Сердце дракона

      — Голд, проснись. Пожалуйста, дорогой. Тебе снится кошмар, — когда дракон не отреагировал на ее слова, девушка подошла ближе к его морде, уже на своем опыте зная, насколько это было небезопасно.       После того, как дракон вернулся, они попали в некую рутину. Не смотря на то, что он наслаждался своей свободой, Голд все же предпочитал проводить больше времени в ангаре, в стороне от посторонних глаз. Его вылазки в лес ограничивались охотой и легкой прогулкой. Изредка он выходил днем с Белль, скучающе наблюдая за тем, как она проверяет каждый пенек в поиске того или иного растения. Он приносил ей еду раз в несколько дней, недовольно ворча, когда девушка делилась добычей с Гастоном. Мужчина хмурился, но деликатно молчал, благодарный за помощь. За эти дни Белль стала чувствовать себя лучше, немного оправилась, вернулась к исследованиям и даже вновь стала ему читать, но что-то все еще терзало ее. К собственному удивлению, Голд все чаще замечал, как Белль ненавязчиво и даже не особо задумываясь об этом, поглаживает ладонью его бок или ногу. Наслаждаясь гладкостью и теплом чешуи. Поначалу это смущало его и вызывало какое-то отторжение, но затем он привык, позволив себе расслабиться и наслаждаться такой едва ощутимой для его кожи лаской.       Голд удивлялся, как Белль могла погрузиться в чтение книги настолько, что ничего не замечала вокруг, не смотря на то, что она практически наизусть знала каждую строчку. К собственному эгоизму, он выжидал такого момента, чтобы позволить себе склониться и незаметно вдыхать ее аромат. От запаха, смешанного с цветами и травами, его сердце начинало трепетать, наполняя все тело приятным теплом.       К удивлению обоих, после возвращения к ней у него появились кошмары. Он словно вновь и вновь переживал те пытки, что сопровождали его десятилетиями. Порой он путал реальность со сном и только успокаивающие слова или ведро холодной воды позволяли ему вернуть самообладание и понять, что он все еще находился в ее заботливых руках, лежа внутри ангара.       Он нахмурился во сне, вспоров когтями землю и, дернувшись всем телом, тихо заскулил.       — Голд, прошу, проснись. Это просто кошмар, тебе нужно проснуться.       Попытки растолкать его не увенчались успехом, и Белль принялась почесывать его морду, пытаясь как можно быстрее разбудить его.       — Голд! — окликнула она, немного повысив голос. Его глаза резко распахнулись и существо, подняв голову, и оттолкнув от себя Белль неожиданно выпустило струю огня. Упав на спину, девушка вскрикнула и испуганно посмотрела на него. Дракон тяжело дышал, дико озираясь по сторонам, его ноздри подергивались, выпуская тонкие струйки дыма. — Все хорошо! Все хорошо, это был просто кошмар. Я с тобой, Голд. Ты дома, ты в безопасности…       Сморгнув наваждение, словно придя в себя, он быстро осмотрелся, удостоверяясь в ее словах. Испуганное блеяние овечек привлекло его внимание и он, тут же сосредоточившись на горящем стоге сена, погасил огонь, довольно выдохнув, когда у него это получилось с первого раза.       — Вот так… Все хорошо. Тебе просто приснился кошмар, — Белль слабо улыбнулась, смотря на него снизу вверх, не торопясь вставать. Расстроенно зарычав, он склонился над ней, все еще растеряно и как-то неуверенно рассматривая ее. — Я не знаю, что тебе снится, но это все позади, — она протянула к нему руку, надеясь коснуться его морды. — Сейчас ты дома, в безопасности.       Ее слова разбили его старое сердце, сколько столетий у него не было дома? Когда в последний раз он чувствовал себя в безопасности? Вопросы, на которые он не мог найти ответа. Переступив с ноги на ногу, он неуверенно, все еще боясь ее осуждения ткнулся остроносой мордой в ее ладонь.       — Вот так, все хорошо, — Белль погладила его между ноздрями, успокаивая. — Я с тобой, Голд.       