Ночные бессмысленные разговоры.

Чонгук брел по заснеженным улицам медленно, заходясь в новом приступе кашля, и не понимал, где мог так сильно заболеть и почему это произошло именно сегодня. Его кожанка продувалась насквозь от сильного ветра, а музыка больше не была такой значимой. Они договорились встретиться с Чимином сегодня в час дня в парке, но у него просто не было сил добраться туда. Чон сел на заснеженную лавочку возле остановки и устало прикрыл глаза. Ему было холодно и отвратительно. Он был так слаб, что едва смог подняться с деревянной конструкции и медленно пойти дальше. Сегодня денег тратить на проезд не хотелось. Люди, вечно спешащие куда-то, казалось, не замечали его и лишь некоторые бросали брезгливые взгляды на него. Нет, он не был похож сейчас на человека, находящимся под кайфом или алкоголем, просто все почему-то забыли, что существует слово «помощь». Чонгук позвонил Тэхену, слушая его веселый голос, который спрашивал в чем дело и чтобы вечером он купил пирожные вместо торта. — Тэхен, я, кажется, умираю. «Ты... что?» — его предложение потерялось среди шума улицы и громкого кашля Чонгука. - «Чонгук, где ты? Я приеду немедленно, где ты?» Чонгук не ответил, потому что сам не знал. Он мог бы спросить у прохожих, что это за улица, но ему бы попросту не ответили. Телефон показывал противные три процента. Тэхен спрашивал раз за разом, его голос был взволнованный, а за заднем плане слышался какой-то шорох. Вероятно, он одевался сейчас, Чон не был уверен в этом. В какой-то момент он подумал, что было бы неплохо умереть от какой-нибудь там пневмонии или гриппа из-за осложнений, чтобы стать свободным, но мысли почему-то вертелись вокруг Тэхена, и Чонгук не мог сделать этого. Это было до абсурда смешно, что он забрел в какую-то кофейню, чтобы спросить, где он, после чего продиктовал адрес Тэхену и сбросил. Ему обещали, что через сорок минут все будет хорошо. — Вам плохо? — парень, больше похожий на куклу, поинтересовался осторожно и предложил сесть. Чонгук покачал головой — он не хотел, чтобы его считали жалким. — Просто немного приболел, — Чон посмеялся и сел за столик, пытаясь принять удобное положение, чтобы хоть немного почувствовать себя лучше. Он думал, что сегодня он не сможет встретиться с Чимином, потому что часы показывали двенадцать тридцать, а его температура, вероятно, была под сорок. Чонгук мог бы говорить с Чимином на разные темы, смеяться и дарить ему свою вымученную улыбку. Ему так не хотелось чувствовать себя мертвым и одиноким. Чонгук хотел жить. Хотел научиться быть таким же жизнерадостным, как и Чимин, но его темперамент не позволял этого. Хотя дело было даже не в нем и не в других процессах психики, а в банальных травмах, которые он не помнил. — Держите. Вам должно стать немного лучше, — тот странным парень протянул ему таблетку жаропонижающего, стакан воды и ароматный чай с лимоном. — Вы такой красный, что мне кажется, что вы скоро упадете в обморок от температуры. Было так странно принимать от другого человека помощь, и Чонгук бы обязательно отказался, если бы не видел в этом бариста какой-то уют и дружелюбие, поэтому с какой-то благодарностью принял таблетку и отпил ароматный чай. Чонгук не любил чай, но этот, казалось, был просто волшебным. — Спасибо большое... — Сокджин, — бариста тепло улыбнулся и сел за столик напротив. — Чонгук. — Очень приятно. Они проговорили до прихода Тэхена. У Сокджина был приятный мелодичный голос, который успокаивал, а Чонгук отвечал слабо, пытаясь не провалиться в сон. Только почему-то с каждой минутой его голова тяжелела, а веки смыкались. Он смутно помнил, что Тэхен осторожно подхватывал его на руки, поглаживая по спине, и благодарил Сокджина прежде чем скрыться среди толпы проходящих людей.