Сквозь мрак навстречу неизвестности

Стромгард. 16:50

— Эй вы, суки! А ну бросили оружие! Руки вверх! — гневный голос Элтона Хендерсона раздался над полем боя возле уже в хлам разрушенной таверны «Пьяный Пастух».       Пара Отрёкшихся, мужчина в латах, без шлема, с шипастой дубиной в руках и женщина в порванной кольчуге, с порезами на гнилом теле и с парой стрел в спине, вышли на крики с поднятыми руками. Отрёкшаяся что-то отчаянно залепетала, двигая оголённой челюстью, а её напарник, выронив дубину, так что-то упорно начал говорить.  — Стражи Смерти, да?! Что вы болтаете?! — злобно спросил Зак Ривера, держа в руках метательную трубу самодельного огнемёта. Огнемёт был пуст, но для устрашения морпех держал его на изготовку с зажжённой горелкой.       Мертвец кивнул, а вторая, отчаянно сдававшаяся в плен, даже начала на себе рвать гербовую накидку с ликом Королевы-Банши, продолжая что-то тараторить, плохо разборчивое даже на Всеобщем языке.  — Что?! Чего?! — допытывался Хендерсон, медленно приближаясь к сдающимся мертвецам. Те продолжали тараторить что-то непонятное.  — Извини, я не понимаю что ты говоришь! — ответил Хендерсон, нажимая на спусковой крючок.       Даже окрик солдат подкрепления из Штормграда не смог остановить казнь — два выстрела и оба Отрёкшихся бездыханно повалились на землю. Морпехи тут же подошли к их и без того холодным телам и начали обирать трупы в поисках ценностей и сувениров.  — А что она говорила? — спросил Ривера, заглядывая мертвецу в карман штанов и вынимая оттуда кошель с деньгами.  — Смотрите! Я помыла руки перед ужином! — Хендерсон поднял руки вверх и пролепетал эту фразу пискляво-хриплым голосом, после добавив, — Зак, сиди рядом с трупами. Можешь улыбнуться. Нам фото для отчёта нужно.       Элтон закинул «Гаранд» за спину, вынул из чехла фотокамеру, проверил оставшуюся плёнку и сделал снимок: улыбающийся огнемётчик с кошелём денег в одной руке и с трофейной шипастой дубинкой в другой сидит подле двух трупов Отрёкшихся. Элтон довольно кивнул, совсем не обращая внимания на замечания штормградцев.  — Позировать рядом с трупами… вы люди, а не орки. Ведёте себя как варвары…

***

      Капитан Льюис устало перебирал оставшиеся магазины к своему М1928 «Томпсон» и рассуждая о потерях. Четверо морпехов было ранено: Юджин Дикинсон в руку и в животу, но ходить может; Эрик Коулман с кучей ушибов и истыканной деревяшками спиной; радист Даррел Мур умудрился словить головой пулю, но та невероятным образом застряла у него в лбу, не пробив кость; Квентин Уокер был тяжело ранен и ещё не пришёл в сознание — шансы на его выживание были примерно 50 на 50. Боезапас у всех истощился, у кого-то осталась половина от пополненного в Штормграде, у кого-то так последние патроны оставались в наличии. LVT-4 «IH06» был уже небоеспособен, зенитный пулемёт пустой, а курсовым и пользоваться не очень удобно, и к нему последняя лента заканчивалась. Второй амтрак — «Покоритель Миссисипи» — ещё имел боеприпасы ко всему вооружению на себе, но пулемёты на корпусе тоже подходили к концу. Бочка напалма почти опустела, последнее её содержимое сегодня собирались залить в баллоны огнемёта Риверы. И самое главное — до Андромата так и не дошли, надо было пересечь ещё Внутренние Земли, а как это успеть с лежачим раненым — не ясно.  — Надо срочно проверить рядового Уокера, как он там. Заодно обратиться к леди Троллеборец, той знатной женщине в латах, что я в шатре видел. Договорюсь с ней о кое-чём.       Льюис положил три секторных магазина и последний барабан на пятьдесят патронов в подсумки, закинул автомат на плечо и вышел из палатки, направившись в сторону городской ратуши с часами. Кругом кипела работа. Рабочие из числа жителей Аратора и инженеров из Штормграда спешно приводили в порядок целые здания, сооружали склады, укрепления в городе. Санитары и жрецы крутились вокруг носилок и коек с ранеными. Льюис всё высматривал среди лежачих Уокера, но пока найти его не смог.  — Не дай Бог он умер от ранения. Не дай Бог. — бормотал про себя американский офицер.       Проходя мимо ещё одной палатки, расположенной возле городской площади с разъездом улиц, Льюис увидел женщину из числа санитаров Стромгарда, сидящего рядом с ней Юджина Дикинсона с распахнутой курткой под которой виднелся бинт на теле, его друга Дейва Хеллера с автоматом на коленях. Колин подошёл поближе и увидел сидящего в этом кольце Даррела Мура, которому как раз извлекали пулю из лба.  — Везунчик. Либо расстояние выстрела спасло с физикой, либо каска вдруг сотворила чудо. Обычно даже средневековых пулек каска может не спасти, в голову зайдёт, — бормотал Дейв Хеллер, наблюдая за процессом.       Санитарка одной рукой придерживала голову радиста, а второй, вооружившись пинцетом, аккуратно извлекала свинцовый шарик из лба. Мур терпеливо ждал, опустив взгляд на ноги жительницы Стромгарда и с интересом разглядывая её кожаные сапоги с ремнями да штаны с чешуёй. Наконец, зацепив пулю и несколько раз аккуратно потянув её, женщина вытянула боеприпас из лба морпеха.  — Застряла в голове, дальше кости не прошла. Свет вас сохранил, — заявила она, предъявив лежащую на ладони окровавленную пулю.  — Рядовой Мур. Как самочувствие? — поинтересовался Льюис, подойдя поближе и тоже разглядывая пулю.       Радист улыбнулся и показал большой палец.  — А ты, Юджин?  — Нормально, сэр. С рукой всё в порядке, туловище перетерплю. На Пелелиу точно в строй стану, — ответил Дикинсон.  — Не терпится после разлагающихся ходячих трупов убивать япошек? Похвальное рвение, — одобрительно кивнул Колин, — Отдыхайте пока что, бойцы. Я в ратушу.       В помещении ратуши Льюис сначала спросил у стромгардского гвардейца, где леди Троллеборец, на что гвардеец любезно провёл американца на второй этаж в кабинет. Там за большим потёртым дубовым столом, застеленным вместо скатерти драным ордынским флагом, стояли леди Троллеборец, полковник Шейберг с перебинтованной головой, пара стромгардских офицеров и человек в латах с длинными волосами золотистого отлива, но его лица не было видно. Хотя под доспехам было заметно, что он какого-то очень высокого чина, генерал или маршал, наверное.  — Леди Троллеборец? Мисс. Я к вам с важной просьбой, — сказал Льюис, подойдя поближе к столу.       Все тут же посмотрели на американца, не обратить внимание на человека, говорящего с забавным для местных акцентом было ну просто невозможно и среди всех лиц Льюис узнал в блондине самого короля Андуина Ринна.  — Эм… Ваше Величество? — поднял обе брови от удивления Льюис.  — Ваше Величество, вот командир отряда наёмников, Колин Льюис. Он и его люди спасли принцессу Менетил от гибели и, с уверенностью могу заявить, спасли от оккупации мертвецами наш древний город, защитив честь и славу Альянса! — леди Троллеборец встала в полный рост, указав рукой в латной перчатке на американского офицера.  — Вы умеете удивлять, сэр Льюис, хоть вы и обычный капитан, — король повернулся к Льюису, одобрительно кивнув, — Сегодня вы заслужили славу, переломив ход этой битвы. Боюсь, я мог бы не успеть вовремя с войском. Принцесса Менетил просила вам передать, что от всего сердца благодарна вам за своё спасение.       Король протянул руку в перчатке из дорогой кожи американцу. Колин, будучи всё ещё сильно поражённым визитом короля в город, протянул руку в ответ и Андуин пожал её. Крепко пожал. После Льюис встал по стойке смирно смирно, отдал честь Ринну.  — Стоим на страже человечества! — сказать «Служим американскому народу!» было бы сейчас очень некстати.  — Советник Арг. Передайте ему офицерский медальон в знак моей благодарности. Сэр Льюис её заслужил, — обратился король к стоящему рядом советнику, — И не забудь о золоте. Я щедро отблагодарю гостей из иного мира.  — Я… премного благодарен, — собравшись с уверенностью, сказал Льюис, — У меня есть ещё одна просьба, Ваше Величество. Отправить гонца с посланием в Дольный Очаг, дабы попросить Андромата подождать ещё чуть-чуть. Мы к нему достигнем за день, но у нас раненые, один в очень тяжёлом состоянии. А ещё мало еды с водой.  — Вашим раненым уже обеспечен уход и лечение. С провизией, Льюис, вы можете не беспокоиться, — успокоил Андуин Ринн.       Подошёл советник Арг с офицерским медальоном, передал его в руки короля и Андуин вручил медальон Льюису. Американский офицер хоть и не питал особой любви к эстетике, но был поражён качеством работы: медальон был среднего размера, золотой герб в виде головы льда на белом фоне и с синей каймой по краям, чувствовалась рука первоклассного мастера, изготавливавшего сей медальон. И ведь это офицерский лишь, а какие медальоны у генералов, маршалов, баронов или лордов?  — Как же здорово иногда бывает реально оказаться в сказке. — подумал Льюис, приняв подарок из рук короля и снова отдав честь.  — Советник Арг. Приготовьте гонца на грифоне. Позовите писаря, пусть напишет послание. Льюис ему продиктует суть донесения, — потребовал Андуин и советник, отдав честь, поспешил на выход из кабинета.  — Раз основное решено, то от меня вам больше ничего не надо? — спросила леди Троллеборец, глядя на Льюиса.  — Нет. Разрешите идти, Ваше Величество? — ответил Льюис и посмотрел на короля, на что тот кивнул.       Колин стукнул каблуками и маршем направился на выход из кабинета. Уже на выходе из ратуши от дал волю эмоциям, вскинув кулак в небо с криком «Fuck yeah!!!».       Вести о том, что провизия и вода с медикаментами будут, сильно обрадовали морпехов. И все не могли налюбоваться подаренным Льюису офицерскому медальону.  — Можете рассмотреть, только потом верните, — попросил Льюис с усмешкой и пошёл искать среди раненых Квентина Уокера.       Рассматривая пациентов — кому-то переливали кровь от доноров, кого-то магией Света усиленно лечил жрец, кому-то вынимали острия стрел из тела и пули, а кого-то мажа лечебными мазями от ожогов и ран от проклятого оружия — Льюис случайно заметил, как одному мертвецу из числа защитников Стромгарда, вправляли вывихнутые в бою суставы.  — Аааай! Можно не так резко! Больно же! Второй раз в гроб хочешь меня свести?! — рычал то и дело мертвец, когда мускулистый санитар неаккуратно вправлял ему кости.       