Невидимка

Каникулы закончились, и вновь наступила учеба. Теперь не только преподаватели, но и студенты сошли с ума — приближающиеся экзамены пугали некоторых учеников до дрожи. В библиотеке теперь постоянно кто-то ошивался, и посидеть в одиночестве уже не получалось. Конечно пока что паника охватила не всех, но рейвенкловцы оказались в числе первых, кто засел повторять все пройденное за семь лет. Лиза же размышляла над тем, а не стать ли ей анимагом. Услышав подобное заявление, Мэнди покрутила пальцем у виска и напомнила, что по трансфигурации у Лизы полный завал. На что Лиза заявила, что умей она превращаться хотя бы в жука или червяка, ей бы сразу не раздумывая поставили Превосходно. Энтузиазм немного поубавился, когда Лиза прочитала памятку для становления анимагами, и она решила отложить этот вопрос до лучших времен. Ходить на ЗОТИ было необходимо, но видеть лицо профессора Паттерсона было выше ее сил. Лиза не понимала, как раньше могла считать его симпатичным, а улыбку доброй, сразу же видно, что он последний!.. Черт подери. Смотреть же на то, как Мэнди все полтора часа смотрит на него влюбленным взглядом, тоже не добавляло удовольствия. Лизе ужасно хотелось начистить холеное лицо ее преподавателя Защиты. И похоже небесная магическая канцелярия ее услышала, так как случай ей представился. И никакого криминала. На одном из уроков профессор предложил устроить небольшие дуэли, для чего надо было разбиться на пары. Обычно их было достаточное количество человек, чтобы всем хватило пары, но именно в этот день Мэнди отсутствовала, так как умудрилась загреметь в Больничное Крыло — ее цапнула какая-то ядовитая лиана на уроке травологии. Рука вздулась, покраснела и напоминала крабовую клешню. Именно поэтому Лиза осталась без пары. — Кажется мисс… — Турпин, — подсказала Лиза, стараясь придать лицу спокойное выражение. — Да, мисс Турпин, сегодня вам придется позаниматься со мной. Не бойтесь навредить мне и спокойно нападайте. Ха, как будто этого она боялась. Она боялась, что не сдержится и проклянет его чем-то действительно нехорошим. Ведь семикурсникам в связи с экзаменами разрешалось свободно посещать Запретную Секцию, а там Лиза нашла много чего интересного. Конечно Турпин не обманывалась на свой счет — успехи в ЗОТИ у нее были ну может чуть выше среднего, но ей не хватало изящества, ловкости и прыткости. Она видела, как сражается Поттер — он сражался будто дышал, у него это выходило так естественно, он даже ни на секунду не задумывался, какое заклинание использовать. Ей же приходилось думать, анализировать, и иногда это играло против нее. Но сейчас подогреваемая злостью Лиза знала, что-либо это поможет ей и станет своеобразным катализатором, либо это наоборот обернется против нее, и она станет невнимательной. — Я поняла, профессор, — выдохнула Лиза, пытаясь успокоиться. В крови забурлил адреналин, а руки немного подрагивали. — Как будете готовы, начинайте. И не забывайте те заклинания, что мы выучили в этом году. Лиза немного выровняла дыхание, замедлила пульс и сделала легкий кивок головой. Профессор явно не ожидал, что она сразу же перейдет к решительным действиям и применит нечто более опасное чем Экспелиармус. Она запустила в него Бомбардой, но ее легко можно было предугадать по характерному взмаху, поэтому профессор успел поставить щит. Но сила заклинания была достаточно высока, поэтому он проскользил по полу на несколько дюймов. Не дав ему прийти в себя, Лиза вновь взмахнула палочкой, посылая в профессора струю огня. Конечно это не Адское Пламя, но даже такой огонь