Эрагон. Восход

      С потолка капала вода, создавая на полу маленькие океаны и раздражение у Нангорётх. Очнуться и открыть глаза стоило больших усилий. Как оказалось, дроу находилась в комнате, похожей на темницу: грязные, покрытые плесенью стены, вода, маленькое окошко наверху, пропускающее робкий свет ночных звёзд. Единственное, что никак не вписывалось в эту милую обстановку, так девы с жаровнями. Слишком уж красивыми они были, контрастировали с окружением. Девушка ухмыльнулась: когда-то она каждый день видела такие украшения в замке королевы Эленвен.       Интересно, где она конкретно? Она попыталась вырваться и с ужасом обнаружила, что её руки такие же бледные, как и до перевоплощения.       «Только не это», — мысленно взмолилась дроу. Посмотрела вниз и поняла, что кулон, который был дан колдуньей в Телине, исчез. Теперь она выглядела не как Насуада, даже не как Исталри, коей была всё время до бала. Почувствовалась боль: запястья уже болели от цепей, значит, здесь Нанго находилась далеко не один день. Она попыталась произнести самое простенькое заклинание исцеления, но не вспомнила ни слова. Кто-то опоил её зельем, не дающим способность колдовать. Прекрасно, а когда? Неизвестно. Превосходно.       Хотелось есть и в туалет. И как только она осталась жива? Не один день провести без еды — практически преступление! Даже Всадники были подвластны природным инстинктам. Вдруг дверь заскрипела, и в проёме появился тонкий силуэт эльфа, одетого в тёмно-фиолетовый костюм. Это оказался мужчина, и, судя по его одеяниям и украшениям, он занимал отнюдь не последнюю ступень в здешней иерархии. Скорее всего, верхушку. Больше всего бросалась в глаза эмблема розы с каплей крови на левом рукаве. Ну конечно, это они хотели устроить нападение на Наси. Только вот зачем она им? Кто смог перенять на свою сторону таких независимый и сильных союзников?..       Небрежным движением закрыв за собой дверь, эльф вальяжно подобрался к пленнице и, коснувшись пальцами её бледной кожи, прошипел:       — Какой лакомый кусочек достался нам на последней охоте. Это же сама Белая Тень, легендарная псина королевы, — он выпрямился и с презрением посмотрел на закованную в цепи Нангорётх. — Вообще, мы планировали схватить Насуаду, но и ты нам подойдёшь. Он будет нами доволен. Скатилась ты, детка, сильно скатилась. А ведь когда-то я тобой восхищался. Такие дела, убийства, методы убийства… Ах! А теперь что? Ты здесь, лжекоролева на другом конце вселенной, а твои фокусы тебе не помогут.       — Это мы ещё посмотрим, — выпалила Нанго.       — Да ты посмотри на себя! Кем ты стала? Впрочем, и была ты практически никем. Ну, ходила по королевскому дворцу, обвораживала баронов, сама в роскоши купалась. Это скучно. Мне больше была по душе твоя ночная жизнь: заговоры, дыхание смерти. Тебе не совестно было смотреть в глаза тому, кому ночью кинжалом жизнь прервёшь?       — А я не смотрела в глаза. Никогда.       — Фу, как низко.       — Понятие чести в этом ремесле вообще не должно присутствовать. Его в принципе не существует. Это придумали те, кому нужны были люди, которые могли идти на собственную смерть за «правое дело».       — Мне нравится ход твоих мыслей. Впрочем, многие тёмные эльфы так считают. В мире нет никого, кто мог бы с нами посоревноваться в мастерстве красноречия, владения оружием…       — Жадности, эгоизме, скупости, цинизме, — докончила Нанго.       — Именно.       — К…кто…он? — еле проронила эльфийка, не обращая внимание на выпады члена клана Окровавленных Роз.       — А это вы скоро узнаете, — ухмыльнувшись, сказал дроу. Он вновь наклонился и прошептал на ухо: — Тьма наступает с восходом солнца, детка.       Нангорётх, позволив себе растянуться в насмешливой улыбке, ответила:       — Ты не похож на остальных. Знаешь первое правило ассасина? Никогда не подбирайся к жертве слишком близко, а иначе она сделает вот так.       Ловким движением руки Белая Тень выхватила из-за пояса эльфа нож, проткнула им спину жертвы. Мужчина явно такого не ожидал, но возмущаться было слишком поздно: издав последний звук, он упал на пол. Благо цепи оказались длинными, и пошарить в карманах убитого не составило особого труда. Найдя связку ключей, девушка стала подбирать нужный для оков. Пришлось покопаться, всё-таки руки были наполовину лишены способности двигаться, да и усталость с голодом давали о себе знать.       