You Do Not Own Me

***

      — Господи, как же я не хочу туда ехать, — шепчу на ухо подруге и целую в щеку. Она крепко обнимает меня и гладит по голове. Мне кажется, что я отрываю какую-то часть себя, отправляя ее на съедение волкам. А они ждут, когда я вся такая готовенькая уже приду в их стаю и останусь там на растерзание.       Мои вещи были собраны больше недели назад. Каждое утро я смотрела на чемодан и сумки, сгорая от желания выложить все содержимое и спокойно разложить по полочкам. Но я не имею права отказываться от этой трехмесячной командировки. Мое положение слишком шаткое, чтобы пытаться открыть свой грязный рот и подать собачий голос. Тем более у меня есть какое-какие планы на этот период времени.       Я тяжело вздыхаю и выбираюсь из крепких объятий подруги. Мая неохотно меня отпускает, ее руки слегка дрожат, и я замечаю, как глаза наполняются слезами. Эта девочка слишком чувствительна для таких долгих расставаний. Она меня любит, любит по-своему, легко и непринужденно, всегда делает все возможное, чтобы видеть мою редкую улыбку.       Я не так часто стараюсь показывать свои настоящие эмоции: счастье, радость, вожделение, страх, грусть… Я делюсь ими только с Маей, а иногда с Чимином, который стоит около машины и все время смотрит на часы.       — Черт тебя дери, мы опаздываем, — он бросает на меня злобный взгляд и складывает пухлые губы в удивительно тонкую линию. На его идеально уложенные черные волосы падают крупные хлопья декабрьского снега и тут же тают, словно остужая пылкий нрав парня.       — И сделай все, что нужно, пока будешь там… обязательно все выясни. Если будут какие-нибудь трудности, сразу пиши, отсылай копии, фото… Я во всем тебе помогу. Я хочу, чтобы ты только была счастлива, — она нежно целует меня в щеку и смахивает горячую слезинку.       — Детка, не плачь, я справляюсь, ведь у меня есть ты! Я тебя люблю и очень дорожу.       — А как же Чимин? — она округляет покрасневшие глаза и широко улыбается.       — Я не могу с ним об этом говорить. Я уверена, что в этом случае он точно примет меры, и до конца жизни я буду гнить в тюрьме, — я пожимаю плечами и разворачиваюсь. Вообще мне кажется, что он что-то знает о моем плане, и просто ждет, когда возьмет меня с поличным. Просто сейчас не время для этого. Он как гепард в засаде, а я — несчастная антилопа, которая только и делает, что бездумно щипает траву и хлопает круглыми глазами во все стороны. И вот он скоро сорвется с места, а я так и не успею вовремя отреагировать. Он схватит меня за шею, вцепится мертвой хваткой и раздробит все кости прежде, чем я успею издать последний писк.       — Тогда просто будь осторожна, — негромко отвечает Мая, идет к своей машине и едет в офис. Я ее прекрасно слышу и улыбаюсь уголками губ.       — Элли… — тон его мягкого голоса ползет вверх.       — Пак Чимин… — я не отстаю от него и повторяю интонацию.       — У нас совсем скоро самолет, а ты тут трепишься не по делу! — упрекает меня брюнет, закрывая дверь автомобиля. В салоне приятно пахнет ванилью и корицей. Мне безумно нравятся такие запахи. Я готова купаться, есть, пить, сливаться с ними и жить… — У нее все будет в порядке, не переживай!       — Я переживаю вовсе не за нее! — единственное, что я отвечаю, прежде чем мы трогаемся с места и едем в аэропорт.       Он пытается что-то рассказать мне, развеселить, расспросить о планах на предстоящие месяцы. Но я отвечаю лишь односложными предложениями и снова погружаюсь в молчание. Вскоре поняв, что меня бесполезно о чем-то спрашивать, он просто включает композиции «Kai Engel», которые я так люблю слушать, когда мне грустно или я чувствую себя обреченной и разбитой.       Эти мелодии мне помогают просто слиться с фортепианными арпеджио, мягкими октавами в басах, легкими стаккато в верхних регистрах, которые звучат, словно полупрозрачные колокольчики, колышущиеся на ветру. Нежные и печальные партии скрипок, глубокие «думы» вальяжной виолончели, многоголосие оркестрового «пения» в смешении с ритмами современной музыки действительно меня успокаивают и дарят гармонию. Я наслаждаюсь этим, абстрагируюсь ей, нахожу выход и ощущаю протянутую руку помощи. Я наблюдаю из окна за медленно падающими снежинками. Им некуда спешить, у них свой ритм жизнь, своя судьба и предназначение.