причинял значительный вред. Уклонившись от него, профессор послал невербально заклинания оцепенения сразу несколько, и Лизе пришлось быстро наколдовывать щит и попутно уклоняться. Похоже профессор почувствовал, что Лиза не намерена шутить, и теперь уже не улыбался так снисходительно. Он был сосредоточен на дуэли, как и она. Вспышки заклинаний мелькали, разбиваясь о умело выставленные щиты. Лизе было действительно непросто, но гнев на преподавателя подхлестывал ее. Левая рука у Лизы повисла плетью, отхватив заклинание постепенной заморозки, но наложить контрзаклятие у нее банально не было времени. По виду профессора он был готов в любой момент прекратить дуэль, если она даст сигнал, но Лиза не собиралась прекращать. Лиза неудачно дернулась, и в нее попал Летучемышиный сглаз, но она на автомате послала в профессора режущее. Похоже он думал, что на этом все и поэтому не успел поставить щит, и белая рубашка тут же окрасилась в алый. Чей-то вскрик отрезвил Лизу, и она тяжело дыша опустила палочку, попутно развеяв мельтешащих мышей. Только сейчас она поняла, что в классе все уже давно прекратили сражаться и уже какое-то время неотрывно наблюдали за ней и профессором, боясь вмешаться. Лиза попыталась что-то сказать, но не смогла, так как заклятье замерзания достигло шеи и продолжало распространяться дальше. — Это было очень впечатляюще мисс… Турпин, — удивительно, но профессор смог даже вспомнить ее фамилию. Он тоже тяжело дышал, утирая выступивший пот со лба. Спохватившись, он развеял свое заклятье, отчего Лиза наконец смогла вздохнуть, так как действие заклинание уже переместилось на грудь. Там, где оно действовало, все неприятно покалывало и болело. Она знала, что подобный эффект не пройдет сам собой, и его могут устранить лишь соответствующие зелья. Профессор проклял ее достаточно опасным заклятьем. — Не замечал за вами до сегодняшнего дня таланта в дуэли, — все еще немного удивленно заметил он, окидывая ее подозрительным взглядом. Однокурсники молча взирали на Лизу с каким-то даже опасением, как будто видели ее в первый раз. Хотя возможно так и было — до сегодняшнего дня Лиза не отсвечивала и прекрасно сливалась с местным пейзажем. — Профессор, у вас кровь! — воскликнула Сьюзен Боунс, отвлекая всеобщее внимание от Лизы. — Вам надо в Больничное Крыло! В голосе Сьюзен напополам с волнением слышалось неприкрытое обвинение в сторону Турпин, которая была причиной такого состояния профессора Паттерсона. Ну конечно, как она посмела подпортить ему его холеное личико? — Всего лишь царапина, ничего страшного, — криво улыбнулся профессор. Мерлин, что на нее нашло? Она в ужасе посмотрела на свои руки, которые сотрясала мелкая дрожь. Правая рука до сих пор с силой сжимала палочку так, что костяшки побелели. Лиза не могла поверить, что она действительно сделала это. Конечно это была учебная дуэль, и сам профессор дал ей карт-бланш, чтобы посылать в него проклятия, но он явно не рассчитывал, что она начнет разбрасываться достаточно опасными заклятьями и не остановится, даже когда ее саму прокляли! Слава Ровене, она не опустилась до Непростительных! О чем она только думала?! Мэнди убьет ее. Когда адреналин немного отступил, Турпин наконец поняла, в каком отвратительном состоянии она находилась — множество небольших порезов по всему телу, левая половина тела поражена остаточным действием от проклятия, а ее всю немного пошатывало. Лиза незаметно прислонилась к стене, чтобы иметь хоть какую-то опору, так как не была уверена, что ее собственные ноги не подведут ее. Кажется, она заработала