Скованные

      Николь проводила взглядом быстро покинувшую комнату Элис. Она уже поняла, что противиться желанию поддержать ее в трудную минуту бессмысленно и бесполезно. Она готова была броситься за Элис, но давать еще какие-то поводы для анализа напыщенному Уинтерсу не хотелось. Хотя чертов профайлер был хорош, не поспоришь. Ему удалось тонко узнать ее по каким-то незначительным мелочам в поведении, на которые большинство даже не обратило бы внимания. Конечно, Николь и сама подтверждала его выводы своими эмоциями, но все же федерал определенно заработал ее уважение. Возможно, его опыт поможет наконец поймать неуловимого преступника.              — Детектив Сандерс, — обратился к ней Уинтерс, — я бы посоветовал не поднимать шум. Пусть будет расслаблен и думает, что мы просто хотим с ним поговорить. Ваши люди ведь следят за ним.              — Да.              — Они проследят, чтобы он не сбежал, а нам на руку, если он будет чувствовать себя в безопасности.              — Хорошо, агент Уинтерс, как скажешь, — согласилась Николь без возражений и подколов, что заставило мужчин переглянуться.              — Ну а ты, мистер Рэнделл, — обратился федерал к технику, — проверь алиби Пирса на время похищений остальных жертв и то, чем он занимался весь год. Для столь тщательной подготовки нужно время. Была ли у него такая возможность?              — Оки-доки, — улыбнулся Уолли. — Но это займет какое-то время.              — Мне нужно идти, — сказала Николь и направилась к выходу, где в дверях чуть не столкнулась с помощником судмедэксперта, но успела вовремя затормозить.              — Детектив, — поприветствовал тот.              — Угу. — Николь только кивнула.              Вслед за ним зашел старший криминалист Эндрю Келлум и тоже дежурно поприветствовал всех. Обойдя их, Николь вышла. Она заметила в руках папки, в которых наверняка имелось много всего интересного, но посмотреть можно и позже. Сейчас куда важнее было вызвать Пирса в участок и найти Элис, где бы она ни была. Еще неделю назад Николь претила даже сама мысль находиться с бывшей девушкой в одном помещении, а теперь она собиралась пойти за ней и если не обнять, то хотя бы сказать пару ободряющих слов.              Усевшись в свое кресло, Николь набрала номер телефона Пирса и, слушая гудки в трубке, выдвинула ящик стола, где под ворохом бумаг покоилась пачка сигарет. Она достала ее и, задумавшись, крутила в руках, пока Пирс наконец не ответил. Судя по голосу, он был слегка пьян. Николь пригласила его в участок на следующее утро, посоветовав хорошенько отоспаться. Положив трубку, она вздохнула, глядя на сигареты. Несмотря на то, что пачка была вскрыта, Николь не притронулась ни к одной, борясь с соблазном каждый день. Она сунула сигареты в задний карман джинсов и направилась на улицу.              На скамейке недалеко от входа в участок она заметила Элис, задумчиво рассматривающую проезжающие машины и проходящих мимо людей. Понуренные плечи, полный тоски взгляд — Николь совершенно не нравилось видеть ее такой. Немного понаблюдав за ней со стороны, она все же решилась подойти и уселась рядом.              — Сигаретку? — Она протянула раскрытую пачку вздрогнувшей от неожиданности Элис. — Говорят, помогает успокоиться.              — Ты же знаешь, я не курю, — не поворачивая головы, ответила та. — Я думала, что и ты давно бросила.              — Бросила.              — Тогда зачем тебе эта пачка? — Элис прищурилась и все-таки посмотрела на Николь. — Тем более полная, — она определенно заметила, что все сигареты на месте.              — Я купила ее, когда ты пришла в отдел, — хмыкнула она, вспомнив, что курить хотелось до дрожи в коленях, стоило только увидеть бывшую девушку. — Пару раз чуть не сорвалась.              