Она моя сестра

- Предатель! – кричала Юка. – Как ты мог так с нами поступить? В Метеоре за такое ставят клеймо изгнанника! - Я не разбираюсь в том, что происходит в Метеоре, - терпение Каллуто было на пределе. – Почему ты обвиняешь меня? Я ведь пытаюсь помочь. - Ненавижу тебя! – Девочка схватила с земли камешек и, бросив его в Золдика, убежала. - Черт! – выругался он в пустоту. «Почему ей так сложно понять?» Каллуто смотрел ей в след, пока она не скрылась за деревьями. Они выбрались из города и не менее трех часов уходили все глубже в лес, старательно путая следы. Каллуто надеялся, что у них есть пара часов передышки, чтобы обсудить и решить, как действовать дальше. Но стоило мальчику рассказать Юке всю правду, и о дружбе можно было забыть. Теперь он только предатель, работающий на Хисоку. Каллуто впервые решил поступить так, как ему хотелось, но все шло неправильно. И мальчик уже всерьез подумывал бросить эту идею, поймать Юку и заставить ее силой и угрозами подчиняться. «Если я сейчас приведу ее к Иллуми, возможно мое наказание будет не столь сурово». Каллуто шел неспешно, оттягивая тот момент, когда он найдет девочку. Ее след просматривался с трудом: она двигалась легко и аккуратно, проходила сквозь заросли, не сломав ни одной ветки, а трава и сухие листья казались не тронутыми, и лишь натренированный глаз убийцы выхватывал мелкие погрешности, случайно оставленные Юкой. Порой Золдик забывал, с кем имел дело, и лишь такие моменты напоминали, что забавная и простодушная девочка все же сестра Куроро Люцифера, и какой бы слабой она не казалась, Юка все равно была сильнее большинства людей, которых Каллуто пришлось убить в своей жизни. Уже несколько минут мальчик шел вслепую, последний след он заметил перед оврагом, там же нашел лоскуток черной ткани, зацепившийся за ветку кустарника на противоположном склоне. Столь заметный знак Юка оставила специально. Каллуто не стал даже пытаться предугадать ход ее мыслей, он тщательно осмотрел дно оврага, застеленное колючим кустарником и, не заметив ни одного намека, что здесь кто-то был, решил не перебираться на другую сторону. Выбор, казавшийся тогда логичным, теперь не внушал такого доверия. После оврага он не нашел ни единой зацепки, девочка словно провалилась сквозь землю. «О чем я только думал?» ругал он себя. «Как в мою голову вообще пришла мысль предать семью? И ради чего? Чтобы спасти Юку? Нет, ее уже невозможно спасти. Да и зачем? Она лишь пешка, разменная монета. Без Паука ей все равно не выжить, тогда к чему все усилия?» Каллуто продолжал идти вперед, отказываясь верить, что Юка смогла его одурачить. Времени оставалось все меньше, а он лишь сильнее запутывался в своих эмоциях и желаниях. Стараясь мыслями отдалиться от Юки, он вспоминал дом: строгую, но любимую матушку, простые и понятные устои, заказы на убийство. Но будто против его воли в памяти вновь всплывал один и тот же момент - Киллуа навсегда покидающий дом. В тот раз он сбежал от матушки, чтобы убедить брата остаться. Каллуто притаился в тени и скрыл свое присутствие, он собирался покромсать всех друзей Киллуа на кусочки, показать брату, как они слабы и ничтожны, но увидев улыбку Киллуа, он не смог сдвинуться с места. Каллуто уже много лет не видел, чтобы его брат так улыбался, но в шок его повергла причина этой радости. Он не мог понять, почему Киллуа предпочел их, слабых и бесполезных людей, почему с ними ему было лучше. Мальчик заметил четкий отпечаток ноги на земле и остановился. Снова уловка? Или Юка чувствует, как он догоняет ее, и совершает ошибки? Он ощутил движение за спиной и облегченно выдохнул - теперь все закончится. Юка вернулась сама, и у него больше нет времени на раздумья. Каллуто уже все решил, но продолжал стоять спиной к девочке, ему было интересно, как она поступит: нападет со спины или попросит прощения, а может, предложит какой-то план? Но когда до его слуха донесся громкий, испуганный голос Юки, он вздрогнул. - Каллуто, беги! – кричала она. Он обернулся, отбил веером летящую в него иглу и застыл в оцепенении. - Почему ты так напуган? – спросил Иллуми. Левой рукой он зажимал Юке рот, в правой держал еще одну иглу. – Думаешь, я собираюсь убить тебя? - Нет, - сказал мальчик. - Тогда в чем дело? - Я совершил ошибку. – Его горло пересохло, и голос звучал сухо и тихо. - Верно, - отозвался Иллуми. Он спрятал иглу, достал из