Хитрость для лиса

«ПРИКАЗ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ       Долорес Джейн Амбридж (генеральный инспектор) назначается директором Школы чародейства и волшебства „Хогвартс“ вместо Альбуса Дамблдора. Основанием настоящего приказа является Декрет об образовании № 28. Подписано: Корнелиус Освальд Фадж, министр магии.»       Я который раз перечитываю объявление, но смысл слов доходит тяжело. Похоже любая мысль, сегодня для меня, слишком сложная. Я ощущаю себя словно под водой, оглушенная, раздавленная. Подобно кукле, лишившейся кукловода. Прочитанное не вызывает никаких эмоций, потому что сейчас эмоции — мой враг. Самый страшный.       Последний аккорд прозвучал, я поставила свою точку, но едва не утопила себя, заигравшись. Когда это произашло, когда все изменилось, и я превратилась из охотника, в жертву собственной игры? Не знаю. Не могу понять, где просчитались, когда эти голубые глаза, стали для меня чем-то большим.       Мне нужна это война. Как кислород, нужен для дыхания. Снова бросить вызов, чтобы получить такой необходимый спасательный круг. Но они медлят, молчат, и я задыхаюсь. Снова нащупав медальон на груди в форме снежинки, с силой дернула. Я так и не смогла его снять, что за чары на него наложил Уизли, так и не смогла разобраться, но избавиться от него, похоже пока не получиться. Как и от этого чувства. Раздраженно фыркнув, спустилась по лестнице.       Расталкивая толпу, вхожу в Большой Зал и тут же ищу взглядом его. Отдергиваю себя, напоминая себе, для него это лишь игра. А я не собираюсь признавать поражения. Потому что это уничтожит меня, растопчит мою гордость, унизит. Орла заметив меня, приподнимается за столом.       Там в коридоре смотря в эти голубые глаза, я была готова проиграть. Сдаться на милость победителя. Как же это просто и легко. Поцелуй отрезвил, это лишь игра, его и моя. И я не желала становиться жертвой. Я не хотела проиграть, не ему, только не в этой битве. Не в битве, где на кону мое сердце. Но оно все равно осыпалось осколками разбитого флакона, под изумленным взглядом парня. Знал ли, что это для меня значит? Навряд ли, это лишь игра. Он использовал меня, я в ответ использовала его брата. Он забавлялся с моими чувствами, я ответила той же монетой.       Как же я напугала Орлу своими слезами. Нет, я не рыдала в голос, не рвала волосы на голове. Я просто не могла остановить льющийся поток слез. В груди стало пусто, словно в высохшем колодце. Слезы текли помимо моей воли. Все было глупой забавой, то что я так легко высмеяла, меня же и добило. — Да уж, конечно — она, наверное, спала и видела, как сидит за директорским столом, — мстительно сказала Гермиона, когда они подошли к дверям Большого Зала, а я удивленно прислушалась. — Мечтала, как будет командовать другими учителями, эта тупая, надутая, завистливая старая… — Ты уверена, что хочешь закончить эту фразу, Грейнджер?       Из-за двери выскочил Драко Малфой, а за ним показались и Крэбб с Гойлом. Бледное заострённое личико Малфоя светилось злобным торжеством. А я усмехнулась, как же в этот раз Малфой отыграется на друзьях Поттера, за статью в журнале. — Боюсь, придётся мне снять по нескольку очков с Гриффиндора и Пуффендуя, — протянул он. — Ты не имеешь права штрафовать старост, Малфой, — тут же возразил Эрни. — Я знаю, что старосты не имеют права штрафовать друг друга, — откликнулся Малфой.— Но члены Инспекционной дружины…       Для меня это тоже новость. Значит вот как, новая метла и метет по новому. — Чего? — резко спросила Гермиона. — Инспекционной дружины, Грейнджер, — Малфой показал на крошечное серебряное «И», вышитое на его мантии прямо под значком старосты. — Особая группа учащихся, поддерживающих Министерство магии и отобранных лично профессором Амбридж. Так вот, члены Инспекционной дружины имеют право снимать очки… так что, Грейнджер, тебе минус пять очков за грубость в адрес нового директора. С Макмиллана пять за то, что возражал мне. Поттер, с тебя пять за то, что ты мне не нравишься. А у тебя, Уизли, рубашка не заправлена, поэтому с тебя тоже пять. Ах да, чуть не забыл — ты же грязнокровка, Грейнджер, так что с тебя за это ещё десять.       