Дракон тихо застонал и, поднырнув глубже под ее ладонь, ткнулся мордой в нее. Девушка от неожиданности вскрикнула, немного потеряв равновесие от его легкого толчка, тут же обхватывая его руками, в легком объятии. Он медленно прикрыл глаза, наслаждаясь ее теплом и лаской. Сегодня можно было расслабиться и показать слабость, он был слишком напуган, чтобы быть готовым встретиться с этим днем лицом к лицу без чьей-либо помощи. Голд медленно вдохнул ее аромат, позволяя легким цветочным ноткам увести его беспокойные мысли в другое русло. Он наслаждался теплом ее тела и запахом. С каждым вдохом он погружался в ее запах, успокаивая себя медленным и тщательным разбором его на составляющие. Чувствуя каждый ингредиент, каждый цветок, оставивший свой отпечаток на ее теле. Белль позволила ему расслабиться, не смеясь и не издеваясь над ним. Ее руки ласково гладили по его носу, пробираясь вдоль морды и коснувшись скул, почесали особо чувствительное место, от которого он непроизвольно заурчал. Улыбнувшись его кошачьим повадкам, Белль нарочно уделила этому месту особое внимание.       Расслабившись, Голд потерся об нее своей мордой, вызывая легкий смешок у девушки. Сердце трепетало в его груди, наполняя тело приятной негой и жаром. Ее аромат раскрывался с новой стороны, добавилось нечто пряное так похожее на…       Дракон резко замер в ее руках, распахнув глаза. Его ноздри затрепетали, осторожно выдыхая запах, впервые за несколько сотен лет учуяв женские феромоны.       — С тобой все в порядке? — почувствовав его жесткость, поинтересовалась Белль, ненавязчиво погладив его под челюстью. От прикосновение его тело пронзило блаженным жаром, покалывающим вдоль его хребта и превращающимся в невыносимое тянущее чувство у основания хвоста.       Резко освободившись, он шумно выдохнул, стараясь больше не вдыхать запахи. Его широко раскрытые зрачки уставились на смущенную Белль, которая не понимала, почему его умиротворенное выражение морды сменилось на настоящий ужас.       — Голд… — она потянулась к нему, быстро отдернув руку, когда дракон, зарычав, резко развернулся и бросился прочь из ангара. Оставив смущенную девушку позади себя.       Ему необходимо было исчезнуть на несколько дней, иначе кто-то мог пострадать. К его изумлению и ужасу, впервые за всю его жизнь у него появилось сезонное желание, и он не знал, что с этим делать.       Несколько дней Голд скрывался от девушки в лесах. Его тело дрожало от неутолимой нужды, а лапы сами желали отнести его обратно в дом. С каждым днем его чуткий нос улавливал тот самый запах, побудивший в нем желание. Как бы он не прятался в чаще, как бы далеко не сбегал, он чувствовал знакомые нотки, доносимые до него дуновением ветра. Ему казалось, что он сходит с ума, не возможно было избежать этого преследовавшего и обволакивающего дурманящего запаха. Однажды, когда Белль пошла на его поиски, обеспокоенная его странным поведением и отсутствием, она забрела глубоко в лес, где ему пришлось прятаться от нее в глубине небольшой пещеры у скалы, пряча нос в складках своих крыльев, жалобно скуля и жмурясь. Как бы его тело не хотело этого, как бы разум не страдал от всепоглощающего желания, он не мог позволить себе пойти на поводу у своих инстинктов, не мог причинить ей вред.       Ему потребовалось еще пару дней, чтобы вернуть себе все самообладание. За это время, дракон изрядно был вымотан эмоционально и имел скверное настроение, а выпавший снег еще больше усугубил его ситуацию и возможность скрываться от любопытных глаз в лесу. Глубоко вдохнув и не почувствовав ничего, что могло бы вывести его из равновесия, он осторожно, не забывая о своей безопасности, покинул пещеру.       Поглощенный собственными мыслями о том, как такое могло с ним произойти и почему именно сейчас его старое драконье сердце откликнулось на присутствие женского существа, он не сразу заметил, как лапы сами его привели к горячему источнику. Здесь он изредка и в особо гнусную погоду прогревал свою больную лапу, уменьшая легкий, теперь всегда присущий с ним дискомфорт в суставе.       