Бессонница

Она знает. Мерлин четко это осознает, следя за тем, как движутся ее руки - она изящно держит вилку и нож, отрезая маленькие кусочки мяса и отправляя их в рот. Губы слишком, непривычно яркие, а когда он тянется долить вина в ее кубок, она не позволяет ему. И тогда он понимает. Она знает. Моргана не понимает, как не замечала раньше. Он почти не таится, стоя за чужими спинами, он шепчет слова и его глаза вспыхивают, и она задыхается от приступа панической ненависти. *** - Мерлин, - мягко говорит Моргана, и он вздрагивает, потому что не заметил, как она вошла, - Ты не знаешь, где Гаюс хранит снотворное? Мне снова снятся кошмары. - Секунду, миледи. Он торопливо отворачивается к шкафу и преувеличенно внимательно принимается шарить взглядом по полкам. Моргана рассматривает его спину, подходит ближе, по-детски хватаясь за ткань, и шепчет: - Как ты посмел? - ее голос становится ломким, - Как ты посмел?! - Ты предала Камелот. Предала Артура, - а Мерлин не находит причин таиться, говорит громко, все же, не оборачиваясь к ней лицом, потому что тогда придется смотреть в ее серые незнакомые глаза. - Ты ведь мог этого не допустить. - Ты могла бы выстоять. - Выстоять перед единственным родным человеком? Зачем? Моя сестра любит меня. - Мы тоже тебя любили. - Мне было мало. Он наконец находит нужный флакон и буквально втискивает его в ее холодные пальцы. - Надеюсь, теперь ты довольна? - хрипло спрашивает маг. - Нет. Слово ударяет его, как пощечина. Словно чувствуя, Моргана нежно проводит пальцем по его щеке: - Ты не уйдешь со мной. Никогда не будешь на моей стороне. Почему я не должна рассказать Утеру? - Не знаю, - выплевывает он и отшатывается, - Иди и расскажи. Она уходит. *** Оба знают, что она смолчит. Промолчит и он. Мерлин остается в лекарской, держась за щеку, словно там остался алый след ее жестокой ладони. Моргана выливает настройку и греет пустой флакон в пальцах. Внутри у обоих - пустота.