Дело в шляпе

      Прошла неделя с того момента, когда Чую перевели в обычную палату, и на протяжении реабилитационного периода Дазай навещал ее каждый день. За это время она не раз слышала в свою сторону упрёки, мол, «могли бы воздержаться от проявления своих чувств в общественных местах» и вопрос: «Вы встречаетесь?», и каждый раз она это отрицала, нежно прикасаясь к губам и вспоминая его сладкий поцелуй.       Чуя зашла в главный штаб Портовой Мафии. Дазай обещал помочь девушке поговорить с родителями по поводу того, что произошло в школе. И он сказал, что будет пока тренировать свою ученицу, с которой он совсем не занимался с тех пор, как встретился первый раз с Чуей. Из-за холодов Дазай решил устроить тренировку в подвале, где Осаму с разрешения Мори обустроил неплохой такой зал. Накахара спустилась вниз и ещё там услышала крики и грохот. Видимо, так у них проходит тренировка.       Дазай говорил, что Чую повысили после того, как она в одиночку убила всех стрелков, и поэтому они будут тренироваться и ходить на задания вместе. Сойдётся ли Накахара с ученицей напарника?       Чуя зашла в просторное помещение. Там ее ждала странная картина: на полу растянулась девушка на вид не старше Чуи с длинными чёрными волосами и того же цвета футболкой, юбкой и кедами, а неподалёку стоял Дазай, который тут как будто не при чём.       Дазай поздоровался с Накахарой, упорно не замечая лежащего на полу человека, на которого Чуя смотрела не отрываясь и ждала от напарника объяснения. Осаму добавил:       — Теперь Рюноске, наконец, встанет и уйдёт, а завтра в это же время вернётся в нормальной одежде.       Девушка (видимо, Рюноске) поднялась на ноги и, хромая, вышла из зала. Тогда Накахара заметила, что растрёпанные волосы Рюноске падают ниже короткой юбки. Неужели ей это удобно?       — За что ты с ней так? — спросила Чуя, услышав, как за Рюноске закрылась дверь лифта.       — Она пришла на тренировку в мини юбке, будто бы не понимает, что ей за это влетит, да ещё и вела себя максимально нагло и пошло. И всё это перед рядовыми. Вот и получила дополнительные нагрузки и крепкий подзатыльник. — Дазай презрительно скривился.       — Но всё равно, нельзя же быть таким жестоким. — Чуя настояла на своём.       — Это работающие методы мафии. Тем более, Рюноске подросток, и её распускать нельзя.       — Всё равно, перестань так с ней обращаться или используй те же «методы» со мной. — Нарахара нахмурилась.       — Ты прекрасно знаешь, что я не смогу тебя ударить, — Дазаю этот разговор был максимально неприятен, поэтому он переменил тему разговора. — Раз уж ты отказалась жить в главном здании, мне придётся поговорить с твоими родителями о тебе и мафии. А поедем мы к тебе прямо сейчас.       Чуя не стала возвращаться к разговору о Рюноске, но решила, что спросит Дазая об этом позже. Через пять минут они уже сели на байк Осаму. По просьбе Чуи он ехал аккуратней, хотя понимал, что в этом на самом деле нет надобности. Чуя же вспомнила прошедшие дни. Осаму на следующее утро после пробуждения девушки показал ей видео, слитое кем-то в сеть, где Чуя использовала «порчу», и именно так истинная причина попадания Чую в больницу стала известна родителям. С последними после произошедшего девушка разговаривала всего один раз. Они перекинулись с дочерью парой слов, но избегали темы её способностей, да и пришли только вечером. Чуя понимала, что они на самом деле всегда старались уделять ей больше внимания, но это невозможно, когда Накахара вечерами скрывалась ото всех в своей комнате. Но тем не менее, её это задевало, так как в результате девушка недополучила чего-то действительно нужного.       