Рон выхватил палочку, но Гермиона оттолкнула её, шепнув: «Не надо!» — Очень умно с твоей стороны, Грейнджер, — усмехнулся Малфой. — Новый директор — новые порядки… веди себя хорошо, Потти… Моё почтение, король…       И он, страшно довольный собой, зашагал прочь вместе с Крэббом и Гойлом. А я готова была расхохотаться, прям в голос. Проходя мимо меня, Малфой неожиданно подмигнул, и снова нацепив маску, пошел дальше, по деловому спрятав руки в карманах брюк. Вот же гаденыш! — Он блефует, — голос Эрни звучал испуганно. — Не может быть, чтобы им разрешили снимать очки… это же нелепо… какой тогда смысл назначать старост, и вообще…       Усмехнувшись, прошла к столу. Сев рядом с Орлой, под её заинтересованым взглядом. Потянулась к кофе, и рука дрогнула. Кофе и корица. Отдернув руку, опрокинула в себя бокал с тыквеным соком и уткнулась в тарелку с овсянкой. Вяло ковыряясь в каше, вздохнула.       Ничего не помогает. Я не могу сосредоточиться, почему они тянут. Я ведь все правильно расчитала. Своей выходкой поставила точку, как Виктория Крам и дала старт для войны с Локи. Ведь я снова сломала их игру. Оказалась на шаг впереди. Отчего же так тошно и гадко в груди? — Мисс Крам, — скрипучий мерзкий голос Филча над головой заставил вздрогнуть, я растерянно перевела взгляд на завхоза. — Вас желает видеть директор! Идите за мной!       Б-А-А-Х!       Взрыв был такой силы, что столы подскачили. Зазвенели посудой, я же удивленно плюхнулась обратно на скамейку. И снова грохот. Над головой с шумом пролетела шутиха, оставляя дымно-искристый след за собой. С противным визгом взвилась под потолок, нарушая плавное течение свечей.       Б-А-А-Х       Она разлетелась с жутким грохотом, осыпая все вокрук серпантином и конфити. Народ в Большом Зале тут же загудел, заволновался, как огромное море. Все вскакивали со своих мест, неслись к выходу. Толпа подхватила и меня. Она выбросила нас в холл. Разглядев напуганных Эрика и Кэтти в толпе. Шагнула вперед, и выдернув ребят из потока, потянула к лестнице. Оглянувшись, замерла в восхищение.       Драконы, состоящие целиком из зелёных и золотых искр, плавали под потолком, с грохотом изрыгая пламя; ядовито-розовые огненные колёса пяти футов в диаметре с угрожающим свистом проносились мимо, как летающие тарелки; ракеты с длинными хвостами из ослепительных серебряных звёзд метались по коридорам, отскакивая от стен; шутихи выписывали в воздухе нескромные слова; повсюду, куда ни глянь, точно бомбы, взрывались хлопушки — и вместо того, чтобы сгореть и с шипением потухнуть, все эти пиротехнические штучки, словно набирали силу и начинали вытворять что-то совсем уж немыслимое.       Мимо нас пронеслась Амбридж, ей на встречу бежал Филч. Его седые, жиденькие волосики встали дыбом. Самый настоящий ужас отразился на лице пожилого мужчины. Как бы не поплохело бедному.       Посреди лестницы, оторопев от ужаса, застыли Филч и Амбридж. Одно из самых больших огненных колёс, решив, по-видимому, что внизу негде развернуться, понеслось к ним со зловещим «вз-з-з-з-з». Завопив от страха, оба шарахнулись в сторону, а колесо вылетело в окно прямо за ними и усвистело куда-то в поля. Тем временем несколько драконов и большая летучая мышь, за которой тянулся пурпурный дымовой след, воспользовались открытой дверью в конце коридора, чтобы просочиться на третий этаж. — Скорее, Филч, скорее! — взвизгнула Амбридж. — Если им не помешать, они заполонят всю школу… Остолбеней!       Из её палочки вырвался луч красного света и угодил в одну из ракет. Вместо того, чтобы замереть в воздухе, она взорвалась с такой силой, что прожгла дыру в картине с ведьмой, замечтавшейся на зелёной лужайке; та успела отскочить как раз вовремя и пару секунд спустя втиснулась в рамку соседней картины, где несколько волшебников, занятых игрой в карты, поспешно вскочили, чтобы освободить ей место. — Не заклинайте их, Филч! — сердито крикнула Амбридж, словно это была инициатива несчастного смотрителя. — Не буду, мадам! — пропыхтел Филч, хотя ему, сквибу, легче было бы проглотить шутихи, чем наложить на них заклятие.       