Медленно, слегка прихрамывая, он подошел к плоскому, припорошенному снегом камню, на котором лежало несколько бледно-голубых вещей. Все так же витая в собственных мыслях, он лениво приподнял лапой ткань, задаваясь вопросом, откуда это могло здесь взяться и почему оно имело такой знакомый…       — Голд?!       Дракон резко обернулся, от неожиданности сжав в лапе вещи и с испугом уставился на оголенную Белль. Девушка стояла по пояс в теплой воде, закрывая руками обнаженную грудь, и неверующе смотрела на него.       — Голд, где ты был?! Я все это время искала тебя! Мы с Гастоном несколько раз обошли лес. Что произошло? Ты был таким спокойным, а потом… — она запнулась, впервые видя изменения в поведении дракона.       Существо едва вдохнуло, чувствуя, как ее запах медленно окутывает его. Как он мог быть так неосторожен, позволить собственным инстинктам сыграть с ним злую шутку и стать жертвой предательства собственного тела, приведшего его к ней. Обзор медленно сужался, окрашиваясь нежно-красной дымкой, сужаясь до размера его Белль. Он видел, как она гневно что-то кричала на него, обхватывая себя руками от легкого порыва зимнего ветра, но слова не достигали сознания.       Его лапа непроизвольно разжалась, отбрасывая в сторону одежду. Хвост беспокойно метался из стороны в сторону, глаза сосредоточенно следили за ней, а зрачок был опасливо расширен, сигнализируя девушке о его странном поведении.       — Голд, с тобой все в порядке? — неуверенно поинтересовалась она, поежившись то ли от очередного порыва ветра, то ли от его голодного, пожирающего взгляда.       Словно под заклятием он медленно двинулся к ней, все глубже заходя в воду, все больше утопая в ее аромате. Где-то на периферии сознания, билась жалкая мысль о том, что он не должен с ней поступать так, не должен поддаваться своим желаниям, но изголодавшееся по теплу и ласке тело считало иначе. В любом случае, она была все еще его хозяйкой и в любой момент могла остановить его. Удовлетворившись такой простой для решения его проблемы мыслью, он непроизвольно облизнулся, заставив отступить напрягшуюся девушку на несколько шагов в глубь источника.       — Что ты делаешь? Я же не одета и ты… Голд?! — пискнула она, когда дракон, подойдя ближе, склонился и медленно втянул носом воздух в районе ее шеи, на мгновение прикрыв блаженно глаза.       Он не должен был этого делать, должен был сопротивляться ей. Отфыркнувшись от непрошенных мыслей, Голд решил позволить себе хоть один раз попробовать ее на вкус, хоть немного. Это не должно было причинить ей вред, только возможно напугает, он надеялся, что после первого вкуса не потеряет контроль и оставит ее.       Склонившись ближе, он медленно провел языком по обнаженной ключице вдоль шеи, смакуя солоноватый привкус ее тела. Она была божественна, но он должен отступить.       — Ты же… ты же не собираешься меня есть? — испуганно выдавила Белль, когда дракон уткнулся заостренным носом ей в ухо, прикрыв глаза и как-то напряжённо замерев, решаясь, что сделать с ней дальше. Белль боялась пошевелиться, его теплый шероховатый язык, изрядно напугал девушку и сейчас она не решалась что-либо сделать, боясь привлечь к себе нежелательное внимание Голда, который и так был, судя по всему не в себе.       Белль, вскрикнула, когда существо, резко выдохнув, схватило ее лапой и вытащило из воды, вынося на берег.       — Голд, что ты делаешь? Пожалуйста, остановись! — Белль беспомощно вцепилась в его когтистый палец, пытаясь высвободиться из крепкой хватки. Дракон недовольно поморщился, чувствуя, как усики магии стали медленно пронизывать его ошейник, передавая весь ее страх, готовый в любую очередь выполнить приказ.       Он медленно положил ее на теплую, влажную землю у самой кромки воды. Оперевшись на лапы по сторонам от ее головы, Голд навис над обнаженной девушкой, рассматривая ее. Наслаждаясь тем, насколько была белоснежна и прекрасна кожа, как красива была его хозяйка. Ее стройные ноги и изящные изгибы тела окончательно лишили его рассудка.       