Совсем другая история с Дазаем. Он приходил к Чуе по два раза за день и каждый раз приносил фрукты или йогурты, и иногда книги, с которыми возникало больше всего проблем. Книжные предпочтения напарников не имели совершенно никакого сходства хотя бы потому, что Чую не интересовали книги о самоубийстве, и Осаму приходилось узнавать у девушки, которая, как оказалось, стесняется принимать подарки, какие ей нравятся книги. В итоге, Дазаю удавалось предоставить Чуе чтиво, с которым она расправлялась за день.       О Чуе раньше никто так не заботился.       Накахара слезла с байка, достала из школьного рюкзака ключи, открыла входную дверь и провела Осаму в гостиную, где обычно её семья проводит вечера. И родители, и Кичиро — все были здесь. Чуя вздрогнула — она не считает этих людей своей семьёй, не может рассказать им правду.       — Меня зовут Дазай Осаму, — сказал мафиози, осматривая всех троих, и задержался взглядом на Кичиро. — я состою в Портовой Мафии и являюсь напарником Чуи. Она по своей инициативе присоединилась к нам, потому что здесь, с вами, в своей школе просто не находила себе места.       Родители Чуи напряглись и, очевидно, не готовы были разрешить ей уйти в мафию, но решили послушать, что же дальше скажет вломившийся в их гостиную сумасшедший       — Дазай, не надо. — Накахара умоляюще посмотрела в медовые глаза, в которых в тот момент отражалась холодная решимость.       — Если ты хочешь остаться здесь, я могу сразу пойти к Мори-сану и сказать, что ты больше не с нами. — сказал Осаму. Чуя заставила себя придержать язык, хотя такое его безразлично-расчётливое отношение ко всему настораживало и не поддавалось пониманию. — Проблемы Чуи начались из-за него — Осаму указал на Кичиро. — подробностей я не знаю, зато их знает Чуя.       — После того дня, — Чуя вынуждена была рассказать правду, так как на неё были устремлены взгляды всех присутствующих, которые не давали шанса на отступление. — (мне тогда было одиннадцать), когда мы с Кичиро подрались и оставили друг другу шрамы на лице, он пытался мне мстить каждый день. Поначалу меня забавляла эта вражда, но вскоре это стало невыносимо, и я на вечер закрывалась в комнате, чтобы с ним не пересекаться, а вам сказать и не додумалась.       Кичиро вскочил с места и кинулся на Чую, но прежде чем Накахара успела что-то предпринять, Дазай скрутил ему руки за спину.       — Вот видите! Именно поэтому Чуя хочет уйти. — увидев, что взгляды родителей обращены на Чую, Осаму добавил так, чтобы слышал только Кичиро. — Ещё раз тронешь её, я тебе шею сверну, уж поверь мне.       — Можешь уходить. — тихо сказала мать Чуи. — Я всё понимаю.       Накахара поднялась в комнату и быстро собрала вещи, которые при старании влезли в чемодан, который лежал без надобности у Чуи под кроватью.       Родители вышли проводить Чую, а вот Кичиро после угроз Дазая никто не видел. Они напутствовали Дазая заботиться о девушке, следить, чтобы та не пила, не курила, по ночам не гуляла и на учёбу всё-таки не забивала. Осаму лишь кивал, а Чуя мысленно уже представляла, как умело мафиози сдерживается, учитывая, что большую часть из перечисленного Чуя и Дазай вытворяли на пару.       Вот Дазай вызвал такси, потому что чемодан увезти на байке не получится. Чуя окинула взглядом зашторенные окна, сакуру, занесённую снегом, под которой они с Дазаем с последнее время встречались, чтобы вместе пойти на учёбу, дорожку, ведущую к входной двери и большое окно на втором этаже, и в тот момент Накахаре пришла в голову мысль, что она сюда ещё вернётся. Но тут Осаму отвлёк её от странных мыслей, открывая перед Чуей дверь машины.