небольшое магическое истощение. Так держать, Турпин! Наконец прозвенел спасительный колокол, сигнализирующий о окончании занятий. Лиза с трудом перевела дух. Теперь нужно как можно скорее убраться отсюда. Подальше от… — Мисс Турпин, вам нужно к мадам Помфри! Вы явно переусердствовали сегодня. Я вас отведу! — воскликнул профессор Паттерсон с улыбкой, быстро собирая какие-то бумаги со стола. Лизе почему-то очень не хотелось остаться с ним наедине, особенно после того, как у нее немного сорвало крышу во время учебной дуэли. Черт возьми, что же делать?! — Я в порядке, профессор! Не нужно волноваться! Мне еще нужно в… библиотеку, — крикнула Лиза, не глядя запихивая в сумку свои вещи, и чуть ли не бегом бросилась к двери, почти ничего не видя перед собой — в глазах то и дело темнело. Бежать, бежать, бежать! Подальше от этого злосчастного кабинета и профессора Паттерсона! Кажется, где-то тут был тайный проход, который вел прямиком до кухни. Лиза рванула туда, все еще не до конца понимая, почему ее так пугает перспектива остаться с профессором один на один. Он ведь ничего плохого ей не сделает, так? Но что-то в голове Лизы не давало ей покоя, стуча набатом, пока она, еле переставляя ноги, держась за стены, шла по проходу. На руки цеплялась паутина, но Турпин было плевать, она в любой момент могла отключиться. Наконец она смогла доползти до конца прохода и вышла как раз недалеко от натюрморта с фруктами, за которым и находится кухня. Но на этом ее силы окончательно покинули. Она сползла по стене на пол, стараясь не отключаться. Перед глазами прыгали мушки, а руки не слушались. В какой-то момент Лиза испугалась, что она ослепла, так как, сидя с открытыми глазами, она видела только черноту. Как будто откуда-то издалека она услышала чей-то взволнованный голос, который настойчиво звал ее. — Турпин! Что с тобой? Эй, Турпин?! Ты можешь встать? Лиза, Мордред тебя прокляни! Чуть проморгавшись, Лиза с удивлением обнаружила перед собой обеспокоенного Нотта, который стоял перед ней на коленях, пачкая свои дорогие брюки. Что он тут делает?.. — Теодор? — слабо спросила Лиза, проверяя, правда ли это он или это ей привиделось. — Нет, Салазар во плоти! Кто же еще, дуреха? Ты бледная как инфери. На обопрись на меня. Паркинсон, помоги мне! — только сейчас Лиза заметила маячившую позади Нотта Пэнси. — Спасибо за браслет, — невпопад ответила Лиза, глупо улыбаясь. Ему не все равно на нее. — Ей похоже совсем нехорошо. — Отведем ее на кухню. Ей нужен очень крепкий чай. С сахаром. Лиза будто со стороны ощутила, как ее в четыре руки поставили на ноги. В какой-то момент она отключилась, а уже потом осознала себя сидящей за столом перед большой кружкой чай. — Пей, — твердо произнес Тео, пододвигая к ней кружку с горячим напитком. Лиза обхватила кружку, обжигая пальцы, и легонько подула. Ее все еще немного штормило, но по крайней мере она могла видеть перед собой помещение полное эльфов и двух нахмуренных слизеринцев, которые молча следили за ней. Чай был ужасно сладкий, Лиза такой не любила, но все равно покорно отпила половину, понимая, что в ее состоянии это то что нужно. Стало легче. Осмелев Лиза потянулась за печеньем. — Так тебе вроде лучше. По крайней мере ты не выглядишь так, будто в любой момент откинешься. А теперь ответь — что с тобой произошло? На тебя кто-то напал? — начал допытываться Нотт. — Нет, никто на меня не нападал. Это скорее я… напала, — неохотно отозвалась Лиза, морщась от неприятных ощущений в руке. — Ты. Напала? На кого?! — поразилась Пэнси, опередив Нотта. — На профессора