Boarding School / Школа-Интернат

POV AUTHOR

      Пепельноволосый открывает глаза и глубоко вздыхает, сжав плотно зубы. Уже шестой ненавистный день он просыпается в одиночестве, с осознанием того, что всё, что происходило между ними с Лисой ночью, — сон.       Поднимается с постели, поправляя пижамные штаны, сонно оглядывает комнату — Пак сидел на своей кровати в наушниках и просто смотрел вперёд, даже не заметив, что младший уже проснулся. Тэхён тут же начал заправлять свою постель и складывать одеяло, навёл абсолютный порядок со своей стороны комнаты и отправился в ванную, чтобы привести и себя немного в соответствующее состояние.       Когда Ким закончил, вышел из ванны в одном полотенце и подошёл к шкафу, чтобы выбрать что-то подходящее из одежды на сегодняшний день. Выбор пал на голубые джинсы и белого цвета водолазку с кедами. Без доли стеснения скинул с себя полотенце, стоя спиной к Чимину, что тот мог разглядеть широкую спину, сексуальную линию позвоночника, что доходила до округлых, накаченных ягодиц и под стать длинные ноги. Но Чимин не смотрел: ему вообще не до Тэхёна вовсе. Когда младший закончил с собиранием, подошёл к Паку и толкнул того в плечо, чтобы он снял наушники. — Что с тобой? Ты сам не свой, — негодуя, поинтересовался Ким, присаживаясь рядом с Чимином. — Со мной…я не знаю, происходит что-то странное. Мне плохо, Тэхён, — сильно прикусив пухлую губу, поднял красные глаза на младшего. Ким закинул руку на плечо друга, заглядывая тому в глаза, чтобы разобрать накопившиеся эмоции в потемневших радужках. Что это… Грусть? Печаль? Боль? — Скажи мне, что тебя гложет? Хён, я помогу тебе справиться с этим. Почему тебе плохо? — Чимин всегда делился своими проблемами с Тэхёном, и тот всё сразу решал и расставлял разумно всё по полочкам, отчего проблемы казались вовсе мелочью. — Нет, если я скажу, станет только хуже. Я не хочу, — еле слышно пробормотал Пак, натягивая одеяло по самую шею, словно пытаясь скрыться от друга. Спрятаться, потому что не может смотреть ему в глаза. Ему стыдно, а отчего, он и сам понять не может. — Что станет хуже? Это как-то связано со мной? — немного удивлённо интересуется Тэхён. Чимин забрался полностью под одеяло, крепко придерживая края. — Это проблема связана с тобой, но тебя не касается, — в голову даже не лезли предположения о том, что бы это могло быть. Но всё же, Ким уверен, что ничего серьёзного не случилось и Пак просто накручивает себя. — Просто скажи мне! — Нет. — Сейчас же! — строго потребовал пепельноволосый, будто он обязан знать. — В следующий раз, оставь меня одного пожалуйста. — Ким закатил глаза и поднялся с чужой постели. Взял в углу комнаты баскетбольный мячик и начал отбивать его об пол. — Хватит уже страдать здесь, выходи, мяч погоняем, — Ким запульнул мяч в Чимина, когда тот достал голову из-под одеяла. Блондин резко подловил его прямо перед своим лицом. Ещё немного, и твёрдая оболочка прошлась бы по его физиономии, чего и хотел Тэхён. Конечно же, чтобы взбодрить друга. — Иди лучше мячи Наён покатай, — пошло усмехнулся блондин, уголки его губ приподнялись, отчего у глаз образовались маленькие складочки. Ким взял подушку и зарядил другу по его наглому лицу, громко смеясь, а Чимин же в свою очередь кинул в него мяч, попав прямо по животу, отчего младший скрутился, хватаясь за него. — Заткнись, я на них даже не обратил внимание, — недовольно фыркнул пепельноволосый, перекатывая с одной руки на другую мяч. Демонстрировал свои прекрасные навыки. — Пиздабол. Мы раньше обсуждали её, ты весь слюной обтекал, — расхохотался Пак, в попытках прикрыться от ударов Тэ. — Когда это было? Год назад? Всё поменялось, у меня есть любимая девушка, — гордо заявил сероглазый, отчего улыбка полезла на лице по самые уши. — У тебя нет девушки, Лиса сказала, что вы не в отношениях, — хмыкнул Чимин, наблюдая за реакцией друга на его слова. — Не говори так. Ты же знаешь её, она просто истерит. Скоро у нас всё будет хорошо, — недоволен словами Чимина, даже раздражён. Как это нет девушки? Он и сам знает, что Тэхёну тяжело сейчас, так зачем делает хуже и задевает чувства?       Не дождавшись ответа друга, Ким покинул комнату. Он жутко голоден, поэтому, прошёл мимо расписания прямиком в столовую. По пути рядом шла вприпрыжку Наён, Тэхён любезно поздоровался с ней и пропустил вперёд себя, проявляя галантность. Девушка была какой-то игривой сегодня, кидала странные взгляды и улыбалась. В то время Тэхён оглянул столовую в поисках Лисы, но её не оказалось, поэтому он просто взял завтрак и сел за один стол с Джису, девушка на секунду даже затормозила, не понимая действий парня, с чего бы ему садиться с ней? — Приятного аппетита, — ровным тоном произнёс он, снова оглянув столовую. — А Лалиса где? Она разве не собирается завтракать? Или может спит ещё? — быстро начал задавать вопросы Ким, в оба глаза смотря на брюнетку. Просто переживает, что пропустит завтрак и будет ходить голодная до самого обеда. — Она в комнате, я не знаю, придет или нет, — пожала плечами Ким, медленно пережевывая рис. — Ты должна была привести её, разве не видишь, она похудела. Совсем мало кушает, пропускает завтраки и обеды всегда, — начал причитать Тэхён, размахивая палочками. Джису снова застопорилась, нахмурив брови. Что вообще происходит? — Она что, ребёнок? Сама знает, что делает. Это не мои проблемы, — встала на свою защиту Су, так же повысив тон на сероглазого. — Здесь свободно? — к столу подошла Наён, поставив свой поднос с едой. Никто не успел ничего ответить, как девушка присела рядом. — И всё же, присмотри за ней, пожалуйста, — продолжил Ким, будто здесь и не было любопытной знакомой, которая в последнее время то и дело совала свой нос в его дела. — За кем нужно присмотреть? — тут же влезла в разговор рыжеволосая, Джису недовольно повела бровью, смотря на Кима, тот лишь в ответ пожал плечами, будто не при делах. — У нас много дел, поторопись, — невозмутимо кинул Тэхён, игнорируя вопрос.       