Однажды в старшей школе...

Я к вам пишу - чего же боле? Что я могу ещё сказать? Теперь я знаю в вашей воли Меня презреньем наказать... А.С. Пушкин

      Акияма умылся леденящей водой, смывая пот и пыль с лица. Парень тяжело дышал, а вся его одежда насквозь промокла и источала такие ароматы, о которых стоит умолчать. Да, его тренер любил устроить им девятый круг ада — круговую тренировку: выполняешь каждое из упражнений в течение минуты на максимальной скорости, сделав круг, отдыхаешь, - повторить. И так час или более. Полезно для выносливости. И значительно сокращает время тренировки.       На посёлок уже опустилась тень, несущая с собой прохладу ночи. Небо засияло миллионом звёзд - лишь редкие из фонарей работали, и их свет не перебивал красоту небосвода. Митсуо услышал уже знакомый звук «Дерби». Он улыбнулся, как улыбается истосковавшийся любовник.       С того поцелую уже прошло несколько недель - отношения ребят медленно развивались, хотя и не сказать, что они встречались. Сидели вместе на некоторых уроках, целовались на переменах в школьных туалетах, но не слишком часто, зато уроков Акияма стал прогуливать куда больше, хоть и на успееваемости это не отражалось, у учителей нередко возникали вопросы: почему если нет одного, то отсутствует и второй?       Выйдя за школьный двор, а спортивный зал находился в нём, юноша завидел источник звука. — Ты что здесь делаешь?- бросил он своему однокласснику.       Но тот не ответил. Более того даже шлем не снял, просто стоял и вроде бы смотрел на парня. — Отвезёшь меня домой? Или ты оглох?- Акияма говорил уже громче, и кто бы знал: Ёсимуро действительно его не слышал, а это вполне вероятно, зная его любовь к езде в наушниках, да и в шлем звук проходит с трудом, или просто не желал отвечать.- Ну и чёрт с тобой,- выдохнул парень и сел сзади, обняв Митсуо со спины.       Мотоцикл завёлся и с шумом понёсся по тихим улочкам, разрывая спокойствие сумерек. Остановившись у высокого зелёного забора, за которым и жил Акияма, Ёсимуро так же не стал снимать шлем и, дождавшись пока парень слезет на твёрдую землю, умчался вдаль, не сказав ни слова. — Что только у него в голове,- сплюнул Митсуо, смотря в след.       К счастью или к сожалению, он был слишком уставшим, чтобы злиться, и просто зашёл домой. Его мать - средних лет женщина с крашеными в шоколад волосами купала младшего брата - тому было несколько месяцев от роду. А её сожитель, у Акиямы язык не поворачивался назвать его отчимом и уж тем более отцом, играл в видеоигры, громко крича и нервничая.       Митсуо покачал головой и в неприязни скривил губы. Отношения с матерью, честно говоря, складывались не очень - нечто вроде договорённость: она его не трогает, а он не доставляет ей хлопот. Но чтобы парень не говорил, а ему жутко не хватало заботы, интереса к его жизни, где-то поддержки, словом, тех простых вещей, в которых нуждается любой ребёнок.       Когда он вернулся с Первенства мира из другой страны, привезя второе место, единственное, что спросила его мать — сколько денег тому заплатили. Родители прочих детей прыгают от счастья из-за третьего места на местных соревнований, а Акияма достигал гораздо большего, однако, всегда был для мамы не достаточно хорош. Наверное, эта небольшая сценка отлично описывает отношения в этой семье. Обида и злость день за днём разрастались, делая парня ожесточённее. — Что у нас на ужин?- спросил мальчик, кидая портфель в угол комнаты. — Там на плите,- скупо ответила ему мать, не отрываясь от своего занятия. Она выглядела измождённой.       