Льюис прошёл ещё один ряд палаток и вышел в восточную часть города, которая, зачищенная от Синдиката, была более-менее заселена горожанами, не считая военных. У избы, возле которой стояли знамёна, одно с гербом Стромгарда, другое — с красным крестом, Колин увидел сидящего Эрика и Балгруфа. Коулман сидел и пыхтел трубкой дворфа, озадаченно глядя вдаль.  — Бойцы! — позвал обоих капитан.       Дворф и Эрик тут же стали по стойке смирно, но офицер добавил им «Вольно».  — Славная была битва. Жестокая, кровавая, но славная. Дали мы прикурить ордынским гнилым болванам, на что люди и дворфы способны! — довольно заметил Балгруф, потирая руки.  — Ага… — мрачно протянул Эрик, — Я где-то штук тридцать этих мёртвых у*банов на тот свет повторно отправил. Может чуть преувеличиваю.  — Квентин там? — спросил Льюис, на что морпех коротко кивнул и выпустил облачко табачного дыма, — Живой?  — Оперируют. Сама Калия пришла его магией этого Света поддержать, — ответил Эрик, вновь затягиваясь трубкой и добавив, — Морфий я ему вколол.  — Если лёгкое пробито, то, боюсь, в строй он уже не станет снова. На земле демобилизуют. — заметил Колин, оперевшись на дверной косяк хижины.  — Может это и к лучшему. Родные дома увидят. Не совсем целого… — Эрик усмехнулся, состроив свою фирменную безразличную улыбку, -… но живого.       На порог вышел медбрат с накидке Штормграда и с деревянным тазом, полным покрасневшей от крови водой. Судя по всему, там перемывали медицинские инструменты. Темноволосый мужчины выплеснул в сторону воду и зашёл обратно в хижину. За ним, не желая ждать больше, зашёл капитан Льюис.

***

      На носилках в центре хижины хирург с двумя медбратьями как раз оперировали Квентина Уокера. Морпех лежал без сознания. Покой его сознания, а также жизнь поддерживала Калия Менетил, держа над ним руки и беспрестанно вознося молитвы Свету. Это работало. Льюис аккуратно подошёл к столу и обратился к хирургу.  — Как он?  — Скверно. Задето лёгкое. Пулю я уже извлёк, — хирург в марлевой повязке на лице продемонстрировал скальпель с вынутой пулей.  — Жить будет?  — Теоретически — да, если можно залечить лёгкое магией, но за точный результат я гарантий не даю. У нас все, кто выживают после пробитых лёгких, обычно становятся калеками либо испытывают проблемы с дыханием.  — Удалить можно?  — С милостью Света и с помощью жрицы — могу. Но операция может затянуться надолго.  — Долго ждать мы не можем, — заметил Льюис.  — У вас в вашем мире его могут вылечить? — спросил хирург, оторвав взгляд от пациента и посмотрев на американца.  — Конечно.  — Если вам так надо спешить, его можно залечить магией Света. Дышать с минимумом неудобств и сидеть он сможет, но долгая ходьба ему противопоказана, — заметил хирург, снова глядя на Квентина перед собой.  — Лёгкое можно будет магией затянуть? — спросил настойчиво Льюис.       Хирург лишь безразлично пожал плечами, а Калия Менетил, чуть помолчав, ответила:  — Может и получиться, а может и нет. Я сделаю всё, что будет в моих силах.  — Делайте! — ответил капитан чуть повышенным тоном.  — Сэр! — раздался голос Эрика Коулмана, — Вас там какой-то болван из Штормграда ищет. Писарем представился.  — Уже иду! — ответил Льюис, последний раз окинув Квентина Уокера на операционном столе и выйдя из хижины.