По окончанию завтрака, Тэхён и Наён отправились на первый этаж. Им нужно было привести в порядок спортивный зал к подходящим школьным соревнованиям. Почему именно эти двое, Ким до сих пор не понимал. Наён была черлидершей, а он просто хорошо играл в различного рода спортивные игры.       Невысокая девушка становится на носочки и пытается достать до висящего плаката, чтобы поправить его. Сзади подошёл Тэхён и с легкостью помог ей справится с этой небольшой проблемой, рыжая благодарно улыбнулась и снова взялась за новый плакат.       Ким таскал нужное оборудование, для подключения музыки, спина начала побаливать от тяжести предметов. Помощников ему не выделили, поэтому приходится носить тяжести в одиночестве. — Тэхён, ты выглядишь уставшим… Конечно блять, потаскай эти колонки ростом с меня и тоже устанешь. — Да нет, нормально всё, — отмахнулся светловолосый и прошёл мимо девушки, дальше выполнять работу. Наён поплелась за ним, снова предлагая свою помощь. — Боюсь, тебя одна такая колонка раздавит, — хохотнул Ким, представляя эту картину у себя в голове. — Отойди, я же сказал, что сам всё сделаю, — Наён встала с одной стороны от этой колонки и схватилась за неё руками. — Нет уж, я помогу тебе. Меня назначили для этого, я выдержу, — настойчиво проговорила брюнетка, хватаясь крепче. — Эй, мне будет намного легче, если я сделаю это один, понимаешь? Не нужно, просто иди и вешай плакаты, — девушка не сдвинулась с места, выжидающе глядя на парня.       Ким отошёл от колонки, так же выжидающе смотря на непослушную помощницу. — Йа, сдрысни, иначе я тебя оттаскивать буду, — бросил он, сложив руки. Наён пожала плечами и обняв колонку руками, попыталась поднять её. Лицо стало пунцового цвета от предоставленных усилий.       Ким подошёл сзади к девушки и окольцевав руки вокруг талии, пытался оттянуть её, но та ни в какую не поддавалась.       В это время Чимин стоял позади Лисы, которая остановилась в проёме дверей, когда заметила их. А Пак просто следовал незаметно за ней всю дорогу. От одной ухмылки блондина кожа покрылась мурашками. Он подошёл к Манобан ближе, чтобы она могла слышать его, и сказал, прямо над ухом: — Не ожидала? А я говорил, тут всё серьёзно. Только взгляни, он мнёт её грудь и прижимается сзади, — шёпот отдавал холодными волнами ревности по всему телу. Зубы буквально скрипели от злости на слова Чимина. Из-за него эта картина приобретала новые краски. — Заткнись, всё не так, — прошипела Манобан, сжимая руки в кулаки. Усмешка срывается с его губ быстрее, чем она успевает договорить. Наён наконец-то отпустила колонки, отчего висела в руках Тэхёна, он аккуратно опустил девушку и собирался обойти её, но она потянула Кима к себе за края кофты, коварно улыбаясь. — Всё именно так. Он не любит тебя, — твёрдо и уверенно произнёс Пак. — Не веришь? Приходи сегодня к нам в комнату вечером. Там будет весело, Тэхён попросил меня «погулять» пару часов. Понимаешь к чему я веду, сладкая? — Чимин закрывает дверь перед рыжей, не давая ей возможности досмотреть, что же сделает Тэхён дальше. — Не прилично подглядывать, хотя, откуда тебе хоть что-то знать о приличии. — Называешь меня сладкой…ты любишь сахар, Чимин~а, тебе нравится? Так просто подходишь ко мне, собираешься делать вид, что ничего не произошло между нами?       Разворачивается к Чимину с широкой улыбкой на лице и начинает смеяться, так громко, что Паку не по себе от этого. Что за глупость она снесла, и что могло так рассмешить? Она смотрит вовсе не на него, сквозь, будто позади кто-то стоит. Блондин тряхнул Лису за плечо, чтобы привести в себя, но та лишь с силой оттолкнула его руку и с серьезным выражением лица прошла мимо. Так ничего и не сказав, что означало это странное поведение? То, что она не нормальная? Это определённо факт для Чимина, он в этом убедился в очередной раз.       Дверь с грохотом открылась, и оттуда вышел запыхавшийся Тэхён, в оба глаза смотря на друга, пытался сформировать слова, но из-за отдышки плохо выходило. — Здесь…ах, здесь была Лиса? Я слышал её смех, — Ким начал оглядываться по сторонам, в поисках рыжей макушки. — Да, была, — спокойно кинул Чимин, наблюдая за реакцией друга. — Почему она смеялась? — Губы Кима тронула мимолетная улыбка, он хочет знать, что её могло рассмешить. — Она увидела, как вы обжимаетесь с Наён, и ей стало смешно. Я всегда говорил, странная она, — Тэхён ударил Чимина по плечу, недовольно выругавшись на самого себя. — Твою мать, ну вот почему всё так?! Ничего не было, Наён просто лезла тащить эту колонку, а я… — А ты просто пристроился сзади и придержал её сиськи, — начал отшучиваться блондин, но озлобленный взгляд друга вынудил поднять руки в знак обороны. — Прости, но именно так это выглядело. Спасибо, подрочил, как говорится.       Тэхён прошёл мимо друга, задев того плечом так, что тот впечатался в стенку. Её нигде не было, он искал по всей школе, заглядывал практически в каждый кабинет, просто пропала. Нет и всё. В голову сразу полезли ужасные мысли, что с ней могло случиться что-то действительно серьезное. А вдруг какой-нибудь Клоун сейчас издевается над ней, вдруг она где-то плачет от обиды на Тэхёна. Бесконечные варианты кружили голову, он начал представлять самые страшные последствия.       Ким вышел на улицу, чтобы оглянуть местность. Возможно, она где-то просто гуляет, дышит воздухом например. Пробежав два раза вокруг школы, зашёл на футбольное поле, чтобы немного передохнуть. Усевшись на ближайшее местечко, откинулся на спинку кресла, тяжело выдыхая. Погода была солнечная, поэтому он изрядно вспотел из-за пробежки: лоб покрылся испаринами. Слишком жаркая погода, пришлось снять футболку, чтобы она послужила веером на некоторое время.       