Дом, в котором мы живем

Разговор с Эбигейл закончился еще нескоро: после прессинга в сторону Лексы она допросила собственную дочь, после чего потребовала подробный отчет о проведенном времени. Кларк казалось, что она пересказала несколько месяцев поминутно. Впрочем, урок она из этого вынесла и пообещала звонить домой чаще, чем раз в две недели. Они собирались уехать раньше, но Эбигейл была непреклонна, так что девушки не решились спорить. Они успели наведаться в школу, хотя прошло недостаточно времени, чтобы они начали действительно скучать за стенами старшей школы - Кларк все равно была рада. Лексу с трудом удалось уговорить разделиться. Пусть сейчас они встречаются, но это не отменяет то, насколько разными они были до того, как их дороги пересеклись. Кларк так и не удалось застать Финна, зато близнецы, которые предпочли остаться в родном городке, были рады видеть ее. Интересно, продолжат ли они общаться с ней после того, как узнают об их с Вудс отношениях? Кларк решила что нет, а потому ничего не сказала им. Они, конечно, узнают рано или поздно. Если бы речь шла о ком-то другом, то Гриффин могла бы надеяться на то, что всем будет плевать, но Лекса всегда была слишком приметной, и в кругу бывших одноклассников такая новость распространится, как лесной пожар. Они вспоминают время, проведенное вместе; говорят немного о том, чем занимаются сейчас и о планах на будущее. Проходит какое-то время, и Кларк начинает чувствовать себя неловко, периодически смотреть на часы и подумывать о хорошем предлоге чтобы уйти. Она была рада видеть школьных друзей, но пары часов вместе ей вполне достаточно для того, чтобы удовлетворить любопытство. Когда Лекса наконец решается ей позвонить и предлагает провести остаток дня вместе - Гриффин незамедлительно соглашается. Она думает о том, что у них не было свидания, кроме самого первого, и решает это исправить. Очередной фильм от Марвел не кажется самым лучшим выбором для романтической встречи, но, глядя в горящие глаза Вудс, Кларк не может ей отказать. Впрочем, даже там нашлась парочка сентиментальных моментов, когда Гриффин успела притянуть Лексу для поцелуя. За время двухчасового сеанса успел начаться и закончиться сильный ливень, что привело Кларк в восторг: она буквально не пропустила ни одной лужи, чему Лекса была крайне не рада, в отличии от блондинки. Тряпичная обувь девушки промокла еще после первой лужи, когда Кларк бомбочкой прыгнула на самую середину, щедро окатив Вудс водой. И если простую грязь Лекса еще была согласна потерпеть ради звонкого смеха Гриффин, то мерзких дождевых червей, которых она так и норовила подсунуть девушке под нос, она ей простить не могла. - Черт, Вудс, ну смотри же, какой огромный! - Весело повизгивая, Кларк гналась за ней через весь парк, в попытках продемонстрировать чудесный экземпляр дождевого червя, но Лекса, закрыв лицо руками, убегала, моля убрать эту тварь как можно дальше. Кларк хохотала над ее реакцией, потому что кто бы мог подумать, что Лекса Вудс окажется брезгливой белоручкой. Может, она и придумывала себе оправдания, говоря о том, что это не гигиенично, но факт оставался фактом: Вудс боялась червячков. - О нет, никаких рук на мне, пока ты не помоешь их дважды, нет, трижды! - запричитала Лекса, держа девушку на расстоянии вытянутых рук. Кларк надулась. - И не хнычь мне тут, я лично проверю! - пообещала Лекса, когда Кларк предприняла неразумную попытку потянуться к девушке за обнимашками после случившегося. Кларк хоть и надулась - руки все равно убрала, побоявшись, что бедняжку Вудс хватит удар от такого святотатства.

