Dual

«Сейрин» — самое лучшее нападение на турнире в этом году. Самое быстрое, самое результативное, с самым быстрым процентом реализации 3-очковых бросков. Вчера «Сейрин» обыграли «Кайджо» во втором матче полуфинала Зимнего Кубка. Теперь в главном финале сезона эта неизвестная в первое время школа сыграет с Ракузан. — Да вы издеваетесь, — вслух возмутилась Акина, перелистывая страницы спортивного журнала. У «Сейрин» и «Ракузан» почти одинаковые шансы на победу в Зимнем Кубке. Действующий чемпион «Ракузан» начинал сезон в качестве главного фаворита на победу и поддерживал этот статус по ходу большей части регулярного чемпионата. Ситуация изменилась после вчерашнего матча Сейрин и Кайджо. На данный момент шансы «Ракузан» и «Сейрин» оцениваются, как равные — 6/5. — Но всё равно вы же дошли до полуфинала, — заметила Рин, не отрываясь от телефона и ожидая свой кофе у прилавка. — Это можно было бы и отпраздновать. — Шарики воздушные купить что ли? — скептично спросила Акина, отложив журнал в сторону. — Да ты хоть сто шариков надуй, а без шампусика праздник — не праздник, — философски изрекла Хитоми, вяло следя за посетителями. — Да конечно, — из комнаты персонала тут же вышла Сугавара-сан. — Я вам дам шампусик. Мне рассказывали, как Рёта «по счастливой случайности» хорошенько выпил, — Акина отвела взгляд, услышав это. — Я, вон, поседела вся. — Вы же краситесь, — тут же хитро прищурилась она. — Так если б не красилась, вы бы офигели. Сказав это, начальница окинула троих строгим взглядом, ещё раз улыбнулась Рин и, захватив свою сумку, направилась к выходу из кафе. — Ты всё в телефоне сидишь, — проговорила Акина, заметив, как блондинка хмурится. — С Хидео общаемся, — объяснила та. — Я в основном — матом. — Я думала, вы миритесь... — Ага, щас, — Рин злобно глянула на экран. — «Приеду, всё объясню» и значок, что молится, — она нахмурилась. — Молись, чтобы я тебе кое-чего не оторвала, — послышался характерный звук записи голосового сообщения, и Миямото, услышав это, даже невольно улыбнулась. — Спасибо новым технологиям. Послушает родной голос. — Ладно, — Акина вздохнула, заметив, как к прилавку подошёл какой-то мужчина. — Удачных разборок. Он очень долго выбирал кофе, но, наконец определившись, отошёл к Рин, которая тоже ждала свой капучино. — Миямото-чан, у тебя всё хорошо? — поинтересовалась блондинка, проследив за тем, как Хитоми аккуратно протягивает ей пластиковый стакан с горячим кофе. — Да, — безэмоционально ответила Акина. — А что? — Рё-тян просто написал, что собирается зайти за кофе сейчас, — оповестила Рин, хитро улыбнувшись. — Вторая часть Марлезонского балета, — вздохнула Миямото. — Ага, не вторая, а двадцать вторая. — согласилась блондинка и пошла к столику. Дверь в кафе раскрылась, колокольчики зазвенели, оповещая о новом посетителе. Миямото лишь устало вздохнула, заметив старшего брата. Он, к слову, куда-то торопился, а ещё знал, что тут его ожидает Рин, поэтому не заставил себя уж слишком долго ждать и подошёл к прилавку. — Аки-чан, американо сделай по-братски, — брюнет в умоляющем жесте сложил руки и в упор посмотрел на сестру, которая вновь нацепила маску равнодушия. — Условия для всех одинаковые, тут куча посетителей, — спокойно заметила Акина, протягивая другому парню стаканчик кофе. — А наглые родственники сотрудников — в порядке общей очереди. — Да ладно тебе, ну? — брюнет попытался сделать милое личико и, да, у него получилось, потому что Хитоми среагировала сразу. — Так ты брат Миямото-чан? — удивленно спросила она, осмотрев его с ног до головы. — Вот твой кофе. — Так быстро? Спасибо огромное, — радостно улыбнулся Хидео, а потом наклонился к сестре. — Брала бы пример. — Да, Ваше Высочество, — пожала плечами та и кивнула в сторону столика Рин. Хидео, ещё раз улыбнувшись Хитоми, тут же поспешил к девушке, а Акина перевела взгляд на вновь открывшуюся дверь. Кисе, элегантно поправив галстук, прошёл во внутрь, но от телефона не