Оглядев пару компаний ребят, которые тусили на поле, заприметил странную картину. Он увидел Лису в окне будки, где обычно переодеваются игроки. Она была не одна, там кто-то ещё, но лица не видно. Ким тут же поднялся с места, быстро передвигая ногами, перешёл через всё поле. Девушка что-то увлечённо рассказывала и порой улыбалась, активно кивая головой.       Стоило Тэхёну дойти и резко открыть дверь, как на него оттуда выпала рыжая, которая в это время держалась за ручку. Парень тут же подхватил свою девушку, прижимая к себе. Лалиса с испугу крепко держалась за него, чтобы не упасть. Как только они встали в удобное положение, Тэ всё равно не отпускал талии девушки, всё так же придерживая, плотно прижимая к себе. Смотрел в глаза и ожидал, когда же она скажет хоть что-то. — Т-Тэхен, что ты тут делаешь? — как-то нерешительно начала она, шустро оглянувшись себе за плечо. В поисках того самого парня. — Это ты тут что делаешь? Я искал тебя, почему не отвечаешь на звонки?! Я так волновался! — возмущённо начал он, тоже заглядывая в раздевалку. — Кто здесь с тобой? — Телефон был в беззвучном режиме, — быстро проговорила Манобан, привлекая внимания парня к себе. — Никого, я была здесь одна, — его взгляд. Его глаза нужно было видеть, полные недоверия и удивления. Видит её насквозь. Убирает руки от неё и отступает на шаг, ситуация значительно начала накопляться. — Ты врёшь, ты была с парнем, — зло бросает Тэхён и обходит девушку, чтобы зайти в раздевалку. Там действительно никого не было. Но Ким абсолютно уверен, что тот сбежал через другую дверь, чтобы не попасться ему на глаза. — Посмотри на меня, я не переношу ложь. Я никогда тебе не лгал. Не смей повторять эти трюки со мной.       Тэхён разочарован, всё его негодование читается на лице. Лалиса мнётся и не знает что ответить. Она не может больше врать, боится. Ким сказал это настолько серьёзным стальным тоном, что девушку окатило словно ледяной водой. Так и не дождавшись от неё ответа, Тэхён развернулся и ушёл, накинув футболку себе на плечо. А Манобан так и стояла, смотря ему в спину.

***

— О, Чонгук, выдалась минутка посетить урок? — добродушно поинтересовался преподаватель, смотря на парня в дверях сквозь призму очков. Староста скромно улыбнулся и сделал короткий поклон. — Проходи садись, мы как раз начали новую тему, — продолжил историк, отворачивается к доске и делает записи. Чонгук ищет глазами тёмную макушку, и на секунду думает, что она вообще не пришла, пока не замечает её спящую прямо на парте. Мужская рука покоилась на её шее, зарывалась в густых, чёрных волосах, нежными касаниями массажируя кожу головы.       Кровь в венах буквально забурлила. В груди разжигается какой-то пожар, отчего сердце сжимается. Ему это совершенного не нравится, и он начинает злится с каждой секундой всё больше и больше. Кто-то трогает ЕГО Джису, просто уму не постижимо. Да, сейчас у них разлад в отношениях, но это ничего не меняет.       Чон уверенно двигается к ним и становится рядом с Удоном, который в свою очередь совершенно не заметил старосту. Короткий хлопок по плечу привлекает внимание парня, и он поднимает голову вверх, глядя на Гука. Рука всё ещё покоилась в девичьих волосах, как ни в чём не бывало. Как будто так и должно быть. Нет, нихрена не должно быть, убери свои культяпки. — Не уступишь? — цедит «вежливо» Чонгук, пытаясь контролировать себя и не сломать плечо парня, на котором всё ещё располагалась его рука.       Удон жмёт плечами и без проблем отсаживается за парту позади. Чонгук садится на предназначенное ему место и застывает, когда Ким приподнимает голову и что-то сонно щебечет себе под нос. Она ложится на плечо рядом и хмурится вдыхая полной грудью парфюм парня. Глаза всё ещё закрыты, но она уже знает, кто сидит рядом с ней. Запах Чона, от которого дурманит разум, заполняет лёгкие, заседая там и наполняя чувством эйфории.       Приоткрыв глаза, встречается с ним взглядом длинною в несколько секунд, но потом девушка прерывает зрительный контакт и выравнивается, смотря вперёд себя. Игнорирует. Так глупо и по-детски. — Джису, нам нужно поговорить, выйдем? — тихо проговаривает парень, чуть наклонившись к брюнетке, но та и бровью не повела на его слова. Будто Чонгука и вовсе здесь нет. — Су, ты слышишь меня? — склоняется он ещё ближе, максимально близко, чтобы выдавить из неё хоть какую-нибудь реакцию, но ничего кроме молчания в ответ. — Ладно, дождёмся перемены, — дал понять, что разговора им всё же не избежать в любом случае.       Чонгук не прекращал попыток завести хоть какой-то разговор на занятии, но всё сходило в сплошной монолог, поэтому к концу он решил замолчать и просто наблюдать за ней. Она сидела сложа руки и смотрела на парту, ни разу даже не подняв взгляда на парня. Волосы её были слегка лохматые из-за того, что Удон лазил там своими руками. Чон не выдержал и коснулся рукой её затылка, осторожно поправляя их. Шелковистые волосы скользили промеж длинных пальцев, укладываясь в нужном направлении. Вскоре Су не выдержала и дёрнула головой, давая понять, чтобы он прекратил эти действия. Раздраженно вздохнув, Чон всё же убрал свои руки под парту. Позади послышался смешок, такой неприятный и мерзкий смешок, отчего его обладателю хотелось шею свернуть.       Занятие тянулось словно вечность, Чон не мог уже терпеть, ему требовалось срочно поговорить с Ким и расставить все точки над «i». От скуки парень начал отсчёт того, сколько раз Джису может закатить глаза в течении всего урока. Пока только двенадцать раз. А вот и тринадцатый, когда Чон очередной раз взглянул на часы, нога уже нервно постукивала по полу от предстоящего непростого разговора. Звонок.       Такой долгожданный, как никогда раньше. Все начали подниматься со своих мест и собирать тетради в сумки, Чонгук положил свой учебник и ручку под парту и обернулся, чтобы позвать Ким, но той и след простыл. — Где она?! — недовольно спрашивает он у Удона, на что тот жмёт плечами и продолжает собираться.       