Когда сойдутся день и ночь

В последние полгода Малфой стал замечать, что Северус Снейп ведет себя так, словно завтра ему подниматься на эшафот в качестве приговоренного к казни. Сколько бы Люциус ни говорил ему, что из всех ситуаций можно найти выход, тот в ответ только скептически усмехался. Пересмотрев сотни свитков и пролистав десятки книг, Малфой стал потихоньку выстраивать схему действий, которая поможет спасти жизнь, если и не всем Поттерам, то кому-то одному из них наверняка. Темный Лорд все никак не мог определиться с тем, что же предпринять в отношении малыша, у которого, по словам пророчества, хватит могущества его победить. Какое могущество может быть у младенца? Нужно дождаться, когда мальчик вырастет, и тогда вступить с ним в схватку, доказав, кто из них действительно могущественный колдун – считал он. А на другой день у Повелителя разыгрывалась паранойя, и он был готов мчаться и убивать всех младенцев, лишь бы ему ничего не угрожало. В конце концов Темный Лорд захотел посмотреть на мальца, но когда он потребовал найти адрес Поттеров, то оказалось, что никто не знает, где они спрятались. Все Пожиратели получили новое задание – выяснить, где скрываются Поттеры. Почему Темному Лорду вздумалось преследовать именно эту семью, а не, к примеру, Лонгботтомов, у которых ребенок родился на день раньше и тоже подходил под условия пророчества – никто не знал. На Снейпа без слез нельзя было смотреть. На собраниях и при посторонних, тем более в присутствии Лорда, он держался – был спокойным, равнодушным и циничным, но стоило ему остаться в Малфой-мэноре наедине с хозяевами, как маска слетала с него, словно водой смывало. Глаза побитого щенка и злой оскал на лице с бесконечным тихим перечислением всех «благ», которые он желает себе, заставляли Малфоев усомниться в его психическом здоровье.

* * *

Где-то в марте Снейп не выдержал и, дождавшись, когда все соратники покинут зал встреч, бросился Темному Лорду в ноги, упрашивая пощадить миссис Поттер и отдать ее ему. Люциуса Северус за свидетеля не считал, поэтому не стеснялся ползать у трона и выпрашивать милости для своей подруги в его присутствии. – Люциус, что ты скажешь? Стоит оставить грязнокровку в живых и подарить ее Северусу? Он говорит, что эта девка была в детстве его подругой, – Северус правильно выбрал время для своей просьбы – Темный Лорд был в хорошем расположении духа. – Любое ваше решение, мой Лорд, будет правильным. Но почему бы не порадовать мистера Снейпа, он всего за два года получил звание мастера зельеварения, и все его труды идут нам на пользу. Я думаю, что можно и побаловать его. Убить грязнокровку никогда не поздно. О ней в пророчестве ничего не сказано, – Малфой низко поклонился, чтобы Темный Лорд вдруг не решил, что Люциус дает ему свои рекомендации. Его слова должны звучать просто как размышления на заданную Лордом тему. – Северус, поднимись. Я постараюсь, чтобы твоя грязнокровка осталась живой. Но я не обещаю, что буду сдувать с нее пылинки. – Спасибо, мой Лорд!

* * *

Некоторое время Снейп ходил повеселевшим. Но Малфой, зная, как быстро его Северус может изменить свое мнение об успешности собственного жизненного пути, не переставал искать возможность для помощи ему. Люциуса уже не волновало, что Темный Лорд все больше теряет рассудок, что он создал кучу крестражей и все равно страшится смерти. Малфой боялся потерять семью, боялся потерять Северуса, остальные его не так уж и волновали. Его сынишка скоро начнет бегать, его жена оказалась прекрасной супругой, чего, в общем-то, Люциус и ожидал от нее. Северус перестал закрываться от них и вел себя не как гость, а, скорее, как дальний родственник, которому нечего бояться быть самим собой с близкими людьми. Все это устраивало Малфоя, и он хотел, чтобы никакие Темные Лорды не портили его жизнь. Когда такая мысль впервые пришла ему на ум, Люциус даже испугался. Но подумав и рассмотрев ее со всех сторон, решил, что мысль стоящая, и ее следует по возможности воплотить в жизнь. Открыто выступать против Темного Лорда – это самоубийство, но подвести его к грани саморазрушения можно, если правильно все рассчитать. Он уже сейчас разорвал свою душу на несколько частей, внутри него остались одни обрывки. Создавая крестраж, волшебник не отрезает ровный кусочек своей души где-то с краю, а вырывает ее кусок прямо из середки. А Темный Лорд уже не меньше пяти раз выхватывал куски из своей души. Внутри у него уже траченая молью и драная собаками тряпка, а не душа. Откуда там возьмутся чувства, где там жалость и сочувствие, где любовь и преданность? Там остались только боль и желание сделать так, чтобы и всем вокруг было также больно. Люциус Малфой, который под руководством Лорда внимательно изучил все возможные документы о крестражах, знал об этом очень хорошо.

