Глава 27. Ледяной этюд
20 февраля 2019 г., 20:28
Примечания:
Этюд шахматный — великолепно продуманная и реализованная комбинация в шахматах, когда возможен один единственный исход, в результате которого можно достичь желаемой цели.
— Как всегда, нетерпелива, — ничего не выражающим тоном сказала Серафалл, с возвышения смотря на наступление войск противника. Высший демон прорабатывала в голове десятки вариантов атаки и обороны, однако, как и ожидалось от младшей сестры, Сона действовала полностью игнорируя все стандартные демонические стратегии. Это был логичный ход, так как обе прекрасно понимали, что с такими преимуществами в численности и опыте старшая одержит верх, лишь нестандартный подход мог дать результат. Как вызываемая сторона, старшая сестра первой выбрала небольшую возвышенность на холме, Сона заняла заброшенный завод прямо напротив.
Серафалл выстроила свои войска из нескольких слоёв элитной пехоты большой дугой, создавая котёл, в котором собиралась «сварить» своего противника. Фаланга из длинных магических копий могла не только поражать на большом расстоянии, но и, благодаря высокой плотности, принимать многочисленные слабые и средние магические атаки. Эту тактику Серафалл позаимствовала у древних греков и улучшила: своеобразные квадраты из двадцати рядов с шестиметровыми пиками создавали непреодолимую линию для войск ближнего боя. Между каждым каре располагались специалисты, создающие магическую защиту от воздушных атак, и воины с большими щитами и короткими серповидными клинками. За копейщиками следовали отряды лучников и мушкетёров, которые плотным обстрелом поливали врага на земле и в воздухе. За линией пехоты располагалась артиллерия из баллист и пушек, их тыл дополнительно прикрывали лучшие подразделения во главе с самой Серафалл. На правом фланге ожидали экспериментальные моторизированные войска при поддержке лёгкой пехоты. Гусеничные машины придавали лёгким подразделениям бо́льшую живучесть, а дополнительное вооружение — атакующую силу.
Воздушные войска же образовывали обратную дугу, чтобы поддерживать центр и при этом иметь свежие отряды для помощи флангам. Тяжёлые дирижабли были готовы принять удар первыми. Наездники на вивернах и летающих змеях располагались по бокам, они уже хорошо себя зарекомендовали в молниеносных атаках и отступлениях, а также прикрытии пехоты с воздуха.
Принять удар или ударить первыми, окружить с флангов и раздавить тисками или окружить и ударить в тыл, применяя метод молота и наковальни, чтобы раздавить центр. Идеальная стратегия при превосходстве в численности всех родов войск.
Войска Соны направились в центр и левый фланг Серафалл, выстроившись неравномерным клином пехоты с резервом и артиллерией в тылу. Когда бы остриё клина соприкоснулось с центром фаланг, широкая сторона из лёгкой пехоты Фенексов только начала бы покрывать левый фланг, а узкая сторона из тяжёлой пехоты прикрывала бы от всего правого фланга. Резервные войска Соны состояли из различных наёмников, оставшихся гвардейцев и мобильных подразделений, а самые дальние — почти полностью из артиллерии и гладиаторов Астарот. Серафалл быстро ввела корректировки для своих офицеров и вновь посмотрела на противника.
Воздушные силы Соны были выстроены таким же неравномерным клином: остриё атаки из тяжёлых дирижаблей, в то время как почти все воздушные наездники были сосредоточены на левом фланге Серафалл.
Было совершенно очевидно, куда враг собирался бить.