отрывался. — Блин! Хитоми, услышав это, тут же отвлеклась на Миямото, которая уже пряталась под стойкой и буквально взглядом просила напарницу принять заказ Рёты. Тот, верно, такого манёвра не заметил и уже неспешно шёл к прилавку. Акина видела, как он девушкам некоторым улыбался, пусть и немного равнодушно. И одет он был, как обычно, очень хорошо. Чёрные джинсы, неяркая голубая рубашка, галстук, а сверху короткое тёмное пальто — образ в общем достаточно состоятельного парня. Кроме того, невооруженным глазом видно, что он со съёмок. Когда он подошёл к прилавку и не широко улыбнулся, девушка даже неосознанно выпрямилась и положила руки на прохладную поверхность. — Привет, Хитоми, — спокойно поздоровался Кисе, даже пряча глаза под чёлкой, хотя обычно всегда очаровательно улыбался. — Привет, — поспешно поздоровалась девушка, немного опасливо глядя на него. — А Миямото-чан нет. — А я подожду, можно? — Рёта теперь смотрел ей в глаза, и Хитоми сразу же кивнула. — А ты мне кофе сделай, пожалуйста. Акина, слыша его какой-то даже немного грустный голос, мысленно себя проклинала, а когда услышала, как у Кисе начал звонить телефон, облегченно выдохнула. Рёта, судя по громкого вздоху, говорил с Танакой, поэтому когда он отошёл от прилавка и повернулся к девушкам спиной, она несильно толкнула рукой Хитоми. — Он из-за чего такой? — живо спросила та у Миямото. — Какой? — Ну, странный, серьёзный — тихо объяснила Хитоми. — Ни разу не возмутился из-за того, что у нас персонал плохо работает. А ещё и без суффиксов общается... Кисе, наконец разобравшись со злым менеджером, обернулся и на его лице теперь засияла улыбка. — И можно побыстрей, пожалуйста, — любезно попросил он, теперь не отрываясь от телефона. — Журнальчики есть какие-нибудь? — А, не, всё нормально, — тихо произнесла Хитоми и перевела взгляд на Кисе. — У нас тут не модельное агенство. — Это заметно, — кивнул Рёта, снисходительно глянув на девушку. — И спроси у Миямото-ччи: она долго сидеть под стойкой будет? Он усмехнулся, заметив слегка растерянный взгляд Хитоми и пошёл к окну, где было много свободных столиков и мало людей. Обе девушки переглянулись, и Акина все же соизволила вылезти из сумрака и сделать ему кофе. Какой он там любит? Капучино? — А у нас соль есть? — Миямото-чан, лучше не надо. В общем, сделав кофе, Акина неспешно направилась в сторону скучающего парня, который вообще, судя по всему, спал. — Слушай, — девушка провела рукой по его плечу, чтобы он соизволил обратить на неё своё внимание, — прости, что под стойку спряталась. Глупо... — Да ладно тебе, Миямото-ччи, — махнул рукой Кисе и улыбнулся. — Я сам всегда так делаю, когда Касамацу-семпай к нам в класс приходит. — А ты себя нормально чувствуешь? — С чего бы? — удивился Рёта, сделав глоток кофе и откинувшись на спинку стула. — Я просто заснуть не мог ночью, вот и всё. — У меня дома есть таблетки от бессонницы, имей в виду. — Да не в этом дело, — пожал плечами блондин. — Просто стоило закрыть глаза, и сразу же вся вчерашняя картина вспоминалась. Ты прикинь... Куроко-ччи забивает решающий мяч. Можешь в это поверить? Я всё ещё нет... — Ты сам всё видел, — заметила Акина, чуть вздохнув и не отводя глаз от его лица. Вроде и не скажешь, что он не спал. Просто взгляд у него какой-то немного отсутствующий и усталый. — Куроко стал ярким. — Ага, — вяло отозвался Рёта и шумно вздохнул. — Я уже с восьми утра на ногах. Сначала Танака-сан ругается и просит приехать в студию, потом ещё этот травматолог... — Ты был у врача? — Конечно, Миямото-ччи, — кивнул Кисе и сделал ещё глоток. — Ты же так беспокоишься. — Почему это звучит, как сарказм? — Кто знает, кто знает, — уклончиво ответил парень и чуть прищурился. — Я уже так устал... — Хватит мне зубы заговаривать, — Акина улыбнулась так, словно распознала самую скрытую ложь, а Рёта скептично глянул на неё. — Что там с травматологом? — Всё в порядке, — заверил блондин, словно гипнотизируя девушку взглядом. — Сегодня выйду