Кинувшись к ближайшему чулану, он вытащил оттуда метлу и принялся махать ею, пытаясь сшибить шутихи в полёте. Не прошло и минуты, как прутья метлы вспыхнули.       Я поспешила отогнать ребят, как можно дальше. За таким лучше наблюдать со стороны. А пиротехника, веселилась все сильнее, она словно множилась, она заполняла коридор, вилась под потолком. То тут то там раздавался звон стекл.       Преподаватели с трудом разогнали толпу учеников. И что тут началось. Каждый преподаватель, словно считал своим долгом, отыграться на Амбридж за её инспекции. Они вызывали её, стоило шутихе или какой-то петарде даже мимо класса пролететь.       Если Амбридж, по каким-то удивительным причинам желала видеть меня в своих апартаментах, она на прочь об этом забыла, благодаря Уизли. Я даже не на секунду не сомневалась в том, что это их работа. Это потресающее шоу, точно их рук дело.       А на утро вывесили расписание консультаций, для определения будущей профессии. Удивительно, но там тоже значилось мое имя. Моя консультация была назначена на утро субботы. И по обыкновению, консультацию должен проводить декан. Напротив же моего имени, значился Профессор Снейп.       Уже выходя из гостиной, встретилась с Малфоем взглядом. Кивнув в знак приветствия, решила идти дальше, но парень меня окликнул. Оглянувшись, нахмурилась. — Идем, тебя хочет видеть Амбридж, — он смотрел хмуро, даже обеспокоено. — Что ты натворила? — Не знаю, — пожав плечами, растерянно развела руками. — Будь осторожна, — тихо выдохнул Малфой. — Ничего не пей у нее в кабинете!       Я удивленно покосилась на парня, но он уже постучал в дверь. Из-за нее раздался слащавый голосок, от которого меня передернуло. Малфой кивнул, кратко сжал пальчики руки и почти втолкнул в кабинет. Если я надеялась, что столь долгожданное место директора, изменит вкусы этой женщины, я была глубоко разочарована. — Присаживайтесь, Мисс Крам, — женщина сцепила, короткие толстые пальчики с кучей колец, в замок и важно мне кивнула. — Чай? Кофе? Воды? — Чай, — вежливо кивнула я, опускаясь на стул без спинки.       Все же в декоре слащаво-розового появилось кое-что новенькое. Это три метлы, висящие на крюках и обмотаные цепями, для надежности, у женщины за спиной. «Молния». Похоже пренадлежала Поттеру, моя то при мне. И два «Чистомета-5». Уизли. И как они умудрялись, на этом достойно играть. — Что же вы, Мисс Крам, пейте! — женщина прокашлявшись, тем самым привлекая мое внимание, указала на кружку с чаем перед мной.       Стоило коснуться фарфоровой ручке, и тут же браслет на руке нагрелся, неприятно обжигая кожу. Поднеся кружку к губам, сделала глубокий вдох, не смотря на то, что бергамот затмевал весь запах, кошачье обоняние не обмануть. Сыворотка Правды. Я сделала вид, что делаю глаток. Она тут же нервно заерзала в своем розовом кресле. — Мисс Крам, мы же с вами подруги, — и мои брови тут же взлетели вверх, я едва от удивления не нахлебалась мерзкого чая. — Поэтому я думаю мы можем говорить, друг с другом откровенно.       Женщина снова проследила за тем, как я прикладываюсь к чашке, перевела дыхание и едва сумела сдержать мерзкое, триумфальное хихиканье. Улыбнувшись, поставила кружку, на стол. — Конечно, директор Амбридж, — вежливо кивнула я. — Это так славно, Виктория, — я сжала кулаки, струдом удерживая вежливую улыбку на лице. — Вы же должны понимать, как шатко ваше положение в Хогвартсе, особенно теперь, когда раскрыт заговор Дамболдора против Министерства. Корнелиус выразил опасения на счет вас, Мисс Крам. Поэтому прошу вас сдать ваш посох мне на хранение, так как ранее этой процедуре воспрепятствовал Дамболдор, то сейчас…       А у меня сердце ушло в пятки. Забрать МОЙ ПОСОХ! Ярость медленно поднялась внутри, глухо заворочалась. Вдох. Я тут же начала себя успокаивать, только не сейчас. За выброс магии, эта стерва меня может и в Азкабан затолкать, решив что я её убить хочу. Я тянусь к запястью, пальцы дрожат. — Мисс Крам, — женщина в кресле напряглась, рука метнулась к палочке. — Конечно, — я киваю, а внутри я медленно отрываю ей голову, ломаю пальцы.       