Звериное сердце

      Цунаде-сама как обычно сидела на своём рабочем месте. вчитываясь в принесённый ей документ — отчёт от Иноичи. Она уже лично выслушала его, и решила ещё раз спокойно всё обдумать за чтением. Полуденное солнце заливало просторный кабинет. Шизуне бесшумно вошла и поставила на стол горячий чай. Повеяло нежным ароматом, и четвёртая, отложив в сторону прочитанный документ, подвинула чай и углубилась в мысли. В дверь постучали и в кабинет вошёл Какаши. Он был бодр, словно и не было той бессонной ночи, проведённой в слежке. Цунаде мягко улыбнулась и поприветствовала шиноби. — С утра Иноичи кое-что узнал насчёт вашей находки… — Да, я уже к нему заходил, и он мне всё рассказал. — Значит мне не нужно вводить тебя в курс дела, — женщина довольно кивнула, — перейду к сути. Судя по всему, Акацки сейчас активно берут любые хорошо оплачиваемые дела, а значит им нужны деньги, и сдаётся мне, деньги нужны не для мирных целей. Случай с нашей гостьей тому доказательство — как видно из воспоминаний, она являлась для них «денежным мешком». Вероятно где-то был заказ на поимку члена клана Ёкай. Нам бы узнать откуда поступают заказы, чтобы суметь стать их непосредственным заказчиком. Это будет маленький шажок в раскрытии их тайны. — А что делать с «находкой»? — Я если честно, не знаю. Орочимару, конечно же, заинтересовался. Но стоит отдать должное — судя по всему наши предки шли рука об руку, и члены её клана отдали жизнь за шиноби Листа. Шизуне подняла архивы и подтвердила факт. Пусть это и не осталось в памяти потомков. Надо разузнать какие техники ей передал дед, потому что по сути это означает её ценность для Конохи. И если её умения окажутся действительно интересными, то нельзя допустить, чтобы она живой или мёртвой попала в другие деревни. Все мы знаем, что техники Листа не должны попасть в чужие страны.       Разговор прервался топотом и нетерпеливым стуком в дверь. Не дождавшись ответа, в комнату ворвался шиноби команды поиска: «Госпожа Цунаде! Найденный зверь исчез!» В воздухе повисла тишина. Хокаге громко поставила на стол кружку с чаем, и гневно процедила сквозь зубы: «Кажется мне пора сходить в гости к Орочимару.» — Госпожа четвёртая, может я поищу в деревне? — почесал затылок Какаши. Женщина ненадолго замедлила ход у двери, согласно кивнула и резко хлопнула дверью. В воцарившейся тишине слышался шорох осыпающейся штукатурки. «Сдаётся мне, Орочимару будет вновь менять дверь кабинета» — эта мысль немного рассмешила Хатаке, он уже прокрутил в памяти факт, что почти все визиты Цунаде к другу оканчивались лёгким погромом.       Первым делом шиноби решил спуститься в подвальные помещения и осмотреть камеру содержания. Там уже суетилась реденькая группа розыска. Искали так сказать, без огонька. Какаши обратил внимание на то, что все замки целы, на полу валяются верёвки с целыми узлами, словно кто-то просто взял и исчез. Даже прутья решётки не тронуты. «Постойте-ка», — ниндзя остановился взглядом на решётке. Через эти прутья вполне способен пролезть человек, комплекции Сакуры. Эта комната использовалась как подсобное помещение, а решётка осталась после недолгой передержки сизого медведя, пойманного специально для Орочимару. Медведь то уже давно отпущен обратно в лес, а комната так и осталась неиспользуемой. Сюда то и определила пойманного зверя, команда поиска. Вот только этот зверь оказался человеком… «Хммм… — шиноби быстро стал перебирать варианты, — интересен тот факт, что она по своей воле превращается в зверя и обратно, но что насчет одежды и клинка? Тот, что мелькнул в её воспоминаниях, и на что обратил внимание Иноичи… Может у неё есть способности, схожие со способностями Тентен? Если подумать, то у Тентен