Да, он ненавидел её с одной стороны, а с другой жалел. Она выбрала не того мужчину. Тэкуми приносил лишь крохи зарплаты домой, не помогал по хозяйству, ему было наплевать на сына, как и на двух своих дочерей от прошлого брака. Юноша никак не мог понять, что же она нашла в этом неприметном во всех смыслах человеке. Даже внешностью он был плох: торчащие уши, огромный живот, узкие плечи, полные, толстые губы, вечно сальные и что-то жующие. Но договорённость - есть договорённость. Мать и сын не лезли в жизни друг друга.       Акияма поел и достал из-под кровати свой дневник. Прикинул, что где-то в портфеле должна быть ручка. Он вывел в начале страницу надпись - Ёсимуро Митсуо 16 лет, и подчеркнул её толстой линией, а снизу записал: «Взрыв мозга, а с ним эмоций и чувств. Интересно, необычно, но ужасно трудно». Юноша улыбнулся, но на глазах выступили слёзы: «Блять». Митсуо закусил губу. Коктейль чувств, эмоций и гормонов сотрясал его жизнь до основания. Он больше не мог себя вести отчуждённо, как раньше, не мог контролировать каждое своё слово и поступок, часто нервничал, и это всё приводило его в ужас. Да, его серые будни заметно приобрели краски, но какой ценой? Его драгоценное равновесие рушилось с каждой новой встречей с Ёсимуро Митсуо. Вдребезги. И все те книги, что он читал, с их практиками - не помогали. Он чувствовал, что влюбляется и ничего не мог с этим поделать.       Дни становились короче и холоднее, часто шёл дождь и ветер срывал с деревьев листву - близилась зима. Но эта неделя выдалась тёплой, на удивление. Бабье лето, как говорят в России. После вечерней тренировки парень забежал домой и, кинув форму, пошёл к отцу. Отчиму, если быть точнее. Второму маминому мужу.       Забавно, что с матерью Акияма не ладил, но со своим отчимом - у него были прекрасные отношения. А родного отца он видел лишь дважды в своей сознательной жизни, и в оба раза ничего к нему не почувствовал. Чужой мужчина со своими тараканами в голове, и говорить здесь больше не о чем.       Кента Масаро был среднего роста мужчина чуть большим сорока, но на виски его уже покрылись серебром. Он служил в армии сколько себя помнил, уж посчитай больше двадцати лет, и это прослеживалось в его повседневной жизни. Он любил порядок во всём и всегда, был пунктуален и ответственен, не откладывал на завтра и этому учил своего сына. Митсуо со среднем успехом справлялся с уроками отца. Кента воспитывал парня с четырёх лет, как они с матерью только приехали в посёлок. И мальчик считал его своим отцом, пусть не родным по крови, но вложившим в него часть себя.       На сегодня у них был запланирован поход к крёстному. Акайо Орудзияма кардинально отличался от Масаро, но они были хорошими друзьями с самого детства. Акайо любил всё, что связано в технологиями и прогрессом в целом, физика, химия, история представались ему интереснейшими науками. Этот человек воплощал в себе безумного философа с замашками Эйнштейна. С ним всегда было интересно поговорить, он мог поддержать практически любой разговор и никогда, что самое приятное, не навязывал своё мнение, даже если был крайне не согласен с оппонентом.       Акияма вошёл в невысокую зелёную калитку, оказавшись во дворе.  — Пап! Где ты есть?- крикнул парень, оглядевшись по сторонам. — Я в доме, сейчас надену футболку и пойдём,- послышалось в ответ из глубины постройки. — Окей, окей,- пробормотал себе под нос мальчик, гладя чёрного подратого кота огромных размеров. — Ну что идём?- торопливо спросил отец. — Да, да, пойдём. Прекрати так суетиться,- парень поправил завернувшийся ворот чёрной майки, одетой на Масаро.       