***

      На следующий день напарникам снова светило идти в школу, только теперь для подстраховки с ними пойдёт ещё и Рюноске, только, чтобы не вызывать подозрений, она пойдёт в соответствующий её возрасту класс. Акутагаве Дазай приказал всегда держаться с ними на случай повторного нападения Гильдии.       На первой же перемене по школе разговоры были только о Чуе, Дазае и Рюноске, и если первые двое вообще не обращали на то внимания, то третья буквально мечтала надеть свой плащ и выпустить Расёмон, чтобы заставить всех сплетников испугаться как следует. Так её раздражало всё происходящее. Рюноске подняла подбородок и пошла медленнее, всеми силами изображая безразличие и спокойствие, вот только она увлеклась и вскоре потеряла Дазая и Чую из виду.       Вдруг её кто-то схватил крепко за запястье и вытащил из толпы. А он однако сильный, и Расёмоном тут не воспользуешься.       — Ты подруга Чуи? — тот, кто вытащил Акутагаву из толпы, оказался парнем того же возраста, что её наставник, с чёрными кудрявыми волосами и холодными изумрудными глазами, два метра ростом и стройный. Он умышленно не носит пиджак, являющийся обязательным компонентом школьной формы. На плече рубашку украшает повязка студсовета. Вроде бы, его зовут Шу, и он довольно популярен среди девушек.       — Меня вообще-то Рюноске зовут. — буркнула девушка и, пока парень ослабил хватку, освободила своё запястье.       — Ты так и не ответила, Рюноске. — это уже раздражает. Помимо того, что Дазай снова выскажет Акутагаве, что она совершенно бесполезна на заданиях и не может выполнить даже простейшего приказа, она ещё и нисколько не заинтересована в этом разговоре. И зачем всем нужна эта Накахара? Противно даже.       — Да. — соврала Акутагава.       — А ты не знаешь, есть ли что-то между ней и Дазаем? — спросил он. Акутагава замерла. Конечно же, есть. Это очевидно.       — Нет, — невозмутимо ответила Рюноске. Она добьется любви Дазая любыми способами, даже обманом. Ей надоело слышать только упреки от единственного человека, к которому она неравнодушна. Акутагава закусила губу — она должна их рассорить, и только так она получит Дазая. — Они дружат с детства.       — Отлично. Можешь заставить Дазая отойти от Чуи хотя бы на пять минут, чтобы я смог предложить ей встречаться, пока это не сделает её дружок? А сама ты в это время сможешь поговорить с Осаму. — предложил он.       — Я смогу это устроить прямо сейчас. — Акутагаве понравился такой план действий. Ведь если Чуя начнёт встречаться с Шу, она порвёт с Дазаем?       Рюноске нашла Дазая и Чую, и когда они собирались выйти из класса, чтобы посмотреть расписание, Акутагава появилась перед Дазаем, и попросила его показать, где в этой школе спортивный зал. Осаму согласился с неохотой, и всю дорогу ругал Рюноске за то, что она, не предупредив, затерялась в толпе, но её задача была выполнена, и Чуя осталась одна.       Тем временем Накахара посмотрела расписание и решила вернуться в класс. После того, как Чуя воспользовалась своей способностью в полную силу, ученики стали ещё сильнее её сторониться, поэтому девушка потеряла всякое желание бродить по коридорам на переменах.       Откуда ни возьмись появляется Шу, и через секунду Чую уже прижали к стене.       — Не хочешь погулять со мной, милашка? — он нагло улыбнулся, отчего Накахара скривилась.       — Прекрати. — угрожающе проговорила Чуя.       — У тебя нет выбора. — ухмыльнулся Шу. Ему раньше никто не отказывал, вот он и расслабился. Но Чуя это исправит.       Накахара, поняв, что выбора действительно нет, сжала кулак и с размаху ударила наглеца по лицу. Тот, зажав нос, из которого тут же пошла кровь, согнулся чуть ли не пополам, а Чуя, не теряя ни секунды, забежала в класс.       Вскоре вернулся и Дазай. Он заметил, что у Чуи красные костяшки пальцев, и спросил, с кем она уже успела за время его отсутствия подраться, но Накахара сказала, что это не важно. Она разобралась с Шу сама, да и если узнает Дазай, грубиян разбитым носом не отделается.       Домой мафиози шли втроём, Дазай и Чуя о что-то активно обсуждали, а Рюноске была, как обычно, в стороне. План, естественно, не сработал. Да и какой дурой должна была быть Акутагава, чтобы поверить в то, что из этого могло что-то выйти? Рюноске закашлялась. В горле появилось отвратное ощущение. Хронический кашель зимой усиливается, а наставник этого даже не заметил — слишком занят Чуей. Естественно, Акутагава ревнует, внутри неё зарождается сильная ненависть к рыжей шляпнице, которая, почему-то, в отличие от Рюноске, нужна всем и сразу.       Вечером Дазай и Чуя решили устроить в честь переезда совместный ужин. Накахара позвала на него Рюноске. Брюнетка приняла приглашение, хотя на самом деле не хотела никого видеть. Чуя же не знала о том, что творится у Акутагавы в голове, и искренне хотела с подружиться с Рюноске.       Накахара, как оказалось, хорошо готовит, поэтому мясо, приготовленное в духовке, и два разных салата мафиози съели молча. Дазай лишь в начале трапезы напомнил Рюноске и Чуе о вечере, который организовал Мори в честь удачного окончания миссии. На него приглашены все эсперы и верхушка Мафии, и после него Чуя официально вступит в ряды Портовой Мафии без возможности уйти.       Рюноске же через десять минут удалилась в свою квартиру, сославшись на усталость.