Глава дома Ситри сделала несколько взмахов рукой. Правая моторизованная часть и лёгкая пехота в скором темпе начали наступление к заводу, где располагался штаб противника. Для ускорения Серафалл добавила им в поддержку все лёгкие воздушные войска с правого фланга. С той же стороны все фаланги начали продвижение вперёд, чтобы обеспечить прикрытие и одновременно начать окружение…
***
Огромный бронированный дирижабль в падении протаранил вражеский, и, упав вниз, они создали небольшое землетрясение, породив огромное облако пыли и неимоверный гул сминаемого металла и многочисленных взрывов. Впрочем, крики и стрельба, а также взрывы от падающих снарядов не прекращались ни на секунду. — Дружнее и быстрее! — проорал я, по пути к бункеру стукнув ближайшего офицера по шлему. — Траншеи сами себя не выроют! Не делайте их обтекаемыми, повороты почаще, чтобы взрывом не накрыло всю линию! Не то чтобы они этого не знали, всё же мы не были настолько идиотами, чтобы учить таким основам в момент реального сражения, и подготовили всех союзников заранее. Но под бесконечным обстрелом пушек и стрел любой может запаниковать и запутаться. Наш прошлый временный бункер накрыли, так что пришлось быстро менять дислокацию. — Наша задача — окопаться и сдерживать противника, не более, — продолжал командовать я, быстро корректируя линии защиты на общей карте. — Осколочными и пулемётами накрывайте пехоту только после артобстрела, бейте только в повреждённые участки фаланги, пока они не заполнятся. — Может, газовыми по ним? — предложил по связи Санджи, на фоновом шуме постоянно грохотала артиллерия. — Нет, слишком близко, могут и нас задеть, — возразила Ханакай, вытирая сажу и грязь с лица, из её левого уха текла кровь. Раздался свист, и на нас обрушились взрывающиеся стрелы и бомбардировка от пушек и оставшихся дирижаблей Серафалл. — Мы не выстоим! — Момо посмотрела на меня с надеждой: — Иссей? — Нам и не нужно, — на карте я указал рукой на правый корпус фаланги Серафалл и мобильные отряды. — Сейчас треть вражеских войск занята обходом, позволяя нам продавливать центр и левый фланг. — А когда они закончат обход, нам крышка, — без энтузиазма добавила она. — Мы не успеваем: Серафалл бросила тыловой резерв для поддержки центра. — Я знаю, — кивнул я, поморщившись. Рядом прогремел особо мощный взрыв, и посыпалась грязь с потолка нашего укреплённого бункера. Бункера с большой натяжкой: десять метров под землёй и пять Барьеров защитного типа от Ханакай. Будем надеяться, суккуб не перехвалила свои способности. — Тогда почему ты продолжаешь ждать? — Момо что-то быстро напечатала и отослала по планшету. — Мы не можем выкинуть все свои козыри раньше противника, — ответил я, давая команду одному из присутствующих офицеров: — Если они всё сделали у Астарот, пусть Санджи и Бернадотте уходят к нам…***
Когда две армии с грохотом столкнулись, сама земля на левом фланге Серафалл вздрогнула от силы удара. Два дома из столпов, меж которыми пролегала старая вражда, врезались на этом клочке земли со всей яростью и напором. Множеством боевых клиньев Фенексы вгрызлись в стену ледяных копий, словно хищные клыки голодного зверя в плоть жертвы. Граничащая с безумием свирепость воинов в кожаных доспехах обрушила безудержную волну пламени, сжигая врагов до обугленных костей и пронзая их тела. Огненные копья бросались беспрестанным потоком, создавая бреши, в которые немедля вторгалась лёгкая пехота. Подобно раскалённой магме, гвардия Фенекса просочилась сквозь плотные ряды фаланги, только для того чтобы столкнуться со второй стеной из лёгкой пехоты. Лучники Серафалл отбросили своё оружие и, выхватив мечи, хлынули отбрасывающей волной. Фаланга людей бы развалилась и обратилась в бегство — это была та правда, которая подтверждалась столетиями человеческих войн. Но это были не люди. Демоны-ветераны, элита, убивавшая могущественных высших демонов и ангелов, сокрушавшая самых опасных диких монстров, населяющих ад. Фаланги поразили множество противников в первом столкновении, пролив гораздо больше вражеской крови. И когда их стройные ряды были разрозненны, гвардейцы Серафалл дисциплинированно и спокойно перестроились в небольшие самостоятельные отряды. Сокрушающему натиску они ответили несокрушимой стойкостью и убийственной точностью. Их лица оставались невозмутимыми, а голоса чётко и уверенно продолжали раздавать