Чон резко выбежал из аудитории и, быстро найдя в толпе Ким, побежал за ней. Девушка явно спешила, расталкивая по пути людей, отчего многие кричали ругательства ей вслед, а она показывала в ответ средний палец, даже не оборачиваясь. Парень схватил её за локоть и развернул к себе, недовольно испепеляя взглядом. — Я ведь предупреждал о разговоре, почему бегаешь от меня?! — достаточно громко произносит парень, взмахнув свободной рукой.       Учащиеся мельком поглядывали на стычку этой парочки и просто молили всех Богов, чтобы у них всё наладилось. Ибо Чонгук с каждым днём снова превращался в монстра, из-за которого никто не мог остаться безнаказанным, даже если ничего не делали плохого. Просто стоило попасться один раз под горячую руку Старосты, и больше ты никогда не захочешь вообще появляться у него на виду и как-то контактировать с ним. — Перестань вести себя, как ребёнок, просто ответь мне! — он больше не может терпеть этого. Нерешенные проблемы мучают его, особенно, если они как-то связаны с Джису. — Эй, отпусти её. Она не хочет говорить с тобой, разве, не понятно? — рядом встал спокойный Удон, наблюдавший всё это время за ними со стороны. Чонгуку смешно, он смеётся в голос, так что слышат все этот смех. Такой злобный и раздражённый, что мурашки по телу бегут. Да кто ты, блять, такой, чтобы влазить? — Просто уйди, я не в настроении разбираться сейчас с тобой. — предупреждающе проговаривает брюнет, пытаясь уловить взгляд Ким. Она смотрела на него всё это время, но как только подошёл этот недоумок Удон, девушка начала увлечённо разглядывать свои новые кроссовки. — Я уйду с Джису. — уверенно проговорил парень, натянуто улыбнувшись старосте. Всё вокруг молчали и давились воздухом, боясь издать хоть какой-то шумок.       Чонгук хмыкнул и отпустил руку Ким, развернулся всем корпусом к ученику и сделал шаг к нему, становясь вплотную. Удон был немного ниже, но всё равно не уступал Гуку и смотрел чётко в глаза, так бесстрашно, что удивляло его двуличие. — Послушай меня… — Ты хотел поговорить? — неожиданно раздаётся позади низкий голос Джису. Победоносная улыбка озаряет лицо парня и он не теряя ни минуты просто подхватывает свою девушку под руку и ведёт за собой. И плевать, что он не договорил с Удоном. На него ещё есть время. Очень много времени.       Они зашли в его кабинет и Су сразу же выдернула руку, от чего Чонгук ненадолго поник. Её действия очень его огорчают и ему трудно сейчас, без неё. — Прости меня. — сипло проговаривает Чон, прочищает горло и снова подходит к ней, нарушая дистанцию. — Мне так стыдно перед тобой за всё это. Прости меня, Джису, я правда всё исправлю. Не знаю как, но сделаю всё для того, чтобы ты чувствовала себя в безопасности. — берёт девичьи руки в свои и целует тыльную сторону. — Перестань молчать, это невыносимо! — Ладно, ты прощён. Я могу идти? — совершенно безэмоционально пробормотала Джису, будто ей наскучил этот разговор и вообще плевать на извинения. — Перестань делать вид, что тебе безразлично. Джису, пожалуйста… — настойчиво проговаривает Чонгук, аккуратно окольцовывает талию девушки руками и тянет к себе, прижимаясь своим лбом к её лбу. Ким снова избегать всяческого зрительного контакта, опуская голову. — Ну, долго будешь таить обиду? — Мне всё равно, я не обижена. — фыркнула девушка, поднимая свой суровый взгляд на брюнета. — Лгунья. — тянет Чон, чуть с прищуром смотря. — Почему ты сразу не сказала про тот случай? Самая бесстрашная? — Не хотела загружать тебя своими проблемами, у тебя итак их полно. — буквально шепчет Ким, отстраняясь всё дальше от Гука. — «Своими проблемами»? Ты понимаешь, что с тобой могло случится всё что угодно? Я выясню всё, обещаю. Ты не должна молчать о таком. — Чон зарылся носом в её волосах, оставлял короткие поцелуи на виске, обнимая всё сильнее хрупкое тело. — Хватит, перестань делать это. Я не хочу! — неожиданно возмутилась Су, грубо отталкивая от себя парня, что тот находился пару секунд в шоковом состоянии. — Просто не трогай меня. — Тебе неприятны мои прикосновения? — стоило заглянуть в пустые глаза парня, если ещё пару минут назад там была хоть какая-то надежда, то сейчас она просто была выброшена в мусорный бак. — Нет. — холодно кинула в ответ Су, разворачивается и хочет выйти, но его слова останавливают. — А что насчёт его прикосновений? Как ты вообще позволила ему касаться тебя руками?! — зло шипит, сжимает кулаки от желание ударить во что-то. — Я должна отчитываться перед тобой? — хмыкнула Ким, разворачиваясь. — Что в этом такого? Это моё личное дело. — Никаких таких личных делов у тебя нет, пока есть я, понятно? Не заставляй меня выходить из себя, я итак на грани. — А ты вообще причём? Тебя это касаться не должно. Ты никто для ме… — резкий толчок в плечо заставил закончить предложение писком. Джису соприкоснулась спиной с холодной стенкой, Чонгук прижался максимально близко, поднимая лицо девушки за подбородок, чтобы она смотрела на него. — Повтори, что сказала, — шипит словно змея, будто готов набросится и выпустить свой яд. — Ну же, чего молчишь, тебе ведь так легко даются такие слова, — в жилах вскипела кровь от злости и обиды на эти слова. Джису практически тряслась от страха и вовсе не хотела говорить эти слова, а уж тем более повторять их. — Ты всё и сам прекрасно расслышал, нет смысла повторять. Прекрати эти игры и отпусти меня. — Так просто? Жалеть не будешь? — Не буду. — Тогда ладно, хочешь идти — иди.       Она стоит и зло буравит Чона взглядом, будто тот виноват в этой ссоре. Не может сдвинуться с места, хоть ей и дали такую возможность. Брюнет выжидающе смотрит, но Ким всё никак не уходит. Джису не хотела так всё углублять. Да, она обижена на него сейчас, но ведь обида не вечная? Вскоре она забудет об этом и уверена, что пожалеет за слова, которые сказала сейчас. Тем более…его глаза, такие печальные, Су не может видеть его таким. — Иди, у меня есть ещё дела сегодня, — повторяет он, непонимающе оглядывая девушку, что всё ещё стоит. Его телефон неожиданно зазвонил, разрешая тишину. — Да, я у себя. Ты можешь зайти, — спокойно проговорил он и сел за своё рабочее место.       