***

      Текст Льюис составил кратким: выражая уважение Андромату, он просил его остаться на ещё три дня в Дольном Очаге, дабы морпехи успели прибыть к нему с учётом раненых, а также обсудить причины попадания в Азерот с Земли. Пробежавшись глазами по более официально написанному на Всеобщем тексту и не поняв из него половину слов, Льюис кивнул. Писарь поставил печать, свернул пергамент в свиток, связал его верёвочкой и спешно передал его гонцу. Гонец не менее быстро побежал к насестам с боевыми грифонами, оседлал один из них и взмыл в небо, направившись на север.       Морские пехотинцы тем временем собрались у своих амфибий, расселись подле их бортов и поедали кашу с полевой кухни штормградцев. Каша была пшеничной с овощами, не всем пришлась по вкусу, но лучше что-то, чем ничего.  — Хоть не сухпайки 1918-го года, которые чтобы нормально съесть надо было по два часа во рту их рассасывать, — заметил капрал Кокс.  — И на том спасибо, — кивнул Виктор Хейз.  — Как там Квентин? — спросили американцы подошедшего к ним Эрика Коулмана с дворфом рядом.  — Х*ёво. Лечат его кое-как при помощи магии, — сухо кинул Коулман, вынув трубку из зубов.  — А мы тут трупики обчистили некоторые. Чуть-чуть обогатились, — заметил Зак Ривера, достав из нагрудного кармана кошелёк, звенящий монетами, — Себе я уже отсыпал, так что разбирайте, парни.       Кошелёк со звоном упал на землю и тут же пошёл по рукам. Джон Миллер, деловито звеня висевшей на шее последней у него пулемётной лентой, достал из кармана два кольца с драгоценными камушками.  — Обручальные, у всех, с кого снял, на безымянных пальцах висели, — заметил Джон.  — Забавно. Трупы по**ались с трупами и брак сотворили. Интересно, как они детишек на свет получают? — усмехнулся Эрик, оскалив зубы.  — Видимо так — «Дорогой, пошли на кладбище, пару трупиков откопаем, оживим и усыновим. Ну или удочерим» — добавил смешным голосом дворф Балгруф, чем вызвал бурю смеха среди остальных.  — Зато проблем с оформлением ребёнка не возникает! — добавил снайпер Дэвис.  — Кстати, снайпер. Сколько у тебя? — вдруг спросил сержант Салливан.  — Я в основном офицерню их отстреливал, рядовых не считал. Ну пятерых офицеров грохнул, которые обычные. И одну остроухую дохлячку завалил. Прямо в глаз ей запустил пулю, — ответил скупо снайпер.  — А у нас меч неплохой есть. Подобрал у одного Стража Смерти. Вот он, — Нэд Дженкинс показал большой двуручный мест с крупным лезвием и с ликами смерти на гарде.  — О! Похож на уменьшенную копию меча Армагеддона. Они мертвяками часто котируются, солидно выглядят, — заметил Балгруф, рассматривая меч.  — И что ты с этим мечом делать будешь? — спросил Зак Ривера «синего жилета».  — Как что. Домой отвезу, супруге и детишкам. У меня два сына, один прямо прётся по Средневековью, почему бы сынишку и не обрадовать, — ответил Нэд, хрустя овсяным печеньем.       Все заметили подходящего к ним капитана Льюиса. Морпехи не вставая отдали ему честь, а Джейк Флорес протянул капитану его наградной медальон Альянса. Выглядел капитан Льюис сильно уставшим, об этом особенно наглядно говорил взгляд его серых глаз.  — Как Квентин? — спросили у него.  — Постараются поднять на ноги. Там как получится. — вздохнул капитан, — Ну что вы тут. Изучаете честно добытые вещи покойных бывших владельцев?  — Так точно, сэр. Так сказать, круговорот добычи в природе, — ответили ему с лёгкой усмешкой.  — А мне вот интересно, — сказал вдруг снайпер Дэвис, разглядывая свою винтовку, — А как там наши парни? Демпси, Павел, Ларри, санитар, Лассиана, красивая и горячая эльфийка? Экипаж целого танка?  — А Бог их знает. Надеюсь, они живы, — снова вздохнул Колин Льюис.