Освободившись от оков, Нангорётх поднялась и посмотрела на мертвеца. Подумав немного, она решила, что кинжалы и яды мёртвому не товарищи, и потому взяла оружие с собой. Наверняка её костюм, который был при ней во время бала, находился где-то здесь вместе с орудием: утаскивать в туманные дали её вещи, на что она очень надеялась, заговорщики посчитали ненужным, мол, вряд ли освободится от таких оков, да там ещё и охрана…       Девушка приготовила два кинжала к бою и неслышно двинулась к двери. Отворив её, она протиснулась в узенький проём и обнаружила стоящих неподалёку двух охранников. Кажется, сегодня фортуна повернулась своим гибким станом к Нанго, потому что эти охранники стояли к бывшей пленнице спиной. Из-за своей неподвижности они походили на изваяния в шёлковых одеяниях. Отравленное оружие пришлось как нельзя кстати: одному нож попал в сонную артерию, другому — меж рёбер. Послышались последние звуки умирающих, а потом наступила тишина. Гордость чуть было не взяла верх и не напомнила о себе, но Нангорётх вовремя образумилась и вспомнила, что ликовать и радоваться собственным достижениям ещё рано: путь свободы только начался, к тому же нужно было найти хоть что-то что отдалённо напоминало бы дело по похищению Насуады.       Также ситуацию осложняли снующие по коридорам стражники, которые то и дело останавливались и прислушивались к каждому шороху. Да и ходили они почти неслышно, заразы. В подобных ситуациях Нанго пришлось побывать впервые. Да, брать-то в плен брали, но всё было скромнее: там нашёл заточку, метнул её в тюремщика — и свобода! Беги к королеве и докладывай!       Вдруг она заметила идущего тюремщика, но заметила слишком поздно: мужчина увидел сбежавшую и закричал:       — Пленный на свободе!       Эльфийка быстро достала кинжал и метнула его во врага. Дроу оказался ловким и увернулся, а когда лезвие просвистело в паре сантиметров от его лица, он метнул ножик в Всадницу, и оружие достигло цели, попав прямо в бедро. Девушка почувствовала резкую боль, как будто в её ногу вгрызлись клыки огромного фангура.       — Ах ты шейдово отродье! — прошипела она. — Я из-за тебя теперь медленнее двигаться буду!       — Ты больше не будешь двигаться. Стража!       Послышалось шуршание неподалёку: остальные услышали сигнал. Тут в голову Десницы пришла единственная идея, которая могла воплотиться в реальность: переместиться по теням. Девушка улыбнулась своей пугающей улыбкой и с большим усилием добежала до первой попавшейся тени, отбрасываемой статуей женщины с лиловым огнём.       — Чтоб вы все сгорели в своём лиловом пламени! — прошипела она напоследок и исчезла, вызвав у стражей волну негодования. Самая главная прелесть перемещения по теням — так это то, что преследователи понятия не имеют, куда может занести жертву. Впрочем, сама жертва, Нангорётх, тоже понятия не имела, куда её занесёт: прикидывать точное место не было времени, да и сил было не как у шейдов.       Через несколько мгновений дроу переместилась, наверное, в самое освещаемое место в…замке? Доме? Крепости? Где она находилась вообще? По крайней мере, на этот раз ей вновь повезло: очутилась она в комнате, полной всякой бумажной всячины наподобие карт и писем. У стены, противоположной входу, стоял огромный каменный стол. Над ним висела доска, на коей были разбросаны записи, портреты, наскоро нарисованные чьей-то профессиональной рукой, судя по технике и уровню мастерства исполнения. Подойдя поближе, Нанго обнаружила, что между рисунками проведены нити, которые сходятся в центре — на портрете Насуады.       Девушка сорвала один из набросков: язык тёмно-эльфийский, и написано следующее:       «Имя: Насуада. Королева Империи. Заказанный объект. Личность заказчика весьма загадочна, обещанная награда — возвращение. Предполагаемое начало — седьмой день пребывания в Алагейзии. Первая стадия — малая резка.»       Подобных сводок было великое множество: пара сведений по Эрагону, Брому, Муртагу… стоп!       — Это ещё что за…       Нанго сорвала лист и прочитала: «Нангорётх. Белая Тень. Приспешница Королевы Теней. В настоящее время на должности не числится. Предполагаемое место — Алагейзия, Империя.»       Помимо этих слов девушка нашла ещё пару увлекательных фактов о себе, которые каким-то чудесным образом попали не в те лапы.       — Что, интересно?       Нанго резко обернулась и увидела одного охранника.       «Кто самый удачливый эльф на белом свете? Правильно: белый эльф», — ухмыльнулась дроу и метнула в гостя кинжал. Того, что оружие пролетело мимо жертвы, стоило ожидать, однако промазать вот уже в который раз уже немного выводило из себя. Эльф усмехнулся и ответил на пламенный «привет» огненной стрелой, которая, одарив белые волосы своим огоньком, едва не коснулась шеи Нангорётх. Девушка в ужасе уставилась на чуть обгоревшие пряди, а потом, окинув яростным взглядом обидчика, кинулась на него с кулаками: вдруг поможет? Магические слова до сих пор не могли произноситься, а ножики летели мимо мишеней.       Нанго, перепрыгнув через письменный стол, попыталась ударить эльфа в лицо, но промахнулась: дроу увернулся и одарил спину эльфийки щедрым ударом кулака.       — Ах ты шейд, — прошипела Нангорётх и, выпрямившись, врезала противнику по челюсти. Послышался громкий хруст и ряд проклятий в адрес Десницы, а затем — звук стали, рассекающей плоть. Когда тело несчастного обмякло и с шумом упало на каменный пол, Нанго, презренно посмотрев на труп, вытерла о его одежды лезвие кинжала и покинула комнату: здесь уже делать нечего, а выбираться надо.       Странно, но коридор пустовал. Эльфийка неслышно проскользнула, и от её движений огоньки статуй вздрагивали, что создавало жутковатую атмосферу. По пути попалась ещё одна полезная комната: там лежали вещи Нангорётх. Девушка скользнула внутрь, быстро оделась в свой костюм, взяла набор доброго десятка скрытых кинжалов, зелий, которых оказалось гораздо меньше, и побежала дальше.       «Знать бы, куда я бегу», — думалось ей. Огоньки от её движений всё дрожали, а по воздуху всё ещё раздавались едва различимые звуки шагов. Вдруг за очередным поворотом Десницу встретила пара охранников.       — О тени, да сколько вас?!       — Столько, сколько потребуется, королевская шавка, — рявкнул один из них. — Куда собралась? Стражи!       Нангорётх хотела заткнуть крикуна, но было поздно: на его призыв откликнулись остальные. И что теперь делать?! Одна с такой оравой она не справится. Знать бы, где она находится, в каком городе. Но, если учитывать вид на ночное небо из окна её бывшей камеры, то круг сужается: она где-то на поверхности, не в подземном царстве. Жалко, можно было бы как-нибудь устроить обвал…       «Ну и как мне выбраться сухой из воды?» — в отчаянии думала дроу, а тем временем звук открывающихся оков звенел над ухом.       Ей было страшно. Такого ужаса ей не доводилось испытывать, а если и доводилось, то в меньшей мере. Она боялась за Насуаду, за своих друзей. За Эдоксиля. Тут её словно окатило волной уверенности и смелости: надо бороться за свою семью, за свой дом.       — Вы готовы гореть? — крикнула Нангорётх, странно оскалившись, и, быстро вынув из кармана зелье-взрывчатку, как она любила их называть, и, кинув склянку с содержимым на пол, убежала прочь. Произошел взрыв, в голубом пламени виднелись силуэты несчастных эльфов, а статуи с лиловыми огоньками будто насмехались над беднягами: такими зловещими казались каменные лица.       Девушка сновала по коридорам в поисках выхода, но все время натыкалась либо на стражников, либо на очередной тупик. Когда дроу в отчаянии стукнула по неизвестно какой по счёту статуе, она почувствовала на себе взгляд. Кто-то изучал её, но вреда причинять не собирался, это было понятно по его дыханию, звуки которого различались благодаря острому эльфийскому слуху.       — Кто на этот раз?       — Твой друг.       Нанго резко обернулась и, в секунду преодолев расстояние, приставила к шее незнакомца кинжал. Эльф даже не собирался сопротивляться.       — У Белой Тени не может быть друзей. Есть знакомые.       — Хорошо. Я твой добрый, хороший знакомый. У королевы всё ещё имеются сторонники среди тех, кого она считает врагами.       — Да, врагов у неё много, а у них — много друзей, — проронила эльфийка, но потом, вернувшись из мимолётного транса, протараторила: — Я надеюсь, ты не собираешься метать кинжалы в спину, потому что за это хорошо можешь поплатиться: мои-то отравленные. Итак, где мы?       — Ты знаешь этот город. Здесь тёмные эльфы последними из всего Тёмного царства встречают восход.       — Последними…встречают восход, — шептала как в бреду девушка. — Ох и любите вы загадки делать!       — Ну, у вас в столице любят тысяча и один метод приветствия: от поклона с сальто до простого махания рукой. Это тоже своеобразная… фишка нашего клана.       Нангорётх думала минуту, две. Мысленно прошвырнулась по карте мира, посмотрела на города дроу… Ответ пришёл, откуда не ждали. Всё-таки удача ещё не сказала Нанго «прощай».       — Телин. Но как?! В этом городе Роз не чтут. Или я уже что-то пропустила?       — Не все и не везде. Идём, только тихо.       Как оказалось, идти пришлось недолго, к счастью Всадницы. Подумать только, как ей повезло: в этом городе она и Рагги оставили драконов! Если опасность неминуема, дело не обойдётся без чешуйчатых друзей. Как же эльфийка соскучилась по Эдоксилю! Поскорее бы обнять эту могучую шею!       Заброшенная крепость находилась на окраине города, на поверхности, за стеной. Очень хорошо расположились, Розы, нечего сказать.       — Вот и снова свобода, — прошептала она, глядя на небо. Горизонт уже заливался утренним румянцем, а в Телине бодрствовали дроу. Слышались голоса с городской площади, где направо-налево продавали товар: грибы во всех проявлениях, безделушки, оружие, яды. — Кто ты? Зачем тебе это надо?       — Однажды ты посмотришь на картину, что висит в королевском дворце, и поймёшь, почему, — таинственно проговорил незнакомец.       — Опять загадочки. Ладно, шейд с тобой. Мне Алагейзию ещё спасать, так что вашей тюрьме придётся простоять без меня.       — До встречи, Белая Тень. Да хранит тебя первый луч рассвета.       «Эти Розы просто прирождённые поэты», — фыркнула про себя дроу и побежала к Телину. Надо найти драконов. Это оказалось гораздо труднее, чем предполагала девушка, да и нашла она их не там, где они были в последний раз. Подойдя к смотрителю, она спросила, где драконы, на что мужчина скептично заявил: «Их забрали».       «Вот как нашу расу уважать после такого?!» — крикнула про себя девушка и, в сердцах топнув ногой, прыснула в лицо дроу ядом и отправилась в центр. В городах тёмных эльфов, особенно в таких далёких от столицы, как Телин, подарок в виде зелья в лицо воспринимался жителями как обыденное явление.       Живот настоятельно рекомендовал подкрепиться, но, к сожалению его и его хозяйки, времени на трапезу не было: просто так взять драконов они не могли.       «Как же я глупа», — корила себя Нангорётх. Получается, что по её вине Сапфи и Эдо попали в плен. А вдруг…нет, нельзя об этом думать! Отец рассказывал теорию о возможности материализации мыслей, что-то, о чём смертный думает, действительно может быть. Так что лучше отбросить подальше надо пессимистичные мысли.       — Единственное, где могут они быть, так это Подземье. На нижних этажах. Интересно, что бы сделал Ван? Или Рагги? Наси?       До тех пор, пока она не врезалась в одного тучного эльфа, не поняла, что размышляет вслух. А размышлять вслух в этом городе было нельзя: много врагов, много друзей.       Телин под землей был гораздо красивее, чем наверху. Огромные светящиеся минералы будто играли друг с другом в «пересияй меня», отбрасывая свой блеск на грибы и мощёные многочисленные дороги. Дома, хоть и были плотно расставлены, поражали своим убранством. Бедный район в Телине не столь велик, чтобы быть упомянутым, да и не за чем читателю мучить память такими неважными деталями.       Куда интересней было заглянуть в Мерцающую пещеру, как её называли местные. Именно там спрятали Сапфи и Эдо: об этом было нетрудно догадаться по количеству охраны у входа. Да и сам вид охраны устрашающий: пещерные драконы, до зубов закованные в бордовые доспехи, и всадники, вооружённые и враждебно настроенные. Эльфийка притаилась недалеко от пещеры, за глыбой. Парочка огромных пауков, завидев девушку, подняла свои передние лапы от негодования, но быстро скрылась из виду, после того как гостья метнула в землю ножичек. Посмотрев на вход, девушка закатила глаза.       «Ну и что мне с вами делать? — мысленно спросила Нанго, состроив при этом недовольную мину. — Может, поспим?»       Она тихо достала из кармана пузырёк, привстала и бросила его прямо между двумя ящерами. Склянка разбилась, и из сосуда потянулся дымок, влекущий глубокий сон. Только бы сработало!       Послышался грохот: туши драконов упали наземь вместе со всадниками: теперь проход был свободен. Пройдя небольшой путь в полутьме (светящиеся минералы давали какой-никакой источник света), Нанго очутилась в просторном помещении, формами напоминающем комнату с Элдунари и яйцами в замке Рагги. Вот только здесь были Сапфира и Эдоксиль, закованные. Увидев их, девушка кинулась к цепям в надежде их как-то сломать.       «Нанни, я скучал», — послышался в голове ласковый голос Эдо. Как же ей его не хватало!       «Я тоже, большой брат. Как вы здесь очутились?»       «Это действительно хороший вопрос, — подала голос Сапфира, держащаяся гордо даже в оковах. — Жаль, что ответа на него мы не знаем.»       «Просто не помним.»       — Но мы можем вам напомнить, — раздался голос сзади, отчего драконы гневно зашипели.       — Да сколько можно?! Кто ты? — Нанго, бросив бредовую затею снять цепи, обернулась и увидела её. Сколько лет, сколько теней… — Найран. Вот кого судьба преподнесла. О шейды.       — Здравствуй, сестра по несчастью. Вижу, с каждым разом степень твоей предсказуемости растёт.       Она ничуть не изменилась: всё та же копия Нанго в других тонах и с татуировкой на лице. Такая же, как тогда, в Гилиде. Странно, что она выжила после взрыва.       — Ты смогла устоять от моей непревзойдённой взрывчатки?       — О тени, твоя взрывчатка покалечила лишь тех несносных идиотов, которых мне дали в качестве подмоги. Но я выжила. Фарфор не так хрупок, как кажется на первый взгляд.       — Что тебе нужно?       — Сразу к делу, да? — её губы издали противный смешок. Стражники, стоящие позади неё, с толикой страха покосились на Найран. Кажется, они её боялись. Конечно, её все всегда боялись. Белая Тень ничто по сравнению с Чёрной. — Я хочу, чтобы ты раздобыла кое-какую информацию относительно Насуады. Тогда можешь забирать своих ящеров, они мне больно не нужны. Вот, — она протянула какой-то конверт с печатью в виде розы, — здесь есть что-то вроде пояснений.       Нангорётх хотела уже было спросить, зачем всё это дело проворачивать, но вовремя остановилась: ответов не будет, только масла в огонь подольёт.       — Хорошо. Давай сюда свои «труды». Теперь отпускай их.       — Так я и отпустила. Да скорей тени побелеют! Только за пределами города на приличном расстоянии я вас отпущу.       Как бы это дико ни звучало, Найран сдержала обещание: Эдоксиль с Нангорётх на спине и Сапфирой летели в Илирию. Шелин остался далеко позади. Три дня полёта протекали без особых приключений, путники останавливались лишь на перекус. Нанго рассказала чешуйчатым друзьям о своих злоключениях в крепости, рассказала обо всех событиях, что произошли после их расставания, а потом, когда драконы переварили полученную информацию, то Сапфира не могла не встревожиться:       «Нанго, ты действительно собираешься сдать всё про Насуаду? »       «Нет, конечно. Она думает, что я всё ещё дроу-слово, каких поискать, но те времена прошли. Сначала нам бы разобраться, кто за всем этим стоит. Кто-то таинственный, ведь даже те, у кого я была, не знали настоящей личности заказчика.»       «С каждым твоим словом эта игра становится всё интереснее и интереснее», — хмыкнул Эдоксиль.       Вдалеке показался силуэт домов Илирии и её стены. После трёх дней полёта действие зелья уже иссякло, так что Нангорётх могла в полную силу творить магию, что она и сделала: надо было сделаться невидимыми, чтобы никто в городе не знал о прибытии драконов.       — Что ж, друзья, нас ждут дома, — довольно ухмыльнулась Нангорётх, творя заклинание невидимости. Она даже представить не могла, что произошло за время её отсутствия.