Элис промолчала и лишь вздохнула, задумавшись о чем-то — наверняка у нее тоже имелось средство борьбы со стрессом и желанием прибить бывшую подружку. Если ничего не изменилось, то свои эмоции она предпочитала выплескивать в рисунках. Николь не удивилась бы, найдя у нее тонну набросков, изображающих ее смерть различными изощренными способами. Она частенько замечала, как та малюет что-то в своем блокнотике.              — Зачем ты здесь, Ники? — вдруг спросила Элис, по правде говоря, поставив в тупик этим вопросом.              — Раскрываю преступления, как и ты, — попыталась отшутиться Николь, прекрасно понимая, что от нее ждут не такого ответа.              — Я серьезно.              Николь ответила не сразу. Непросто было смириться со всем происходящим даже внутри себя, не говоря о том, чтобы произнести это вслух. Да еще и той, кто вызывал эту бурю смятения. И все же она взяла себя в руки и произнесла на выдохе:              — Я волнуюсь за тебя, Элис.              — Не стоит, — тут же отреагировала та холодным тоном. — Лучше позаботься о себе, а я сама разберусь.              С этими словами она поднялась и направилась к дверям участка, но Николь, резко подскочив, схватила ее руку, не позволяя уйти. Она настойчиво развернула Элис к себе. Она не особо отдавала себе отчет в том, что творит и чего хочет добиться, но решила не останавливаться.              — Не обязательно быть такой стервой, Элис! — Николь выпалила первое, что пришло в голову.              — Прежде чем называть меня так, на себя посмотри, Ники! — вырвав руку, ответила та, снова заставив смотреть на нее снизу вверх. — С самого моего прихода не было ни дня, чтобы ты не цеплялась ко мне со своими глупыми шуточками. И ты думаешь, что пара дней может что-то изменить? Ты глубоко ошибаешься.              Их перепалка привлекла внимание проходивших мимо людей и стоящих у входа офицеров. Какое-то время они были лишены зрелищ в виде их ссор, и теперь переговаривались и хихикали.              — Я просто хотела помочь тебе, но ты никогда не давала мне шанса. Ни тогда! Ни сейчас! — Николь не хотела переходить на крик и привлекать еще больше внимания, но последние слова произнесла, невольно повысив тон.              — Мне не нужна твоя помощь, Ники. Просто держись от меня подальше, — процедила сквозь зубы Элис и, резко развернувшись, быстрыми шагами направилась обратно в участок.              — Твою ж мать! — буркнула Николь, провожая ее взглядом.              Она выглядела идеально в строгом сером костюме, еще и элегантно покачивала бедрами при ходьбе. Даже сейчас, после ссоры, Николь все равно чувствовала, что больше не может ее ненавидеть, да и, похоже, никогда не могла. И она бы с радостью выполнила просьбу «держаться подальше», но им еще предстояло вместе вести дело. Как бы то ни было, придется вернуться в маленькую комнату. К Элис.              — Чего уставились? — рявкнула Николь, метнув полный ярости взгляд в сторону оживленно обсуждающих произошедшее офицеров. На какое-то мгновение они смолкли, но стоило отойти на пару шагов, как снова послышался гул их голосов и смех.              Войдя в комнату, помимо команды Николь увидела капитана и помощника судмедэксперта, имя которого снова затерялось в чертогах сознания, а также Келлума — криминалиста, не раз выручавшего ее, когда приходилось немного обойти протокол. Николь старалась даже не смотреть в сторону Элис, боясь ненароком выдать какую-нибудь колкость или грубость. Конечно, царившее между ними напряжение не укрылось от Мэтта и Уинтерса, но оба не говорили ни слова. Хотя уверенность в том, что напарник вскоре начнет расспрашивать ее о произошедшем, росла с каждой секундой. Чтобы не думать о неприятном, Николь полностью погрузилась в обсуждение. Оказывается, вскрытие принесло отличные новости: помимо найденной в ране жертвы частицы, под ногтем обнаружился волосок, и сомнений, что он принадлежал убийце, не возникало.              — Завтра мы получим ДНК Пирса, так что будет, с чем сравнить, — потирая руки, довольно сказал Мэтт.              — ДНК — это, конечно, хорошо, но пока на наш запрос ответят, пройдет минимум неделя. — Бэйкер покачал головой.              — Не волнуйтесь, капитан, я помогу ускорить этот процесс. Направим прямиком в нашу лабораторию, — улыбнулся Уинтерс.              — Конечно, всю грязную работу делаем мы, а самые крутые игрушки у ФБР, — пробурчала Николь.              — Сандерс, еще один подобный комментарий и пойдешь пешком патрулировать улицы, — грозно взглянул на нее Бэйкер, вызвав сдержанные смешки присутствующих.              — Молчу-молчу, — она сымитировала жест, будто запирает рот на замок и выбрасывает ключ.              — Правильное решение, — кивнул капитан и обратился к принесшему результаты анализов криминалисту, — Келлум, а что там с найденной частицей?              — Она состоит из волокон. Это синтетический полиамид. Могу озвучить формулу, но, полагаю, вам она ни о чем не скажет, — с видом ученого, и явно не обращая внимания на то, что не все понимают, о чем идет речь, начал объяснять он. — Судя по коэффициенту преломления, это классический нейлон шесть и шесть. Цвет я бы охарактеризовал как темно-серый, ближе к черному.              — И где он используется? — спросил Мэтт.              — Проще сказать, где он не используется, — вставил Уолли и поджал губы. — Его впервые синтезировала фирма «DuPont» аж в тысяча девятьсот тридцать пятом году, хотя запатентовали его только в тридцать восьмом, ну а в массовое производство он поступил и того позже, — с энтузиазмом завел свою любимую шарманку никому ненужных фактов техник, — но его используют в производствах самого широкого спектра: от тканей для одежды и щетинок зубных щеток до парашютов и струн. Некоторые компании даже пакетики для чая из него делают.              — Полагаю, что чай с жертвой этот ублюдок вряд ли распивал, — Николь решила прервать явно собирающегося продолжать Уолли. — Это нам ни хрена не дает. Он мог завернуть тело в брезент, купленный за пару баксов, а мог чистить рядом с ней зубы. Супер.              Она заметила, как техник разочарованно поджал губы и вернулся к мониторам. Наверное, его задевало то, что никто никогда не хотел дослушивать его до конца. Николь и сама не находила интересным то, что у Уолли вызывало бурный восторг. Хотя, безусловно, такой подкованный почти во всех сферах парень — находка для участка. Он мог бы заработать кучу наград, включая Нобелевскую премию, но зачем-то продолжал работать в полиции. Но именно умения Уолли помогли раскрыть многие преступления.              — Это еще не все, детектив Сандерс, и если ты закончила, то я продолжу, — взглянул на нее Келлум и едва заметно усмехнулся, когда капитан снова пригрозил ей. — В лаборатории провели спектральный анализ, а также измерили коэффициенты преломления под разными углами, что дало возможность оценить...              — Давай к делу, Келлум, — Бэйкеру, как и многим копам, никогда не нравилась научная чепуха, которую обязательно вываливали на них криминалисты.              — Не буду вдаваться в нудные подробности, — кивнул тот, — такой состав и способ обработки волокон характерен для прочного, но в то же время эластичного материала.              — Так все-таки брезент? — уточнил Мэтт.              — Ничего удивительного. Мерзавцы любят заворачивать тела жертв в него, — с отвращением прокомментировал Бэйкер, — дешево и чисто.              — Да, но я бы не назвал это брезентом. Способ обработки нейлона для производства брезента несколько отличается от нашего волокна, — продолжил Келлум. — В результате получается не ткань в привычном понимании, а нечто другое, но что, мы понять так и не смогли. Все данные есть в отчете. Возможно, вам повезет больше. Также на поверхности обнаружены следы химического вещества, наша лаборатория все еще выясняет, что это такое.              Не сговариваясь, все присутствующие разочарованно вздохнули, а Бэйкер вслух сказал:              — Держите нас в курсе, если что-то узнаете.              — Конечно, сэр, — кивнул Келлум.              — Капитан, можно мне сказать? — Николь подняла руку, будто хотела спросить разрешения у преподавателя в школе.              — А ты не можешь не паясничать, да? — смерил ее суровым взглядом Бэйкер.              — Я не хочу патрулировать улицы! — со всей серьезностью заявила она, тогда как на лицах остальных присутствующих промелькнула улыбка.              — Да говори уж, — обреченно вздохнув, махнул рукой капитан.              — Нас совсем не смущает, что после всех идеально совершенных преступлений он мог так облажаться?              — Никто не застрахован от ошибок, — сказала Элис, мельком взглянув на Николь, — и некоторые нельзя исправить.              Сомневаться в двусмысленности сказанной фразы не приходилось. Удержаться, чтобы не ответить ей что-нибудь едкое, удалось с большим трудом. Какое-то время Николь пристально смотрела на Элис, но та продолжила вести себя как ни в чем не бывало.              — Это вполне объяснимо, — с умным видом сказал Уинтерс. — Субъект тщательно готовится, стараясь исключить все возможные случайности, и это у него определенно получается. По крайней мере, получалось. Возможно, безнаказанность расслабила его. Ну а если мы правы, и убийства совершил муж последней жертвы, то это неудивительно. Он наконец переключился с суррогатов на истинный объект страсти, что могло внести определенный сумбур в его мысли. На самом деле, ошибки в таких случаях нередко приводят к поимке преступников. Это может подтвердить и тот факт, что он не использовал седатив — все же это его жена, так что тут даже похищение продумывать не нужно. Да и все порезы нанесены в одно время. Он дошел до финиша, это кульминация его обсессии.              — Но он добровольно пришел в полицию, — вставила Элис, продолжая слепо отрицать причастность друга к убийствам.              — Чтобы сбить со следа, — предположила Николь.              — Верно, детектив Сандерс, — кивнул Уинтерс и оглядел присутствующих. — Но давайте не будем останавливаться только на этой версии. Наш субъект помешан на контроле. В течение года он разрабатывает сценарий, что тоже доставляет ему удовольствие не меньше самого ритуала убийства. И, как правило, этим все не ограничивается. Такие преступники стараются участвовать в расследовании, что дает им с одной стороны информацию, а с другой — возможность повлиять на его ход. Возможно, таким образом Пирс хочет направить нас по ложному следу, заодно показав готовность к сотрудничеству. Но советую также присмотреться к журналистам и другим людям, проявляющим интерес.              — Уинтерс, под другими людьми ты имеешь в виду?.. — прищурился Бэйкер.              — Именно, капитан, — кивнул агент, опершись обеими руками на стол.              Бэйкер нахмурился, ему явно не нравилось даже простое допущение того, что в участке может быть предатель. Но такая мысль приходила в голову и Николь, но озвучивать ее она не решалась.              — Пожалуй, мне пора, — робко вставил Колтон, протянув планшет с документами Мэтту, — детектив Дайсон, подпиши, пожалуйста, что принял отчет.              — И мне, Дайсон. — В отличие от помощника судмедэксперта, Келлум говорил уверенно.              — Конечно. — Тот поставил пару размашистых подписей, после чего Колтон и Келлум быстро удалились.              — Уинтерс, держи меня в курсе, что там с ДНК, — сказал Бэйкер, тоже направившись к выходу. — Я сообщу комиссару, насколько мы продвинулись, а то он меня уже закопать готов. Мы как никогда близки к поимке этого мерзавца, давайте не облажаемся, ребята.              — Конечно, сэр, — кивнули детективы и агент ФБР почти синхронно. Кто бы мог подумать, что они так сработаются.              — Уже поздно, так что отдохните, сегодня вы хорошо поработали, — улыбнулся Бэйкер и вышел.              — Думаю, он прав, — согласился Уинтерс. — Завтра взглянем на все свежим взглядом. Во сколько придет Пирс?              — В девять, — ответила Николь.              — Отлично. Может, по пиву? — предложил Мэтт.              — Да ну нахрен, — тут же отозвалась Николь, не имея ни малейшего желания проводить время с надменным федералом или бывшей подружкой.              — Нет, спасибо, — одновременно с ней сказала Элис.              — Ну, как хотите, — хмыкнул Мэтт. — Уинтерс?              — С радостью, — улыбнулся агент, и оба вышли, тут же переключившись на обсуждение бейсбола.              Постояв всего несколько мгновений в неловкой тишине, Элис и Николь устремились к выходу. Их пальцы соприкоснулись, когда обе потянулись к ручке. Они тут же одернули их как ошпаренные. Николь отступила на шаг и дала Элис пройти первой. И взгляд предательски скользнул по ее фигуре. Она старалась отвернуться, но глаза сами продолжали смотреть туда, куда не стоит.              Николь уселась за свой стол, скрывшись за монитором и грудой беспорядочно сваленных папок. Несмотря на поздний час, домой идти не хотелось, и она намеревалась заняться разбором скопившихся дел, тем более народ уже разошелся, так что никто не помешает.              — Блин, да где они? — вдруг донеслось от Элис.              Николь чуть отъехала в кресле и увидела, как та роется то в сумке, то в карманах, то в ящиках стола.              — Что-то потеряла, Райли? — хмыкнула она.              — Да, — ответила Элис и ехидно добавила: — твою совесть.              — Ты сказала они.              — Вместе с твоим чувством юмора.              — Очень смешно, — показательно зевнула Николь и потянулась, — а я уж было хотела тебе помочь, но лучше буду держаться подальше.              Она поднялась с кресла и пошла в кухню, чтобы налить кофе. Раз уж придется провести полночи в участке, то неплохо бы заправиться.              — Твою ж мать, — Элис швырнула сумку на стол, — где эти чертовы ключи?              — Как можно просрать ключи от квартиры и машины, не трогая их? — хохотнула Николь, наливая кофе в кружку. — Ну ничего, тут есть очень удобная кушетка. Правда, завтра ты уже не будешь выглядеть так безупречно... Но как же мисс модница появится второй день в той же одежде?              — Может, ты заткнешься, Ники? — процедила сквозь зубы Элис, сверкнув гневным взглядом.              Она дотянулась до степлера и запустила его в сторону Николь. Ей удалось увернуться, но степлер с жутким грохотом ударился о стену и разлетелся по частям.              — У тебя совсем крыша поехала? Чего государственной собственностью разбрасываешься? Бюджет-то не резиновый, хрен кто тебе новый купит, — веселилась она, наклонившись, чтобы поднять скобы — ей-то они пригодятся.              — Это того стоило, — буркнула Элис, бегая растерянным взглядом по помещению.              — Вон твои ключи, растяпа, — Николь заметила их, когда потянулась за скобами, — под столом Мартинеза.              — Спасибо, — без особой благодарности произнесла та и подняла связку.              — Как жаль, а я уж думала, мы проведем вместе всю ночь, — показательно вздохнув, поэтично продекламировала Николь, только потом осознав, насколько двусмысленно прозвучала ее фраза.              Элис прищурилась, смерив ее внимательным взглядом. Интересно, о чем она в этот момент подумала? На секунду представилось, что она может согласиться, и Николь не знала, как бы тогда поступила. С одной стороны, хотелось послать Элис куда подальше, но с другой...              — Не дождешься, — все же сказала та и, прихватив плащ, направилась к лифту.              Николь облегченно выдохнула, когда Элис ушла, словно из воздуха испарилось напряжение, почти физически ощущаемое легким покалыванием на коже. И если раньше все заканчивалось неминуемой ссорой, то теперь уверенности в том, что случится после очередной перепалки, не было. Николь не хотелось думать, что она снова поддалась чарам Элис, но, похоже, уже поздно. Ни о какой работе речи идти уже не могло — в голове прочно обосновались совсем другие мысли, так что Николь решила прогнать их самым простым способом. Взяв толстовку, она направилась в «Мокрого Джо».