Белль сжалась под его взглядом, прикрывая руками груди и поджав согнутые в коленях ноги к себе.       — Мы же друзья, Голд. Ты меня пугаешь, если я что-то сделала не так, ты только ск… — она замолкла, когда дракон бесцеремонно уткнулся носом ей в живот. К изумлению девушки, он тихо заурчал, выпуская теплые струйки воздуха через ноздри, согревая ее остывающую на воздухе кожу. Сделав несколько глубоких вдохов, повторяя за Голдом, девушка обнаружила, что его тело стало медленно расслабляться: хвост спокойно скользил по поверхности воды, крылья слегка опустились, а сам он приник к земле, ближе к ней.       Под легкой тяжестью его морды, все еще прикрывая свою наготу от его глаз, лежа на мягком песке, чувствуя, как теплые волны, исходящие от движения его хвоста достигают ее ягодиц, не позволяя окончательно замерзнуть, она была в безвыходной ситуации. Белль не понимала, что произошло с ним за такое короткое время, почему он, сторонящийся каких-либо прикосновений, сейчас буквально прилип к ней. Это смущало и очаровывало одновременно. Неуверенно, она прикоснулась одной рукой к кончику носа, пытаясь легко оттолкнуть его и поговорить с ним.       Едва ладонь коснулась его чешуи, как Голд, дернувшись от прикосновения, прикоснулся кончиком языка к ее животу, проведя им верх до груди, пока не столкнулся с преградой в виде ее руки.       — Это немного странно, тебе не кажется… — он повторил движение, недовольно заурчав, когда язык вновь встретился с ее рукой. — Ты же не думаешь, что я уберу… — она пискнула, когда он бесцеремонно толкнулся мордой под ее руку, широко лизнув языком меж ее грудей. Белль схватилась ладонями за его нос, пытаясь остановить, но ее слабые попытки лишь разжигали его энтузиазм. Язык размашисто скользил вдоль живота, слизывая капельки выступившего пота. Заурчав и наслаждаясь ее вкусом, он ласково ткнулся мордой в шею, нежно касаясь языком чувствительной кожи, проведя кончиком вдоль скулы и игриво пощекотав мочку ее уха. Услышав вздох, Голд склонил голову к груди и осторожно провел языком по соску, прислушиваясь к ее реакции и ощущениям. К радости дракона, девушка не закричала, а на мгновение лишь перестала дышать, чуть расслабившись, когда он вновь провел языком по уже затвердевшему от его невинной ласки соску. Не чувствуя сопротивления, дракон, довольно зажмурившись, увлеченно ласкал языком грудь, медленно вылизывая, кружась кончиком языка вокруг сосков и иногда размашисто проводя им по груди, посылая волны удовольствия по всему телу девушки.       Его тело вибрировало от жары, согревающей его изнутри. Он позволил ее запаху окутать с головой и наслаждался ею, как добычей, играясь и пробуя каждый сантиметр тела на вкус.       Белль тяжело дышала, удивляясь тому, что не в силах в полной мере противостоять ему. Это было странно, и немного пугало ее, но язык приносил легкое, неизвестное для нее ранее удовольствие, и как бы она не пыталась запретить ему наслаждаться этим, у нее ничего не получалось. Она даже на секунду задумалась, не было ли это какой-то древней магией или же всего лишь только прихоть не слушающегося тела, голодного к ласке и заинтересованного к продолжению. Белль было любопытно, чем может закончиться интерес дракона к ней, единственное, что ее смущало больше всего, было то, что волны страха, исходившие от нее, становились все меньше и меньше, уступая накатывающему блаженству и возбуждению. Все это было не правильно и запретно, но его хитрый, ласковый язык, пробуждал в ней жажду и желание, скручивающееся в низу ее живота.       Почувствовав терпкие нотки ее возбуждения Голд довольно застонал, ткнувшись носом в низ ее живота, пытаясь достигнуть заветного места. Он недовольно и тихо заскулил, когда Белль не поддалась на его нежные толчки и легкие облизывания ног и бедер, продолжая все так же прижимать к себе согнутые в коленях ноги.       