на площадку. — Кисе... — Только не говори ничего, Миямото-ччи, — попросил Рёта и сразу отвёл взгляд. — Мне слишком сложно тебя не слушать. Это последний матч с нынешней командой. Касамацу-семпай, Морияма-семпай и Кобори-семпай ведь в этом году заканчивают школу, поэтому мне очень надо сыграть сегодня. — Я тебя понимаю, — кивнула Акина, хмуро глянув на беззаботно лыбящегося блондина. — Но ты же должен представлять, во что это может вылиться. Кисе лишь отвернулся и кому-то приветливо улыбнулся, и Миямото услышала какой-то невнятный смех. Три девушки, получившие небольшую дозу внимания от Рёты, так и светились, а тот проводил их задумчивым взглядом и вновь посмотрел на свою собеседницу. Акина лишь скептично вздохнула. — Я тут думал... — Поздравляю. — Э-э-эй! Рёта, по своему обыкновению, обиделся, и именно в такие моменты он чаще походил на пятилетнего пацана. На баскетбольной площадке же совсем наоборот. Там он был более взрослым, даже отдаленным. — Почему бы нам не начать встречаться? — наконец спросил Кисе, не отводя взгляда от лица девушки. Да, когда Рёта так внимательно смотрит, то похож на самого мимимишного щеночка, которому вообще хрен откажешь. Неудивительно, что он так легко манипулирует девушками, но у Акины на его приёмчики уже был выработан иммунитет. Какая она там у него по счёту? Десятая? Пятнадцатая? — Оу, Кисе, — произнесла она, сразу же заметив на его лице первые признаки удивления. — Ты, конечно, меня заводишь. Ты ведь такой очаровашка. Но я не могу. — Завожу? — он чуть ухмыльнулся, верно, желая, чтобы девушка это повторила. И, вот, на его лице глупая и даже самодовольная улыбка, из-за которой захотелось выплеснуть в него весь кофе. Хочется добавить, что в этой улыбке было что-то детское. «Серьёзно? Ты только это услышал? — А почему «нет», Миямото-ччи? — честно, по голосу казалось, словно Кисе разочарован и расстроен, однако по глазам и не скажешь. Это странно, конечно, но глаза Рёты редко выражали то, что он чувствовал. Вам не случалось встречать таких людей? Это признак человека, явно скучающего от жизни. Из-за длинных полуопущенных ресниц они сияли каким-то фосфорическим блеском, если можно так выразиться. Это не было отражением душевной пылкости или играющего воображения: это был блеск, подобный блеску янтаря, ослепительный, но холодный. Все эти замечания пришли Акине на ум только что, может быть, только потому, что она знала многое о нём. Да и вообще Кисе был очень недурен и имел одну из тех оригинальных улыбочек, которые особенно нравятся девушкам. — Потому что ты бабник, — как гром среди ясного неба. — Миямото-ччи, когда ты говоришь так прямо, мне обидно становится, правда, — Кисе понурил голову, и его голос непроизвольно понизился. — Но я, вообще-то... — Не отнекивайся, — попросила Акина, проследив за его взглядом. — Просто сложно дать однозначный ответ. — Ладно, у меня много недостатков, — признался Кисе, чем изрядно удивил девушку. — Но неужели проблема только в этом? У меня работа такая. — Улыбаться всем подряд? — Но, Миямото-ччи, я ведь искренне улыбаюсь только тебе, — протянул Рёта, не отводя взгляда. — Скольким ты это до меня говорил? — Акина вздохнула, а потом достала телефон, на который только что пришло сообщение. — Только тебе, честно, — заверил блондин, не моргая глядя на неё. — Ну, ещё животным в зоомагазинах. Девушка еле заметно улыбнулась ему, Рёта даже от неожиданности взгляд отвёл. — Кстати, не хочешь ли составить мне компанию в походе за новыми кроссовками? — поинтересовался он, когда девушка встала из-за стола. Миямото что-то долго набирала в телефоне, а потом всё же соизволила посмотреть на Кисе. Он, видимо, уже и на ответ забил, просто вслушивался в играющую тут музыку и в такт качал головой. — Блин, прости, не могу, — она убрала телефон. — Дела. Кисе пожал плечами и обреченно вздохнул. Обиделся, наверное. Опять ему отказали. — Ну ладно, — пожал плечами Рёта и чуть нахмурился. — Как тебе угодно, Миямото-ччи.