тоже есть техники перевоплощения Хенге, но Дзюцу, а также техника Тобидогу, при которой куноичи призывает оружие.» Какаши отвлёкся от мыслей, выйдя в коридор. Он нашёл взглядом группу людей и выцепил Хаттори, молодого, но толкового шиноби группы поиска. — Послушай, ты тут не видел девушку? — Да, проходила одна, я думал она из новеньких, — почесал затылок юноша. — Понятно, — Какаши обошёл парня и направился к выходу. — Вы что-нибудь узнали, Какаши-сенсей? — спросил вдогонку Хаттори. — Пока ничего. — Махнул рукой серебряноволосый шиноби, а мысленно хохотнул: «Только то, что Орочимару сейчас совсем необоснованно отхватит люлей от Четвёртой.»       Полуденное солнце прогрело землю. По небу плыли редкие облака, был слышен щебет воробьёв. На парковой скамейке сидела длинноволосая брюнетка в потрёпанном одеянии и любопытно осматривалась по сторонам. Деревня кипела жизнью. У видимых прилавков бурлила торговля, бегали дети, мимо прогуливались жители, о чём-то мило беседуя. Вот из маленького ресторанчика под названием Ичираку Рамен сыто вывалилась группа подростков. Пока они спорили, от их группы отделилась огромная белая собака, и замерла, глядя прямо на девушку. — Акамару, чего встал? — послышался голос из толпы. Осуждающе гавкнув, собака убежала за хозяином. Беглянка нервно выдохнула и облегчённо откинулась на спинку скамейки. «Неужели почуял? Да не, не может быть…» Немного успокоив себя тем, что ей показалось, девушка расслабилась и устремила полный смятений взгляд в небо. В животе требовательно заурчало. Только она начала обкатывать мысль, чем ей заняться в ближайшее время — найти еду или свалить из деревни, как в нос резко «ударил» запах! Девушка встрепенулась и замерла. На одной лавочке с ней, с другой стороны, сидел серебряноволосый шиноби с маской на лице и повязкой на левом глазу. Он смотрел куда-то вдаль, в спокойной расслабленной позе. Лишь ветер ворошил непокорные серебристые волосы. Беглянка медленно и напряженно отвела взгляд. Сердце бешено колотилось — сомнений быть не может — это тот самый запах, что она почуяла в ночь, когда её схватили. Этот запах сложно забыть. Всего лишь мгновение боли, но ей казалось что это тянулось вечность, пока наконец сознание не покинуло бьющееся в электрическом разряде тело, навсегда впечатав запах обидчика в памяти. «Главное не паниковать… В конце концов ловили зверя, зверя и будут искать.» — мысленно успокаивала себя беглянка. «Но тогда как объяснить, что возле неё сидит враг? А с другой стороны почему не нападает? А вдруг тянет время, ждёт когда её окружат? А если нет? Если так распорядилась судьбинушка, что снова скрестила их пути…» — трудно сказать, сколько теорий тогда пронеслось в голове девушки, но время шло, а шиноби всё так же безразлично сидел на своём месте. Солнце ласкало теплом, щебетали воробьи, ветер иногда доносил невероятные ароматы из ресторанчика. И тут у беглянки как гром среди ясного неба, громко, отчётливо, и крайне предательски заурчал желудок. Залившись пунцовой краской, девушка вжала голову в плечи и готова была провалиться сквозь землю, мысленно проклиная всё и вся. — Как насчёт того, чтобы перекусить? — послышался голос шиноби. На нервной почве оппонентка вздрогнула и уставилась на собеседника взглядом, полным отчаяния и... Сердце пропустило один стук. Шиноби когда-то успел поднять повязку и сейчас смотрел на неё глазом со странной красной радужкой и непонятными пятнами в ней. Аки захлестнуло странное ощущение спокойствия и безразличия и она неведомым усилием воли заставила себя отвести взгляд. Помедлив, она молча покачала головой в знак отрицания и обреченно опустила голову. «Раскрыли!» — констатировал внутренний голос — «Сейчас отведёт в штаб, или