***

Домой они пришли испачканные, но счастливые. Эбигейл грозилась не пустить этих двух свиней на порог, пока они не сняли с себя все грязное в коридоре. Они старались сдерживать хихиканье, когда сваливали насквозь промокшую одежду в одну кучу, правда, удавалось это по большей части Лексе: отчего-то Гриффин находила раздраженное лицо Вудс невероятно забавным. Еще девушки помогли Эбигейл с готовкой. Кларк весело болтала с матерью, попутно нарезая салат, а Лекса напротив полностью погрузилась в работу, со скоростью кухонного комбайна стругая картофель. Все это вышло куда менее неловким, чем ожидалось. Кларк коршуном кружилась над этими двумя, ни на секунду не оставляя Лексу наедине с матерью, поэтому приготовление пищи прошло относительно мирно. Конечно, Эбигейл все еще настороженно относилась к Вудс, но по крайней мере не воспринимала ее в штыки, а долгие взгляды, которые она периодически посылала дочери, обещали непростой разговор наедине, который рано или поздно все равно должен был состояться. И Кларк отчаянно оттягивала до "поздно". Импровизированные трехдневные каникулы, которые они себе организовали посреди учебного семестра, вышли удивительно неплохими, несмотря на то, что их начало откровенно не задалось. Эбигейл приняла Лексу, в своей манере конечно, но тем не менее они относительно мирно поужинали за собственным столом, да и на отдельной комнате для Лексы никто не настаивал. Если бы Кларк попросили нарисовать счастье, она бы изобразила себя, вжимающейся в объятия Лексы в ее старой кровати. Гриффин помнила, как иногда представляла собственные отношения по ночам, и, проклятие, Вудс отлично вписывалась в ее розовые фантазии. Кларк бы с удовольствием сейчас взяла блокнот и сделала небольшую зарисовку на будущее, запечатлев нежную улыбку шатенки на бумаге, а потом стала бы просто любоваться, наслаждаясь тем, что имеет. Гриффин уже было решила что займется таким приятным времяпровождением ближайшие пару часов, пока глаза станет уже невозможно держать открытыми, но у ее девушки была немного другая идея Рука Лексы скользит вдоль шеи, забираясь в волосы, заставляя встать дыбом небольшие волоски на затылке. Когда она убирает руку, Кларк капризно ворчит, требуя продолжать, но у Вудс другие планы. С хитрой ухмылочкой она задирает край кофты повыше, поглаживая рукой открывшиеся оголенные участки кожи Кларк. Кларк не знает, назвать ли решение лечь спать без лифчика плохой идеей или как раз наоборот? - Лекс, - тихо шипит она, пытаясь призвать к голосу разума этой сумасшедшей. - Молчать, - Вудс шепчет ей в ухо. Кларк и пискнуть не успела, как Лекса сняла ее кофту через голову, после чего незамедлительно принялась за штаны. Девяносто процентов тела Гриффин открыто под ней, не оставляя простора для фантазии, зато позволяя насладиться видом почти полностью. Вудс приподнимается, некоторое время нависая над девушкой, после чего наклоняется к ней поближе. - Проверим, насколько ты умеешь быть тихой, - смеется она, прикусывая кожу на шее девушки, тут же начиная покрывать укушенное место поцелуями, будто извиняясь за грубость. Пальцами подцепив белье, Вудс резко стянула трусики девушки под собой, после чего откинула ненужный предмет в противоположный конец комнаты. - Весь день план мести продумывала? - не осталась в долгу Кларк, немного ерзая на постели: кажется она забыла что-то убрать с матраса, и теперь это что-то больно впивалось ей в спину. А еще это кажется нечестным, потому что если Кларк сейчас нашумит - последствия будут серьезней, чем постоянные шутки и подколы. Причем достанется скорее Лексе, чем ей. К счастью, Гриффин умеет вести себя тихо. Даже если это тяжело. Даже если обычно ласковая Лекса вдруг решила выбрать резкий и рваный темп. Кларк прячет излишне громкие звуки в поцелуях, но даже без них не издает ничего громче порывистых вздохов, что категорически