приказы. Прозрачные, словно стекло, но прочные, словно алмазы, ледяные копья уменьшились в руках гвардейцев Серафалл и были брошены в едином залпе. А затем воины в серебристой тяжёлой броне выхватили мечи. Фенексы били в зазоры брони и подрезали сухожилия, они посылали столбы пламени и уклонялись, извиваясь словно змеи. Гвардейцы Серафалл рубили и кромсали врагов, словно мясники, отсекая головы и конечности, насылая морозные и режущие ветра. Они принимали атаки, словно крепостная твердыня, и когда один воин падал, на его место вставал другой, создавая сплошную непреодолимую защиту. — Игнорируйте штаб врага, — Серафалл спокойно проанализировала последние данные разведки. Пока её фаланги центрального и левого корпуса завязли в боях с противником, правый корпус ударил в центр Соны с фланга. Широкая линия обороны из окопов и наскоро сделанных дотов пока позволяла выстоять Иссею, однако медленно, но верно фаланги сжимали кольцо. Пехота Серафалл не торопилась, прощупывая наиболее слабые места противника. Вместо наступления, копейщики сосредоточились на защите, позволяя лучникам безнаказанно осыпать врага навесным дождём из стрел. Фенексы сконцентрировались на самом левом краю боевых действий. Левый корпус копейщиков Серафалл растянулся и раскололся во многих местах. Почти все воздушные войска старшей сестры с этой стороны были отброшены численным преимуществом противника. И в этот момент в наименее защищённую часть прорвались основные войска Соны. Левый фланг Серафалл был отрезан и окружён Фенексами. Занятые окружением Иссея, центральный и правый корпусы не могли прийти на помощь. — Это был бы прекрасный ход, если бы он не принёс тебе поражение, сестра, — тихо прошептала глава дома Ситри, смотря, как мобильные войска и воздушные силы надвигаются на артиллерию Астарот, чтобы вскоре сделать резкий манёвр. — Сконцентрируйте огонь лучников и артиллерии по прорыву в левом фланге…***
— Наши войска атакованы артиллерией Астарот! — Момо с силой ударила по столу. — Ублюдок Диадора продал нас! Офицеры Соны озабоченно переглянулись, Бернадотте философски пожал плечами и сплюнул, а затем подмигнул молчаливой вампирше. — Мы должны удержать центр и дать время нашему Королю на прорыв, — я изменил индикатор нашей артиллерии на вражеский и спокойно посмотрел на ситуацию. Мы в жопе. — Спереди и слева на нас наступают копейщики Серафалл, теперь мы под постоянным обстрелом не только врагов, но и пушек Астарот. — Останемся на месте — и нас просто раздавит мобильный отряд, как только завершит обход с тыла, — стараясь говорить спокойно, сказал демон-офицер. — Фаланги копейщиков были наковальней, а гусеничные танки и прочая техника — молот, что сокрушит нас одним ударом. — А если Сона не справится? — спросил один из магов Ассоциации, не поддаваясь панике. Мы все понимали, чем может закончиться сегодняшний день. — От нас тут уже ничего не зависит, но мы можем не дать окружить её, — я постучал пальцем по нашей позиции. — Пусть Фенексы, как и сообщали, закончат обход левого корпуса Серафалл, раздавят его и идут на помощь Соне. Я приказываю заминировать наши позиции и немедленно отступать. — Но тогда мы нарвёмся прямо на мобильные войска и нас просто снесут, — возразила Ханакай, часть офицеров и командующих наёмников переглянулись. — Исполнять! Мы прорвёмся через их танки или что за машины там у них, — я посмотрел на сомневающихся демонов и магов. — Санджи введёт вас в детали по ходу приготовлений. Демоны перестроили частоты и, поклонившись, начали быстро отдавать распоряжения. Я, вздохнув, вытащил револьвер и начал менять пули. — Сколько у нас времени? — спросил я. — Враг достигнет наших позиций менее чем через десять минут, — ответил Санджи, что-то подсчитывая, — приготовления почти завершены. Слишком много уже потратили до этого. — Хорошо. Как только техника Серафалл появится в зоне видимости, начинаем отвлекающий прорыв обратно к штабу. — Связь с Соной была полностью отрезана, — на лице Момо появилось беспокойство. — Поражение не объявили, — я вновь осмотрел всех вокруг, — значит, ничего ещё не закончено. Быстро выйдя из бункера по сигналу, поступившему от одного из офицеров передовой, я направился к тыловой линии обороны. Дирижабли, артиллерия и лучники постоянно обстреливали наши позиции. Непрекращающиеся взрывы и крики раздавались вокруг, дым и огонь застилали всё, даже алые небеса. Куски упавших