Сквозь мрак навстречу неизвестности

      В последнее ночное дежурство на Мысе Тернистой Долины на этот раз пошли Зак Ривера и Эрик Коулман, в то время как остальные улеглись спать. Ночь на этот раз выдалась безлунная, всё небо закрыли тяжёлые тёмные тучи, поэтому костёр гасить не стали, а оставили его ярко гореть. Ривера то и дело подбрасывал дрова в костёр, потом достал из сухпайка хлеб, наколол его на длинную веточку и принялся жарить над огнём. Огонь весело и ярко трещал, изредка языки пламени «лизали» хлеб и в том месте где это происходило очень часто, там хлеб начинал постепенно темнеть. Коулман с «Томпсоном» М1 в руках ходил по территории лагеря, придирчиво рассматривая каждый куст и заглядывая в каждую тёмную прогалину вблизи лагеря. Убедившись, что вблизи никто не шастает, Эрик не спеша вернулся к костру и стал рядом с Риверой, который пристально следил за хлебушком дабы тот не сгорел.  — Соскучился по чему-то подогретому? — спросил Коулман, глядя на наколотый на веточку хлеб.  — Ага. Я бы от картофеля не отказался, а то я уже рис успел разлюбить, — кивнул Зак.  — От тебя костром на утро вонять будет сильно. Утончённой эльфийке дымящийся мужчина явно не понравится, — заметил с подколом Эрик, вынув из «Томпсона» магазин и разглядывая патроны в нём.  — Что ты всё пристал с Лассианой? Сам на неё же глаз положил и готов ей предложить цветы, руку с сердцем, а подкалывает остальных, — усмехнулся Ривера перевернув хлеб над костром.  — Ну она тебе нравится хотя бы? — промычав сначала спросил Коулман.  — Ну нравится. Ну красивая она, симпатичная и воевать умеет. Нас тридцать мужиков и каждый будет ей тайно признаваться в любви, дарить подарки и бить морды конкурентам? — безэмоционально ответил Ривера сняв прожаренный хлеб с веточки и откусив от него кусок. — Мы же не сражаемся за Катю в одном доме во время Величайшей битвы Второй Мировой Войны. И если тебе капитально не хватает женщины, то потерпи до какого-то поселения или города и там выбирай любую женщину из людей, которая тебе понравится: хоть похотливую пышногрудую официантку из таверны, хоть культурную и образованную дочь местного мэра.  — Ну если так… — пожал плечами Коулман — и ведь не объяснишь ей, она наш язык как-то понимает, а её попробуй разбери.  — Чтобы понять эльфийский надо родиться русским, — заметил Зак и указал веточкой в сторону хижины.       В кустах раздался шорох, оба морпеха машинально повернулись на звук и посмотрели на неосвещённую костром часть поляны. Коулман взял свой карманный фонарик в одну руку, а во вторую взял камень и осторожно двинулся на звук, который не прекращался. Кто-то сломал несколько листьев большого папоротника и полез на дерево. Коулман швырнул камень на звук, тот глухо упал в листве, а в ответ раздался обиженный возглас обезьяны. Луч света выхватил её морду из-за дерева, судя по размерам это было очень крупная мартышка.  — Макак расплодилось тут, — ухмыльнулся Коулман, выключил фонарик и вернулся к костру.  — Не зря костёр разожгли. Обычно безобидные твари на свет стараются выходить, а всякие хищники и шакалы сидят по кустам в темноте, — заметил Ривера догрызая поджаренный хлеб, — а так ушки на макушке.  — Какова вероятность того, что если мы заснём, некая тварь с острыми зубами нами закусит? — поинтересовался Эрик.  — Если тебя интересует процесс поедания хищников своей жертвы и ты хочешь испытать это в живую, то джунгли рядом. А на восточном берегу мертвецы шатаются со змеюками этими, — Ривера указал веточкой на восток и принялся вскрывать консервную банку с тушёнкой своим кабаром.  — Зак, серьёзно. Я только спросил… — рассердился Коулман.  — Ну, а я только ответил, — равнодушно ответил Зак.  — Ощущение, что со мной разговариваешь по типу «Отвали поскорее», — обиделся Эрик и лёг на траву.  — Ну если бы ты не был таким задирой и провокатором, мы бы сейчас могли начать разговор о чём-то более высококультурном или даже волшебном, — мечтательно протянул морпех, поедая тушёнку, — но у тебя в голове сейчас только женщины и ничего больше.  — Ну, а что может быть прекраснее чем женщина? — усмехнулся Коулман с интересом посмотрев на своего коллегу.  — Мягкая постель. Тёплый душ. Родная семья, — начал перечислять Ривера, — и самое главное, это Крестовый поход против неверных и освобождение Гроба Господня. Собираются все мужчины и времяпровождение просто замечательное!  — Ну-ка, с крестоносцев подробнее. Почему они лучше? — поинтересовался Эрик.  — Смотри, я человек верующий, католик. Иерусалим — обитель христианства. И в этой обители сидят какие-то арабы-мусульмане. Уже непорядок. Да, сейчас там у чаелюбов-овсянников свои колонии, но всех евреев оттуда выселили ещё при римском императоре, а христиан гоняют, если рядом не окажется британца-патрульного. Так к тому же, эти арабы поддерживают Гитлера!  — Не знал. А чего так? — поморгал удивительно глазами Коулман.  — Фюрер у них объявлен чуть ли не дальним потомком Мохаммеда и его рассматривают как освободителя от британцев. Я знаю о злодеяниях бриттов в Южной Африке и против зулусов, но лучше бритты, чем нацисты. Считай, арабы работают на нашего врага, причём добровольно. А вот Крестовые походы надолго решали эту проблему. И можно было стать уважаемым защитником Добра, Света и Христианства, — начал тараторить Зак, забыв на момент про консервы.  — Так потрудись мне объяснить, правоверный воин-крестоносец, почему Папа Римский прислуживает фашистам и лично Муссолини? — ехидно заметил Эрик.  — Пий XII? Его уже сместили, когда наши парни взяли Рим после битвы у Монте-Кассино. Но он не только с фашистами сотрудничал, но ещё и антифашистскому подполью помогал. А там уже пусть суд и трибунал разбирается, — спокойно ответил Зак.  — Интересно, кого мы быстрее победим, япошек или нацистов? — задал вопрос Коулман, сняв с головы каску дабы она не давила на затылок.  — Если учесть, что русские уже в Польше, а наши до Бельгии и Голландии дошли, то быстрее наци завалим, — ответил Ривера, выскребая ложкой тушёнку со дна банки.       Где-то на севере, за видневшимися среди высоких деревьев горами, раздался звук, похожий на отдалённый раскат грома, за горами также подымался слабый столп дыма. Морпехи повернулись в ту сторону и внимательно вглядывались и вслушивались. Вскоре «гром» повторился, хотя дождём вроде бы и не пахло.  — Дождь собирается?  — Непонятно. По тучам ничего не скажешь, погода весь день указывала на ясное завтра. Может взрывается что-то? — ответил Ривера поглаживая свой подбородок.  — Из пушек стреляют? — предположил Коулман.  — Возможно. Но откуда здесь пушки? — кивнул его коллега по дежурству.  — Может мы тут не одни? В смысле, что кроме нас сюда попали ещё кто-то из нашего мира, — вдруг спохватился Эрик.  — Кстати, возможно! — вскочил на ноги Зак, но тут же сел обратно. — Тут либо ещё кто-то из наших, либо японцы. Последнее мне бы крайне не хотелось, хоть где-то от додзё передохнём.  — Завтра обоих радистов встряхнём и попросим в эфир выйти, — заявил Эрик и полез за своим сухпайком.       Остальную ночь вплоть до рассвета морпехи дежурили посменно: сначала отдыхал Зак, а караулил очень активный и бдительный Коулман, потом менялись и так с перерывами в два часа. Когда стало светать, на улицу из хижины вышел заспанный Джон О.Миллер. Первым делом он отошёл в отхожее место, а затем подсел к дежурившим морпехам.  — Как ночка, парни? — спросил весело Джон.  — Нормально, брат. Только вот слышали странные бабахи за горами и дым. Вон он, кстати, ещё подымается, слабее только, — ответил Коулман кивнув в сторону гор. — Предложи радистам выйти в эфир, вдруг там ещё кто-то с Земли оказался.  — Вряд ли там ещё пришельцы есть… я передам им, — Джон почесал голову и зашёл обратно в хижину.       Ровно в 7 утра все уже были на ногах и приводили себя в порядок возле единственного родника, кто-то вертелся с зубной щёткой и зубным порошком, кто-то хотел побриться, но ему сообщили, что сейчас не время. Капитан Льюис проверил исправность барабанных магазинов для своего «Томми-гана» и мельком посмотрел на эльфийку крови, которая надевала на себя доспехи.  — Полный набор рыцарских доспехов не носишь? — спросил он, глядя как Лассиана подвязывается ремнями.  — Нет. В противном случае мне пришлось бы иметь личного оруженосца и ходить со скоростью гружёной тележки, — ответила эльфийка.       Капитан не разобрал в её ответе ровным счётом ничего, но мысленно понял её и больше не приставал с расспросами. Павел Иванов, который зашёл в хижину за своим карабином всё же решил помочь эльфийке с надеванием нагрудника и наплеч, после чего протянул ей пояс с подсумками.  — Не забывай этот пояс, он будет полезен даже когда подсумки опустеют, — напомнил русский.  — И как же он мне поможет? — спросила его Лассиана.  — Пояс можно намотать на руку в случае драки, в него можно натыкать всяких острых предметов и размахивать им, как хлыстом, поверь, работает. Ну и если под рукой нет тугих бинтов его можно использовать как жгут для пережимания кровеносных сосудов. А ещё им можно задушить. Полезная вещь, — подробно рассказал Иванов.       Лассиана надела тканевый пояс морского пехотинца поверх своего латного красного пояса, закинула «Гаранд» за спину и вышла к технике. Морпехи уже вооружились, оделись и крутились вокруг техники, некоторые курили, а Грин и Хейз уже волновались, что сигареты скоро могут закончиться. Сержант Салливан стоял возле костра и смотрел в бумагу с перерисованной картой, Лассиана подошла к нему и заглянула через плечо.  — Рядовой первого класса Иванов! Сюда! — позвал русского капитан.  — Я, сэр! — Иванов мигом появился перед Льюисом.  — С Лассианой на танк, вы поедете впереди и будете показывать дорогу, — распорядился капитан.  — Слушаюсь сэр, — отдал честь Иванов и пошёл к эльфийке.       Рядовой Элтон Хендерсон попросил всех морпехов построиться группой и сфотографировал бойцов на свою фотокамеру. В кадр попала и эльфийка крови, озадаченно смотревшая в фотоаппарат.  — По машинам! — сложив руки рупором скомандовал Колин Льюис и морпехи тут же разошлись по амфибиям.       Иванов разъяснил указания командира эльфийке и указал ей на плавающий танк. LVT (A)-4 закончил прогревать двигатели, а его экипаж ожидал только команды, командир машины Лопез высунулся из открытой башни и счищал пыль с оптических приборов.  — Это танк у вас такой? — спросила эльфийка крови с нескрываемым интересом.  — Ага. Башня с пушкой, корпус, мотор, пара гусениц, понтоны по бокам, три пулемёта. Залезай вот здесь, тут поручни, — кивнул Иванов заскочив на танк, цепляясь за гусеницы и надгусеничные полки.       Командир Лопез свесился из башни и услужливо помог эльфийке вскарабкаться на амтанк. Павел посмотрел назад — все морпехи уже заняли свои стоячие и сидячие на корпусе места амтраков. Раздалась команда капитана «Полный вперёд!» и техника, дружно зарычав двигателями, тронулась с бывших Раскопок Лиги Исследователей в сторону руин Жубуваля. Опустевшая хижина, шалаши и тлеющий костёр плавно оставались позади пока совсем не скрылись из виду. Плавающий танк въехал в пролом стены, своей 13-тонной тушей, сделав пролом ещё более широким, и выехал на дорогу, за ним последовали транспортные амфибии с бойцами. Техника построилась на дороге и поехала по ней на выезд из Жубуваля.  — Леди Лассиана, попрошу вас дальше указывать нам дорогу, — командир танка Лопез высунул свою голову из башни и приветливо посмотрел на эльфийку.  — Дорогу? — Лассиана посмотрела на Ивана, тот кивнул. — Сейчас прямо по дороге, когда покинем Жубуваль, сверните налево и едете до берега, дальше идёт узкая тропа вдоль Водоворота.  — Чего блин? — переполошился Лопез. — Какой ещё Водоворот?  — Обычный, мастер-сержант, — ответил наводчик Малькольм Браун, тоже вылезший из башни.       Внимание эльфийки привлёк турельный крупнокалиберный Browning M2HB на башне танка. Она спросила, что это за дивная пушка. Из-за долгого проживания в Запределье такого оружия эльфийка ещё не застала. Павел заметил, что это пулемёт. Лопез для наглядности вынул из ленты одну крупнокалиберную пулю и сравнил его толщину и длину с указательным пальцем эльфийки.  — Такой красавец попадёт в руку — оторвёт и полетит дальше. А голова вообще лопнет как арбуз, — деловито заметил Лопез вставляя патрон обратно в ленту.  — Вы из будущего? — недоверчиво спросила Лассиана. — У вас даже танки не такие как у нас.  — Можно и так сказать, что мы из будущего, — кивнул Иванов.  — А какие у вас танки есть? — живо поинтересовался Лопез.       Услышав о большом монструозном сооружении размером с дом, работающем на паровом двигателе, у которого вместо гусениц четыре больших колеса-катка, а сам он дымит как паровоз, танкисты засмеялись.  — У нас в Первую Мировую даже медленные бронированные коробки и то практичнее были! — кинул из недр корпуса заряжающий Янг.       Следуя указаниям эльфийки, танк, а за ним и следовавшие LVT-4 выехали на обширную поляну с редкими высокими деревьями. Позади осталась арка ворот Жубуваля и три придорожных идола. На поляне гуляла стая василисков, от замеченного на юге Мыса василиска они отличались большим числом синих, голубых и пурпурных оттенков своего панциря и шкуры. Рёв техники и лязг гусениц их неплохо распугивал и они послушно уступали дорогу. На разъезде дорог Лассиана Огнекрылая указала налево.  — А если направо поехать? — спросил командир танка.  — Вы выедете к Хрустальной шахте и познакомитесь с кобольдами. Скажу заранее, встреча с ними вам не очень понравится, — сухо ответила эльфийка крови.       И вот джунгли расступились и впереди раскинулось огромное водное пространство с крупными скалистыми островами. Лопез вылез из башни по пояс и поднёс к глазам бинокль, заметил между скалистыми клочками суши срывающиеся вниз водопады. Сзади остановились LVT-4, несколько морпехов слезло с машины и они побежали к берегу.  — Что имеем здесь, танкисты? — громко спросил капитан Льюис подойдя к борту танка.  — Там словно какой-то провал и много водопадов! — перекрикивая шум падающих потоков воды ответил Лопез.  — Это и есть Водоворот Тернистой Долины! — громко сообщила эльфийка на талассийском.  — Ну уж нет! Я в водоворот не поеду! Потонем к чёрту! — заявил мехвод Фишер, высунувшись из люка танка.  — Лассиана, где дорога? — спросил остро капитан Льюис, на что эльфийка указала на извивающуюся полоску каменистой суши вдоль высоких скал.       