Посох увеличивается в моей руке, от чего женщина резко отдергивается в сторону, уже явственно сжимает палочку, кончик которой подрагивает. Я кладу посох поперек стола и сажусь обратно. Женщина резко выдыхает, тянеться своими огрызками к МОЕМУ ПОСОХУ. — Я бы вам не советовала прикосаться к нему, — я говорю тихо, но женщина тут же отдергивает руку. — Посох может агрессивно среагировать на чужое прикосновение. — Тогда будте так добры, Мисс Крам, — женщина приподнимается. — Положите свой посох вот в тот шкаф.       Я согласно киваю, беру посох в руки, и он словно негодующе гудит, он чувствует, что нам придётся расстаться. Я прикусываю губу до крови, потерпи, мой хороший друг, я заберу тебя, как только появиться возможность. Если нужно будет, я украду тебя. Только потерпи. Поставив посох в шкаф, с трудом заставила себя закрыть дверцы шкафа и вернуться за стол. — Так же, Мисс Крам, я должна задать вам довольно щепетильный вопрос, — женщина выпрямилась, как будто стала намного уверенней в себе. — Где находиться сейчас Сириус Блэк? — Простите? — я удивленно уставилась на женщину, почему она меня об этом спрашивает. — Вы имеете в виду того самого Сириуса Блэка, убийцу, Пожирателя Смерти? — Именно, Мисс Крам, и ваше нахождение в Хогвартсе, мне о многом говорит, вы знаете где он, и вы должны мне рассказать об этом! — Простите, директор, — я вежливо киваю. — Но о Сириусе Блэке я узнала из газет и навряд ли могу чем-то помочь. Я ни когда не видела Сириуса Блэка и никак не могу знать, где он находиться! — Что ж, Мисс Крам, — она недовольно поджимает губы, хмуриться. — Вы можете идти!       Я поднимаюсь и как бы невзначай, задеваю рукой кружку, она слетает с края стола, выплескивает содержимое и со звоном бьеться. Я в притворном ужасе, отскакиваю от стола, виновато смотрю на женщину. — Ох, простите директор! — Ничего, милочка, — тут же кивает женщина, взмах палочкой и чашка цела, к счастью жидкость обратно не собрать. — Ступайте!       Я выхожу из кабинета, а в голове вопрос еще больше. С чего она решила, что я знаю о Сириусе Блэке? Растерянно встряхнув головой, оглянулась на дверь. С золотой табличкой. Смешно. Ведь статуя так и не пустила ее в покои Дамблдора. Что значит ее намек? — Вот ты где, — от этого голоса мураки по коже. — Нужно поговорить! — Мне не о чем с тобой говорить, — я хочу сбежать, но он перекрывает дорогу, смотрит своими голубыми глазами. — Кто такая Локи?       Ясный четкий вопрос. Я знала, он придет. А внутри почему-то все переворачивается, пугливо сжимается. Я смотрю на Уизли, внимательно и почти выдыхаю. Это не он, это его брат. Джордж. Любовный Напиток помог не только доиграть, но и выяснить вопрос, который не давал мне покоя. Кто же из них кто. — Не знаю, я лишь получила от неё послание, — пожимаю плечами. — Она подсказала тебе про Любовный Напиток? И как его применить? — Джордж смотрит внимательно.       Я киваю. А внутри закручивается пружина. Джордж хмурится, смотрит на меня слишком пристально, слишком внимательно. Он не мог догадаться, не мог. Джордж неожиданно улыбается. — Ясно, — парень отходит в сторону, уступая дорогу. Пройдя мимо, уловила движение, он стоял чуть дальше у окна, прислонившись спиной к подоконнику. Не смотреть. А глаза по мимо моей воли, запоминают каждую деталь. Легкая улыбка на губах. И предательское сердце трепещет в груди, так сладко и так больно. Яркие голубые глаза. Озорные огоньки. Тонкие сильные пальцы барабанят по подоконнику. — Крам, — Уизли отталкиваеться от окна, делает шаг ко мне. — Отвали, — бросаю резко, даже поспешно. — Так и знал, что ты просто Заучка, — фыркает Уизли. — Нужно было раньше догадаться, что только у Локи хватит мозгов, так играть с нами!       Поджав губы, отвожу взгляд, чтоб он не увидел смеха в них. Если б он знал, кто я? Что бы изменилось? Прячу руки в карманы, ну уж нет. Так просто я карты на стол не выложу. Поднимаюсь по лестнице, чувствуя пристальный взгляд на себе. Ну же, Уизли, я жду!       И утром, с какой-то ликующей радостью, смотрю на стену. Началось! И пустота внутри, отступает. На пролете между лестницами, снова собралась толпа. Такие знакомые буквы. Ребята перешёптываются, оглядывают сокурсников. «Локи, выходи поиграть!» — Что думаешь? — Орла сжала мою руку, смотря на стену растерянно. — С радостью, — я улыбаюсь подруге.       