В кабинет ворвалась Джехи, поправляя выбившиеся из стопки бумаги, подошла к Чонгуку, обойдя стол, и поставила перед ним документы. Девушка запрыгнула на край стола, рядом с ним и тяжело вздохнула. — Нас ждёт весёлая ночка. Директор попросил разобраться с этим до утра. Я помогу тебе, — русоволосая аккуратно поправила край короткой юбки и склонилась к Чону, который сразу начал разбирать бумаги.       Слишком близко и откровенно. Джису всё так же стояла забившись в этот чёртов угол и наблюдала за ними. Казалось, что она растворилась в воздухе и её просто не замечают, будто действительно нет. Даже Чонгук больше глаз не поднял, хоть и знает, что она всё ещё стоит и просто прожигает в нём дыру. Дверь в кабинет снова открылась, что заставило всех троих обратить на это своё внимание. Зашла высокая блондинка и смущенно улыбнулась парню, сжимая в руках какой-то конверт. — Привет, простите, что отвлекаю… — медленно перебирая ногами, подошла к столу и, поставив конверт на край, облокотилась на него руками, смотря неотрывно в глаза Гуку. — Прочитай это на досуге, если найдётся минутка, — блондинка подмигнула, отчего Чону стало как-то смешно и он опустил голову, усмехаясь происходящему. — И…я буду ждать ответа. — Хорошо, Солла. Надеюсь, это действительно что-то важное, — он знал, что важного там ничего нет, у него полон шкаф таких писем от учениц, раньше он их читал, в последнее время попросту кидает в шкаф и забывает об этом. Блондинка кивнула и виляя бёдрами, медленно покинула кабинет. Чонгук всё ещё смотрел на дверь, но из-за щелчков пальцами Джехи перед лицом, вернулся в реальность, снова взялся за документы. — А что там, Чонгук? — с интересом разглядывая конверт, пробормотала Джехи. Вскоре её руки потянулись к нему и она уже смотрела на него вблизи, вертя в руках. — Не уж то, признание в любви? — хмыкнула девушка, передав его в руки хозяина. — Всё может быть. Джехи, принеси мне кофе, пожалуйста, — попросил парень, дабы выпроводить на несколько минут помощницу из кабинета. Письмо закинул в шкаф, где все остальные. — Порой мне кажется, что ты меня используешь в качестве секретаря., — русоволосая спрыгнула со стола и встала позади кресла Чона, располагая свои руки у него на плечах, начала массировать, надавливая руками что есть силы. Чон тут же откинулся, расслабленно вздыхая, ему просто нужно немного разрядки. — Ты была бы идеальным секретарём, — улыбаясь пробормотал Чон, так же провожая ДжеХи взглядом, как ранее Соллу. Когда она покинула кабинет, метнул взгляд в тот самый угол, где всё ещё стояла Джису и неотрывно смотрела на него. — Для человека, которому плевать на меня, ты слишком долго стоишь там. Нравится наблюдать за процессом работы или что? — встаёт из-за стола и идёт по направлению к брюнетке, сунул руки в карманы, чуть склонил голову вбок, с прищуром смотря на Ким. — Нравится наблюдать за тем, как ты водил меня за нос всё это время. Эти девушки…одна за другой ходят к тебе, а ты и рад, — раздражена, хочет ударить его, чтобы в чувство пришёл. — Сидишь и пялишься на них, а эта ДжеХи, не так уж и плохо тебе с ней работать, как ты рассказывал. Уселась на твой стол со своими голыми ногами, ещё и… — Тебе-то что? Я никто для тебя, забыла? — вставляет между делом Чон, но Джису не обращает на его слова никакого внимания, потому что не знает, что ответить на это. Он не никто, он практически всё, но ведь если действовать логике, нельзя его сейчас прощать и прыгать в объятия. Вырвалось необдуманно в порыве злости, а он так прицепился к этому. — Что за письмо? Что там?! — психует девушка, уже сама зажимая брюнета к стене. — Интересно? Иди и посмотри, — не успел он закончить, как Ким чуть-ли не снесла весь шкаф, а когда увидела слишком большое количество писем со всякими сердечками и наклейками, взяла стопку в одну руку и подняла её вверх, яро смотря в карие глаза напротив. — Чего удивляешься? Писем никогда не видела? — непонимающе пожал плечами Чонгук. Су достала первое попавшееся в руку и тут же разорвала, в попытках открыть. Розовый лист бумаги, на котором аккуратным почерком было выведено имя её парня. Быстро бегала глазами по стокам, всё больше и больше краснея от злости. — Отлично, она пишет, что хочет тебя уже несколько лет. Написала даже номер своей комнаты. Стоит сходить, Чонгук. По быстрому, пока ДжеХи тебе кофе несёт, — взяла и резко разорвала это письмо у него на глазах, сминая лист в руках.       Джису обходит стол и летит на выход, где тут же её улавливает Чон за руку и тянет к себе. Он устал уже бегать по пятам за этой девушкой, разве не время сейчас помириться, зачем она усугубляет? Чего добивается? Он не понимает. Неужели хочет действительно разругаться с ним. Чонгук хочет сделать ещё одну попытку применения, но его руки опускаются, когда в голове снова появляются слова о том, что он никто для неё. Она не жалеет о тех словах, значит, ему не о чем говорить с ней. — Отпусти сейчас же, я больше не хочу находиться в твоём обществе, — пыхтит Су, в попытках высвободить свою руку из его цепкой хватки. — А ты и не находись. Я письмо всё же заберу, надо же мне знать, в какую комнату идти, — свободной рукой разжимает пальцы Ким и достаёт оттуда смятые половинки листа. Девушка в шоке смотрит, буквально вылупив глаза. Она не верит, что он сказал это. Просто невозможно. — Подонок! Ты ублюдок, Чон Чонгук! — кричит, бьёт кулаками по твёрдой груди, сдерживая слёзы обиды. Он не посмеет, ни за что. — Лгун, просто самый настоящий бабник. Вы все одинаковые! — Джису, ну что ты, малыш. Я никто, не забывай об этом, ладно? Если вдруг возникнут какие-то вопросы по учебе, можешь обратиться ко мне. Сейчас у меня нет времени на твои капризы.       