что там у них, и по тихому прирежет, чтоб не вот так, на глазах у детей…» Но странно то, что Аки не чувствовала страха, только какое-то странное смирение, спокойствие, словно всё так и должно быть. — Не переживай, — не дождавшись ответа продолжил шиноби, — я знаю одно хор… — Вы меня убъёте? — ветер донёс еле уловимый вопрос от поникшей собеседницы. Воцарилась тишина, нарушаемая шелестом ветра. Во взляде шиноби читалось понимание происходящего. Но длинноволосая продолжила: — В ту ночь… У вас это почти получилось, — Продолжила девушка, всё также глядя в землю, — я тогда была одной ногой в туманной долине предков, и самое обидное — я даже не знаю за что у меня отнимут жизнь. С этими словами Аки скользнула ледяным взлядом по лицу шиноби и остановилась на шарингане. Какаши вздохнул и прикрыл глаз, закрывая его повязкой. Чувство, похожее на чувство вины, тонко царапнуло ему сердце, всколыхнув упрятанные воспоминания о прошлом. Собеседница, не услышав ответа, продолжила. — Я не могу вам просто взять и сдаться. Меня не поймут предки. Я, Аки Ёкайзу, вызываю тебя, человек, на поединок до смерти. — последнее девушка произнесла твёрдым уверенным голосом, пронзительно и хищно глядя исподлобья. Урчащий желудок нарушил столь пафосный монолог, пропитанный решимостью. Шиноби улыбнулся видимым глазом и мягко проговорил: — Нет, я пожалуй откажусь от поединка на смерть, но с готовностью могу принять поединок на поедание рамена вон в том уютном ресторанчике. Я понимаю твою озлобленность, но мы просто выполняли свою работу, а на момент прошедшей ночи ты являлась очень подозрительным вторженцем. Не каждый день к нам в деревню захаживают «оборотни». Но я приношу извинения от лица нашей деревни и от себя лично. И кстати убивать тебя не будут, обещаю. Собеседница застыла, словно не веря своим ушам. Затем во взгляде проступило нескрываемое сомнение и она прислушалась к своим мыслям, затем недовольно сморщила нос и смущённо отвернулась. — Вы меня отпустите? — тихо проговорила девушка. — Нет, увы, отпустить мы тебя тоже, пока, не можем, — послышалось недовольное фырканье оппонентки, — ты носитель знаний Деревни Скрытого Листа. Да, мы всё знаем, даже не спрашивай откуда. Всё что тебе досталось от предков является собственностью деревни. За такими знаниями другие деревни будут охотиться, и нужна ты им будешь живой или мёртвой. Но Листу не нужен труп потомка тех, кто отдал жизнь за нас, поэтому тебе предложат работу, кров, и… Давай всё-таки поедим, к тому же, я угощаю — подмигнул серебряноволосый. Беглянка вновь залилась краской и немного подумав, сдержанно кивнула головой. Единственное что она не могла терпеть, это голод. И сейчас вариант шиноби покушать был заманчивым аж до щемящего чувства в груди. Шиноби первым поднялся и сделал пригласительный жест. Оппонентка довольно неловко поднялась, вздрогнув от боли в потревоженном бедре, но тут же выпрямилась, и молча зашагала, сохраняя лицо и стараясь не так заметно хромать. Серебряноволосый поравнялся, усмиряя шаг. Он был сильно выше девушки и очевидно, несравненно сильнее и опытнее. Экономные движения, лёгкий шаг. Спокойный, уверенный взгляд. Весь облик словно довершала нотка беспечности или нарочной расслабленности. Девушка так увлеклась разглядыванием, что обратила на себя внимание серебряноволосого. Тот отвлёкся от своих мыслей и вопросительно взглянул на неё. Та, опомнившись вновь изобразила хмуро-безразличное лицо и отвернулась, чем позабавила парня. Дойдя до Ичираку Рамен, шиноби приподнял полог и пропустил девушку. Аппетитные ароматы буквально вызвали головоружение. Сколько она не ела? Сутки, двое? Настроение стремительно начало улучшаться. — Какаши-сенсей, рад вас видеть! — поприветствовал