. . .

      Настроение и так странное сегодня, предчувствие какое-то нехорошее, так что вообще стоило чуть дольше побыть в уже родном городе, но, нет, Котаро же так важно встретиться и прогуляться перед матчем, что он не мог подождать и отложить встречу на потом. — Ты чего задумчивая такая? — не удержался блондин, потому что они уже минут десять шли в полной тишине. — Ну... И опять игра в молчанку. Хаяма, возможно, и не старался ничего говорить. Некоторым для того, чтобы разобраться в себе, надо помолчать и подумать — Акина как раз относилась к такому типу людей, хотя видеть её такой было неприятно. Нет, она не была подавлена, ей не было грустно — просто молчание уж очень подозрительное. — Я бы купил нам по мороженке, но сейчас зима, — попытался привлечь внимание девушки блондин, но безуспешно. — Ну, заметь ты меня уже! — А? Прости-прости, просто думала. — А это заметно, — парень хитро прищурился. — Ты же знаешь, я всегда готов поддержать. — Тогда слушай внимательно, — Акина вздохнула. — Мне нравится парень и... — Хорошо, что не девушка. — Котаро, прекращай так смешно шутить. — Хорошо, хорошо, — Хаяма в примирительном жесте поднял обе руки вверх. — Так что там? — В общем, мне нравится парень один, а я — ему, но я просто не знаю, стоит ли встречаться с ним. — А что за парень? — Блин, а это важно? — Важно, — кивнул Котаро. — Только учти: я — идиот, а идиоты дают плохие советы. — Всё равно хуже уже не будет, — заметила Миямото, чуть поёжившись и больше укутавшись в шарф. Погода сейчас нежаркая. — Тот парень — Кисе Рёта. — А-а-а, так это совсем не удивительно, — отмахнулся Котаро. — Кто он там? Модель? Я же знаю тебя: ты на смазливое личико не посмотришь. — Не посмотрю, — согласилась девушка и даже чуть толкнула его. Хаяма в этот момент изобразил что-то наподобие удивления, смешанного с упрёком, но ничего не сказал. — Понятия не имею, когда я успела... Он вроде бы так прост на первый взгляд, а потом как узнаешь его получше, так вот тебе целый спектр отвратительных качеств. Девушек куча, эмоций — хоть отбавляй, а настоящего он себя показывает уж очень редко. — Ух, а я думал, тут полегче проблема, — поражённо отозвался Хаяма. — Но мои понятия весьма просты: если хочешь похудеть, переставай есть. Хочешь выигрывать матчи, иди тренируйся. Хочешь быть счастливым, бери того, кто тебе нравится, и не отпускай его. — Блин, когда ты научился так хорошо говорить? — удивленно произнесла Миямото. — Спасибо за совет. Я к нему, наверное, даже прислушаюсь. — Обращайся, — сказал Хаяма. — Кстати, а который час? — До первого матча ещё полчаса, так что предлагаю двигать к Токийскому дворцу спорта. — А, вы же с Шутоку играете, — вспомнил блондин. — Снайпер у них — жесть. Не продохнёшь — трёшки без устали в кольцо летят. — А я знаю, — улыбнулась Миямото. — Но, если Кисе будет сидеть на скамье запасных потом, то шансов практически не будет. — Обидно, конечно, — произнёс Котаро и зевнул. — А я так хотел с вашей командой в финале сыграть... — Да я знаю, — отмахнулась Акина. — Но Сейрин реально сильный противник, так что будь, пожалуйста, внимательнее. — Шутишь? — блондин весело улыбнулся и даже хохотнул. — Ракузан и Сейрин... Чувствуешь разницу? Нам просто надо их раздавить, вот и всё. Я не говорю, что не уважаю их: они всё же так далеко прошли, но разве новенькая команда сможет противостоять чемпионам? — Котаро, — позвала Акина. — А можно ещё больше скромности? За подобную просьбу, Хаяма лишь натянул на голову девушки капюшон и, услышав её угрозы, рассмеялся, словно маленький пацан.