Орла качает головой и смотрит на меня, как на сумасшедшую. Но как ей объяснить, что теперь это не просто война. Это ниточка между нами. Нить, не дающая мне захлебнуться в собственных эмоциях. Нить, что связывает нас, и это дарит, какую-то странную радость, облегчение. Между нами не все кончено.       Я с таким нетерпением жду вечера. Уроки пролетают мимо, я не могу сосредоточиться. Орла все время шипит на меня, отдергивает. В обед, наконец-то вернулся Мунин. И в этот раз с посланием. Отец, так долго не отвечал, что я начила волноваться.       Мунин недовольно заклокотал, ущипнул за ладонь и важно забрался на плече. Кэтти тут же протянула ладонь, и эта зараза, тут же перебрался к ней. Улыбнувшись на это, покачала головой. Похоже мой ворон скоро окончательно перекачует к Кэтти.       Развернув пергамент. Быстро пробежала по строчкам и нахмурилась. И это все? Может быть, отец так же скрыл послание? Выбравшись из-за стола, подхватила сумку. Завернув в один из коридоров, уколола палец пером, приложила к обратной стороне пергамента и с облегчением выдохнула. Буквы стали медленно проступать. «Виктория, Я рад знать, что с тобой все хорошо. Тебе не следует так волноваться о нас с Виктором. Ты должна сосредоточиться на учебе. Я жду от тебя высших результатов в аттестации этого года. Мы — мужчины и способны о себе позаботиться! Все твои волнения напрасны. Дорогая моя дочь, я все же надеюсь, что ты будешь благоразумной и сдержаной, особенно с Амбридж. Эта женщина имеет, очень большое влияние на Фаджа. Политическая обстановка накаляется. Фадж уже перекрыл нам любые возможности влиять на ход событий. Что косаеться твоих друзей, что ты встретила в Англии, прошу больше не вмешивайся в это. Держись как можно дальше, Виктория! Дела мужчин тебя не касаются, ты должна учиться. Так же, я узнал о состояние Миссис Свирк. В ближайшее время, я постараюсь решить этот вопрос. Надеюсь, маленькая задержка в этом деле, никак не повлияет на твою дружбу с твоей подругой. Я больше, чем рад знать, что ты все же сумела завести в Школе подругу, а не друга шалопая! Касательно вопроса о каникулах, который ты мне задала. Я конечно не против гостей, но все же это большая ответственность Виктория. Надеюсь, ты все тщательно обдумаешь и примешь взвешенное серьезное решение. Каким оно будет, не важно. Я готов поддержать тебя в любом решение. Прошу тебя, будь сдержанней. Я прекрасно знаю, на что ты способна, когда не контролируешь свои эмоции. Подобное поведение было допустимо дома! Я скучаю, дочка. Береги себя! С любовью, папа, Григорий-Вильгельм Крам.»       Сложив письмо, улыбнулась, письмо принесло облегчение. С ними все хорошо. Это главное. И с остальным складывалось как нельзя лучше. Отец не против, чтобы Эрик и Кэтти провели у нас лето, и с вопросом Орлы будет все решено. Я не сомневалась, что отец с этим разберется, хоть и потребуеться время. — От отца? — Орла села рядом, с интересом смотря на меня. — Да, — я кивнула и улыбнулась подруге. — Ответ положительный, Орла.       Девушка на секунду замерла, а потом с счасливым визгом повисла на мне, едва не роняя нас на пол. Я обняла девушку в ответ, Орла же сжала меня так сильно, что мой позвоночник захрустел, грозя сломаться. — Но потребуеться время, — я отстраняюсь от подруги, внимательно на нее смотрю. — И возможно, Мастер не сможет помочь. — Ты не понимаешь, — отрицательно качает головой Орла. — Это ведь шанс, надежда, Викки. И не просто шанс, я читала о Мастерах Проклятий, после нашего разговора, возможно он не вылечит ее полностью, но ей точно станет лучше! А что на счет Эрика и Кэтти? — Отец не против, но не хочу им говорить, пусть будет сюрприз, — улыбнувшись, спрыгнула с подоконника. — Нужно, еще ведь поговорить с Флитвиком. — Он даст разрешение, — уверенно заявила Орла.       Я кивнула, хотя все же опасалась, что именно Амбридж может стать препятствием. Она негативно настроена не только против меня, но и в целом против моего отца и Министерства Болгарии. Похоже по ее мнению я какой-нибудь тайный агент, отправленый следить за ней.       