кармана телефон Каллуто и бросил его под ноги мальчику. – Объясни, почему ты оставил его в отеле, и мне пришлось тратить время на твои поиски? - Я ошибся, - только и смог произнести Каллуто. - Ладно, объяснишь все матери, - сказал Иллуми, устав ждать нормальный ответ. – Идем. - Но что будет с ней? – Мальчик удивился, услышав собственный голос, и запоздало прикрыл веером рот, словно это могло что-то изменить. - Почему ты спрашиваешь? - Пауки оставили ее. Они не согласятся на условия Хисоки. - Они оставили ее? – задумчиво повторил Иллуми. – А ты? Неужели хочешь ее спасти? Каллуто бросил быстрый взгляд на Юку и сразу отвел глаза. Ее лицо побледнело от страха, и казалось, что она в любой момент потеряет сознание. - Или ты хочешь понять, почему Киллуа ушел из дома? – продолжал задавать вопросы Иллуми. - Кажется, я уже понял, - сказал мальчик. – Только не знаю, как выразить это словами. Иллуми молчал. Каллуто, с детства привыкший к сдержанности брата, сейчас не находил себе места под его испытующим взглядом. Пауза длилась всего пару секунд, но задержись она хоть на мгновение дольше, и мальчик бросился бы бежать, забыв обо всех обещаниях и желаниях. А ведь Иллуми даже не использовал нэн. - Глупости, - произнес старший из братьев и вонзил пальцы в плечо Юки. Девочка сдавленно взвыла и задергалась в крепкой хватке парня. – Говоришь, что хочешь спасти ее, но не в состоянии сделать и шагу, чтобы помочь ей. – Иллуми сильнее надавил на рану, и Юка закричала громче. - Не создавай мне проблем и делай то, что тебе говорят. Парень отвел руку назад, между окровавленных пальцев была зажата одна из его игл. - Я дам тебе последний шанс, исправить ошибку. – Он отпустил девочку, и она упала на землю. – Следующий месяц никто не должен ее найти, прячь ее где хочешь, но, если снова облажаешься, я лично займусь твоей подготовкой. Тебе все понятно? Каллуто кивнул. Он неотрывно следил за Юкой, которая, сдерживая всхлипы, баюкала раненное плечо, и не решался подойти к ней ближе. Она не позволит, ведь все еще не простила. - Телефон уничтожь, - приказал Иллуми перед уходом. - Подожди, - позвал его Каллуто. – У меня просьба… - Он на мгновение запнулся, но увидев, что брат его слушает, продолжил увереннее. – Сможешь найти один кулон? Иллуми не ответил и лишь бросил напоследок: – Не облажайся. Когда он ушел, Каллуто поспешил к Юке. Ее рана была не глубокой и аккуратной, девочка больше перепугалась, чем страдала от боли. Она все еще была бледной и с жадностью цеплялась за поврежденное плечо и этим мешала мальчику перевязать рану. - Твой брат ужасен, - пожаловалась Юка. - Твой не лучше, - парировал Каллуто. – Почему он не пришел за тобой? - Он и не придет, - с грустью ответила девочка. – Так что тебе все равно придется меня убить. -Хватит болтать ерунду. – Мальчик плотно стянул повязку на плече, и Юка заскулила. –Я этого делать не стану. - Но он ведь сказал… - Ему тоже не выгодна твоя смерть. Понятия не имею, что задумал мой брат, но будь иначе, он бы нас не отпустил. – Каллуто заметил в траве окровавленную иглу. – Не знал, что он использует их для слежки. - Значит, он все придумал еще тогда, в Йоркшине, когда ранил меня? – удивилась Юка. - Нет, скорее всего, только подстраховался. – Каллуто закончил перевязку, сел напротив Юки и серьезно посмотрел на девочку. – Послушай, изначально для меня это было не более чем работа, но сейчас все по-другому. Когда я думаю, что мне придется вернуться домой, меня парализует от ужаса. Я больше не хочу такой жизни, ведь теперь знаю, что она может быть иной. Ты показала мне это. С тобой я чувствую себя свободным, уверенным и нужным. – Последние слова Юка встретила с недоверием. – Не отрицай. К тому же, ты тоже нужна мне. Поэтому, если твой брат не согласится на бой, нам придется очень постараться и раствориться в этом огромном мире. Я сделаю все возможное, чтобы ты осталась жива. Даже если ты желаешь мне смерти. - Но я никогда не говорила, что хочу твоей смерти, - удивилась Юка. - А кто кричал про клеймо изгнанника? – припомнил Каллуто слова девочки. - Ну, это не совсем одно и то же. В некоторых случаях его даже можно рассматривать как комплимент – что-то вроде «неповиновения» или «свободы воли». – От неловкости Юка не знала, куда деть глаза. - В каких это случаях? Думаю, данный к их числу точно не относится. – Мальчика веселила ее растерянность, и он