. . .

— Морияма-семпай, — привлекла внимание парня Акина. — Сегодня ты Мидориму опекаешь. Ты знаешь, он бросает так просто, будто выплескивают воду из ведра, поэтому против него надо защищаться близко. — Понял, — кивнул Йошитака и кинул взгляд на разогревающегося снайпера Шутоку. На предматчевой разминке Мидорима в очередной раз демонстрировал всем свою феноменальную точность, забросавая по пять бросков подряд практически с центра площадки. Знаете, Шинтаро вроде бы не делает ничего экстраординарного, но, во-первых, он левша, во-вторых, реально быстр, в-третьих, в его игре как будто бы присутствует другое измерение, что делает его менее предсказуемым. Это фигово. Даже очень. Но, пожалуй, не это сейчас было главным. — Где Кисе? — сейчас это был самый важный вопрос. Тут все начали невольно волноваться, каждый ему звонил, но ответа так и не последовало. В общем, выйдет ли Кисе Рёта, оставалось самой большой загадкой до последнего момента. На предматчевой разминке его не было, до последнего он сидел в раздевалке, стремясь настроиться как следует. Он появился за секунды до стартового вбрасывания. Громогласное приветствие, с которым встретили его появление болельщики, оказалось на втором плане по сравнению с близкой к обморочной реакцией игроков «Шутоку»: те перестали разминаться и замерли на паркете при виде человека, переступившего через боль ради четвёртого места. Рёта старался не давать Мидориме продохнуть и забил два первых мяча «Кайджо». И собственно, этим не ограничился: одно его присутствие настолько вдохновило партнеров и деморализовало соперников, что синие вмиг стали серьёзнее. — Убить тебя мало, — негромко возмущался Касамацу во время перерыва. — Я бы отсиделся на скамье запасных. Тренер тебе потом недетский разнос устроит. — Ну, прости, семпай, — извинился в очередной раз Кисе, боясь получить подзатыльник. — Зато я кроссовки новые купил, а ещё у меня есть предложение. — Ну? — Можно я выйду против Мидорима-ччи? — Нет, — непререкаемо сказал тренер. — Нет, — так же отказала Миямото. — Нет, — сказали все игроки Кайджо. — Да, — сказал Кисе Рёта, причём никто уже не мог возразить. Он просил лишь пару четвертей отыграть, кроме того, заявил, что с ним реально всё в порядке. Как ас Кайджо будет справляться с увеличенной нагрузкой, да еще после травмы — это интересно. Одно дело, когда тебе надо обходить Кагами и Аомине, и совсем другое, если надо останавливать броски Мидоримы. «Чёртов Кисе, придурок больной, — думала Акина, следя за матчем, а за блондином — в частности. — Ему ещё два года за Кайджо выступать, и, если всё кончится на этой площадке...» А у самого Кисе не было желания говорить о травме, но, верно, был список дел, которые надо выполнить именно за сегодняшний матч с Шутоку: • Атаковать Мидориму его же оружием. • Распрощаться с собственной жизнью. • Бесить Мидориму. • Согнать злость за вчерашнее поражение. К слову, с этими пунктами Рёта справлялся на ура. Всё это время он был очень сосредоточен, останавливал броски снайпера, хорошо атаковал сам, помогал команде. Мидорима же не оставался в долгу, и теперь старался играть издалека. Его способность бросать мяч со средней линии вообще не имеет смысла критиковать. Если Шинтаро остался открытый там — жди беды. Кисе это, конечно же, прекрасно знал и уже мчался останавливать бросок. Прыжок. Трудно разобрать, насколько лёгкое прикосновение кончиков пальцев лёгкого форварда повлияло на траекторию полёта, но кольца мяч так и не коснулся, но уже через секунду все со скамьи запасных Кайджо подскочили, как один: тренер, резервисты, Акина. Основные составы обеих команд тут же вернулись в реальную жизнь, живо позабыв о матче. Громкая сирена, оповещающая об остановке времени. Такао, выронив мяч от неожиданности, сначала непонятливо глянул на Мидориму. Вообще очень малое количество людей могло