нидзя улыбчивый повар в белоснежном переднике. — А кто это с вами? — он устремил взгляд на моментально покрасневшую и отвернувшуюся девушку, — О-о-о, — весело протянул мужчина, посмеиваясь. — Нет-нет, это просто моя знакомая, — примирительно поднял руку серебряноволосый. — Нам две большие порции рамена. Под нос смущенной брюнетки, что всё время готовки старательно пыталась слиться с окружающей средой, пока мужчины разговаривали, поставили поистине огромную тарелку вкусняшки. Нет, Вкусняшки! Съев пару ложек, она что-то невнятно, но очень восхищённо пробулькала улыбчивому повару и больше не отрывалась от еды, пока всё не доела. Какаши справился с едой гораздо быстрее и просто общался в поваром и его дочерью. Сыто поблагодарив, едоки вышли на улицу.       Солнце медленно катилось к закату, холодало. Тени постепенно окрашивались в холодные оттенки. Поздняя осень не радовала своими вечерними туманами и холодными ночами. Зимой здесь иногда выпадал снег. «Если попытаться сбежать, то нужно будет искать зимовку. Хоть и кратковременные, но всё же холода лучше переживать с тёплым ночлегом» — обкатывала варианты девушка. Зябко поёжившись, она с задержкой поняла, что шиноби остановился и крепко задумался. Зевнув и скрестив руки, чтобы лучше сохранить тепло, Аки тоже притормозила: «Куда ей теперь идти?» — Знаешь, завтра я поговорю с Цунаде-сама на тему твоего жилья и работы. Но сегодня тебе придётся согласиться переночевать у меня. У меня дома много комнат, так что не переживай, у тебя будет отдельное помещение. Сказано это было таким голосом, что подразумевалось только согласие. Девушка было открыла рот, чтобы высказать отказ, но шиноби посмотрел ей в глаза и коротко произнёс: «Без возражений!» На сытый желудок не хотелось спорить или возмущаться, к тому же альтернатив в принципе не было. Поэтому она лишь равнодушно пожала плечами и пошла следом за серебряноволосым.       Дом шиноби стоял немного на отшибе, поэтому до места они добрались, когда в деревню прокрались густые сумерки. Какаши открыл дверь небольшого домика и впустил их внутрь. Дом встретил теплом и знакомым запахом. Было уютно и чисто. Девушка замерла в проходе не смея ступать на хозяйскую территорию, но Серебряноволосый повёл показывать ей комнату и удобства. — Тут твоя комната, там туалет и душ, чуть позже я приготовлю ужин и принесу тебе постельное бельё. А пока располагайся, а мне надо немного поработать, отчёты не ждут, — с этими словами он уныло почесал макушку и грустно поплёлся куда-то к себе.       «Да, насыщенные сутки», — мысленно резюмировал Какаши, складывая исписанные листы отчёта для Цунаде. «Очень удачно пока всё сложилось, даже не пришлось прибегать к силовым мерам для удержания зверька в деревне. Посмотрим что будет дальше, в любом случае Орочимару нельзя подпускать к ней и на пушечный выстрел. Иначе все мои труды будут напрасны.» Взглянув на часы, он взлохматил волосы, отложил отчёт и устало пошёл проверять гостью. Тихонько постучавшись, и не дождавшись ответа, он открыл дверь. Сердце пропустило один стук, потому что в тёмной комнате казалось никого нет, но затем в дальнем углу, в темноте шиноби что-то различил. Подойдя поближе, своим фирменным беззвучным шагом, он присел рядом с беззаботно сопящей девушкой, зябко свернувшейся калачом. В комнате ничего не было тронуто. «Вот что делает с людьми усталось, сытость и тепло.» — улыбнувшись, подумал про себя шиноби. «Ну что ж, значит и мне лучше лечь пораньше, чтобы с утра успеть к госпоже Цунаде с отчётом.» С этими мыслями, Какаши прикрыл девушку принесённым одеялом, оставил неподалёку простынь и подушку, и тихо вышел. Теперь душ и спать. И пошёл, устало потягиваясь и обкатывая завтрашние мысли.