Oddities

— Давно не виделись, Зак. В следующую же секунду Дэнни приходится задействовать всю свою ловкость и желание жить, чтобы увернуться от резкого удара косой. Однажды он уже получал рану от косы. Она заживала долго, с трудом, высасывая из него все жизненные силы. У него остался шрам, который не спрятать никакими способами. Длинный, уродливый — на всю жизнь. — А ты всё такой же невежа, как я погляжу, — усмехается, поправив одежду. — Дэнни, ублюдок, как ты выжил? — рычит Зак, вновь поднимая косу. — Стой на месте, иначе я выстрелю, — предупреждает Дэнни, отступая на шаг назад. Как же сильно он хочет выстрелить. Много-много раз, спустить всю обойму в его чёртову голову, выдрать глаза - разные, редкие  — но Гарри, милый, хороший Гарри, которому не плевать на него, будет расстроен. Он его возненавидит. Да и… Дэнни на собственном опыте убедился, что убить маньяка не так-то просто. У него живучесть невероятная, да и болевой порог, очевидно, высокий. Что, чёрт возьми, делать в такой ситуации? — Я задал вопрос! — уже буквально рявкает Зак, но стоит на месте, не шевелится. — С трудом, Зак, — шипит в ответ мужчина, едва сдерживая инстинкты, которые вовсю кричат о том, что врага надо убить и выдрать ему глаза. — Пол года разбирался с теми ранами, что вы оставили. — Мне по хуй на твои раны. Как ты выбрался из блядского огня?! — Грей помог мне, — усмехается, выпрямившись. И пусть всё было слегка иначе, он ничего не должен этому человеку. Говорит так, как хочет. — Вытащил в последний момент. — Так и знал, что нельзя ему верить, — сплёвывает маньяк, делая шаг в сторону доктора. — Стоять. Я не нападаю, видишь? И ты стой на месте, — произносит Дэнни. А взгляд ненавидящий, хмурый. — Боже мой… И чем же ты привлёк его? Ни капли ведь не изменился. Разве что не носишь бинты… Зак замирает, явно не понимая, о чём говорит доктор. А тот усмехается широко, чувствуя, как разум постепенно заволакивает пеленой безумия.

Глаза, полные ярости, не знают точно, кто я такой

Держаться. Нужно держаться. Ни в коем случае нельзя подставлять Гарри. Нельзя поддаваться этому чувству сейчас.

Снова стремящиеся убивать

Нужно просто держаться. Заставить голову работать на него, а не против него. Это же так, чёрт возьми, просто. В теории. На деле — сложно до невозможности.

Зловещий смех резонирует в моей голове

Дэнни смеётся. У него в голове творится самая настоящая война, и он мало что может с этим сделать. Разве что… — Идиот… какой же ты идиот, Зак! — восклицает и тут же замолкает, отступив ещё на один шаг. — Я не собираюсь драться с тобой. Я здесь просто живу, понял? — Хрен я тебе поверю, Дэнни, — хмуро говорит маньяк, щурясь. — Ты просто лживая тварь. Я уверен, ты здесь, чтобы опять гоняться за Рэй.

Где тот псих

Он и не сомневался, что всё будет именно так. Что Зак просто пошлет его далеко и надолго. Но он старается, видит вся вселенная, все боги — он хочет, чтобы до этого недалекого человека дошла суть.

То дьявольское, что привело тебя к этому пути?

— Я не собираюсь гоняться за кем-либо. Я хочу, чтобы меня оставили в покое, — цедит Дэнни сквозь зубы, отступая ещё на шаг. Видит, что Зак делает шаг в его сторону, и стреляет ему под ноги. Из кустов с карканьем вылетела испуганная громким звуком ворона. — Как впихнуть это в твою голову, Зак?!

Потерявший всю чистоту

— Не лезь, блять, в мою голову! — Зак, ты не можешь быть настолько тупым! — Назови мне хотя бы одну причину верить тебе, ублюдок! Хотя бы одну! — Я не собирался убивать тебя тогда.

Облачённый в высокомерие,

— Ой, да не пизди! В итоге выстрелил ведь, скотина!

Ты превращаешь свою жизнь в пепел

И как, как, чёрт возьми, донести до него смысл?! Как сдержаться и не выстрелить прямо сейчас, в это полное ярости и недоверия лицо?!

Когда все затуманивается, я обращаю в бегство свой инстинкт

С негромким рыком Дэнни делает шаг ему навстречу, не убирая пистолет.