* * *

Малфой сидел у раскрытого окна и наблюдал, как над цветущими клумбами вьются бабочки, пчелы и разные другие мелкие летуны, стараясь управиться со своими делами до темноты. На коленях Люциуса расслабилась старинная книга в кожаном переплете и с железным замочком, позволяющим читать ее только с разрешения главы рода. Сегодня лорд Малфой слегка измучил этот фолиант, листая, читая и перечитывая, а затем снова листая, теребя ветхие страницы, отвыкшие от такого пристального внимания к себе. В коридоре послышались шаги. Люциус оглянулся и в дверном проеме увидел мелькнувшую черную мантию. – Северус! – Малфой повысил голос, чтобы быть услышанным. – Ты что-то хотел? – Снейп, недовольный, что его задерживают, заглянул в приоткрытую дверь гостиной. – Северус, я хотел бы с тобой поговорить. Это очень важно. Для тебя важно, – Малфой вздохнул. – Надеюсь, что все еще важно. – Заинтриговал. Я закончу варить зелье в лаборатории, и мы поговорим. Или ты предпочтешь другое время? – Снейп действительно заинтересовался, о чем это важном Люциус решил с ним поговорить. В последнее время они мало общались. Как-то события не располагали к праздным беседам. Малфой был занят в Министерстве и Гринготтсе, Снейп работал над заказами Темного Лорда – создавал пыточные зелья и проводил свои собственные исследования по усовершенствованию лечебных составов. Лорд не мешал его изысканиям, заявляя, что соратников тоже приходится лечить, так что любая работа Снейпа идет на пользу Пожирателям Смерти. – Приходи, как только освободишься. – Хорошо, – Северус кивнул и быстрым, летящим шагом направился в лабораторию Малфой-мэнора, которую он знал теперь намного лучше, чем хозяин поместья. Снейп по-прежнему жил у Малфоев. К нему привыкли и даже не представляли, что он может уйти жить отдельно. Порывистость и ребячество в поступках, повсеместная мстительность и неуступчивость Снейпа постепенно вытеснились равнодушной созерцательностью и саркастичной циничностью. Он стал жестким и бескомпромиссным, а его равнодушие подчас граничило с жестокостью. Но в отношении Малфоев он был иным. Только Люциус и Нарцисса могли видеть, что этот человек может уставать, сердиться и волноваться, как всякий другой нормальный мужчина его возраста. Северус по-своему заботился о них. Так, услышав вопрос Темного Лорда Малфою, почему Нарцисса до сих пор не приняла метку, Снейп бесцеремонно влез в разговор, заявив: – Мой Лорд, о какой метке может идти речь? Малфой выбрал себе в жены слабую и квелую неврастеничку, которая дергается от каждого громкого звука. Она своей тени боится и будет только обузой для нашего дела. Это Белла у нас воин, ей досталась вся сила Блэков, а ее сестра бледная немощь, не способная бороться. – Люциус, это правда? Я давно не был у тебя в гостях, это рождение наследника так повлияло на твою супругу? – у Лорда вызывали брезгливость ничтожество и слабость. – Да, мой Лорд. Рождение ребенка очень изменило мою жену, она не совсем здорова, – Люциус бросил злобный взгляд на Снейпа, довольно ухмылявшегося с другой стороны трона их Повелителя. Малфой прекрасно понял затеянную Снейпом игру и с радостью поддержал ее. Дома, в Малфой-мэноре, когда они останутся одни, Люциус поблагодарит Снейпа за помощь, а сейчас необходимо разыграть оскорбленного вмешательством посторонних в его семейную жизнь. В последнее время Темного Лорда очень развлекали ссоры между соратниками, так почему не сделать ему приятное?