Отец с сыном вышли на главную улицу, а после свернули в закоулки и поплутали по гравию, мелкие камешки застревали в изношенной подошве и неприятно кололи стопы Митсуо. Благо крёстный жил в десяти минутах ходьбы, если не меньше. — Был на тренировки? — Да, тренер сегодня был занят, так что мне пришлось её вести,- Акияма поглядел в сторону, отмечая, что забор слишком мал для собаки, что за ним сидела. — И как? — Нормально, не мучил их особо. Твои как дела на работе? — А,- отец закурил сигарету,- не спрашивай. Нового командира поставили, только отучился, а уже строит из себя.       Парень улыбнулся, зная, что хоть отец и недоволен, его, по факту, такие перемены не затрагивают. Он делал своё дело в независимости от обстоятельств.       Сигарета не догорела и до середины, как они подошли к нужному дому. Возле дверей сидели три холёных кота. Кошки - ещё одна слабость Акайо. Отец постучал в окно кухни, из которого на улицу лился жёлтый свет. За дверью послышался топот, ключ провернулся в замке дважды, и дверь распахнулась. За ней стоял мужчина в широких шортах и без майки. Чёрную густые волосы стояли торчком, а очки немного съехали с носа. — Опять играл?!- громче обычного спросил отец. — Ну да!- мужчины поздоровались.- Проходите, не стойте на пороге. Акияма, иди сюда! — крёстный крепко обнял юношу.- Пить будешь? — Не знаю,- лукаво ответил Митсуо,- а что есть? — Для тебя - всё, что хочешь,- Орудзияма улыбнулся, хлопнув парня по плечу.- Вермут, вино, шампанское? Может самогон или настойку? — О, давай вино,- Акияма не сильно любил спиртное после одного случая несколько лет назад и мог пить относительно слабые напитки. — Красное? Белое? Розовое? — Ааааа,- парень несколько растерялся, и после небольшой паузы добавил,- красное. — Сладкое? Полусладкое? Сухое?- крёстный продолжал улыбаться, отмечая замешательство мальчика. — Сладкое. — Хорошо, сейчас будет.       Акайо ушёл в глубь дома и вскоре вернулся с тёмной бутылкой из толстого стекла и ещё одну, на сей раз прозрачную, достал из морозильника. — Это тебе,- перед Акиямой на стол поставили красивый вытянутый бокал,- а это нам,- тут же на столешницу, усыпанную семечками, порохом, мелочью и крошками, опустились две рюмки и покрывшаяся инеем бутылка.       Мужчина вытер со стола, достал какую-то закуску, и они выпили по первой рюмке. Компания вела беседы о том да о сём, об оружии, охоте, немного поговорили про работу, затронули пару отвлеченных тем и такими темпами приговорили первую литрушку.       Что ещё всегда удивляла Митсуо, так это то, что сколько бы не выпил его крёстный, он не пьянел. Точнее ни как не менялся, разве что речь становилась медленнее. Напротив же его отец плохо справлялся с алкоголем, и это было заметно. Он говорил громче, похабнее, плохо стоял на ногах. — Эй, Акияма, у тебя девушка то есть? - Кента сильнее нужного толкнул парня в плечо. — Ну,- мальчик вспомнил про Ёсимуро,- не совсем девушка… — А? Как её зовут?- не унимался мужчина. — Я… у меня… у меня есть п…что если я встречаюсь,- что-то удерживало парня от признания, и нужные слова ни как не шли в голову. — Хорошо, что ты не пидр,- вдруг вставил отец.- По телевиденью только их и показывают, смотреть противно,- Масаро опрокинул ещё рюмку и даже не стал закусывать, лишь поморщился.- Перестрелял бы этих ублюдков. Так как зовут твою девушку? Вы уже трахались?       Парень закусил губу. Отец был слишком пьян, и на утро скорее всего даже не вспомнит этого разговора. Однако менее мерзкими и противными его слова от этого не становились. Акияма вскочил из-за стола. — Я пойду, мне завтра рано вставать в школу, - напоследок кинул юношу, чуть не выбегая из дома.       Время близилось к полночи. Большая полная луна, похожая на женский лик, хорошо освещала дорогу. Митсуо запрокинул голову. — О чём ты только думаешь… - мальчик сильнее сжал челюсть и прикрыл рот рукой, ком подступал к горлу.       