***

      К вечеру гонец на грифоне вернулся в Стромгард. Распорядитель полётов тут же отвёл животное обратно к насестам отдыхать, а гонец начал бегать по всему Стромгарду в поисках капитана Льюиса. Наткнулся на него он в большом жилом шатре, который выделили американцам.  — Сэр Льюис! Ваше донесение успешно доставлено Андромату! Прислал ответ! — выпалил гонец и протянул свиток Колину.       Офицер кивнул, содрал верёвочку со свитка и развернул его. Увидел только одно слово с подписью внизу, но разобрать буквы при тусклом свете свечи было невозможно.  — Дайте кто-то фонарь, ей-Богу! — повысил голос Льюис.  — Держите, — раздался знакомый голос у входа.       Колин повернул голову и увидел… Квентина Уокера. Живого и здорового. По крайней мере держался он бодрячком, не смотря на пятна крови на куртке спереди и на дырку с засохшей кровью сзади. А ещё Квентин улыбался, но как-то ненатурально, словно скрывая боль.  — Ты как, боец? — спросил капитан.  — Хвала Богу и Калии лично, спасли меня. Чувствую себя лучше, хотя дышать немного дискомфортно, — ответил Квентин.       Морпех расстегнул куртку. Майки под ней не было, её порвали во время операции и выбросили, на месте, где разрезали плоть, дабы получить доступ к внутренним органам, осталась выделяющаяся светлая полоса — последствие лечения плоти Светом — да застывшие полусмытые кровоподтёки. Жить будет. Наверное.       Воспользовавшись фонариком Уокера, Льюис осветил бумагу и прочитал на ней следующее. Колину Льюису       Жду вас в Дольном Очаге. Верховный Маг Андромат.  — Превосходно. Видимо, наш случай его очень заинтересовал, — довольно заявил Колин Льюис, — Если ты, Квентин, снова можешь ходить, то завтра же днём выступаем на север.  — Сэр, а где моё оружие? — спросил Уокер, осматривая палатку.  — А, точно! Твой «Гаранд» со штык-ножом стоит вон, у койки в правом углу. Кровь со штыка не смыли, — Льюис указал на сиротливо стоявшую винтовку в углу.       Как только остальные морпехи вернулись с ужина и увидели живого и здорового Квентина на ногах, их радости не было предела.  — Живой! Живой, сукин сын! — больше всех радовался Эрик Коулман, буквально бросившийся обнимать морпеха.  — Друг познаётся в беде, — заметил Салливан с добродушной усмешкой, — А сначала негативно к рядовому Уокеру относился.

***

      На следующее утро, пополнив запасы угля и продовольствия, морпехи начали собираться снова в поход. Стоило поспешить, ибо Андромат непонятно как долго их сможет ждать. Собрались возле амфибий, забрасывая в них мешки с продовольствием и бурдюки с водой. Чуть позже подошёл Джейк Флорес, подбрасывая в ладони монеты.  — Где раздобыл? — спросили у него.  — Тролльские клыки-бивни выгодно продал. Золота две монеты получил и пять серебряных, — ответил Джейк.  — А за что ты тому троллю там, в Тернистой Долине, клыки вырезал из его пасти? — спросил специалист Уорд.  — За Итана Грина! — гаркнул в ответ Джейк, нахмурившись. Видимо, упоминание о его мучительно погибшем друге вызывало в нём бурю негативных эмоций.  — Господа! Сэр Льюис, у меня есть идея! Запечатлеть себя на фоне Стромгарда! Отчёт о нашей пропаже без вести нужен ведь? — вдруг заявил Элтон Хендерсон, достав из чехла фотоаппарат.  — Здравая идея, морпех. Балгруф! Поди-ка сюда! — согласился Колин Льюис и подозвал к себе дворфа-проводника. Тот подошёл и с интересом поглядел на фотокамеру, — Пользоваться сим девайсом умеешь?  — Это что? Камера С.Е.Л.Ф.И. 2.0? — спросил дворф, беря фотоаппарат в руки, — А, нечто получше. Конечно умею.  — А была версия 1.0? — спросил вдруг радист Денни.       