***

      — Как же меня утомляют эти перелеты, хоть три часа, хоть два, да хоть тридцать минут, — ворчит Чимин, кидая дорожную сумку на дорогой паркет из эбена. Он снимает серое пальто и вешает в шкаф. Он как обычно одет в строгий костюм, ибо в любую минуту ему могут позвонить и вызвать на важное совещание, либо по любому другому делу. Парень ослабляет удавку в виде галстука, подходит ко мне и кладет голову на плечо. — Мне нужно, чтобы ты поехала кое-куда со мной, сладкая.       — Куда это уже? — мой голос бьется о потолок от неожиданно писклявого тона. Я недоуменно хлопаю ресницами и кошу взгляд на невозмутимого Чимина. Мне не нравится этот слишком ласковый тон, который очень редко применяется в мою сторону, особенно, когда это касается работы.       — Есть одно очень важное дело! И оно не терпит отлагательств, — он обнимает меня за талию и целует в висок. — А теперь иди в душ, и чтобы через час, максимум полтора, ты была во всеоружии. Я уверен, что ты взяла с собой пару платьев и туфли. А если не взяла, то это уже сделал Я!       — Я тебя ненавижу, Пак Чимин! — я бросаю недовольный взгляд, но все же повинуюсь ему и скрываюсь в ванной комнате — прохладная вода немного меня взбодрит и даст возможность протянуть до ночи.       — Ты действительно будешь меня ненавидеть, когда увидишь, к кому на встречу я тебя веду! — негромко говорит Чимин, сидя в мягком кресле просторной гостиной в номере класса «Люкс». Он вертит в руках телефон, погружаясь в собственные мысли. «Прости меня, Элли, прости. Так нужно. Я не хочу, чтобы ты испоганила жизнь своей же собственной глупостью. Я обо всем знаю, о всех твоих планах, о твоих задумках. Мне нужно срубить это все на корню. А тебе необходимо смириться со своим бессилием, доказывая правду и ведя поиски виновника. А если доберешься до этого — твоя жизнь превратится в ад. Но ты уже и так на полпути к этому. Ты не понимаешь, что делаешь, и какую цену ты заплатишь, подняв руку на «Господ». Прости». Он потирает уставшие глаза, и печатает SMS. Ответ приходит мгновенно. Чимин кивает самому себе и кладет телефон в карман пиджака. Удивительно для него самого, но парень начинает волноваться только от мысли, к кому он ведет эту, потрепанную судьбой, девочку. — Этот волк тебя съест. Но таким образом вы исцелите друг друга.

***

      — Чимин, что за дерьмо, черт возьми? — я смотрю на себя в зеркало и почти кричу. — Это дико! Я ни за что не пойду в платье с таким откровенным вырезом!       — Это просто очень красивое… — он делает довольно долгую паузу. Я уже успеваю сосчитать до пяти, — строгое платье для переговоров.       — Каких еще, нахрен, переговоров? Переговоров с сутенером? — я снова смотрю на свое отражение и кривлю лицо.       Я привыкла ходить только в брючных костюмах, или, длиной чуть ниже колена, юбках. Я не люблю сильно открывать ноги, но я люблю каблуки, и ношу их всегда — зима это или лето. Мой верх всегда закамуфлирован рубашкой и пиджаком. Волосы собраны только в конский хвост или пучок. И никакой косметики. Хотя я всегда слежу за состоянием своих волос и кожи, но максимум, что может присутствовать на моем лице — это гель на губах.       Сегодня же я шокирую саму себя. Этот дамский угодник, Пак Чимин, купил мне дорогущее черное платье-футляр с V-образным вырезом от «TOM FORD». Да, длина идеальна, как я люблю — немного ниже колена. Хорошо, я еще буду спокойно смотреть на то, что оно идет плавно по телу, не упуская ни единой детали. Но вырез… он слишком глубокий, чтобы чувствовать себя уверенно. Если провести подушечками пальцев по краю материала, начиная с плеч, то шов можно отыскать только где-то в области талии. Этот вырез медленно и мучительно разрезает мои глаза, уничтожая мое личное пространство. Я не могу отрицать, что мне нравится это платье. Мне оно действительно подходит. У этого шелудивого есть вкус, он изысканный и изящный. А вот туфли — я в них влюбилась с первого взгляда. Замшевые туфли Anouk на шпильке от «JIMMY CHOO» идеально сочетаются с этим платьем, здесь нет никаких сомнений.       Так как одежда слишком строгая для распущенных волос, я просто их выпрямляю, сделав пробор посередине, собираю в низкий хвост — просто, практично и очень элегантно. А вот над макияжем пришлось попотеть. Я — мастер на все руки. Чтобы не терять время даром, будучи еще в старших классах, решила пройти курсы визажа. И до сих пор иногда хожу на разные собрания и семинары. В моем арсенале есть все, что нужно для любящей себя девушки… Как я сообщила ранее, я не крашусь, но держу свой чемоданчик на всякий случай, время от времени обновляя косметику.       Нарисовав, впервые в жизни, стрелки, идеально выровняв тон, густо накрасив пышные ресницы и добавив немного «вишни» на губы, я уже готова идти на показ мод и убивать своим шикарным видом.       Мне кажется, с сегодняшнего дня я начну любить себя!       И тебя тоже… Любить… Любить и ненавидеть… Всем своим нутром…