не устраивает Лексу. После второго раунда Гриффин решает, что Вудс исчерпала попытки, и пробует поменять их местами, что сама Лекса тут же пресекает. - Я просто разогревала тебя, - поясняет она, все еще не утратив самодовольного лица, будто Гриффин только что не выдержала два оргазма без единого звука. Кларк не настаивает только потому, что знает, что Лекса заранее проиграла в этом: ее девушка совсем не умеет быть тихой. Кларк хочется думать, что на самом деле Вудс умеет, но не с ней. Ей не дают даже немного отдохнуть, настойчивые смуглые руки снова укладывают ее на подушки. Остается только наслаждаться тысячью касаний, которые Лексы оставляла на ее теле, и не отказывать себе в удовольствии пометить Вудс. Руки Лексы все еще поглаживают ее живот и талию, но основную работу выполняют губы. Кларк хихикает, ощущая на своем теле целую россыпь мокрых поцелуев, но не останавливает девушку: Гриффин не против хорошей прелюдии даже под конец. Она принимает все, что ей дают, не забывая сделать в голове пометку о том, что такой "долг" обязательно стоит вернуть. Гриффин не сразу замечает, что Лекса медленно спускается ниже. Ее зрачки расширяются одновременно от возбуждения и ужаса, когда она чувствует поцелуи на нижней части живота. Тело выдает привычную реакцию: организм уже знает, что последует после этого, а вот сама Кларки к такому совсем не готова. Вудс спускается еще несколькими сантиметрами ниже, и Кларк делает слабую попытку сжать ноги. - Сдаешься? - одними губами спрашивает Лекса. Кларк вспыхивает, вот ведь нашла время спорить! Она закусывает губу, мысленно оценивая риски. В глазах Вудс появился огонек азарта, а значит она расстарается как следует. С другой стороны, звук-то она регулировать умеет, в отличии от некоторых. Кларк всегда было слишком легко задеть. Еще раз прислушавшись к тишине комнаты, она кивнула Лексе. - Посмотрим, чего ты стоишь, - ухмыляется она, раздвигая ноги.

***

Возможно, она все же немного переоценила себя или недооценила Лексу. В ее комнате не было часов, отчего невозможно было определить, сколько времени длится эта сладкая пытка. Всякий раз, когда Гриффин оказывается на грани, Лекса замедляется, игнорируя жалобные стоны Кларк и отчаянные попытки вцепиться себе в волосы. Лекса беспощадна, даже когда видит, что Кларк на грани; даже когда Кларк позорно скулит и лепечет что-то неразборчивое, умоляя о большем. Даже когда Гриффин теряет терпение и грозится приходить в комнату Вудс каждый день с большим кляпом - Лекса все равно продолжает делать вид, что не слышит ее. Кларк никак не может приблизить долгожданный финиш, если она притянет Лексу к себе еще один раз - ей привяжут руки к кровати, и она не сможет даже гладить любимые шоколадные волосы. Пальцы буквально сводит от желания притянуть упрямицу поближе и заставить сделать то, что следует, но страх наказания останавливает девушку. Так она по крайней мере может хоть немного направлять Лексу туда, немного повыше, где ласки хочется больше всего. Она хныкает и подается бедрами вперед, но в который раз не получает ничего, кроме дразнящих движений. Это так мучительно и прекрасно одновременно. Лоб девушки покрылся испариной от безуспешных попыток отпустить себя, во рту пересохло, а губы покраснели от возбуждения, но Лексе все еще было мало. Вудс не подавала ни малейших признаков усталости, продолжая лишать Кларк любой возможности хоть как-то повлиять на процесс. - Твой вкус превосходный, - сообщает ей Лекса, на секунду отстранившись от своего занятия. - Я конечно очень рада, что тебе нравится, но я уже больше не могу, - недовольно ерзая бедрами, затребовала Кларк, но ее просьба снова осталась без ответа. - Вот сама не берешь и мне не даешь. Черт, Вудс, я тоже с тебя штаны могу снять, клянусь тебе, вся округа будет слышать, как тебе хорошо, а ты будешь только хныкать и просить! - На этот раз