаю на пол. Мои собственные ноги перестают меня держать, а мой собственный мозг - слушать. В моей квартире убили девушку.