Шлепок. Она ударила его. Это просто шок, оба замерли, не в силах даже пошевелится. Наступила полнейшая тишина. Джису с ужасом смотрела на то, как быстро щека парня становится пунцового оттенка, а он смотрел на неё, его взгляд потемнел на несколько оттенков. — Просто проваливай, — ровным тоном говорит он, сжимая кулаки. Ким всё так же стояла на месте. — Слышишь?! Свали отсюда! — уже перешёл на повышенный тон. Брюнет глубоко дышал, чтобы прийти в чувство, было сложно держать контроль над самим собой, чтобы не натворить «делов».       Джису практически выбежала из кабинета, столкнувшись с ДжеХи, отчего та пролила на себя горячий кофе. Она сразу побежала в медпункт, чтобы обработать ожоги. А Чонгук в это время запер свою дверь, решив, что никого видеть сегодня он больше не намерен. Розэ/Юнги       Длинные, красного цвета, волосы разлетались по сторонам, отчего маленькая девочка шипела, стараясь уловить все пряди и вплести в косу, которой она так старательно занималась около десяти минут.       Ребята находились в беседке во дворе школы. Розэ сидела прямо, с закрытыми глазами, в ожидании законченной работы, над которой упорно трудилась Мирэ. Малышка собрала живые цветы поблизости и вплетала их в причёску, отчего у старшей подгорал ещё больший интерес взглянуть на себя. Рядом располагался Юнги, не отрывающий взора от своего телефона. Он выглядел раздражённым, но старался изо всех сил скрыть это. Такое чувство, что тут он — третий лишний, а не соплячка, что так часто проводит время с его девушкой. — Онни, ты такая красивая! — большие глазки девочки словно засияли, когда она осмотрела свою подружку со всех сторон. — Тебе очень идут цветы, так ведь, Юнги-оппа? — тяжёлый вздох, не менее тяжёлый взгляд, который обдал малышку словно ледяной водой и холодное мычание в знак согласия.       И лишь Мирэ не замечала этого всего, наивно полагая, что он и вправду в восторге. Пак толкнула мятного локтем по животу, привлекая внимание. Тот дёрнул бровью, в немом вопросе, что опять не так? — Будь мягче, — пригрозив пальцем, просит Чеён и подсаживается ближе к Мину, тот сразу обнимает девушку одной рукой, рефлекторно ведёт губами по виску и возвращается к телефону, пока та снова заводит разговор с малышнёй. — Минни, тебе правда нравится? Или тебе всё равно? — парень подкатывает глаза к векам, да он нихрена в этом не шарит.       Ему плевать, с цветами она или нет, заплетены волосы или распущены, она просто красива для него. Больше пониманий и значений красоты он не знает. Это всё слишком сложные штуки, которые придумали и могут понять только сами девушки. Зачем докапываться до него?  — Почему ты молчишь? — фыркает, поджав нижнюю губу. Не к добру, сейчас ругаться начнёт. Давай же Мин, подкинь пару красивых фраз, чтобы утихомирить собирающийся ураган. — Чеён~а, ты и так превосходна, а с этими цветами так вообще, словно богиня, — пролепетал на одном дыхании, притягивая Пак к себе, расположив свою ладонь на девичьей щеке.       Розэ поддалась вперёд, навстречу ласке. Медленно прикрыв глаза, смочила кончиком языка губы и смогла только обжечь горячим дыханием их, как вспомнила, что они тут вовсе не одни. Мирэ стояла в шаге от них, широко раскрыв свои шоколадные глаза, её пухленькие губки были слегка приоткрыты от шока и некой детской тревоги. Пак стыдливо раскраснелась от того, что позволила этому случится прямо на глазах у ребёнка, а Юнги крепко сжал зубы, чтобы не выдать каких-нибудь неизвестных ругательных слов для малышки.       Весь день, просто весь гребаный день он никак не мог подобраться до Розэ из-за наличия лишней мелкотни под ногами. С самого утра началась какая-то возня в комнате, они наносили друг другу макияж, пока он спал. И откуда в его комнате появилось столько косметики? Казалось, что каждая тумбочка заполнена всякими кремами, маслами, духами и прочим дерьмом, которым пользуются все девчонки. Но не Мин Юнги, который являлся хозяином этой «мужской берлоги» в прошлом конечно, она являлась таковой. Сейчас же эту комнату назвать «берлогой» просто невозможно, какой-то кукольный домик. Даже одеяло, которым он укрывается — розового цвета, а было чёрным. Вот куда оно делось, черт возьми? — Ми, возьми альбом, пойдём немного порисуем, — воодушевленно воскликнула Розэ, хлопнув в ладоши. Мирэ тут же подхватила эту идею и торопливо отправилась обратно в школу, за своим альбомом и карандашами. — Ох, она такая сладкая, — всё продолжала умиляться Чеён.       Юнги убрал телефон и пересадил Розэ к себе на колени, молча выслушивая её трёп о девчушке. Пак что-то бормотала о детях, при этом окольцевав шею Мина. Кокетливо оставляла короткие поцелуи и продолжала говорить. Он пытался слушать, но не мог, не получалось. Казалось, что может только смотреть и тяжко вздыхать, в те моменты, когда лицо девушки освещала белоснежная улыбка…или тогда, когда она кусала губу в раздумьях. А теперь она дует их, осознавая, что Юнги совершенно не слушает. — Когда мы уже сможем провести время наедине? — устало спрашивает он, ему уже надоело это трио. — Тебе не стыдно? У девочки нет ни друзей, ни родственников поблизости, что такого в том, что мы проводим время вместе? Ей итак очень одиноко, ещё и ты груб с ней, — Пак попыталась встать с колен, но Мин не позволил ей сделать этого, крепко удерживая за талию. — Ни черта, я ещё терплю её. У меня тоже нет и не было, живу же, — раздраженно кинул в ответ, якобы, девчушка не одна такая. — Мин Юнги! — возмущённо воскликнула Чеён, её глаза стали размером с тарелки. — Как ты можешь быть таким? Сухарь. — Я? Ты из-за неё, мне времени не уделяешь. Давай я тоже найду какого-нибудь друга и буду забивать на тебя, — Пак окончательно встала, когда мятный отпустил её, следом поднимаясь за ней. — Я не забиваю на тебя! — Чеён вообще не понимала о чём речь, ведь они были всё это время вместе, рядом друг с другом. — Я пошёл искать себе друга, — кинул проходя мимо Розэ, быстро возвращаясь обратно в школу. — Юнги, вернись на место. Сейчас же! — кричала вслед парню Пак, но тот лишь махнул ей рукой и исчез за огромной, железной дверью.