Вдали виднелся пологий и поросший валун с остатками грунтовой дороги, по которому можно было подняться. В переходе по узкой каменистой полосе пешком Льюис не сомневался, но вот как техника? Проедут ли широкие LVT этот участок? Капитан приказал всем спешиться, шестерым морпехам идти вперёд, за ними на максимально медленной скорости приказал ехать «Покорителю Миссисипи» и ещё двум морпехам идти сзади, остальные остались ждать. Радист Денни струсил и предпочёл остаться на суше, вместо него вперёд пошла Лассиана. Отряд из шести персон прошёл по тропе вперёд, после чего последовала команда «Амфибию вперёд!» и первый LVT-4 неуверенно поехал вперёд. Мехвод Уорд поднял крышку смотрового отверстия и круглыми глазами смотрел на сигналящего впереди сержанта Салливана, а Джон Харрис сел на корпус, свесив в люк ноги и внимательно смотрел на дорогу.  — Давай-давай, ещё, ещё… Стоп! Правее чуть-чуть. Ещё чуть правее, снова вперёд… — распоряжался Салливан размахивая руками. — Здесь стоп! Чуть назад и правее. Отлично, теперь снова вперёд.       Амфибия плавно ползла вперёд, делать резких движений было нельзя. Срыв с крутого каменистого отвеса вниз был очень рискован: амфибия могла рухнуть боком вниз и гарантированно бы утонула, а если бы корпусом и осталась на плаву, то не факт что её не затянуло бы в водоворот, который был совсем рядом.  — Лассиана, душенька, а как тут этот Водоворот появился? — спросил Павел между делом, то и дело поглядывая вниз на устремляющиеся вниз потоки воды.  — Это случилось во время Катаклизма благодаря Смертокрылу. И раньше здесь была более удобная дорога, и Тернистая Долина не делилась на Северную и на Мыс, — ответила Лассиана глядя на аккуратно продвигающуюся вперёд амфибию.       Тут дело дошло до поворота влево, в который амфибия вписывалась десять минут, а проехав чуть вперёд — снова вправо. LVT-4 медленно поехал вперёд и тут его левая гусеница начала прокручиваться в пустоте, едва касаясь края каменистой суши. Салливан скрестил руки в крест и заорал «СТОП!!!», амфибия тут же остановилась. Уорд, стараясь не делать резких движений техникой, аккуратно откатил «Покорителя Миссисипи» назад. Попробовали максимально прижаться бортом к скалам, но гусеница на повороте всё равно норовила соскользнуть с края, из-под неё всё время сыпалась галька и камушки.  — Не, парни, нах*й это дело! Сорвёмся! — крикнул Харрис, стукнув кулаком по крыше рубки экипажа.  — Теперь у нас новая проблема появилась… — подумав заметил рядовой Ларри Эванс.  — Упс. Назад же надо, — икнул Харрис и посмотрел на глазеющих на него Грина и Мура.  — Итан! Принимай командование сзади! — попросил Том Салливан и LVT-4, зарычав двигателем, так же медленно со скоростью улитки пополз назад. На резких торможения у амфибии начинал качаться левый пулемёт М1919А4.       Пока «Покоритель Миссисипи» осторожно пятился назад, Лассиана вместе с Ивановым и Ларри Эвансом прошли вперёд по узкой тропе. Они смогли дойти по краю до подъёма на «большую землю», но дорогу им преградили обломки рухнувшей на бок деревянной вышки. Обойти её можно было, но пешком. Стало ясно, что даже если бы амфибии и проползли опасный участок, они просто не смогли бы убрать эти обломки на такой узкой кишке.  — Странно, что здесь башня рухнула. Когда я здесь проезжала последний раз, год назад, она тут стояла целой и невредимой, — озадаченно сказала эльфийка.  — От старости рухнула, подгнила там, — предположил Иванов, на что Эванс заметил, что обломки башни обгоревшие и «свежие».  — То есть её свалили? Тут шёл бой? — предположил рыжеволосый русский.       Ларри не поленился вскарабкаться на обломки сторожевой башни и обыскать их, среди сломанного копья, обгоревшего щита и целых элементов доспехов он обнаружил слегка подгоревший синий флаг с золотистым изображением льва. Эванс аккуратно, чтобы не порвать флаг о гвозди и острые разломанные доски, вынул его и вернулся с ним обратно.  — Кто-то напал на Альянс! — заявила эльфийка крови, указав на подпалённый флаг.  — Альянс?  — Да, это флаг Альянса, а заодно и флаг Штормграда, столицы расы людей, — подтвердила Лассиана.  — Парни, мы должны отомстить тем гадам, которые это сделали, — серьёзно заявил Ларри. — Наших убивают. Наших по расе.  — Эванс, я ценю твой молодой и горячий порыв. Но давай сначала разберёмся не с теми гадами, а с переправой туда, — попросил Иванов.       Ларри кивнул и закинул флаг на плечо. Троица вернулась по тропе назад на северный берег Мыса Тернистой Долины. «Покорителя Миссисипи» при гробовом молчании всех присутствующих удалось откатить обратно на безопасный участок суши. Механик-водитель Уорд поспешил вылезти из люка и побежал в кусты.  — Что, обосрался? — спросил не без своего ехидства Коулман.  — Да не то слово! — крикнул ему мехвод.  — Эрик, я тебя молю, завали хавало пока я тебе не помог! — прорычал Танк Демпси на морпеха и тот замолчал.       