После нескольких попыток, он раздраженно фыркнул и, подтянув к себе хвост, мягко обвился им вокруг ее тонкой лодыжки и потянул на себя, нежно, но настойчиво раскрывая ее тело для себя.       — Нет, пожалуйста, — тяжело дыша, и немного испуганно произнесла она, пытаясь отстраниться от его крепкого захвата и вновь укрыться от янтарных изучающих ее глаз. Он недовольно фыркнул, выпустив две тонкие струйки дыма через ноздри, заставив тем самым перестать ее сопротивляться и облизнулся наслаждаясь открывшимся для него видом. Едва ему удалось раскрыть ее ноги, волна возбуждения буквально смела последние остатки здравомыслия, притягивая его все ближе к ней. Уткнувшись носом меж ног смущенной девушки, он утробно заурчал, ласково подталкивая ее носом.       — Голд… — выдохнула она, не оставляя попытки отстраниться от него. Ее голос ласкал его слух, и он довольно лизнул ее, желая сорвать с губ свое имя еще раз. Белль дернулась от прикосновения, кровь прилила к щекам, и румянец медленно стал покрывать ее от щек до груди. Дракон вновь увлеченно лизнул ее между ног плоской поверхностью языка, немного занервничав, когда девушка никак не отреагировала на его ласку. Тихо заворчав, он провел кончиком языка по низу живота, вновь уделил внимание мягким полушариям грудей, поиграв кончиком языка с каждым чувствительным соском и, проведя влажную дорожку от ключицы к уху, лизнул в ухо, к радости сорвав с ее губ легкий смешок.       — Щекотно, — закусив губу, и немного расслабившись от его ласки, отозвалась Белль, смутившись, когда он издал какой-то расстроенный звук. Ей не должно было быть щекотно. Фыркнув своим мыслям, он вновь спустился вниз и провел несколько раз языком между ног, сильнее отводя хвостом одну из ног в строну, позволяя ей полностью открыться перед ним. Немного сменив позицию и опустив голову ниже, он медленно коснулся кончиком языка влажных от возбуждения складок, услышав ее первый стон. Переступив с лапы на лапу, он толкнулся языком вперед, и довольно заурчал, когда его язык наконец-то попал в нужное место, сорвав с губ девушки первый неожиданный вскрик. Если бы он мог, она бы увидела его ухмылку. Довольный, своим точным попаданием, Голд сосредоточился на ее клиторе, кружась острым кончиком языка вокруг нее, подталкивая, когда стоны стали громче. Его толчки сменялись легкими мазками, помня, что его шершавый язык был не совсем той заменой, которая ей сейчас была необходима на нежной коже, он пил ее соки, с трудом отрываясь и мимолетно переключая внимание на требующие ласки соски и нежную шею.       — Голд, пожалуйста, — застонала она в одно из его таких отвлечений и он, довольно заурчав, пару раз провел языком по низу живота, дразня ее и, удалившись, вновь погрузился языком в ее складки, срывая с губ еще один тихий стон. Дракон чувствовал, как его сердце бешено бьётся, перегоняя горячую кровь по телу, зажигая жаром и желанием каждую клеточку. Он чувствовал, как дымка желания обволакивает его разум и единственное, о чем он мог думать, это о тянущем, почти болезненном чувстве внизу его живота, желании обладать и иметь его хозяйку, Белль. Вцепившись когтями в мокрый песок, борясь за остатки контроля, он пытался довести Белль до оргазма, надеясь, что этого будет достаточно, и что его тело не сыграет с ним злую шутку. Он не хотел вредить ей. Услышав, как ее дыхание участилось, а стоны стали чуть громче, он обратил все свое внимание на нее, ускорив движения языком, кружась кончиком вокруг ее клитора, подталкивая ее к пику с каждым толчком. Он довольно застонал, когда волна удовольствия накрыла Белль и она, вскрикнув, обхватила его морду подрагивающими от удовольствия ногами.       