Паттерсона, — едва слышно произнесла Лиза, но слизеринцы все равно ее услышали и теперь в немом изумлении смотрели на нее. — Ну не совсем напала. Это была учебная дуэль на уроке. — Ага, и ты решила перевести ее из учебной плоскости в смертельную, — сыронизировала Паркинсон, скрывая под этим свое удивление. — Я немного увлеклась, хорошо?! Это было глупо и… — Вот именно, Турпин! Глупо и опасно. Он же профессор. О чем ты только думала?! — взорвался Нотт, и Лиза с удивлением поняла, что никогда его таким не видела. Обычно спокойный даже немного флегматичный Нотт с дурашливой полуулыбкой никак не вязался с тем, как он выглядел сейчас. — Я разозлилась вот и все! Знаю, что поступила как полная дура, не надо меня отчитывать, будто я ребенок! — окрысилась Турпин, не понимая, почему Нотт так злится. — Судя по твоим поступкам ты и есть ребенок! — Так брейк. Иначе это все выльется в еще одну дуэль, которую Турпин не переживет, — вмешалась Паркинсон. Нотт выдохнул, пытаясь успокоиться. Посмотрев на Лизу чуть более трезвым взглядом, он произнес: — Ладно. Тебе сейчас срочно нужно к Помфри. У тебя на лицо магическое истощение. Почему ты не пошла туда сразу? — Профессор хотел отвести меня туда. — И? Почему ты не пошла? — Я боялась остаться с ним наедине, — в слух причина показалась Лизе такой глупой и детской, но она и правда испугалась тогда, хоть и не знала почему. — Это же профессор, Турпин. В его обязанности входит проследить за тем, чтобы никто не откинулся у него на уроке, — пояснила Пэнси. — Знаю! Просто… я не захотела. Пэнси все еще смотрела на Лизу как на непроходимую идиотку, но Нотт о чем-то задумался, пропуская мимо ушей рассказ Турпин о дуэли. Допив чай, Лизе стало лучше. Слизеринцы помогли ей дойти до Больничного Крыла, где, слава Мерлину, никого не было кроме сердобольной мадам Помфри, которая пришла в ужас от вида Лизы. Та тут же начала вливать в нее зелья различной степени отвратности, но Лиза принимала все с почти философским смирением, рассудив, что сама виновата. Выпустить ее из Больничного Крыла обещали не раньше следующего дня. Уже в кровати Лизе вдруг пришла в голову одна мысль, и она судорожно начала искать учебник Чар. Буквы скакали, налетая одна на другую, где-то Лиза даже посадила пару клякс от спешки. Она не знала, зачем это делала, но ей это показалось хорошей идеей. Закончив, Лиза забралась под одеяло и уснула. В какой-то момент она проснулась от какого-то шороха. Было ощущение, что в комнате кто-то был. Лиза зашарила по тумбочке в поисках палочки, она помнила что положила ее туда. — Не нужно. Голос был ей знаком. От него все внутри Лизы заледенело от страха. Мистер Паттерсон, а это был именно он, стоял рядом с занесенной над ней палочкой. — Что вы тут делаете? — сипло спросила она. Хотелось позвать мадам Помфри. Где она? Обычно она охраняла пациентов от нежданных посетителей, как дракон охраняет свою кладку. — Навожу порядок, — спокойно ответил он, отчего это прозвучало еще более зловеще. — Что это значит? Где мадам Помфри? — Лиза все больше паниковала. — Ты узнала кое-что непредназначенное для твоих ушей, — проигнорировал все ее вопросы профессор. — Мне правда не хочется этого делать, но так нужно. Лучше бы ты так и оставалась невидимкой, мисс Турпин. Страх достиг максимальных отметок. Этот волшебник, что стоял сейчас перед ней совершенно отличался от профессора Паттерсона — не было ни милой улыбки, ни ямочек, Лиза чувствовала лишь холод и опасность, исходящую от него. В следующее мгновение он взмахнул палочкой и выдохнул: «Обливиэйт». Мир погрузился в темноту.