Ларри показал капитану Льюису подгоревший флаг Альянса и пересказал слова Лассианы на счёт найденной находки. Льюис немного подумал и справедливо решил, что прежде чем разбираться, кто среди местных прав, а кто виноват, стоит сначала переправиться на тот берег другим путём и уж потом решать, что делать дальше.  — Обходной путь мимо Водоворота имеется? — поинтересовался Колин Льюис.  — Если объехать этот кряж возле Арены, то там будет пологий берег. Но я не знаю, как вы технику переправите, — ответила эльфийка, а Павел перевёл её слова.  — Переправим, не беспокойся, — усмехнулся капитан и сложил компас в свой офицерский планшет. — Все по машинам!       Американцы вновь погрузились на амфибии, те развернулись в противоположную от Водоворота сторону и поехали в Жубуваль. На перекрёстке свернули к Арене, а затем поехали вдоль неё через густую растительность. Кусты, трава и мелкие деревца с громким хрустом и треском ложились под гусеницами амфибий, а сверху ещё сыпался всякий мусор, пыль, щепки и насекомые. С одного накренившегося дерева за шиворот Раймонда Сноу упала тараканоподобная сороконожка, пулемётчик тут же схватился за свою куртку, задрал её, попрыгав на месте, и пытаясь вытряхнуть насекомое из одежды. Сороконожка рухнула на пол и Сноу тут же раздавил её, победно покрутив ботинком вправо-влево.  — Зря, — заметил медик Лесли.  — Чего это так?  — Можно было потом зажарить на костре. Считай мясо готово, — добавил санитар.  — Ты прикалываешься? Как подобное вообще есть можно? — выпучил глаза Сноу.  — Ну китайцы кушают шелкопрядов, пчёл и кузнечиков. Да и японцы, когда их на островах зажимают, если рис кончается, начинают питаться насекомыми и земноводными гадами, — пожал плечами санитар.       Когда кряж свернул вправо, колонна повернула в том же направлении и пошла напролом через джунгли. Плавающему танку приходилось тяжелее всего, так как он прокладывал дорогу вперёд. Падающие лианы иногда наматывались на катки, из-за чего терялось сцепление гусениц с ними и танк иногда пробуксовывал.  — Сюда бы «Шерман» с газонокосилкой или тралом, чтобы спилить к чёртовой матери всё! — перекрикивая усердно работающий двигатель заявил мастер-сержант Лопез, натянув на затылок воротник куртки.       Последний густой хвощ треснул под массой американской стали и LVT (A)-4 выехал на берег. Эльфийка указала на выступающую впереди косу с небольшим мысом, а после на видневшийся ещё дальше песчаный берег с башней. Лопез рассмотрел башню в бинокль: каменная, с деревянными мощными балками, двумя площадками по бокам, от неё в разные стороны торчали костяные шипы и посередине висел большой красный флаг с изображением, похожим на размытую подкову. Танкисту флаг не понравился и он приказал мехводу плыть к ближней косе.  — Но я советую… подождите, вы куда?! — спохватилась Лассиана, увидев как амтанк съехал вниз к берегу и поехал прямо в воду.  — В воду! — крикнул в ответ наводчик танка.  — Утопитесь же… — неуверенно сказала Огнекрылая.  — Мы знаем что делаем! — так же равнодушно ответил наводчик.  — Не бойся, Ласси, я Дубровский. Мы поплывём, — успокоил эльфийку Павел, взяв её за руку.       Танк проехал по мелководью, и едва гусеницы потеряли сцепление с дном, они начали быстро крутиться и выбрасывать фонтанчики брызг позади себя — танк уверенно поплыл вперёд.  — Ну вот, а ты боялась, — усмехнулся Иванов.  — А где остальные ваши? — обернулась Лассиана назад.  — Тоже плывут! — вставил свою реплику Лопез.       Пара LVT-4 с морпехами также резво поплыла через залив, разбрызгивая воду позади себя. Американцам выпала возможность полюбоваться водной гладью Коварного Рифа, за которым простиралось Великое Море: внизу сквозь прозрачную воду виднелось дно, казалось, что оно неглубоко и можно смело нырнуть до него, там плавали косяки мелких разноцветных рыбёшек, один раз лениво промелькнул скат. И куда же без известных хищных обитателей тропических вод — акул, которых здесь водилось сразу несколько видов.  — Закономерность развития человечества такова, что рано или поздно человек начнёт вторгаться в природу всё сильнее и сильнее. Кто знает, может лет так через сто или двести из этого водоворота сделают мощный генератор электроэнергии или тут через пролив протянется мост с железной дорогой. Но ладно человечество, мы в мире, где есть много других рас. Интересно, как же здесь пойдёт эволюция и технический прогресс?       Погружённый в эти мысли Юджин Дикинсон снова открыл дневник и начал вести новые записи сразу за три дня, которые он не записал. Прошло 8 дней, уже было 23 сентября по земному календарю, а здесь, судя по всему, либо весна либо лето. Из-под графитового стержня карандаша вышли сообщения о рейде за нефтью к руинам Абозара, о поединке на Арене Гурубаши и о новом члене группы — кровавой эльфийке. Тут Юджин улыбнулся и дал себе волю в её описании, нарисовать её он решил уже на суше.       