Моя вина

То, что произошло, было самым сильным потрясением и самой длинной неделей на памяти Джонса. Все подразделение БВ вместе с Хьюзом бросилось на поиски Нила. Джонс надеялся, что хотя бы отчасти Хьюз чувствовал себя виноватым, но с другой стороны он прекрасно понимал, что на такой должности как у Хьюза, у каждого принятого трудного решения была своя цена. Он вспомнил о своей беседе с Нилом в то роковое утро, чувствуя собственную вину, нашептывающую не рассказывать об этом Питеру. И, посмотрев на него, уже достаточно измучившегося своей виной, решил, что именно сейчас он не должен знать, что Нил, по существу, предпочел карьеру Питера собственной безопасности и, вполне возможно, жизни. Джонс знал, что Питер нес за Нила ответственность не только с точки зрения его контроля, но и с точки зрения его защиты и благополучия. Он наблюдал, как их отношения крепнут изо дня в день. Люди задавались вопросом, как два настолько непохожих друг на друга мужчины, могли так хорошо работать вместе. Обдумав это, Джонс пришел к выводу, что все дело во взаимном уважении. И несмотря ни на что они нравились друг другу. Он знал, что Питер был на стороне Нила в большинстве случаев, с которыми они столкнулись, и с самого начала относился к нему не как к подчиненному, а как к напарнику. Уже не в первый раз Джонс подумал о том, что имел полное право возмущаться на то, что якобы с приходом в команду, Нил узурпировал его место, ведь он рассматривал свое положение в команде как старший агент, и все же, как выяснилось, нашлось то, чего он не мог. Однако, было что-то большее. Нил не был просто напарником Питера. Джон думал о том, как они заканчивают предложения друг за другом, попеременно препираются как родные братья и самая странная старая супружеская пара в мире одновременно; как обедают с Элизабет по крайней мере три раза в неделю, и как Нил приносит Питеру порцию итальянского жаркого, приготовленного утром; как Питер без энтузиазма ворчит, но все же ходит с Нилом по музеям вне его радиуса, о том, что Нил частый гость в доме Берка, и что он берет Сачмо в парк время от времени (Джонс знает, он достаточно часто проверял браслет слежения). И как Нил напоминает Питеру о собственной годовщине свадьбы. Где-то по пути Нил стал другом Питера, и Джонс знал, что поднятая Питером суматоха была не от того, что тот не справился с возложенной ответственностью, а потому, что подвел его как друга. Они сменяли друг друга, терпя поражение в течение следующих нескольких часов, цепляясь за каждую поступающую информацию. Настроение стремительно падало, на лицах была написана усталость. Питер, казалось, состарился лет на десять. Джонс думал, что выглядел не намного лучше, глядя в зеркало. Когда он плеснул воды в лицо, чтобы хоть как-то смыть усталость, ему в голову пришла мысль, что неплохо бы Нил увидел всю эту суету, тогда он бы был уверен в своей ценности для команды; все эти люди действительно считали, что он один из них, и заботились о нем как о самих себе. *** Адрес, где, как полагалось, удерживался Нил, нашел Моззи. Он даже нарушил собственные правила и пришел к Питеру в ФБР. Джонс задался вопросом какая на самом деле история их связывает, но сомневался, что когда-нибудь услышит правду. Подразделение и тактическая команда были готовы в рекордное время и вскоре направлялись к заброшенному промышленному комплексу в доках. Казалось, прошла вечность, прежде чем они приблизились к предполагаемому объекту. Джонс проверил оружие еще раз. Он не хотел чувствовать надежду, потому что он уже делал это три раза, оставаясь ни с чем. И он не был уверен, сможет ли раз за разом справляться с разочарованием, если они, обшарив здание дюйм за дюймом, поймут, что пришли слишком поздно. Но зная, что информацию принес Моз, Джонс все же надеялся. Наступила ночь, комплекс был не освещен. Вокруг не было никакого движения. Джонс не был уверен, было ли это хорошим знаком. Команда вошла на фабрику, стоило получить сигнал, обыскивая комнату за комнатой. Толстый слой пыли покрывал все вокруг, через разбитые стекла проникал лунный свет, высвечивая ржавое оборудование, которое никто не трогал уже многие годы. Их преследовал запах плесени и тихий писк мышей, когда они обыскивали каждый ящик и подвальные помещения. Не было никакого намека на то, что этим путем недавно пользовались. Джонс не нашел сил взглянуть на Питера, когда они закончили зачистку своего сектора. Когда они собирались покинуть здание, на их частоте начались переговоры. Похоже, что группа, осматривающая северо-восточную секцию, что-то нашла. Со всей поспешностью они помчались к ним, оказываясь в комнатах на подвальном уровне, которые были пусты и без слоя пыли. Они кружили в незаконченных комнатах с десяток минут. Джонс знал, что здесь было что-то скрыто. Должно было быть.