* * *

Было уже довольно поздно, когда Северус пришел в гостиную и, устало потирая лицо, мешком свалился в кресло. – Я слушаю тебя, Люциус, – Снейп с удивлением смотрел, как Малфой, хозяин поместья, старательно накладывает чары конфиденциальности, ставит сигналки на дверь и окна, тщательно закрытые и задернутые плотными шторами. Тревога мягкими шагами подкралась к сердцу Северуса. – Что-то случилось? – Успокойся, пока ничего не случилось. Но обязательно случится, если мы будем неосторожны, – закончив творить чары, Люциус уселся напротив Снейпа. – Ты все еще хочешь спасти свою подругу? Северус, не смотри на меня так, словно я обзавелся рогами или ослиными ушами. Я говорю о миссис Поттер. Ты хочешь ее спасти? – Люциус, ты прекрасно знаешь, что хочу, но реальность такова, что от меня почти ничего уже не зависит, – Снейп обиженно поджал губы, словно его обвинили в преступном бездействии. – Значит, нужно сделать так, чтобы от нас зависело все то, что нам небезразлично. Смотри, – Малфой подал книгу, которую читал весь день и знал теперь почти наизусть. Некоторое время они провели в тишине: Малфой рассматривал собственные руки и думал о чем-то своем, а Снейп читал предложенный ему раздел в книге, хранимой в роду Малфой. Прочтя, он неверящим взглядом посмотрел на Люциуса. – И это возможно? – Снейп пальцем постучал по странице раскрытой книги. – Если ты сможешь сварить указанное там зелье – то да, это вполне возможно. – Смогу ли я сварить? Ты сомневаешься в моих способностях? – Нет, Северус, я не сомневаюсь в твоих способностях. Я спрашиваю, сможешь ли ты достать тот самый «особый» компонент – частицу Его? – многозначительный взгляд Люциуса был понятен: не стоит даже в закрытой чарами комнате родового поместья говорить все напрямую. Риск, конечно, дело благородное, но хотелось бы еще и выжить. – Я все сделаю. Ты поможешь с ритуалом? Это ведь ритуал, который хранится в вашем роду, и если его проведет кто-то другой – он может неправильно сработать. – Северус, ты решил прочитать мне лекцию по основам ритуалистики? Я предложил тебе ознакомиться с этим, – Люциус указал на книгу. – Так почему ты задаешь мне глупый вопрос, помогу ли я? Конечно помогу! Зачем бы я начинал этот опасный разговор? – Ты представляешь, что может произойти? – Я очень надеюсь, что именно это и произойдет! Я что, единственный зрячий остался?! Никто ничего не видит?! – Малфой разозлился, его чуть ли не обвиняют в том, что он хочет извести доброго и ласкового Повелителя. – Да, я – неблагодарный и жестокий. Я просто хочу, чтобы моя семья не пострадала. И если, добиваясь этого, я помогу еще кому-нибудь, то это только хорошо. Неужели ты не согласен со мной? Нет? Ну беги, рассказывай Ему, какой я предатель! Давай, пусть все быстро закончится, а то сил моих уже нет выкручиваться и оглядываться на каждом шагу! Северус бросился к ногам Малфоя и, уткнувшись лицом в его колени, затряс головой. – Нет, мой Люциус! Ни к кому я не побегу! Я буду твоим рабом всю оставшуюся жизнь, если ты поможешь мне. Люциус, помоги мне, – прошептав последние слова, Северус заглянул в лицо ошарашенному его поведением Малфою. Люциус, всматриваясь в зажегшиеся надеждой глаза, взял лицо Снейпа в ладони. Проводя большими пальцами по небольшой щетине на лице Северуса, Малфой тепло улыбнулся. – Не нужно рабом. Просто будь, хорошо? Просто всегда будь! – коснувшись губами виска все еще стоявшего на коленях Снейпа, Люциус слегка подтолкнул его, понукая встать. – Готовь зелье. По крайней мере, двоих Поттеров мы постараемся спасти. – Почему двоих? – Глава рода не может проводить одинаковый ритуал больше двух раз в год. Это непреложный закон. Все трое смогут спастись только в том случае, если Он еще год их не тронет. Действие ритуала временем не ограничено, один раз проведенный, он будет охранять хоть всю жизнь. Можно подстраховаться и поставить на их дом щит Виктим Рашат*. Слышал о таком? – Слышал. Лили не согласится. Это же не просто темная, а черная магия с принесением человеческой жертвы. – А ты не с ней говорить должен, а с ее мужем, с этим твоим спасителем. Дом ведь на Поттера должен быть настроен, и только с его разрешения можно будет добавить еще один слой защиты – именной, против Него. Твой Поттер что, готов пожертвовать собственной семьей, лишь бы чистеньким остаться? Да почти на каждом доме старинных родов есть подобная защита, только рассчитанная на любого засранца, который посмеет нанести вред семье. – Во-первых, этот дебил Поттер – не мой. Во-вторых, я все понял. Иду готовить зелье. Что так на меня смотришь? Я – зельевар, конечно же, у меня есть то, что нам нужно. Я запасливый. – Снейп, ты хранишь компоненты личности, взятые без спроса? У тебя и мое что-то есть? – Люциус подозрительно прищурился. – А как же, лорд Малфой? У меня есть вы целиком – вот стоите напротив меня и сетуете, что я такой хороший зельевар. А может, я сохранил его прядь волос как дар любви? Не ухмыляйся. Ты становишься похожим на лиса или хорька, когда так делаешь. Не один ты зрячий и видишь, куда все катится. Моя предусмотрительность, возможно, спасет жизнь одной вредной, но очень хорошей ведьме. – Возможно, не только ей. Северус, для того, чтобы все сработало, нужно будет еще разыскать эту твою ведьму. – Разыщем. Обязательно разыщем, – Северус искренне улыбнулся и, кивнув на прощание, вышел из гостиной, разрушая по пути чары, сплетенные Люциусом перед их разговором. – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – – * Щит Виктим Рашат предполагает создать защиту здания от проникновения конкретного лица, гарантией действенности щита служит принесенная человеческая жертва. Черная магия. (фантазия автора)