дирижаблей превращались в новые оборонительные позиции или, наоборот, во временные прикрытия для наступления. Каждый клочок земли был пропитан смертью, горы трупов в тех местах, где две вражеские армии сталкивались по нескольку раз, разрастались вокруг. Несколько солдат рядом сглотнули, в их лицах легко читался страх. — Стоять, — я смотрел на приближающегося противника, — всем приготовиться к ближнему бою. — У них боевые машины и нас окружили, — заметила Ханакай, — я очень надеюсь, что ваш с Санджи план сработает. — Я тоже, — прошептал упомянутый чуть позади, пока ему забинтовывали голову. Вот так и выбывали офицеры: не в героической схватке с вражескими чемпионами, а от случайного снаряда или стрелы пролетающего наездника. — Нам поможет завод по обработке металлов для авиации, — я указал на вражескую технику, не прекращающую обстрел наших позиций. — Шлак, который мы выкопали и раскидали по пути сюда, будет действовать как абразив не слабее оксида алюминия. — Помню, нам та блондинистая учитель истории рассказывала, — кивнула суккуб, — байка со Второй Мировой. — Вообще-то у нас были лекции по корунду, металлам и минералам, — напомнил Санджи. — Я больше слушала про рубины и сапфиры, — вильнула взглядом она. Ну да, женщины. Тосака тоже любит драгоценные камни. — Приготовились, — дал команду я по связи, увидев, как полетела первая гусеница на железном монстре. Пехота, прячущаяся за техникой, сначала просто перераспределилась за другие машины, но через десяток секунд начали выпадать все остальные гусеницы. — В атаку! С криком, из траншей вырвались остатки нашей тяжёлой бронированной пехоты. Лёгкая пехота Серафалл, не растерявшись, начала обстрел, но расстояние было слишком маленьким, а артиллерия не могла помочь так, чтобы не задеть своих. Фаланги Серафалл ненадолго смешались. Так как в общем наступлении стало слишком тесно для наземного манёвра, часть копейщиков взлетела в небо, присоединяясь к сражению в воздухе. Тяжёлые бронированные гусеничные машины стали менее опасными, будучи обездвиженными. Словно тупой топор, врубившийся в свиную тушу, мы ворвались в ряды врага. Не очень изящно и эффективно, чтобы снести врага, но достаточно ошеломительно и быстро, чтобы не встретить сильного сопротивления. Сверху посыпался вражеский десант, а копейщики центрального и правого корпуса ускорились, чтобы не выпустить нас из окружения. Ровные строи вражеской фаланги начали ломаться, но под руководством опытных командиров быстро начали выравниваться, а затем… Яркая вспышка на долю секунды ослепила всех. А затем ещё одна с другой стороны поля боя. Словно сотни вулканов разорвались в центре сражения и на позициях Астарот, поражая огнём даже слишком низко опустившиеся дирижабли с десантом врага, а затем град из раскалённых метеоритов и оплавленных артиллерийских орудий посыпался на всех нас. Цепь взрывов разбросала дальние части лучников и стрелков Серафалл, почти полностью уничтожив два корпуса пехоты и гладиаторов Диадоры. Меня отбросило и сильно припечатало в обездвиженный демонический танк. Упав, я напоролся ногой на кусок раскорёженного металла и едва сдержался от вопля. Вокруг творился полный хаос, но сражения на земле и в воздухе не прекращались. Санджи и Бернадотте… немного перестарались. Но били наверняка. Мамочка учила меня никогда не доверять демонам — я с удовольствием показал средний палец предателю и выдернул чёртову корягу из бедра. — Ты убил наших же солдат! — разъярённо кричала по связи Ханакай под грохот взрывов и землетрясения. — Церковная сволочь! Ты живьём сжёг наших союзников! — Жаль, что ты выжила, — заползая под один из танков и скривившись от боли, прохрипел я, боль в груди отдавалась при каждом вдохе, и, хотя рана в бедре была не смертельной, я начал терять много крови. — Помогите Соне, путь открыт. — Не поняла... — растерялась на другом конце Момо. Да, не так я представлял себе своё героическое сражение с могущественным демоном, уж точно не ползая по грязи и крови, прячась и надеясь не провалиться в одну из огромных трещин, образовавшихся от взрывов и последовавшего землетрясения. — Меня ранило, — я быстро начал искать целебное зелье, пока по металлу барабанили падающие камни. — Мне послать помощь? — в голосе появилась доля неуверенности. — Пока вы доберётесь, потеряете много войск — моя позиция в центре бойни. Я быстро выкарабкался наружу, как только настало