Гриффин угрожает ровно противоположным, забыв об обещании купить для нее самый надежный кляп. Со стороны Вудс опять никакой реакции. Кларк шумно выдохнула и откинулась на подушку. Борьба и угрозы порядком утомили ее, тем более, что движения языка Вудс после того, как Гриффин позорно сдалась, не изменились. Ощущалось это очень странно. Она не связана, на ней ни наручников, ни даже той глупой маски, которая была у Лексы, но тем не менее Кларк чувствует себя беспомощной. Единственное, что она может делать - это перебирать шелковистые пряди Вудс, да гладить плечи - все остальное от нее не зависело. Оставалось только довериться своей девушке, позволив той управлять ее телом. Ну и ладно, самой ведь приятно - на что жаловаться? Она прикрыла глаза, отдаваясь ощущениям. Вудс это делать умела, пожалуй, даже лучше самой Гриффин. Возможно, Кларк бы даже стоило взять у нее пару уроков. Заметив, что Кларк наконец притихла, оставив бесполезные попытки приказывать ей, Лекса немного увеличила темп, удовлетворенно замечая, как Гриффин теряет самоконтроль, уже активней ерзая на подушке и периодически останавливает себя от того, чтобы потянуть ее за волосы. Для Кларк это и вправду оказалось ой как непросто. Равномерное увеличение темпа сделало свое дело: она бессознательно тянется рукой ко рту, как это делала Лекса пару ночей назад. Она тихо шепчет что-то несомненно лестное в адрес Лексы в жалкой попытке задобрить девушку, и та похоже это понимает, но все равно не уступает своим принципам. Она кладет руку Кларк на живот, напоминая той, что ей стоит лежать смирно, если хочет наконец получить желаемое. И Гриффин лежит смирно, боясь, что сладкая пытка начнется по новой. Она никогда не испытывала такого, никогда не лежала так неподвижно и послушно, просто позволяя партнеру доводить себя до пика. Нужда прикасаться и дарить ответную ласку была почти физической, а Лекса пресекла ее на корню. Мощный оргазм захлестнул девушку, заставляя выгнуться дугой в руках Лексы. Тело парализовало, будто все мышцы в одночасье превратились в один тугой комок нервов. Кларк сжала зубы почти до скрипа, чтобы не позволить вырваться наружу громкому крику. Лекса не стала ее трогать, давая бедняжке шанс передохнуть. Ей хорошо, до цветных пятен перед глазами хорошо. Звуки окружающего мира будто отрезаны от нее, потому что все, что может слышать Кларк - шум в ушах и бешеный стук собственного сердца. Сильнее этих ощущений только приятная влага внизу и чувство полного удовлетворения. Проходит какое-то время перед тем, как Кларк обнаруживает себя, лежащей на спине в попытке восстановить дыхание. - Понравилось? - голос Вудс звучит немного насмешливо, с ноткой самодовольства, но у Кларк сейчас начисто отсутствует чувство юмора; она поворачивается лицом к Лексе и чувствует только необходимость поблагодарить. - Да. Очень. Лекс, так хорошо, - она почти плачет, отчего улыбка на полных губах становится еще шире. Лекса вытирает рукавом влажные губы, после чего обнимает взволнованную девушку, которая тут же доверчиво прижалась к ней. - Я старалась, - тихо проговаривает она. - Будем считать это благодарностью за массаж. - Она расплылась в улыбке, очевидно вспомнив восхитительное ощущение пальцев Гриффин на своей спине. - А я оценила. Дерьмо, Вудс, если бы я могла... - говорит Кларк, протянув руку к телу девушки, но Лекса пресекла это. - Ты знаешь, что я не смогу. - Качает головой она и, заметив расстроенное выражение лица Гриффин, добавляет - Ты, помнится, грозилась отомстить. Придется отвечать за свои слова, когда приедем. - Она подмигнула девушке, которая силилась вспомнить: она и правда шипела что-то такое. - Идет. Тогда посмотрим, получится ли из тебя оловянный солдатик, - усмехается Гриффин. - Это будет когда мы вернемся. А сейчас - спать. С дикой вечеринки у Октавии никто раньше четырех утра не уйдет, - строго говорит