***

      Чимин шёл вразвалочку к своей комнате, что-то печатал в телефоне и звонко хлопал пузырями из жвачки. Толкнул дверь ногой и так же закрыл её, пихнув пяткой. Дошёл до центра их общей комнаты с Тэхёном и остановился. Что-то не так. Давящая тишина. Снова хлопок жвачкой, но это был уже вовсе не Пак. На его кровати лежал мужчина в костюме. Самый настоящий клоун на вид, только улыбка его, уж больно ненавистная. — Ах, Чимина~, я думал уже не придешь, — недовольно начал грубым голосом тот. Поднялся слишком резко с кровати, что Паку пришлось отойти на пару шагов назад. — Вот ты и попался. Я убью тебя голыми руками, — шипит сквозь зубы блондин и уверенно надвигается на противника, Клоун из-за спины достаёт железный лом и с размаху бьёт того голове, и Пак в отключке падает перед ним прямо на колени, а потом валится полностью всем телом с грохотом на пол. — Здесь можешь попасться только ты.       Шуршание и суматоха — всё что слышал Чимин. Он не мог открыть глаза, голова жутко болела, а в ушах стоял такой шум, что хотелось кричать. Не чувствует своего тела, набрав больше воздуха в лёгкие, пытается двинуться, ничего не выходит, что-то удерживало. С трудом приоткрыв глаза, сощурился: всё просто плыло, и невозможно было заострить свой взгляд на чём-то одном. Он даже не сразу понял, где находится.       Когда всё встало на свои места, уставился на человека перед собой, который возился с котлом и не сразу заметил, что Пак пришёл в сознание. Без костюма, вообще неизвестный мужчина что-то посвистывал себе под нос и напевал мотивчик. Чимин попытался оглянуть себя: его тело полностью привязано к деревянному столбу, оказавшемуся каким-то образом прямо посреди совершенно непонятной комнаты.       Круглом различных видов верёвки, железки разных форм, топоры, пилы. Что за чёрт? Где он вообще? — Кто ты?! — сквозь зубы, через боль шипит Чимин, гневно прожигая взглядом такого спокойного собеседника, который даже не взглянул на него. — Ты обидел её. Мой друг настаивает на том, что тебя нужно проучить, — неожиданно пустой взгляд, словно он кукла или робот, которым управляют. А возможно просто обдолбанный, что было ближе всего.       Чимин прикрыл глаза от резкой боли в голове, как только он открыл их, перед глазами появился тот самый человек в маске, медленно склонивший голову в бок, разглядывая Пака. — Сними маску, трус, — плюнул прямо в лицо, показывая всю свою дерзость и то, что ему вовсе не страшно в компании двух маньяков. — Если всё готово, оставь нас, — проговаривает Клоун, легко хлопнув Пака по щеке пару раз. — Ты не должен видеть того, что я буду делать с ним, — парень пожал плечами и, прихватив яблоко, покинул комнату, спускаясь вниз по лестнице. — Ты пожалеешь, если тронешь меня, — звучит угрожающе, но ни чуть не пугает Клоуна.       Чимин продолжал кидать разного рода угрозы, которые второй попросту пропускал мимо ушей. Резкий запах карамели заставил заткнуться на пару секунд блондина, только теперь он заметил, что они варят именно её в котле, но зачем? — Я слышал, ты сладкое любишь, — стоило сказать это, как рот Чимина непроизвольно приоткрылся. В голове сразу куча мыслей, связанных с Лалисой, которая заливалась смехом, когда начала утверждать о том, что он любитель сладкого. И то её странное поведение, которое было не спроста. — Это связанно всё как-то с Лисой? Я так и знал, что она та ещё сука. Придушу голыми руками, как только попадётся мне! — пытается вырваться, толкаясь со всей силы вперёд, но лишь получает боль от того, что верёвка сжимает тело ещё сильнее. — С чего ты взял, что сможешь увидеться с ней? Последний человек, которого ты будешь видеть перед своим концом — я. Перестань дёргаться, просто прими это.       Хватается за шею и осторожно стягивает тугую резиновую маску с лица. Зачёсывает каштановые волосы назад и улыбается знакомому. Наблюдает за шокирующей реакцией Чимина какое-то время, и возвращается к своим делам. — Ты…чёрт, это ты? — не может поверить, смотрит во все глаза, челюсть давно уже располагалась на полу. Брюнет жмёт плечами, спокойно выдавая «я», в ответ. — Охуеть! Если Дженни узнает, да она… — Это тебя уже не касается. Да и мне плевать. — Ты конченный ублюдок, отпусти меня и разберёмся по-мужски, — всё говорит Чимин, весь покрываясь красными пятнами от злости, а Хосоку всё равно, он абсолютно хладнокровен. — Только посмей блять, и я тебя сломаю!       Чон грубо хватает лицо блондина и сильно сжимает челюсть в своей руке, отчего сразу остаются фиолетовые следы, Пак пытался дергать головой, но получил беспощадно кулаком прямо в челюсть, удар сопровождался хрустом, боль была такой невыносимой. Половина лица словно онемела, и он не мог двигать ей. Хосок снова поднимает лицо Чимина и смотрит в глаза, ядовито улыбаясь. Теперь он превосходит его. Это явно чистая победа. Пак ему не ровня.       Легким нажатием пальцев приоткрывает его рот, блондин стонет от боли, сжимая глаза. Чон берёт миску с горячей карамелью и поднимает её на уровне головы Чимина. — Я думаю, тебе надо заклеить рот, не хочу слышать тебя. Оттуда льётся сплошная грязь и враньё, — Пак пытался выдавить из себя что-то вроде «нет», но не мог даже двинуть челюстью.       Хосок перевернул миску, густая карамель медленно стекала по стенке чаши, от неё исходил пар. Чимин, конечно, любит горяченькое, но не настолько. Карамель коснулась зубов парня, отчего он тут же вздрогнул, пытаясь сомкнуть рот. Настолько жгучая, что казалось, во рту пожар. Запах палёного, разожжённого, разъедающего наполнял легкие Чимина. Она начала прилипать к нёбу начала и застывала, Пак болезненно рычал через горло, к глазам подступили слёзы. Он не мог дышать через рот, потому что тот был полностью забит карамелью, она текла по подбородку и шее, Чон до последней капли заталкивал её в рот по самое горло Чимина и следом резко сомкнул его губы, снова сопровождая это действие хрустом и стоном.       