некоторое затишье — все были заняты восстановлением порядков и подсчётом потерь. Где-то вдалеке, подавляя шум битвы, протяжно скрипел ломаемый металл. — Пусть все, кто могут продолжать бой, идут на соединение с Фенексом, прикройте ему фланг, — я зашипел, выливая на рану лечебное зелье. Слава универсальному набору Слёз Фенекса! Нужно всё же попробовать выбраться. Земля ещё раз вздрогнула. Я повернулся и увидел огромный падающий дирижабль. Множество пробоин воздушного судна полыхали огнём, стрельба по нему не прекращалась ни на секунду. Я, проклиная всё на свете, вскочил на ноги и быстро захромал, уже почувствовав волну, прошедшую по земле. Корпус этой жестянки врезался в землю и начал быстро ползти в мою сторону. Ещё несколько стрел пролетели совсем рядом, ударив по бронированному корпусу машины. К счастью, вставший из-за полетевших гусениц мобильный моторизированный отряд теперь обеспечивал нам прикрытие от вражеского обстрела. Везде мелькали продолжающие сражаться силуэты, падал огненный дождь стрел, и выбивали искры мечи сошедшихся вокруг бойцов. С хлопками с неба начали приземляться гвардейцы Серафалл, часть прикрытия наших отступающих войск начала ответный обстрел по пока ещё разрозненным войскам. Я тоже сделал несколько выстрелов из револьвера по ближайшим противникам, однако ситуация начала быстро меняться. — Да вы блин издеваетесь? Врезавшись в землю, дирижабль вкопался носом, однако инерция сыграла плохую роль и теперь его хвостовая часть начала заваливаться прямо на меня. Я смотрел на полыхающий многотонный кусок металла, готовый меня раздавить, на летающих врагов, посылающих нам в спины стрелы и копья. Снаряд, разорвавшийся рядом, подкинул меня и соседний танк, который упал лишь в десятке метров. И лежа после очередного кувыркания, я понял, что мне крышка. — Ханакай, как дела? — переходя на бег, вышел на связь я, по возможности оценивая обстановку. — У нас тут рубилово с гладиаторами, не все ублюдки сдохли! — проорала суккуб, судя по крикам и возне находящаяся в самом эпицентре сражения. — Пошёл в задницу! — Может быть, в следующий раз, если ты не испортишь свою мордашку, — прежде чем она мне ответила, переключил канал. — Санджи? — Пешка выбыл, — ответил кто-то другой, — жив, но более вести боевые действия не сможет. — Как только разберётесь, идите на соединение с Соной и Фенексами, — приказал я. Быстро отпрыгнув от упавшей бронетехники, я метнул чёрный ключ в ближайшего летуна, пробив тому горло, и, не останавливаясь, запрыгнул за другой покорёженный танк. Летающий змей без наездника попытался взлететь, но по нему тоже попал снаряд, и монстра разорвало на части, залив меня внутренностями. Запах потрохов и крови вызвал приступ тошноты, в глазах неприятно щипало от гари, но я продолжал двигаться. Лезвие топора просвистело совсем близко, я пнул поджидавшего меня демона в живот и выстрелил в череп из револьвера, пока тот не поднялся. Инстинктивно почувствовав опасность, я стремительно развернулся, одновременно уходя с траектории выстрела. Копьё врезалось рядом, оцарапав плечо. Я метнул ключ в стрелка, но демон, убрав крылья, резко спикировал вниз. В это же место секундой спустя упал ещё один снаряд, разорвав врага и отбросив уже меня. Радоваться маленькой победе, к сожалению, стало совсем некогда: тень падающего дирижабля неотвратимо накрыла всё вокруг и продолжала быстро расти. Ногу обожгло болью, напомнив о том, что бегать с глубокой раной, даже после магического лечения, не лучшая идея. Не успею сбежать. Быстро встав, я начал осматриваться: все летуны и наездники начали разлетаться в разные стороны, но один из наездников на виверне, заметив меня, начал делать заход для атаки. Активировав новый ключ, я прицелился и метнул клинок. Резко вильнув в сторону, демон уклонился, сделав штопор, и весьма профессионально выстрелил из лука. Я сбил стрелу новым ключом, метнув увеличивающийся клинок, загоняя противника, а затем и стандартный. Быстро выхватил револьвер и выстрелил в виверну несколько раз. Демон поднырнул под большой клинок, но не успел увернуться от летящего следом, который пронзил его грудь. Получив несколько пуль по роже, виверна резко передумала плевать кислотой, закрыв пасть, и замедлилась, неожиданно потеряв управление всадника. Я подкинул ещё один увеличивающийся чёрный ключ, который замер на секунду в воздухе и с силой опустился вниз. Обычно