Лекса. - Ммм, Лекс. Мне нужно в душ, - сконфуженно пробормотала Кларк. Не лучшая идея, конечно, потому что шум воды точно натолкнет Эбигейл на определенные мысли, но она слишком мокрая, во всех смыслах этого слова. В ванной Гриффин ужасается "масштабу катастрофы". В зеркале на нее смотрит, как минимум жертва маньяка. Лицо настолько красное, что его впору использовать вместо светофора, мокрые пряди слиплись на лбу, а взгляд расфокусирован, как у человека, принявшего хорошую дозу какого-нибудь экстази. - Чтоб у тебя челюсть онемела - про себя бурчит Кларк и тут же забирает свои слова обратно. Наоборот, ей хочется, чтобы с челюстью и языком (особенно) у Лексы все было впорядке, а вот мозг, который додумался до такой замечательной идеи стоит... поблагодарить, во-первых, а во вторых... - Кларк уставилась на собственное отражение, понимая, что после такого "подарка" предъявить ничего не сможет. Остается только побыстрее выкупаться и снова залезть в объятия Лексы. Гриффин намыливает молчалку, с неохотой избавляясь от ощущения фантомных поцелуев по всему телу. Нужда лечь спать чистой пересиливает, тем более, что по возвращению она все равно сможет потребовать новую порцию поцелуев перед сном. Мысль об этом немного приободрила Кларк, она стала тереть мочалкой более усиленно, кое-где даже немного перестаравшись. Она напевает под нос незатейливую мелодию, в попытках отвлечь себя от того, что случилось в комнате буквально две минуты назад, чтобы не задержаться в душе на следующие двадцать. Когда Кларк заканчивает, возникают небольшие проблемы с тем стоит ли ей выйти из душа. Ее пижамные штаны остались в комнате, а трусики больше ношению не подлежали. Был конечно соблазн надеть футболку прямо на мокрое тело и выйти так - Лекса бы точно оценила, но вот Эбигейл - вряд ли. Поэтому девушке пришлось целиком закутаться в большое махровое полотенце, перед тем как вернуться в комнату. - Это еще что за шахерезада? - хмурится Вудс, недовольная тем, что ей закрыли вид на прелести блондинки. - Вообще-то твоя работа, - возмущается Гриффин. Ишь ты, нафантазировала тут сама себе, а Кларк ей еще и виновата. Не слушая больше ехидных замечаний Вудс и ее нелепые предположения о том, сколько шатров смогли бы сделать кочевники из ее полотенца, Кларк прошла к шкафу с намерением как минимум заменить нижнее белье. Футболка тоже пропиталась потом, так что было бы неплохо найти что-то на замену и для нее тоже. Порывшись немного в тех немногочисленных вещах, которые она оставила дома, Гриффин ищет белье поприличней, вдобавок выбирая безразмерную футболку, чтобы на фоне чересчур широких плеч выглядеть хрупкой. Раньше она никогда не наряжалась для кого-то. Был период времени, когда ее волновал ее внешний вид, но черта с два она стала бы подбирать одежду для конкретного человека. И вот, в непонятном часу ночи она выбирает какая из ее футболок будет смотреться сексуальней. В голове возникает мысль о том, что это должно быть нелепо, но сдавать назад уже слишком поздно. Кларк снимает мокрое полотенце, все так же продолжая напевать под нос что-то веселое, однако, замечая, что ехидные комментарии за спиной резко прекратились. Кларк обернулась назад, прикрыв грудь руками, будто изображая стеснительность и бросила на Лексу вопросительный взгляд. Та ничего не ответила, и Кларк, пожав плечами, наклонилась к нижней полке, чтобы выбрать новые трусики. Кларк делает вид, что очень увлечена выбором, одновременно жалея, что у нее нет глаза на затылке и что не занималась какой-нибудь гимнастикой: держать ноги ровными в такой позиции - настоящая пытка. Наконец, она находит то, что искала и, надев, возвращается к опешившей девушке. Присаживается рядом на кровать, нежно гладит Лексу по голове, будто уговаривая прилечь. Они целуются долго-долго, после чего Кларк поворачивается на бок и позволяет рукам Лексы себя обнять.