Дом, в котором мы живем

- Фу, Рэйвен, - поморщилась Октавия, силясь отпихнуть спящую девушку подальше, но та только что-то невнятно пробормотала во сне, крепче прижимаясь к животу Октавии. - У тебя там что-то булькает, - промямлила она, тут же схлопотав заслуженный подзатыльник. Мексиканка открыла глаза, тотчас их прикрывая: яркий дневной свет с похмелья казался прожектором, направленным точнехонько в глаза. - Где мы вообще?! - спросила О, которая в отличии от Рэйес совсем не разделяла ее ленивое настроение. Последней все-таки пришлось приподняться после того, как Блейк спихнула ее на землю. Отряхнув пыль и опилки с одежды, мексиканка наконец превратилась в прямоходящее. - На стройке, - заключила она, оглядывая какое-то недостроенное здание. Вокруг них были собраны кучи битого кирпича и стекла - удивительно, как только не поранились спьяну. - Дерьмо, у меня подбородок разбит, - пожаловалась Рэйвен, поворачиваясь лицом к Октавии. - Ничего страшного: у тебя еще один есть, - хмыкнула она, тут же уворачиваясь от ноги Рейес. Благо, прицел у той был сбит, и задница Блейк осталась в безопасности. - Черт, не могу найти телефон, - сказала Октавия, беспомощно оглядываясь вокруг. - Придется пешком идти: денег на такси тоже нет, - понуро сказала она. - Ты вообще помнишь, что было вчера? - спросила Рэйвен, усмехаясь. - Обрывками, - с осторожностью ответила Блейк. - Ясно, пойдем уж, - сказала мексиканка и, не дожидаясь ответа, поплелась в сторону заброшки. - Куда это? - уже с большей долей подозрительности переспросила О. - Амнезию лечить. Шевелись давай! - прикрикнула на нее мексиканка. Блейк поморщилась: этой то хорошо быть алкоголиком, никакого эффекта с утра. Сама Октавия запомнила только дикие танцы. После нескольких стопок они клеились к каждому человеку в клубе, а когда количество выпитого стало исчисляться бутылками - посылали всех горе-пикаперов, объявив, что они слишком хороши для обитателей этой дыры. Увы, такие смелые речи местной власти не понравились, поэтому обе девушки были с руганью выставлены на улицу. Дальше они бродили по ночному городу, на все лады костеря современные нравы. - Этот мир полон лицемерия. Система жестока к тем, кто ей не подчиняется, - проговорила Рэйвен, когда, вконец вымотавшись, они с О присели на лавочку. Громкое "Ик" со стороны Блейк она восприняла как согласие. - Они не ценят простые человеченские, тьфу, человекские вещи! Понимаешь, О?! - Октавия снова кивнула. - Искренним людям нужно держаться вместе, - невопад ляпнула она. - Верно! - Рэйвен аж подскочила от внезапно нахлынувшего энтузиазма. - Октавиус, собираемся! - скомандовала она, таща пьяное тело девушки за собой на буксире. - Кудаааа? - захныкала Блейк. - Туда, Эммануэль, туда! - пропела мексиканка, продолжая тянуть девушку за собой. - В этой обители зла и порока еще есть честные люди! Они не платят налоги и трахали копов; им плевать на курс валют и новые законы. Они - люди, а все остальные - жалкие рабы порочной системы! - проорала Рэйвен, пугая какого-то бездомного пса. Проще говоря, вчера они поехали искать бомжей. Найти их довольно просто: всю прошлую неделю газеты судачили о лагере бездомных. А вот добраться до пункта назначения оказалось непросто: автобусы уже не ходили, а автостопом двух пьяниц никто бы не взял. - Мы можем зацепиться за фуру: она большая - водитель ничего не заметит, - предложила мексиканка. - Нет, тупица, где ты там уцепишься? Нужно найти мусоровоз: там есть специальные крепления, я видела, как мусорщики на них ездили - там даже одной рукой можно держаться. - Октавия постучала по голове Рейес, очевидно, в попытке достучаться до здравого смысла девушки. - Сама идиотина! Где мы мусорку найдем в два часа ночи?! - Рэйвен в порыве эмоций резко взмахнула руками, отчего содержимое кармана полетело на землю. К счастью, телефон остался целым и даже не поцарапался. Переведя взгляд с телефона на небрежно смятые купюры, девушки одновременно воскликнули: - ТАКСИ!!! Вот уж кого спутанными объяснениями не удивишь. </i> - Ладно-ладно, иду, - сдалась Октавия и, догоняя мексиканку, зашагала с ней вровень. - И все же, где наши вещи? - полюбопытствовала она. - У Пьера, - деловым тоном ответила Рейес. - Ты что, склеила французика у меня за спиной? - возмутилась Блейк. - Пьер тут живет, придурошное, - фыркнула Рэйвен, пригибаясь, чтобы пройти под балкой. Несколько минут криков, и из недр строения выполз недовольный мужчина, закутанный в несколько слоев грязной ткани. Мужчина отдал Рэйвен смятые купюры и два телефона под ошарашенный взгляд Октавии, потом жестами поблагодарил мексиканку, когда она отдала ему десять баксов. - Он что, придурок? - скептично поинтересовалась Блейк. - Ну, мы ведь искали честных людей, - хмыкнула Рэйвен, набирая номер такси.