бы похвастаться, что видело на лице Шинтаро хоть какую-то эмоцию. Чаще всего его мимика не выражала ничего, но в этот раз разыгрывающий Шутоку увидел многое, но первое, что бросилось в зоркие глаза — это испуг. В зале стояла абсолютная тишина, прерываемая лишь редким шёпотом зрителей. Уже резервисты столпились у центра площадки. Все видели, как лёгкий форвард Кайджо после удачного блока, повалился на паркет и теперь чуть ли не катался на спине, жмурясь от боли и держась за колено. В тот момент послышалось чувственное и злое «твою мать!», и Шинтаро живо пропустил медиков и членов основного состава Кайджо. — Кисе, ты... — Касамацу протянул блондину руку. — Жив? — Можно я тут полежу? — умоляюще попросил Рёта и зажмурил глаза, стараясь лишний раз не дергать ногой. «Он не был у травматолога», — тут же поняла Акина и, встретившись взглядом с карамельными глазами Рёты, тут же отвернулась к подоспевшей помощи. — Что делать? — Во-первых, это абсолютно точно ещё старая травма. Обезболивающее, — отвечает один из присутствующих на площадке врачей, и в этот момент Кисе теряет связь с реальностью. Сперва он думает, что ослышался, но мозг услужливо воспроизводит последнюю фразу. Затем парень выдавливает нервную улыбочку и бледнеет, словно чистый лист бумаги. — Ты чего? — спрашивает Касамацу, глянув на побледневшего блондина. — Это же, блин, больно... — единственное, что сказал Рёта. — Странно, что сейчас ты уже боли не чувствуешь, — заметил один из медиков, глядя на подёрганного блондина. — Тебе сделают сейчас самый обычный укол в колено, ты даже ничего не почувствуешь. — Укол? — Подобное отнюдь не успокаивает. Наоборот, Кисе даже встать постарался, но опираться о правую ногу было реально больно, поэтому все попытки были тщетными. — Харе комедию ломать, иначе серьгу вырву! — кровожадно пообещал Касамацу, грозно глянув на того. — Ничего с тобой не будет, ты не умрешь, просто сядешь на скамью запасных до конца матча, а мы справимся. После всех махинаций Рёта под довольный гул толпы кое-как добрался до скамейки. Он даже признался, что у него в голове мелькнула предательская мысль, что так будет лучше для команды, но герои на то и герои, чтобы проявлять мужество в безнадежных ситуациях. Так он хорошенько постарался, вытянул игру практически, но этого было недостаточно. Неважно, насколько силён их боевой дух сейчас. Пока Кисе на скамье запасных, никто не сможет остановить убийственные трёхочковые снайпера Поколения Чудес. Все знали, что будет. Все увидели это: сомнения обеих команд, Идеальное Копирование, травму Кисе — и ответ Мидоримы, легендарный бросок через всю площадку. Победителя уже было видно сразу, но Рёта смиренно сидел на скамье запасных и тоскливо глядел на площадку. По-хорошему ему надо бы что-нибудь подбадривающее сказать, а то сейчас он может лишь обреченно вздыхать. Но ему так по башке надавать хотелось, что Акина лишь отсела подальше, прекрасно понимая, что за убийство в общественном месте могут посадить. В довершение всех бед, через несколько минут после начала второй четверти Мидорима начал получать больше пасов от Такао и забивать уже с большей скоростью. Разрыв в счёте стремительно увеличивался, запасные Кайджо от безысходности лишь вздыхают, Кисе сидит, свесив голову — отличный день сегодня, больше и сказать нечего. Пока на площадке разминались команды Сейрин и Ракузан, тренер лишь дал пару советов по сдерживанию Шутоку, но Миямото почему-то сомневалась в том, что это вообще сработает. Обидно, конечно, хотя парни и так держались достойно, но нападение Шутоку разбить так и не смогли. Игра кончилась со счётом 54:96, и всё приняли сей факт смиренно, словно так и должно было быть. Да, понятно дело, что были расстроены, но не давали себе возможности разреветься прямо тут. Плюс, не такое уж обидное поражение. Миямото перевела взгляд на