этот приём используют для добивания, отвлечения или в качестве преграды. Но сейчас использовал его как платформу для прыжка вверх, чтобы запрыгнуть на виверну. Спихнув мёртвого наездника, я быстро полетел к Соне, с недовольством отметив вновь открывшееся кровотечение на ноге. Визжа, виверна взмахами огромных перепончатых крыльев начала набирать высоту. Из-за ветра неприятно резало в глазах, а дым забивал лёгкие, но я старался быть как можно менее заметным в небе, прячась за горящими дирижаблями. Пока я перезаряжал револьвер, вставляя последнюю Пулю Истока, связь с Момо и другими офицерами окончательно накрылась. Добраться до места основного столкновения воздушных сил мне всё же удалось. Дирижабли обстреливали друг друга почти в упор, вырывая огромные куски брони. Не ограничиваясь лишь этим, демоны брали друг друга на абордаж, перелетая друг к другу и забрасывая копьями. Виверны разрывали врагов острыми когтями и поливали кислотой. Воздушные змеи впивались в виверн, раскусывая тонкие шеи. Пушки дирижаблей грохотали, разрывая наездников в воздухе и пехоту на земле. Даже на огромных металлических корпусах воздушных крепостей сражались мечники и копейщики, сбрасывая трупы вниз, а лучники не прекращали обстрел по всем врагам вокруг. Моя виверна пронзительно закричала, когда в неё попала стрела, но продолжила полёт. — Брандеры! — где-то справа нагруженные воздушные змеи разорвались у корпуса одного дирижабля, полностью разворотив левый борт в центре, и машина, не выдержав, разломалась пополам и упала на пехоту внизу. Затем задняя часть взорвалась возле молоторукого, который давил всех вокруг своими руками-булыжниками. Поднялось ещё одно облако огня и дыма… и кусков гигантской твари. Наконец показался штаб Серафалл. — Какого хрена?! — я едва успел спрыгнуть с раненой виверны, до того как её разрезало огромным ледяным лезвием. Снова активировав ключ, я упал на другого наездника. — Свои, спускайся ниже, — скомандовал я, узнав экипировку гвардейца Соны. Демон молча кивнул, начав снижение. Не дожидаясь полного приземления, я спрыгнул на землю и сразу же метнул клинок в спину вражеского солдата, который дрался с Цубаки. — И как нам это победить? — спросил я, задирая голову. — Мы работаем над решением, — сухо ответила Шинра, создавая новое оружие. — Обстреливали? — Да. — Растопить? — Пробовали. Мы скинули на неё сраный дирижабль, — Шинра демонстративно кивнула в сторону разбросанного вокруг хлама. Очень мелких кусков хлама. Огромная ледяная сфера, окружённая множеством колец. По её поверхности вырастали шипы и поражали всех вокруг, наши же атаки отбивались быстро крутящимися кольцами. Хотя прибывшие Фенексы пытались жечь сферу огненными копьями или шарами, а гигантские молоторукие атаковать физически… все кончалось лишь их трупами нашпигованными льдом. Сона создала большое и плотное сверло, но когда она, закрутив, метнула его, сфера резко изменила форму, став гладким октаэдром, отчего снаряд, даже пролетев кольца, просто поцарапав поверхность отлетел в сторону и был уничтожен. Я прицелился из револьвера и начал наступление, стреляя по вновь принявшему форму сферы льду, несколько щитоносцев прикрывали меня от летящих в ответ сосулек. Не то чтобы у них получалось эффективно, так как их прошивало насквозь — но на место павшего вставал новый. Наконец оружие щёлкнуло после четвёртого выстрела. Сфера изменилась, став кубом, из которого выросли более крупные ледяные копья. — Что, кончились патроны? — раздался насмешливый голос Серафалл. Я снова нажал на спусковой крючок. Пуля Истока врезалась в кончик ледяного шипа, мгновенно покрывшийся алыми трещинами, которые разрослись по всему кубу, а затем под крик агонии ледяная громада разорвалась тысячей осколков. — Просто я не вставил один, — я метнул взрывающийся ключ прямо в голову выпавшей миниатюрной девушки. Она выбросила перед собой руку, и церковное концептуальное оружие замёрзло прямо в полёте, упав и рассыпавшись кучкой осколков льда. — Я знаю, — Серафалл улыбнулась, — видела, как ты хотел использовать этот трюк против Фенекса. Дерьмо епископа… Она намеренно пожертвовала частью Цепей, чтобы я израсходовал Пулю Истока. — У меня есть не только этот трюк, — я подбросил в воздух запечатывающие ключи. Повиснув на секунду, они врезались в землю вокруг нас. Таинство Очищения. Заклинание, созданное для изгнания демонов и призраков. Я