***

- Слушай, а мы не слишком рано? - поинтересовалась Лекса, когда они уже подходили к дому Кларк. - Еще немного - и я подумаю, что ты решила сбежать. - Гриффин подтолкнула девушку в спину, призывая ее двигаться вперед. Запоздало Кларк подумала о том, как ее жилье должно выглядеть для Лексы. Как назло, еще и ненавистный сосед не сделал исключение для двух влюбленных, и запах разносился по всему этажу, заставляя обеих девушек поморщиться. Гриффин не знала куда деть себя от неловкости: их квартирка была уютной, но изысками не блистала. Вудс, конечно, хватит воспитания промолчать, но вот что она подумает? Впрочем, сама Лекса едва сдерживала панику, так что не заметила бы ничего странного, даже приведи ее Кларк в лесную землянку. - Черт, может нам стоило что-то взять с собой? - запоздало чертыхнулась Вудс. Кларк прикусила губу: она тоже об этом не подумала. - Поздно что-то менять. Не сдавай назад! - потребовала Гриффин, после чего с силой постучала несколько раз, помня, что дверной звонок у них не работал. - Кто еще может выламывать порядочным людям дверь в восемь утра? - Эбигейл, не выглядящая как человек, который только что проснулся, притянула дочь в объятия до того, как Кларк успела придумать что ответить. - Ты с подругой? - она скептично оглядела мнущуюся на пороге Лексу - Мисс Вудс, если не ошибаюсь? - строго оглядев девушку, поинтересовалась Гриффин-старшая. Кларк оглянулась через плечо, чтобы заметить, как резко Лекса выпрямилась, и, мысленно радуясь тому, что девушка наконец взяла себя в руки. - С моей девушкой. - Кларк решила, что если Эбигейл устроит скандал, то у них хотя бы будет возможность сбежать. - Да, - невпопад отозвалась Вудс, не зная что еще сказать. - Что ж, проходите, - тон Эбигейл не смягчился ни на йоту, но тем не менее она отошла в сторону, пропуская девушек внутрь. Ее маме определенно стоило стать психологом. Это Кларк понимает, когда женщина в полной тишине проходит на кухню и ставит чайник, периодически поглядывая на них с Вудс. Про себя Гриффин отмечает, что Лекса держится куда лучше, чем она сама при знакомстве с ее родителями. Вудс сидит тихо и излишне ровно, но ее глаза не бегают, она не ерзает на стуле и не теребит в руках салфетку. - Кларк, у нас сахар закончился - сходи в магазин, - попросила мама, подойдя к девушкам поближе. - Мам, тебе не кажется, что важный разговор может состояться и без сахара? - возмущается Кларк таким несерьезным подходом. - Нет, я сказала тебе сходить в магазин, - оборвала ее Эбби. - Но... - пробует возразить Гриффин. - Бегом! - скомандовала женщина, выразительно посмотрев на дочь. Кларк кинула извиняющийся взгляд и, шепнув что-то вроде " я скоро", направилась к двери. - Итак, моя дочь и Лекса Вудс, - медленно заговорила Эбигейл, как только за Кларк захлопнулась дверь. - Мисс Гриффин, я знаю, как это выглядит со стороны, но послушайте... - начала было Лекса, но ее тут же перебили. - Нет, это ты послушай. Со стороны это выглядит так, будто ты скучаешь. Я не верю каждой сплетни, но в твоем случае я склонна верить большей части. Тебе захотелось поиграть в отношения, вроде Ромео и Джульетты. Я понимаю: молодость; тебе не хватает эмоций или драмы; вместе против всего мира и подобное. Но мы говорим о моей дочери. - Лекса могла бы возразить, сказать, что ее чувства к Кларк сильны, а намерения - серьезны, но остановила себя, едва успев открыть рот. Как она может оправдаться? Что, если в словах Эбигейл есть логика, просто Лекса делает это подсознательно, а не умышленно? Ответить Лексе было нечего - девушке оставалось только дать женщине продолжить. - Мне нечем угрожать тебе, да и причин на то нет. Просто хочу, чтобы ты знала: я тебе не верю. Я помню тебя как избалованную и капризную девчонку, не обделенную умом и красотой, но лишенную чувства меры и такта. И это не то, чего бы я желала для своей дочери. -жестко проговорила она. Лекса сжала челюсть: слова били по самолюбию еще и тем, что противопоставить сказанному было нечего. - Я не считаю, что была достойным человеком, как и не горжусь своими поступками в прошлом, потому что Кларк