Обнаруживаю мои руки на его шее, уже слышу свои слова

— Послушай меня, Зак. Хотя бы один чёртов раз! Ради Гарри. Пожалуйста, ему просто нужно продержаться ещё немного. И сбежать отсюда ко всем чертям. — Так говори, — неожиданно произносит парень, поудобнее перехватив косу. — Пока я добрый, можешь пиздеть сколько хочешь. Что-то в его взгляде заставляет мужчину остановиться. Удивительно. Он даже слишком сговорчивый. Но, с другой стороны… нет, всё же, надо продолжить. Раз начал.

Скажи мне прямо сейчас, кто научил тебя ненавидеть?

— Я хотел исполнить свою мечту, — говорит Дэнни, приложив руку к груди. — Просто быть счастливым хотел, понимаешь ты? — Ты решил душу мне излить или что?.. — Ты сказал, что будешь слушать, — резко обрывает, и чуть отступает, всё так же не отводя взгляд и почти не моргая.

Потому что это тебе не свойственно

Он скажет. Ему ничто не мешает, ничто не останавливает. Всё так, как должно быть. К чёрту всё. Ради Гарри…

Не причастно тому, из чего ты сотворён

— Я хотел найти смысл своей жизни. Потому что… и тогда, и сейчас — его нет и не было, — произносит, совсем невесело усмехаясь и вновь чуть отступая назад. — Ты знаешь, что такое одиночество? Желание почувствовать тепло, заботу? Любовь с чьей-то стороны, в конце концов! Ты жил один многие годы, должен, чёрт возьми, понимать, о чём я говорю, — встряхивает рукой. — Ну же! Понимаешь?!

Пускай станет ясно

— Ну… допустим. Ты ближе к делу, я терпеть не могу длинные разговоры, — хмуро произносит Зак, сжимая руку на косе.

Кто-то научил тебя ненавидеть!

— В какой-то момент… это становится невозможно выносить. Особенно если ты ищешь способ избавиться от этого чувства всю свою жизнь! — восклицает и смеется тихо, слегка ненормально. — А потом находишь. Думаешь, что находишь. Радуешься, как дурак, как идиот самый настоящий! И… в какой-то момент…

Когда ты живешь вот так, ты становишься…

— Ну? Договаривай. — В какой-то момент… ты теряешь всё. Абсолютно. Ты знаешь, каково это, Зак? Потерять всё, что строил? К чему шёл всю свою жизнь? — смотрит ему прямо в глаза. — Ты знаешь, каково это… умереть, будучи живым?

Для всех мёртвым

Зак молчит.

И нет спасения, оно поглощено ярчайшими актами ненависти

А тишину прорезает ломкий, хриплый смех Дэнни, всё больше поддающегося сдвигам в голове, которые не собираются тормозить. Локомотив безумия разогнался до предела.

Не отрицай

Однако и смех быстро стихает, потому что Дэнни замолкает.

Я со страхом думаю о том

Он слышит дыхание за своей спиной.

Что такого я сделал, почему я это заслужил?

Дыхание. Человек. Кто-то стоит прямо за ним, он ощущает это всем своим телом, всеми чувствами, шестыми, седьмыми, десятыми — вместе взятыми.

Назови мне хоть одну причину…

Но он не может пошевелиться. Потому что…

Хоть мы такие разные, но почему я заслуживаю умереть сейчас?

В его спину упирается дуло пистолета. Он уже знает, кому принадлежит этот пистолет. Потому и опускает плечи, расслабившись — не по-настоящему, он слишком напряжен, слишком напуган — после чего произносит негромко: — Здравствуй, Рэйчел… — Опустите пистолет и положите его на землю, доктор.

Но, может, глубоко в твоем сердце ещё обитает спасение?

Тихий, тяжелый вздох с его стороны.

Сможешь ли ты снова вернуть его к жизни?

И он опускает пистолет, разжав ладонь.

Может быть, оно еще у тебя в душе?

— Я просто хотел жить спокойно. Хотел быть счастливым, — говорит тихо, спокойно, едва-едва не срываясь в дрожь. Он знает, что они в этой давящей, тяжелой тишине прекрасно услышат его голос. Нет, он не опустит голову. И не будет просить чего-либо. В конце концов, каждый имеет право сохранить гордость перед смертью. — Понимаете?..

Оно не спасёт тебя

Прости, Гарри.

Когда ты живешь вот так, ты становишься…

Звук выстрела.

Для всех мёртвым