слишком часто и долго использовал импланты, мышцы в теле начали гореть от очередной активации. Цубаки атаковала призванным яри. Короткое древко и длинное мечевидное лезвие позволяло ей использовать это оружие и как копьё для колющих ударов, и как меч для рубящих ударов. Сона создала ледяной меч и круглый щит, Серафалл, выбросив руки в стороны и чуть назад, — два ледяных клинка. Три девушки ринулись в атаку. Сона обеспечивала своему Ферзю прикрытие и атаковала на ближней дистанции, Цубаки нападала из-за её спины в открывающиеся бреши противника. Однако Серафалл просто виртуозно владела оружием, не только подавляя сразу двух оппонентов, но и успевая отбивать мои редкие атаки ключами и попытки пронзить её тень. Ледяные столбы постоянно вырастали и разрушались вокруг сражающихся, создавая опоры и временное прикрытие. Место сражения видоизменялось каждую секунду, наполняясь ледяными фигурами. — Я отнимаю жизнь и дарую её. Я калечу, и я исцеляю, — между ключами образовался круг и возникла святая печать. — Ничто не избежит руки моей. Глава Ситри, поморщившись, быстро развела руки в стороны, создавая ледяную вьюгу вокруг. Забивая зрение и слух и сбивая дыхание холодом, мощная волна плотного воздуха отбросила демонов и меня, а ключи вырвало из потрескавшейся земли. — Ничто не скроется от глаз моих, — я бросил перед собой увеличивающийся клинок, в который долю секунды спустя врезался ледяной шип, я использовал новый взамен сломавшегося ключа. Просто чудовищная прочность льда. Воздух завибрировал, и в мою защиту ударила молния. Обойдя широкое лезвие ключа, разряд ударил в сутану, прожигая все слои защиты. Повезло, что Таинство ослабило магию. — Будь раздавлен, — прошептал я, еле вдыхая ледяной воздух; кислорода просто не хватало, и я начал задыхаться, появились нехорошие признаки гипоксии. — Я приму тех, кто потерялся на пути своём. Следующая атака была ещё ужаснее. Стрела, врезавшаяся в ключ передо мной, рассыпалась пылинками, но вновь собралась за ним и пронзила моё тело, едва не попав в сердце. Я упал на колени, не в силах вдохнуть морозный воздух. Одеревеневшими пальцами я потянулся к целебному зелью, чувствуя, как размывается зрение. Сверху раздался едва уловимый в шуме вьюги звон, и посыпались тонкие ледяные иглы. Я не мог ни выставить защиту, ни уклониться. Рукоятка увеличивающегося ключа выпала из руки. Сона выпрыгнула откуда-то сбоку и выставила щит, в который пришёлся удар. Я больше не мог держать глаза открытыми, так как начал слепнуть, рана в ноге перестала болеть, но я и перестал чувствовать саму конечность. Рука Соны коснулась моего горла, я едва услышал какое-то еретическое заклинание. Впрочем, по горлу начало разливаться тепло, возвращаться чувствительность и сила. Резкая боль в груди от того, что стрелу протолкнули сквозь тело, помогла очнуться, я смог вдохнуть. Во тьме я жадно глотал спёртый воздух, наконец приходя в себя. Я попытался продолжить арию, но понял, что не могу говорить. Открыв глаза, я обнаружил перед собой лицо Соны с разбитой скулой и множеством мелких царапин. Её абсолютно чёрные глаза встретились с моими. Слишком близко. Как только она отлепилась от меня, поморщившись продолжил: — Посвяти себя мне, учись у меня, — перегретые импланты начали выходить из строя. Нельзя терять концентрацию и волю, только не сейчас. С хрустом замёрзшей сутаны, я дотянулся до зелья Фенекса и залпом выпил, уже не смотря, как Сона вновь прыгнула в центр ледяного бурана. — Отдохни. Подчинись мне, не забывай песнь, — я вновь выбросил в воздух чёрные ключи, создавая новую печать. Воздух наполнился статикой, а затем к ледяной буре прибавились сферы, бьющие молниями. Нет... Присмотревшись, я понял: это была сложная сеть, которая в определённом порядке пропускала между собой множество мощных электрических разрядов, уничтожая помогавших нам солдат. Затем ледяная стена выросла между мной и сражающимися демонами, отрезая от наблюдения. — Не забывай молитву, не забывай меня. Раздался приглушённый крик, и ледяная стена разорвалась, выбивая во все стороны снопы острых, как стекло, кусков льда, а молнии выжгли ключи в пепел и повредили печать. — Я есть свет и отпущение твоих грехов, — активировал новые ключи, чтобы вновь восстановить печать, но это были последние. Я бросил запечатывающие ключи вокруг, а затем увеличивающиеся ближе к центру, используя их как прикрытие. Вьюга