Догадка заставила остановиться и нахмуриться. Возможно ребята тут именно из-за этого? Следят? Ведь Виктор и отец говорят о том, что Министерство, полностью им перекрывает доступ. Но как тогда во всем этом замешан наставник? Встрехнув головой, устало вздохнула, слишком много вопросов, а ответов не найти.       И эта загадка, послания наставника. Я собрала всё, что могло хоть как-то пересекаться с датами и личностями Блэка и Торчвуд. Кстати, похоже свадьба и правда не состоялась. Ведь в некрологе, она упоминаеться под своей фамилией и ни одного упоминания о свадьбе. И все, нет ответа.       После занятий, я наконец-то смогла собраться с мыслями. Уизли хотят поиграть? Что ж, я могу устроить им целый аттракцион. Коридор, выбирался чательно, чтобы никто не потревожил ловушки за ранее. Орле задумка понравилась, и она подкинула даже пару хороших идей.       Установив последнюю магическую гадость для Уизли, внимательно оглядела коридор. Заклятие невидимости скрыло все качественно. Остаётся только одно, — придумать, как заманить рыжих сюда. Орла же осторожно, перешагнула через невидимую нить и села рядом со мной на подоконник. — Жаль, что не могу посмотреть на это, — вздохнула девушка и улыбнулась. — Зато я тебе все в подробностях расскажу, — обняв подругу за плечи, скрестила ноги в лодыжках. — Осталось их заманить сюда! — Я знаю способ, — Орла достала палочку из кармана мантии и взмахнула. — Экспекто Потронум!       Серебристый орел завис перед лицом девушки. Она как-то странно прокашлялась, немного нахмурилась и что-то зашептала Потронусу. Он тут же обернулся серебристым шаром света и исчез. — Ну, все, — Орла подхватила сумку. — Жди!       Я же растерянным взглядом проводила подругу, что это только что было? Покачав головой, накинула на голову капюшон и надела маску. Меня ждет интересный вечер. В компании не менее интересных парней. Усмехнувшись собственным мыслям, прижала ладошку к стеклу. А на Орлу я, кажется, плохо влияю, куда делась та тихая девушка?

***

POV Фред Уизли.       Я сидел на окне, растерянно выводя узоры на запотевшем окне. Брат рядом возился с коробкой, которая все время расподалась раньше времени и не желала держать форму. — Может поможешь? — брат раздраженно отбросил от себя картонку и недовольно на меня взглянул. — Хватит о ней думать!       Я раздраженно спрыгиваю с подоконника, еще и Локи. Как ее достать? Как найти? И Крам. Девушка, которая, еще прочнее засела в моей голове. Ни шанса, там в коридоре, после нашего последнего разговора, я это понял. Она смотрела на меня, так, словно она ненавидит меня.       Наклонившись к коробке, заметил резко влетевший в наше убежище серебристый шар. Он просочился сквозь стену и завис прям посреди комнаты. Потронус? Я удивленно оглянулся на брата. — Выходи поиграть? — голос зазвучал прям из серебристого шара. — Жду вас в северном крыле, седьмой этаж! И поторопитесь балваны!       И шар растаял серебристой дымкой. У меня из рук даже коробка выпала, Локи оборзела окончательно. Балваны? Я оглянулся на брата, вид у него тоже был не очень довольный. Поймав мой взгляд, брат утвердительно кивнул. Мы не сговариваясь сорвались с места.       Локи мы увидели еще в самом начале коридора. Она стояла у окна, оперевшись руками на подоконник. Все в той же черной мантии, черных бархотных перчатках. Брат достал палочку и усмехнулся. Я повторил его жест, в этот раз мы не собирались играть, мы хотели только одного. Узнать, кто она и отомстить! Наш последний шанс, поквитаться с заносчивой девчонкой!       Ринувшись к девушке, краем уха уловил щелчок. Замерев, запрокинул голову к потолку и зря. Мне на голову обрушился поток воды. Брата это тоже не миновало. Я оглядел мокрого до нитки Джорджа и перевел взгляд на Локи.       Девушка стояла у окна скрестив руки на груди и с интересом нас изучая. Я сделал еще шаг вперед и снова щелчок. В лицо полетела какая-то пудра. Чихнув, с трудом протер глаза от белого порошка и хихикнул. Посмотрев на брата, расхохотался в голос. Смех не возможно было остановить.       