Реальность такова, что ты не можешь любить без ограничений. То, что происходило между Акиямой и Ёсимурой было неправильно, и надеяться, что мир примет их чувства - не стоило. — Ну чёрт с ним, - губы расплылись в ухмылке, парень стёр ладонью выступившие слёзы.       Он тяжело выдохнул и направился в сторону дома. Идти было не так уж и далеко - чуть больше двух кварталов, и юноша решил пройтись по тихой улочке, не освещённой не единым фонарём. Погода позволяла: лёгкий ветерок забавлялся в кронах деревьев, и кое-где ещё даже слышалось пение сверчков.       В такой час на улицах практически невозможно встретить кого-либо, только какого-нибудь подвыпившего одиночку, возвращающегося домой. Но Акияма сегодня был крайне удачлив, и впереди показалась компания молодых ребят. Они что-то шумно обсуждали, сыпля выражениями и жестикулируя.       Митсуо принадлежал к тем, кто записывал на свой адрес смех случайных прохожих. Да, он понимал, что это маловероятно, но в одиночку проходить мимо нескольких человек не любил. Сейчас однако же они стояли на него пути, и обойти их значило вернуться и сделать круг, хоть и небольшой, но всё же круг. — Это не так уж и страшно, верно, - подумал парень, зевая.       Ребята стояли, облокотившись на машину, чуть поодаль от света фонаря, освещающего вход в школьный двор. Их было трое и может быть ещё несколько в салоне.       Акияма быстрым шагом миновал компанию и хотел было уже расслабиться, как сзади послышался подвыпивший голос: — Эй, что с твоими волосами? - пробулькал среднего роста парень. — А что с ними? - Митсуо обернулся и поморщился от вида своего нового друга. Тот был некрасив от слова совсем. Светло-русые волосы неопрятно подстриженные торчали во все стороны. Узкие щелки глаз с тупой злобой устремились на Акияму. Острый прямой нос и высокие скулы делали лицо через-чур угловатым, грубым. — Ты пидарас что-ли? - бросил парень, и то же мгновение Митсуо почувствовал жжение над левым глазом.       От следующего удара мальчик уклонился и контратаковал под ухо, но промахнулся и лишь вскользь прочесал по челюсти неприятеля. Однако тренировки не прошли даром: Акияма просунул кулак ровно под ребра местного Брюс-ли, заставив того согнуться от острой боли в печени - парень не упустил этого момента и поднял обидчика коленом в голову, от чего тот повалился на землю, жалобно поскуливая. — Бьёшь без предупреждения случайных прохожих, а пидарас здесь я? - с нескрываемой злобой проговорил юноша, стирая капли вязкой крови с брови.       Друзья неудавшегося дуэлянта кинулись к нему. Это могло плохо закончиться, если бы не вмешался парень постарше, видимо это был чей-то брат, а может и просто друг. — Посадите его в тачку,- крикнул мужчина, выходя из машины.- А ты,- он обратился к Митсуо,- иди своей дорогой.       Акияма недовольно хмыкнул, но спорить не стал. Хватит с него на сегодня. Лоб саднил, с него скатывались по щеке и падали с подбородка на воротник капли алой крови. Ещё предстояло объясниться с матерью и в школе. Юноша помотал головой, отгоняя эти мысли. Незачем печалиться раньше срока. В конце концов придумает какую-нибудь историю.       Так оно и вышло: на вопросы своей мамы мальчик сказал, что спросони оступился и ударился об угол дома, счесав об бетон лоб, а в школе учителям объяснил, якобы это случайно вышло на тренировки. И вроде всех всё устроило, хоть никто и не поверил. Никого на самом деле это не интересовало, но из вежливости спрашивал каждый.       Следующий день был особенным - в городе, что находился неподалёку должен состояться фестиваль с фейрверками, кучей народа и развлечениями. Ёсимура позвал парня с собой, и Акияма с нетерпением дожидался вечера. Но порой ожидание оказывается слаще самой встречи.