площадку и заметила, как в их сторону идёт Мидорима. Он даже с ней поздоровался, вопреки всем ожиданиям, а потом завёл разговор с поникшим и слегка раздражённым Кисе. Что-то про противостояние, типо они ещё не сыграли друг против друга в официальном матче, как услышала девушка. Рёта же слегка остыл, даже заверил, что выиграл бы сегодня, продержись он чуть дольше, на что Шинтаро лишь гордо заявил, что ничего бы не изменилось. Во всяком случае, Кисе с травмой точно сыграть нормально не сможет, поэтому целесообразнее было бы посадить в больницу, надеть фиксатор на ногу, а ещё лучше привязать к кровати и повесить на дверь амбарный замок, чтобы сбежать не решил. Помнится этот матч против Фукуда Сого. Хаизаки хорошенько его унижает морально, Кисе такой: окей. Шого наступает ему на больную ногу, Рёта в этот момент: не круто, чувак. А что было бы, если бы Кисе его чисто случайно задел? Наверное, Хаизаки бы драматично упал на паркет, принялся звать судью и утверждать, что он пострадавший. Миямото своим мыслям лишь усмехнулась. — Да-а-а, — протянул подошедший Савада. — Третье место у Шутоку. — У нас четвёртое, — заметила девушка. — Это тоже неплохо. Они же короли Токио, а мы имеем дело с отсутствием лучшего игрока. В этом ничего такого нет. Но у нас ведь есть те, кто есть и я считаю, что в будущем у нас всё равно будет отличный шанс, если будем делать то, что должны, играть командой, выкладываться и играть умнее соперника. Просто в этом сезоне этого не получилось. — О чём разговор? — поинтересовался внезапно появившийся Касамацу, чем изрядно напугал обоих. — Где Кисе? Миямото кивнула в сторону блондина, который неспешно шёл к ним. — Ты как? — спросил у него Морияма. — Это что-то серьёзное? — Спазм обычный, — беззаботно пожал плечами Кисе, но не улыбался. Вот он — первый признак. — Вы отлично играли. — Да, мы выложились на полную, — спокойно согласился Касамацу. — Я ни о чём не жалею. Хороший матч. — Последний в старшей школе, — добавил Кобори и вздохнул. — Конечно, лучше бы это была победа, но... — Да, ладно-ладно, семпай, — привлекла внимание Миямото. — Я, конечно, понимаю, что побеждать в разы приятнее, но вы ведь так хорошо играли. Считайте, повеселились. — Ага, повеселились, — усмехнулся Морияма. — В этом что-то есть. — Определённо, — согласился капитан, а потом хорошенько так толкнул Кисе. — Ты чего как потерянный? — Да просто... — Рёта даже чуть замялся. — Неважно, семпай. — Кисе, ты не болеешь случайно? — нахмурился в этот раз Морияма. — Завтра же в больницу поедешь, понял? — слова Касамацу были больше похожи на приказ, чем на просьбу, и возражать Кисе не собирался. Себе дороже. — Ладно, тут сейчас кое-что грандиозное будет, — заметил Касамацу, кивком головы подбодрив всю команду. — Советую не задерживаться, а живо валить в раздевалку. — А тренер? — поинтересовался Савада. — Он с тренером Шутоку общается. Трудно было сказать, что чувствовала Миямото, идя рядом со своей командой. Было немного грустно, ведь это их последний матч в таком составе. Как теперь жить без злого Касамацу, Мориямы с глупыми подкатами и самого спокойного Кобори она не знала, но понимала, что это ещё не все проблемы. Главная проблема идёт спереди и болтает с Накамурой, явно стараясь девушку игнорировать. Кисе всё же неплохо знает её характер, раз понимает, что в такие моменты стоит держаться подальше. Честно, она бы его убила. Что он там говорил? Что всё-всё отлично и прекрасно? Да он врёт как дышит — обычное дело. Нет, понятно, что Рёта жутко хотел сыграть, но так бездумно к этому подходить — глупость. Кисе беспечный, он, блин, кретин. А потом что? Будет лишь непонятливо моргать своими прекрасными янтарными глазками, беспечно улыбаться, хотя уже в сотый раз за сезон чуть не вогнал себя в могилу. «Ну всё, — вдруг подумала Акина. — Как только это закончится, я убью его...»