Сделав несколько последних мазков языком, смакуя последние капли ее наслаждения, он медленно поднял голову, когда ее ноги ослабли. Его дыхание было таким же прерывистым, как у нее. Белль потрясённо смотрела на него широко раскрытыми глазами, боясь сделать неверное движение, а он, чувствуя это, боролся с собственными демонами. Словно в наваждении Голд склонил голову чуть ближе к ней и дернулся от резкого окрика вдали.       Недовольно зарычав, дракон сделал шаг в сторону леса и медленно опустился всем телом на Белль, игнорируя ее задушенный протест. Он бы не позволил себе раздавить ее, лишь накрыл своим телом, удерживая весь вес на локтях, скрывая обнаженное тело от посторонних глаз. Только он имел право наслаждаться и любоваться ею. Он спустил крылья на землю, укрывая ими большую часть своего тела и Белль.       — Голд, ты меня раздавишь, что ты… — она замолчала, услышав голос Гастона и замерла, прислушиваясь к его шагам.       — Вот ты где! — воскликнул мужчина, выходя к источнику. — Мы с Белль тебя ищем уже несколько дней! Где ты пропадал, черт возьми?! — Гастон сделал несколько шагов к дракону, но остановился, когда тот раздраженно зарычал, незаметно для мужчины накрывая лапой одежду девушки.       — Ох, я смотрю ты сегодня не в настроении? Может все-таки вернешься уже домой и поговоришь с Белль? Она ищет тебя.       Голд низко зарычал, щелкнув пастью.       Пока они перекидывались любезностями, Белль тихо лежала под драконом, испытывая чувство страха и смущения. Что она натворила, что если Гастон увидит ее такой и поймет, что они сделали? Удовольствие от разрядки медленно сходило на нет, уступая беспокойству, золотистое брюхо дракона странно поблескивало, словно под чешуей находился настоящий огонь. При новом недовольном рыке, мышцы его брюха подернулись, и Белль увидела то, что явно не должна была видеть не сейчас и ни когда-либо. Ее глаза широко распахнулись, а рот приоткрылся в немом крике, когда недалеко от ее обнаженных ног она увидела насколько мог быть возбужден дракон, и какими размерами обладало это существо. Захотел бы он обладать ею, если бы им не помешал Гастон? Стал бы он…       Она коснулась ладонью его живота, попытавшись немного отстраниться от этой выпирающей и пугающей ее части тела и болезненно вскрикнула, почувствовав, насколько раскалена была его чешуя. Дракон дернулся от прикосновения и агрессивнее зарычал на Гастона, плотнее прижимая к себе крылья, когда тот заинтересовался шумом.       — Может мне показалось… — Гастон неуверенно почесал затылок, все еще осматривая местность. — Ты точно ничего не слышал?       Голду едва хватило самообладания выпустить из ноздрей серый дым, а не сжечь его к чертям, хотя он не мог не быть благодарным этому мужчине. Не нарушь он их уединения, он бы точно был потерян.       — Хорошо, я тебя понял. Я ухожу, только возвращайся скорее домой. Белль действительно ждет тебя, — Гастон ушел только тогда, когда Голд нехотя кивнул ему в ответ.       Дождавшись, когда мужчина скроется из виду, он медленно раскрыл крылья, отступая на шаг назад, и настороженно взглянул на поджавшую к себе колени девушку. Красная дымка на мгновение исчезла, и он увидел всю ситуацию с ее стороны. Он взял ее без согласия, воспользовавшись доверием и наивностью, он буквально изнасиловал ее и… Голд тихо заскулил, отступив от нее на еще один шаг.       — Голд, подожди, все хорошо, — она вскинула ладони вверх, забыв о своей наготе, видя, насколько несчастным он выглядел, когда осознал свою ошибку. — Я не сержусь, все хорошо. Просто ты… — она замолкла, когда он яростно зарычал и, отскочив от нее на столько, на сколько позволяла ему его повреждённая нога, бросился сломя голову в глубь леса. Игнорируя ее голос, боясь осуждения и чувства предательства, которое она должна была сейчас ощущать. Голд чувствовал, как ошейник стал светиться, как она боролась с желанием приказать ему вернуться к ней, но свободно вздохнул, когда Белль передумала, едва не задохнувшись от волны боли и разочарования передавшийся через ошейник к нему.       Она никогда не простит его, а он не знал, что делать с собственной еще не утоленной проблемой.