Мы с братом свалились на пол хохоча до слез, живот уже сводило от боли. А хохот все разносился по коридору. И чего мы ржем? Но остановиться я не мог. Джордж уже рыдал, схватившись за живот и катаясь по полу. Снова щелчок. И на брата плюхнулась до боли знакомая слизь. Расхохотавшись еще сильнее, попытался что-то сказать брату, но вышло какое-то невнятное булькание. — Не могу больше! — сквозь смех простонал Джордж. — Сдаетесь, так быстро? — Локи удивленно оттолкнулась от подоконника. — Вы же хотели поиграть? — Останови это, — застонал я, задыхаясь от смеха. — Какая жалость, — вздохнула девушка и достала из кармана какую-то шкатулку, маленькую серебристую и положила на подоконник. — Вот, возьмите!       Девушка отошла от подоконника и склонила голову к плечу. Сквозь прорези в маске я мог видеть, карие глаза. Карие? Я ничего не мог понять! Я точно помню, что глаза были зелеными. Какие же мы идиоты! Маскировачные чары! Почему мы не подумали об этом сразу?       Она переступила через нас, спрятав руки в карманах. Я стружом выпрямился, опираясь на стену, хохот все не хотел отпускать. Слезы текли из глаз безостановочно. — Как тебя зовут? — выдохнул я, едва слышно, но к моему удивлению девушка меня услышала. — Вот вам загадка, Уизли, — девушка обернулась ко мне. — У меня два имени, но значат они — «Победа дочери солнца», разгадаешь загадку, найдешь меня!       Она ушла, оставив нас содрогаться от хохота, брат с трудом встал на четвереньки, пополз к подоконнику и щелчок. С пола словно сдернули невидимое покрывало. Брат оказался в какой-то вязкой жидкости. Руки и ноги моментально пристали к камню, лишая его возможности даже двинуться. — Ненавижу! — выдохнул Джордж. — Акцио шкатулка! — и к счастью сработало.       Противоядие подействовало моментально, нас перестало корежить от смеха. Распластавшись прям на полу, прикрыл глаза. «Победа дочери солнца». Красиво. Только вот ничего не понятно. Два имени, но один смысл. Или просто так сочитаються имена? Узнаем имя, найдем ее, значит имя редкое и особенное. Аристократка? И снова все упираеться в Слизерин? Неужели и правда со Слизерина? — Может быть отклеишь меня, — зашипел рядом Джордж.       Избавив брата от волшебного клея, с трудом встал. Болело все так, словно нас отлупили. Мышцы живота напрягать вообще было страшно. Усевшись у стены, переглянулись с братом. — Вот бы с такой девушкой встречаться, — хохотнул Джордж и тут же поморщился, — С такой девушкой уж точно не соскучишься! — Псих, что ли? — ошарашено выдохнул я. — Но она уж точно, лучше твоей Заучки, — отмахнулся Джордж. — Что думаешь на счет загадки? — я поспешил сменить тему. — Мне вот, знаешь, что не дает покоя, как она каждый раз умудряеться нас перехитрить? Словно, она все время рядом с нами, так близко, что мы и сами не догадываемся! — Ты думаешь, она с Гриффиндора? — я удивленно смотрю на брата. — Похоже на то, смотри как она вошла в Гриффендорскую гостиную незамеченной? Раз. Заклятие Потронуса, мы изучили со всем недавно и ни кого из Слизерина там не было. Два. И только все время находясь рядом, она могла узнать о споре и вмешаться раньше, чем об этом пошли слухи! Три. Еще нужны доводы? — А загадка? — почему-то именно она не дает мне покоя. — Больше, чем уверен, что она специально мозг нам пудрит! — усмехнулся Джордж.       Но я так не думал. Что-то в этой загадке было, словно знакомый привкус, который появляеться на языке, когда произносишь какое-то особенное имя. Яркое, сильное на слух, которое не возможно забыть. — Нужно возвращаться, Джинни ведь просила, поболтать с Гарри, — Джордж усмехнулся, поднимаясь с пола.       Я закивал. Войдя в гостиную, столкнулся взглядом с Джонс. Девушка тут же смутилась, отвела взгляд, кокетливо опуская реснички. Тяжело вздохнув, нашел Гарри. Он сидел в компании Гермионы и Рона, обложившись проспектами о будущей профессии. — Эй, — сказал я, привлекая внимание Гарри, он тут же обернулся. — Вчера Джинни потолковала с нами насчёт тебя!       