продолжал давить на совесть. - Ну, да. Прости, - виновато отозвалась Юка. – Но клеймо изгнанника все равно не так ужасно, как ты думаешь, оно и у Куроро есть. - Это шутка? - Нет! Разве ты не заметил крест у него на лбу? Клеймо специально ставят так, чтобы его все видели… - Девочка вспомнила последнюю встречу; брат тогда был на себя не похож и закрывал лоб повязкой. Она замолчала на полуслове и тоскливо потупила взгляд. - Из твоих объяснений я ничего не понял, - прервал ее хандру Каллуто. – Расскажи уже нормально про жизнь в Метеоре. - Хорошо, но взамен хочу узнать про Золдиков, - потребовала Юка и, получив положительный ответ, продолжила. – Жить там не просто. В одиночку выживают лишь единицы, остальные сбиваются в группы, выбирают главного и общими силами наращивают мощь клана. Сейчас главы кланов составляют Совет старейшин, они решают все важные вопросы, но это лишь видимость, на деле ведут пустую болтовню, позволяя Пауку разбираться со всеми проблемами. Но раньше было не так. Кланы вели войну: захватывали территории и ресурсы, истребляли врага. Каждый свой человек был на счету, если кто-то пытался бежать, его возвращали. - Все, что вышло из Метеора, должно оставаться там, - вспомнил мальчик слова Юки. - Верно. Этот закон действует и по сей день, как и то, что своих убивать нельзя. – Юка отвлеченно теребила повязку, делая ее свободнее, но заметив недовольный взгляд Каллуто, прекратила свое занятие. – Отец Куроро был главой небольшого клана, он выбрал моего брата среди десятка младенцев и назначил своим преемником. Он воспитывал ребенка со всей строгостью и жестокостью, закаляя его характер. Куроро не мог за себя постоять, но мириться с ситуацией не желал. Впервые он сбежал в пять лет, к вечеру его уже вернули, но вскоре он вновь повторил попытку. Уже тогда ему претила мысль жить по чужой воле. Брат сбегал при первой возможности, а когда это не удавалось, Куроро хулиганил, ломал вещи и ввязывался в драки. Его били, оставляли без еды, они считали, что так заставят его подчиняться. Однажды брат узнал о женщине. Она жила одна, не служа никому, и все главы кланов выказывали ей уважение. Куроро разыскал ее дом и просил сделать его сильным, но она закрыла перед ним дверь, потому что он сын своего отца. - Ты знаешь эту женщину? – спросил Каллуто. - Да, ее зовут Шанни, - с улыбкой ответила девочка. – Она уже не так сильна, как раньше, но все так же строга и сварлива. Она спасла меня в детстве и растила все эти годы. Но в то время Шанни связывала Метеор с остальным миром. С помощью нэн она помогала беглецам выбраться со свалки или переправляла наемников мафии. К ней обращались на свой страх и риск, ведь неугодные пропадали бесследно. Шанни всегда поступала как ей вздумается, вот только приютить мальчишку из клана все же побоялась. А он настырно продолжал приходить к ее дому и часами ждал у двери. Когда Куроро исполнилось восемь, он сбежал в последний раз, но перед этим поджег все склады клана. Им мало что удалось спасти. Брата искали неделю и вернули только для того, чтобы изгнать вновь. Его заклеймили предателем, и никто не заступился за ребенка, они думали лишь об утраченных ресурсах. Любой, кто носит клеймо, может попроситься в другой клан, но обычно таким людям отказывают. Он навредил своим товарищам, значит и нам принесет беду, – так они думают. Поэтому изгнанным остается лишь уйти на окраину, где жизнь в разы сложнее. Надо ли говорить, что многие не выживают там и месяца? - А твой брат? - Его взяла к себе Шанни. Как он и просил, она сделала его сильным. А остальное Куроро добыл себе сам. - Он всю жизнь следует по выбранному им пути, это и в самом деле достойно уважения, - сказал Каллуто. - Значит, я прощена? – неуверенно спросила Юка. - С чего бы? – удивился мальчик. – Ведь ты вложила в слова иной смысл. Девочка в растерянности смотрела на друга, думая, как донести до него свое раскаяние. - Я шучу, - произнес он, когда вид у Юки стал совсем плачевным. – Тебе не за что извиняться. Ты сказала то, что чувствовала, к тому же, я знаю, что заслужил подобное отношение. Тебе уже лучше? – Девочка кивнула. Он тоже заметил, как к ней возвращается беспечность, словно она уже забыла о встрече с Иллуми. – Хорошо, тогда нам лучше убраться из этого леса. - Ты обещал рассказать про Золдиков, - напомнила Юка. - Обязательно, но не подумай, будто я жалуюсь на свою жизнь.