ничем не заслуживала такого отношения. Однако, я рада, что сейчас у меня есть шанс все исправить, и я бесконечно благодарна Кларк за то, что дала мне его. Она заслуживает лучшего, и я надеюсь, что смогу дать ей это. Я не могу просить вас не судить меня по моему прошлому, однако я хочу, чтобы вы увидели ту, кем я являюсь сейчас. И, возможно, эту девушку вы посчитаете достойной. - Прилагая все усилия, чтобы звучать твердо, сказала Лекса. - Я не верю, что время меняет людей. События - возможно. Опыт - возможно. Годы не делают человека ни лучше, ни человечнее. Расскажи мне причину изменений в тебе, дай мне повод доверять тебе. - Эбигейл была непреклонной в том, что общими фразами Лекса не отделается. По лицу Вудс пробежала тень сомнения: этот вопрос не поднимала даже Кларк. - Любовь может изменить человека. - После минутного молчания, когда Эбигейл уже думала, что останется без ответа, Вудс наконец заговорила. - Когда я влюбилась впервые... это пугало. Я не знала, как контролировать свои чувства, как сдерживать себя от необдуманных действий. Словно ходишь на ощупь в темном лабиринте, где любимый человек служит светом, однако не защищает от ударов о стены. - Если такая философия и удивила Гриффин-старшую - виду она не подала и прерывать не стала. - Мою первую девушку звали Костия. И она была чудесной: веселой и интересной, моей лучшей подругой и первой любовью. Я не видела в ней никаких недостатков, для меня все в ней казалось либо идеальным, либо милым. Только так казалось далеко не всем. Нам было по пятнадцать, у нее был небольшой лишний вес. Черт, да я даже не замечала этого, пока они не начали издеваться над ней. Никого из них не заставляли встречаться с Костией, почему они просто не проходили мимо? - Лекса глубоко вздохнула, силясь не отводить взгляд от женщины. - Тогда я думала: зачем каждый раз, когда появляется Костия, они начинали что-то выкрикивать, какое им до этого дело? Мне было наплевать на них, но Кос - она была такой чувствительной. Они даже в столовой ей поесть не давали. Учителям было наплевать. Каждый раз, когда я вытирала ее слезы, я думала о Кларк. Тогда я подумала, что если и есть наказание свыше, то это предназначалось мне. Но Костии приходилось страдать за меня. - Такой же шумный выдох, и Вудс продолжает рассказ. - Я хотела помириться с Кларк, когда она вернулась. Но она приехала такой другой: ей хотелось только отомстить. Мы ссорились снова и снова, а потом... - Лекса запнулась, подумав о том, что при всем ее желании быть честной с Эбигейл, ей совершенно необязательно знать, что стало переломным моментом в их отношениях. - Потом все сошло на нет. Кларк отвергала все попытки сблизиться, и я оставила ее в покое. Наверное, мы так бы и забыли друг о друге, если бы я не поссорилась с родителями. Моя подруга детства предложила пожить с ней. Я знала, что Кларк будет там и знала, что нам будет нелегко. - Лекса остановилась, чтобы глотнуть воздуха. По лицу Эбигейл нельзя было понять ее отношение к ситуации, отчего Вудс чувствовала себя еще более некомфортно. Единственное, что немного приободряло - это то, что во взгляде Гриффин-старшей все еще читался интерес, а значит ей есть смысл продолжать. - Но именно тогда я смогла узнать Кларк. Она умеет ценить то, что имеет, и я рада, что принадлежу к людям, которые ей небезразличны, - договорила Лекса. - А ты? Ты ценишь ее? - спросила Эбигейл. Вудс понимает, что это момент, когда женщина сложит окончательное мнение о ней. В коридоре слышится копошение и хлопок дверью, но Лексу это не останавливает. - Да. Я ценю ее, - отвечает она, в следующую секунду переключая внимание на раскрасневшуюся девушку, появившуюся но пороге. - Сахар, - объявила Кларк, выкладывая на стол внушительных размеров пачку. - Печеньки, - продолжила она. - Что? Октавия говорит, что когда идешь в магазин - нужно взять что-то вкусненькое. - Что ж, с Лексой мы закончили. Теперь разговор о тебе, юная леди. Садись, расскажешь мне: как так вышло, что я не знала, с кем живет моя дочь на протяжении четырех месяцев? - взгляд Эбигейл определенно не сулил дочери ничего хорошего.