внезапно остановилась, превратившись в замораживающий туман, резкий порыв ветра Соны развеял его, открывая исковерканное поле боя высших демонов: обломанные ледяные шипы, искажённая боем земля, павшие воины и покрытые ранами три девушки. — Не притворствуй, — прохрипел я, закончив заряжать револьвер и целясь в Серафалл. — Воздаяние за прощение. Глава Ситри спокойно стояла посреди трупов солдат Соны и Фенекса. Даже не поморщившись вытащила из пробитого лёгкого сломанный яри Цубаки и беспечно отбросила в сторону, тем временем другой рукой выпуская молнии и град шипов в Сону, которая, опираясь на ледяной меч, продолжала стоять, защищаясь ледяным щитом. Однако Серафалл неожиданно вывернула кисть и из электричества создала подобие лассо, обхватила им замороженную глыбу и метнула её в Сону. Ещё в полёте глыба покрылась бритвенно острыми шипами, Цубаки что-то выкрикнула и коснулась земли. Перед Соной выросла ледяная стена, в которую врезалась глыба. Но вместо осколков во все стороны полетели капли жидкой воды, которая, собравшись, стала волной, сбившей младшую Ситри с ног. Долю секунды спустя перед ней вонзился увеличивающийся ключ, сломавшийся от брошенного вслед ледяного копья. — Предательство за доверие, — печать стала набирать силу, ослабляя Серафалл. Глава Ситри отвлеклась и пропустила атаку одного из гвардейцев Фенекса, огненное копьё пробило ослабшую защиту и, вонзившись в плечо, сбило девушку с ног. Воспользовавшись ситуацией, я метнул сразу четыре ключа, надеясь зацепить тень высшего демона хоть одним. Мощный поток воздуха сбил все четыре клинка, разрушая и превращая их в пыль. — Отчаяние за надежду. Тьма за свет. Из последних сил Сона бросила своё копьё и пронзила старшую сестру. — Смерть за жизнь. Не элита, а всего лишь обычный солдат склонил чашу весов в этой битве. Серафалл была искусным воином, но и она не была застрахована от малейшей ошибки. Глава Ситри попыталась подняться, но церковное Таинство значительно ослабило её, ещё несколько огненных копий вонзились в её спину. Сона начала примораживать ноги старшей сестры. Цубаки призвала метательное копьё, лезвие которого заискрилось, и перехватила его для броска. Я метнул чёрные ключи в тень Серафалл, парализуя высшего демона на некоторое время. Таинство почти закончено, цель хотя бы частично обездвижена. Даже если мы не сможем убить Серафалл, то значительно измотаем и ослабим её, чтобы у оставшихся солдат хватило сил, добить старшую Ситри. Последние ключи появились в руке. — Освобождение в руках моих… — я скорее почувствовал что-то, нежели успел заметить. Боль была резкой, в глазах всё размылось, и я уже валялся на земле с разбитой головой, тёплая кровь начала заливать глаза, всё потемнело. Я попытался подняться. Напротив меня на коленях стояла Сона, в её животе торчало копьё Цубаки. Удивление и боль отразились на лице Соны, прежде чем она упала, парализованная своим же Ферзём. — Мне жаль, — прошептала Шинра, склонившись над телом своего Короля. Я активировал ключ и поднялся так быстро как смог, шатаясь словно пьяница. Гвардейцы вокруг гибли, а я лишь чувствовал, как столь близкая победа утекала из рук. — Удивительно, я бил с точным расчётом, что ты вырубишься. Я повернулся на голос. Рядом со мной стоял Баэль Сайраорг, держащий словно цыплёнка, побитую, но всё ещё сопротивляющуюся Момо. Секунду спустя он сломал ей шею. Последнее, что я увидел — это слёзы отчаяния на её лице и надежду, затухающую в глазах. Он даже не стал уклоняться. Церковные клинки просто отскочили от его тела, не причинив вреда, равно как и освящённые пули, когда я выстрелил. Демон просто подошёл ко мне и ударил вновь, без обманок или попытки защититься. Превзойдя одной лишь скоростью и силой, с лёгкостью пробил блок, сломав руку, а затем ударил коленом в живот, отбросив на ледяной обломок. Я проиграл. Повреждены внутренние органы и артерии. Я истекал кровью, пронзённый десятком ледяных игл, и замерзал насмерть. Не знаю, что меня злило больше: то бессилие, с которым я наблюдал, как Баэль уничтожает нас, предательство Цубаки или... Или то, что в последние мгновения я всё же пожалел демона. Я помню, как меня застилала лишь злоба. Как ярость, словно пламя, выжигало всё в душе, как голос в голове рычал и шипел о мести. — Серафалл Ситри одержала победу, — раздался ровный голос судьи, прежде чем я вырубился окончательно, — бой завершён.