LVT (A)-4 вылез на берег и проехал чуть вперёд и затем остановился дожидаясь остальные амтраки. LVT также не спеша выехали на сушу, оросив прибрежный песок стекающей с гусениц и понтонов водой. Морпехи из второго LVT-4 поспешили спрыгнуть с машины, а Джейк Флорес поспешил помыть в воде свои ботинки.  — Что случилось, морпехи? — спросил Льюис с «Покорителя Миссисипи».  — Одна бочка хреново закупорена была, когда бултыхнулись в воду нефть из-под неё брызнула. Пол-отделения загадило, — ответил Зак Ривера сидя на краю машины.  — Мойте обувь кому надо. Мур, срочно выйди на связь и проверь радиоэфир. Эльфийку ко мне, продолжим маршрут обсуждать, — распорядился капитан и жестом попросил Лассиану слезть с плавающего танка и подойти к нему. — Ближайшие поселения ты знаешь?  — К юго-западу от этой косы есть поселение Альянса, Форт Ливингстон. Я с Павлом и ещё вашим, как его там, Ларри? Да, Ларри, думали к нему пройти по серпантину, но нашли лишь разрушенную башню. Боюсь, что вас там будут ждать трупы и развалины, — ответила Лассиана и Павел слово в слово перевёл её слова.  — То есть на Форт напали недавно? — поинтересовался капитан.  — Да, сэр. Вчера ночью я и Зак слышали там два бабаха и столп дыма подымался, — подтвердил предположения стоявший рядом Эрик с сигаретой в зубах.  — Там должны остаться либо выжившие, либо провизия с припасами. Мы едем в тот Форт. Где он, кстати? — твёрдо заявил капитан.       Лассиана Огнекрылая дёрнула головой в сторону северного острова у Водоворота, из-за которого подымался чёрный дым и виднелась дорога. Капитан вновь приказал морпехам сесть по машинам, добавив, что отдыхать будут чуть позже. Амфибии вновь зарычали двигателями и поехали по указке Лассианы в сторону форта.       Джунгли на мысе были не такие густые и солнце здесь пробивалось сквозь лиственный покров лучше. Справа и слева летала и бегала мелкая живность, на высоком холме у берега величаво восседала тенебрюхая пантера с острыми клыками, а рядом с ней игралось два её детёныша. Хендерсон, ехавший в последней амфибии на бочках с нефтью, достал фотоаппарат, но его остановил сержант Салливан.  — Я понимаю твою любовь к природе, Элтон, но плёнку лучше потратить на более стоящие снимки, — порекомендовал Том.  — Понял вас, sarge, — понимающе кивнул Хендерсон и спрятал фотокамеру в чехол.       Техника выехала на широкую грунтовую дорогу и по ней поехала на юг. Впереди постепенно стали заметны ещё подымающиеся дымы пожаров, а вскоре впереди показалась сторожевая деревянная башня, заметно обгоревшая. Морпехи тут же прекратили разговоры и молча смотрели вперёд, кто-то даже свесился за борт LVT, а особо смелые залезли на корпуса и стояли в полный рост. И вот впереди раскинулся Форт Ливингстон.

***

      Форт был довольно крупным, во всяком случае Лассиана помнила его размерами в два раза меньше: частокол с шипами внизу окружал территорию укрепления, две арки с воротами, только створки сохранились лишь на второй парадной, три наблюдательные башни и палатки с лазаретом. Сейчас же из всех башен целой осталась только одна наполовину обгоревшая, вторая лежала на территории Форта в виде бесформенных обломков, а третья рухнула на тропу у Водоворота, перегородив тот самый серпантин. Частокол был местами повален, посечён стрелами и топорами, первая арка ворот напрочь отсутствовала, а сами створки оказались втоптанными в землю. На земле остались лежать остатки обмундирования, доспехов и поломанное оружие.  — Anybody still alive here?! (англ. Кто-то тут остался живой?!) — сложив руки рупором прокричал рядовой Эванс.       Амфибии подъехали к разгромленному Форту Ливингстону поближе и к радости капитана Льюиса им вышли навстречу. Женщина-стражник с порванной гербовой накидкой Альянса (там был изображён тот самый лев на синем фоне), перевязанной головой и правой рукой, за спиной у неё висел посечённый щит, а вместе с ней ещё один человек с мушкетом в руках. Льюис жестом приказал колонне остановиться, нюхнул остатки порошка-«переводчика» и спрыгнул с «брони», направившись к женщине-стражнику.  — Мы проезжали здесь случайно, заметили здесь произошедшее и решили узнать что тут случилось и можно ли здесь найти временный кров? — неловко начал капитан морпехов.  — Нам самим нужен кров и помощь. Если вы здесь с этой целью… — вздохнула печально стражница.  — Вам срочно нужна медпомощь! — заявил капитан Льюис.  — Потерплю. Вы, собственно, кто такой? — выставила вперёд руку стражница.  — Капитан морской пехоты США Колин Льюис, — капитан приложил руку к каске отдав честь.  — Капитан стражи Форта Ливингстон армии Штормграда Лирия Разумная, — представилась стражница, судя по её движениям, сил на отдавание чести у неё почти не было.  — Рад знакомству. Пожалуйста, Лирия, примите лежачее положение. Лесли! Тащи свою задницу сюда! — капитан положил Лирии руку на плечо и властно позвал к себе санитара. — Капитана Штормграда срочно осмотреть и оказать медпомощь! Остальным спешиться и оказать остаткам гарнизона всю необходимую помощь!  — Нас осталось немного, из 60 человек уцелело лишь 16 воинов, включая меня… — то и дело кашляя говорила Лирия, пока санитар помогал ей лечь на солому и снимал побитый нагрудник. — Ворген сейчас должен вернуться из джунглей, а дозорный Нилз бегал в лагерь Сопротивления за подмогой. Должен скоро вернуться…  — Он куда именно направился? — спросил капитан Льюис.  — По главному тракту на север. Туда не стоит идти без должной подготовки… а ночью на эти земли выходят наши злейшие враги, — ответила стражница.  — Кто? — спросили в один голос стоявшие рядом морпехи.  — Тролли, — ответила раненая стражница.  — Если они столь опасны, мы организуем встречу курьера, чтобы он добрался назад в целостности и безопасности, — сообщил капитан Льюис и подозвал к себе нескольких морпехов. — Капрал Кокс! Ты поведёшь небольшой патруль по дороге для встречи курьера Форта. Берёшь Сноу как пулемётчика и ещё троих на выбор. Обязательно возьми радиста.  — Слушаюсь, сэр, — отдал честь капрал и быстро собрал группу; в неё кроме Сноу вошли радист Мур, танкист Бенни Уайт, Ларри Эванс и Джейк Флорес.       Морпехи пошли на выход из Форта Ливингстона, ведя между собой разговоры на разные темы. Оставшиеся американцы разошлись по Форту помогая уцелевшим остаткам гарнизона. Тела убитых надо было собрать и закрыть толстой тканью, дабы быстро не гнили на солнце, не задетые пожаром палатки надо было поправить, на воротах поставить укрепления, пусть даже и импровизированные. У всех дел намечалось не в поворот.

***

 — Капрал Кокс, можно вас спросить? — рядовой Ларри Эванс догнал капрала и пошёл рядом с ним.  — Можно, Михаэль. Что надо? — повернулся к нему Кокс.  — Вы обещали рассказать на счёт своих личных счетов с японцами… может это для вас очень трогательная и болезненная тема, но я бы хотел побольше узнать о случившемся, — поинтересовался Ларри, то и дело поправляя болтавшийся ремешок винтовки на плече.  — Ах да, об этом… — Михаэль выдохнул, посмотрел на ярко светящее солнце и всё же перешёл к рассказу. — Началось всё с Перл-Харбора. До Второй Мировой я проходил службу по призыву в сухопутных войсках США, когда закончил, то дома меня никто не ждал и делать мне в миру было нечего. Я пошёл добровольцем в Морскую Пехоту, она и сейчас ещё придерживается принципов набирания добровольцев. Меня зачислили и направили на Гавайи, на тот самый остров Оаху, где располагалась крупная морская и авиабаза нашего Тихоокеанского флота. Служба текла своим чередом: построения, завтрак, смотр, свободное время, тактические занятия со стрельбой, днём отпускали по городу погулять, можно было даму сердца завести или хорошенько выпить в баре. Особенно шиковали моряки, чуть менее мажорными были лётчики. Там я познакомился с двумя друзьями, первого звали Чарли Остон, он был моряком на линкоре «Аризона», очень был хороший парень, молодой и амбициозный, грезил о кругосветном плавании как Магеллан. А вторым другом был техник с аэродрома, Джек Уилсон. Раньше на заводе работал по сборке этих самых самолётов, потом пошёл в авиатехники, ибо в армии платят и кормят хорошо. Казалось бы, что дружить нам и жить, беды ничего не предвещало. Слышали, конечно, что Гитлер на Союз напал и где-то под Москвой битва идёт. Слышали из новостей, что наш Конгресс и президент Рузвельт ввели нефтяное эмбарго в отношении Японской империи…  — И 7 декабря… — начал было рядовой Ларри.  — Да, 7 декабря 1941 года японцы напали на Перл-Харбор. Это были самые страшные минуты моей жизни, Гуадалканал и Соломоновы острова оказались не такими страшными, чем Оаху. Небо просто потемнело от японских самолётов всех мастей. Наше ПВО молчало, на флоте шёл торжественный подъём флага под оркестр и все не понимали, что происходит. Думали, что учения. А вот когда с неба посыпались бомбы, а в корабли пошли торпеды, все вдруг протрезвели, но стало уже поздно. Я слышал даже сквозь рёв японских самолётов и взрывы громкий мощный взрыв со стороны бухты. Позже, я к своему горю узнал, что это от одной-единственной бомбы взорвался пороховой отсек «Аризоны». Погиб весь её экипаж, а сам корабль ушёл на дно за считанные минуты. Чарли достали со дна лишь пять дней спустя… — продолжил рассказ капрал, постепенно у него стали проступать слёзы, которые он тут же старательно начал вытирать.  — А Джек выжил? — с волнением спросил Ларри Эванс.  — Нет. Я был вместе с ним на аэродроме. Когда техники, охрана аэродрома и пилоты сделали марш-бросок к самолётам, японцы снова налетели на нас и открыли огонь из пушек. Джеку оторвало ногу и он вскоре умер от потери крови. До последнего он не переставал стрелять по самолётам узкоглазых из винтовки, хотя смысла в этом не было. Умер он у меня на руках, когда я тащил его к укрытию, — тяжело закончил Кокс. — На следующий день я буквально побежал штурмовать призывной пункт и требовал, чтобы меня отправили на фронт. Я поклялся себе, что убью столько японцев, сколько смогу и отомщу за Чарли и Джека. Позади остался Гуадалканал, Соломоновы острова, Тарава, Гуам и вот теперь дошёл до Пелелиу.  — А войну где хочешь закончить? — спросил Эванс.  — В Токио на руинах дворца императора и с бутылкой пива вместе с друзьями, если они доживут до этого момента, — усмехнулся Кокс.       В этот момент раздался резкий свист летящей стрелы, а потом звонкий удар по чье-то каске. Стрела угодила в каску радиста Мура и сбила её с головы, Даррел бросился на землю вслед за ней и поспешил подобрать.  — В меня попали! — крикнул радист, когда все повернулись к нему.  — Засада! — крикнул капрал Кокс.  — Япошки! — завопил зачем-то Бенни.  — Справа! Все на левую обочину! — скомандовал Кокс и бросился прочь с дороги.       Морпехи сбежали с дороги, в след им прилетело ещё несколько стрел. Американцы залегли, вскинули оружие и начали стрелять в ответ по кустам, где ориентировочно сидели противники. Тут раздались воинственные крики и в атаку из зарослей побежало несколько синешкурых существ: с длинными клыками из пасти, с острым кривым носом, с острыми ушами и тремя пальцами на руках и ногах. Вооружились эти местные индейцы копьями, кривыми ятаганами и деревянными щитами, воинственности при этом им было не занимать.  — Fire for effect! — скомандовал Кокс и вскинул свой «Томпсон».       М1928А1 резво затрещал, срезав первых нескольких противников. Затем начали бахать карабины Флореса и Уайта и «Гаранд» Эванса. Атаковавших положили прямо на дороге, но из кустов продолжали лететь стрелы. Сноу разложил сошки своего BAR’а и дал беглую по зарослям, из кустов выпал ещё один тролль с изогнутым большим луком. Сноу выстрелил ещё раз, отправив в сторону вражеских стрелков остатки магазина и ещё один лучник рухнул на землю с пробитой головой. Радист Мур в это время снял со спины свою радиостанцию, покрутил переключатели и услышав в трубке ленивое «Да» Денни, прокричал.  — Shit! We got company! (англ. Дерьмо! У нас гости!)       Сзади послышался шелест листвы, Мур поднял голову на звук и вдруг из зарослей с яростными воплями тролли бросились в штыковую атаку. Даррел схватил свой «Томпсон» и открыл огонь не целясь, с длинной очереди срезал ближайших противников. Эванс повернулся на вопли сзади и расстрелял в противников остатки пачки «Гаранда». Винтовка с громким «PING» выбросила пустую пачку.  — Shit, I’m empty! (англ. Дерьмо, я пустой!) — Ларри трясущейся рукой полез в подсумок за новой пачкой с патронами.       В этот момент из кустов в атаку бросился шаман и ещё один клыкастый копейщик. Ларри перехватил «Гаранд» для ближнего боя, но Сноу, который не успел ещё перезарядить свой М1 «Томпсон», выхватил пистолет и меткими выстрелами в голову ликвидировал нападавших.       Из кустов вылетело ещё несколько стрел, в ответ снова загрохотал BAR. Точку в этом бою поставил танкист Уайт, метнувший в сторону стрелков осколочную гранату. Прогремел взрыв, в разные стороны полетела земля, листва, а из укрытия взрывной волной выбросило одного из троллей. В кустах послышался треск убегавших в панике врагов.  — Don’t shoot! Hold your fire! — приказал Кокс аккуратно вставая в полный рост.       Морпехи аккуратно пересекли дорогу и подошли к кустам, из которых вели огонь тролли. Выброшенный взрывом тролль оказался контужен и слегка ранен, Кокс тут же подбежал к нему, съездил ногой по его длинным клыкам и потребовал верёвку. Верёвки не нашлось и танкист Бенни снял с себя ремень, которым связал руки за спиной троллю. Тут на дороге появился силуэт бегущего человека в запылённых серебряных доспехах. Сноу приложил ладонь к глазам и признал во внезапном путешественнике того самого курьера.  — Парни, курьер возвращается! — громко предупредил Сноу.       Стражник добежал до места небольшой схватки и настороженно посмотрел на незнакомцев со странным оружием и на тела троллей. Английский язык он плохо понимал, единственное что он разобрал из речи и жестов морпехов, что ему стоит поторопиться назад. Штормградец перевёл дыхание и медленно двинулся к Форту Ливингстон, видневшемуся за поворотом. Американцы взяли тролля под руки и потащили по тропе к Форту.  — Бенни, Мур, соберите стрелянные гильзы, — поднял руку Кокс и указал стволом «Томпсона» на рассыпанные у дороги стрелянные гильзы.  — Зачем? — спросил удивлённо Мур, вынимая из своей каски застрявшую в ней стрелу.  — Их можно повторно будет пустить на патроны, у нас каждая пуля на счету. Собирайте гильзы по карманам, — ответил сухо Кокс. — Быстрее, нет гарантии, что рядом не бродит ещё одна шайка аборигенов!