Плюхнувшись в кресло положил вытянутые ноги на столик перед собой. Несколько рекламных брошюрок Министерства магии полетели на пол. — Она говорит, ты хочешь перекинуться словечком с Сириусом, — я заговорчески подмигнул парню. — Что? — резко спросила Гермиона, замерев с рукой, протянутой к проспекту «ПОЗВОНИТЕ В ОТДЕЛ ВОЛШЕБНЫХ АВАРИЙ И КАТАСТРОФ».       Вид у Грейнджер, был такой, словно мы только что, на ее глазах, учебник по рунам в унитаз спустили. И Гарри похоже решил добить подругу. — Да, — как можно небрежнее сказал Гарри. — Не мешало бы. — Хватит нести чепуху, — заявила Гермиона, распрямляясь и глядя на него так, словно не верила собственным глазам. — Ты что, не знаешь, что Амбридж суёт нос во все камины и обыскивает всех наших сов? — Пожалуй, мы найдём способ обойти эту помеху, — сказал Джордж, потягиваясь и улыбаясь. — Надо всего-навсего её отвлечь… Кстати, вы заметили, что на каникулах мы вели себя исключительно скромно? — Зачем портить себе отдых, решили мы, — подхватил я. — К тому же нам вовсе не хотелось мешать людям готовиться к экзаменам!       Джордж скорчил ханжескую физиономию и отвесил Гермионе маленький поклон. Судя по её виду, та явно не ожидала от нас такой трогательной заботливости по отношению к школьным товарищам. — Но бизнес есть бизнес, и завтра всё снова пойдёт своим чередом, — весело продолжал я. — А раз мы всё равно собираемся устроить лёгкий переполох, отчего бы заодно не помочь Гарри немножко поболтать с Сириусом? — Конечно, но тем не менее, — сказала Гермиона таким тоном, будто объясняла нечто очень простое законченным тупицам. — Даже если вам удастся отвлечь Амбридж, где Гарри сможет поговорить с ним? — В её кабинете, — тихо произнёс Гарри.       Мы же с братом одновременно уставились на Поттера, ох, недооценили мы парня. Знает ведь он толк в настоящем риске. Пробраться в кабинет Амбридж, да сейчас там столько сигналок и охранок, после нашего, скажем так, проникновения на ее территорию в прошлый раз, Амбридж обложилась так, словно она у себя все золото гоблинов хранит. — Ты… сошёл… с ума, — севшим голосом сказала Гермиона.       Рон опустил брошюрку, посвящённую торговле селекционными грибами, и внимательно прислушивался к их разговору. — Для начала, как ты собираешься туда попасть? — С помощью ножа Сириуса, — сказал Гарри. — Что-что? — вид у нашего братца стал со всем идиотским. — На предпоследнее Рождество Сириус подарил мне нож, которым можно открыть любой замок, — пояснил Гарри. — Даже если она заколдовала свою дверь, и заклинание Алохомора не подействуе, а я уверен, что так оно и будет. — А ты что скажешь? — этот требовательный вопрос Гермионы был адресован Рону.       И лицо Гарри как-то неприятно исказилось, словно он вспомнил что-то ужасно неприятное. — Не знаю, — промямлил Рон, которому явно стало не по себе от того, что ему предложили высказать определённое мнение. — Думаю, если Гарри хочет попробовать, он имеет на это право. — Слова верного друга и истинного Уизли, — сказал я, наградив Рона увесистым шлепком по спине. — Итак. Мы думаем приступить к делу завтра после уроков, когда все выйдут в коридор, тогда можно будет добиться максимального эффекта. Начнём где-нибудь в восточном крыле, чтобы сразу выкурить Амбридж из кабинета. Пожалуй, Гарри, мы можем гарантировать тебе минут двадцать. Как ты думаешь? — я поглядел на Джорджа. — Легко, — подтвердил Джордж. — Чем вы будете её отвлекать? — спросил Рон. — Увидишь, братишка, — сказал я, и мы с Джорджем поднялись на ноги. — Для этого тебе надо будет только наведаться в коридор Григория Льстивого этак часиков в пять пополудни.       Усмехнувшись, мы с братом переглянулись. Пора прощаться с этой школой. Жаль, что с Локи, нам так и не удалось разобраться! Но похоже, мы оставляем школу в хороших руках. — Кстати, — я обернулся к Грейнджер. — Какие два имени, могут значить «Победа дочери солнца»?       Гермиона, задумалась. Заглянула в какой-то учебник, неожиданно закашлялась, резко захлопывая печатное издание, и развела руками: — Я не знаю!       Она что-то знает, я покосился на Грейнджер, недовольно хмурясь. Похоже наш Локи и в правду с Гриффиндора. И Грейнджер знает ее. Вот это номер. Поднимаясь по лестнице, решил, что позже письмом узнаю у девушки все, что она скрывает. А сейчас пора готовиться к шоу!