Балгруф Старый Мушкет молча кивнул и навёл фотоаппарат на морпехов. Те тут же сбились в кучу вместе с экипажами амфибий, демонстрируя оружие, а кое-кто и добытые трофеи. Дворф нажал на кнопку на верху корпуса, вспышка и снимок готов.  — Благодарю за услугу, дворф. А теперь… — хотел было Колин дать команду грузиться, как его окликнула леди Троллеборец.       Завязался продолжительный разговор между американским офицером и одной из властных личностей Стромгарда. Говорили об успешной обороне, о потерях, затронула Троллеборец и память о морпехах.  — Ого. Буду очень благодарен вам. Хотя для нас это рутина в нашем мире, у нас каждый день война, и простое отражение численно превосходящего противника не является чем-то из ряда вон героическим. Хотя хотелось бы, чтобы наши имена были выкованы в камне, но при жизни, — слегка засмущался Льюис перед дамой.  — Если вас по достоинству оценил и наградил сам Его Величество, то для нас всех вы тоже герои, — настаивала леди Троллеборец.       Морпехи всё также стояли рядом плотной группой, слушая разговор их офицера с леди, и лишь после они заметили, как один стромгардец рисует их на листе желтоватой бумаги.  — Опа! Нас даже рисуют! — воскликнул Коулман.  — Эрик, не рыпайся. Собьёшь ему композицию, — шутливо добавил капрал Кокс.  — Такое есть ещё дело… — продолжал разговор капитан, — У нас в Азероте, на этом материке, потерялась ещё группа людей. Я верю, что они живы и мы им оставили в Штормграде указания двигаться сюда, на север. Прошу вас, если вы их встретите в здешних краях…  — В Нагорье Арати, — шёпотом добавил Балгруф.  — Да. Если они в Нагорье Арати появятся, то прошу вас их хорошо встретить и помочь им тем, что им понадобится, — продолжил Льюис.  — Если они доберутся, мы их радушно встретим. Вы, чужеземцы, заслужили это вчера.  — Тогда мы поехали. Всего хорошего, леди…  — Жанна Троллеборец, — добавила Троллеборец.  — Одну минуточку! Я сейчас заканчиваю! — вдруг воскликнул стромгардец, возившийся с бумагой и пером.  — Художник? — спросил Льюис.  — Да. Обычный солдат, но талант к изобразительному искусству у него давно проявился. Ещё пока мы оборонялись в Опорном Пункте, вдали от столицы, — кивнула леди Жанна.       Когда художник закончил зарисовывать морпехов, видимо, для будущей стеллы, янки погрузились на амтраки и начали покидать уже безопасную столицу Аратора. Безопасную за стенам. Стоило выехать за ворота, как сразу же появилась атмосфера линии фронта: войска Альянса спешно возводили у ворот укрепления, собирались новые крепкие ворота взамен старых, уже поставили две деревянные дозорные башни. Вчера горевшую осадную башню уже почти полностью разобрали — целые детали на запасные запчасти, а пушки в крепость потащили.       На развилке дорог амфибии повернули направо и двинулись по тракту, то и дело проезжая мимо приходящих войск. Добрались до первого поворота налево, и Балгруф махнул рукой.  — Вертай влево! Тоннель под Заоблачными вершинами по той тропе. Там ордынцев не будет.       LVT-4 повернули налево, плавно набрали скорость и погнали по неровной грунтовой дороге. Морпехи снова стали по бортам машин, рассматривая пейзаж прерий вокруг и на медленно приближающие навстречу горы.  — Вы и ваши люди, капитан, без преувеличения, сыграли решающую роль в этом сражении.  — Да полно, Балгруф. Хватит дифирамб. Мы просто сделали то, что от нас требовал долг, — усмехнулся Льюис, отмахиваясь.  — Хорошо было бы с вами Павший Молот взять, выбить треклятых орков и троллей оттуда, тогда бы Орда окончательно Арати потеряла для себя, — мечтательно протянул Старый Мушкет.       Квентин Уокер присел на пол амфибии, положил на снятый дизельный двигатель «Континенталь» свой вещевой мешок и прилёг на него вздремнуть. Было ощущение, что его укачало. Короткий сон не помешает…