Слишком горячо, всё будто сжимается во рту к чертям и поливается кипятком. Он не может открыть рот, карамель с каждой секундой становилась всё тягучей и твердела. Она была всюду, под языком, под губами, зубы слиплись друг с другом. Парень продолжал постанывать, даже не заметив, что Хосок отошёл от него. — Не хочу тебя так просто убивать, хочу помучить. Хм-м-м…что же у меня тут найдётся для тебя? — задумчиво оглядывает свои атрибуты и лазит по тумбочкам, в поисках чего-то интересного. — Может наркотиков, м? Кайф словишь, напоследок, — ехидно смеётся брюнет, тормоша пакетик с содержимым в руках. — Поставь это на место! — Из ниоткуда появился второй, резко выхватывая пакетик у Хосока. — Это моё. Давай с ним быстро закончим? У нас ещё дела есть. Хватит играться, — грубо цедит он, быстро выстраивает ровную дорожку порошка на дощечке и прижав одну ноздрю пальцами, второй вдохнул весь порошок, отчего кончик его носа побелел.       Теперь Чимин даже рот открыть не мог. Его глаза были полуоткрыты, он мог только наблюдать за ситуацией со стороны. Медленно прикрыл глаза и словно упал в пространстве, слишком много эмоций и боли одновременно, сознание не выдержало этого всего.       Хосок торопливо подошёл к блондину и начал стучать того по щекам, взял его руку и начал высчитывать пульс, который падал с каждой секундой. Снова бьёт по щеками и открывает веки, чтобы взглянуть на зрачок, достаёт телефон и включает фонарик, направляя на лицо. Совершенно никакой реакции. Он не дышит. — Блять, карамель могла ведь перекрыть носовые пути! Помоги мне, я не знаю, что делать! — в панике перешёл на крик Хосок, в попытках открыть рот с застывшей карамелью. — Зачем? Ты ведь этого и хотел, — спокойно спрашивает второй, попивая энергетик. — Не хотел! Я хотел припугнуть его! — Хосок быстро развязывает парня и подхватывает на руки, торопливо направляется в ванную и включает теплую воду.       Сначала сдирает карамель с губ, отчего в некоторых местах начала сочится кровь. Обеими руками хватается за рот и аккуратно приоткрывает его, пальцами начинает тянуть на себя толстый комок карамели, она растягивалась так, словно бесконечная. Это была лишь малая часть, когда путь к горлу чуть приоткрылся, уложил Чимина на пол и начал делать массаж сердца, которое так глухо стучало. — Ладно, я выйду ненадолго, раз уж ты занят, — парень накинув капюшон на голову прошёл мимо, с полным безразличием наблюдая за тем, как Чон пытается спасти жизнь человеку.       Хосок прислонился к груди Чимина, сердцебиение стабилизировалось, внезапно его схватили за шею и начали душить. Пак со всей силы сжимал шею Чона, до глухого удушенного хрипа. Он специально подстроил это всё, чтобы загнать брюнета в ловушку. Но тот не сдаётся, рыпается и пытается что-то сделать в ответ, всё тщетно.       Чимин резко забирается на него сверху и наносит сильные удары кулаками, не щадя руки, костяшки которых сочились кровью. В то время Хосок пытался надышаться, еле прикрываясь от ударов.       Оттолкнулся от пола в попытке оседлать Чимина, но тот не давал даже шанса на это, безудержно превращая лицо в сплошное месиво. Горячо, ссадины щипали настолько, что всё жгло. Дыхание спёрло от резкого удара в живот, глухой вой не сразу срывается с губ Хосока, а следом хочется сжаться, но Пак не позволяет.       Вслепую. По инерции пытается наносить ответные удары. Чон ощущал полностью отключенное сейчас сознание, когда по его лицу снова прошёлся кулак Чимина. Не было выхода, Хосок достал из кармана нож и вонзил его прямо в живот, не целясь.       На пару секунд Пак застопорился, прижал руку к пылающему месту на животе и ощутил горячую влагу на пальцах. Это что? Почему…так горячо?       Чон так же ошарашено смотрел на окровавленную руку Чимина и не знал, что делать. Пак окунался словно в ночь, в омут с головой. Херов омут и незрячесть. Ничего не видно и не слышно, только гудение в ушах и собственная кровь на пальцах. Рычание сквозь зубы, он хватается за ручку ножа и с громким грубым криком вынимает его из себя и кидает рядом на пол. Пятно на футболке становится всё больше и больше, багровыми каплями стекая на Хосока.       Поднимается, совершает рывок, и, торопливо пытается найти выход. За спиной орёт Чон так, что от этого вопля Чимина мутит, и он держится за стену, когда тело покидают силы.       Боль в животе не прекращается, футболка прилипла к телу, пропитываясь кровью. Ему плевать, он пытается найти выход, и всё будет нормально. — Где была эта блядская лестница?! — тяжело дышит, сверля взглядом пол. Он точно видел лестницу здесь, но теперь её нет.       Видит окно и направляется прямиком к нему, оставляет кровавые следы на ручке и пытается открыть, но рука скользит, отчего парень начинает выкрикивать маты. Когда у него вышло, пригнуться на подоконнике, но тут же ощетинился от боли. Достаточно высоко, в глазах двоится, поэтому не очень понятно расстояние.       Хосок оттаскивает его, говорит что-то о помощи, но в ответ на это получает лишь смачную пощечину, от которой буквально летит назад.       Чимин прижав ладонью пульсирующую рану, перекинул быстро ногу через подоконник, потом вторую и с рывком прыгнул. Ровно две секунды полёта и ужасная ломота в теле. Кажется, что все кости сместились и рассыпались. Попытки встать не увенчались успехом, но он полз. Подальше отсюда — единственный шанс спастись. Только сейчас заметил, что находится в лесной местности, кругом ели и разного вида деревья. Большие склоны и горы, сильный шум речки буквально бил по ушным перепонкам, словно она очень близко. Сжав ладонь на ране, поджал ноги к груди и кубарем покатился вниз по горе, врезавшись в первое попавшееся дерево на пути, остановился. Крепко схватился за древесную кору и медленно поднялся с колен.       Получилось. Наконец-то получилось подняться. Ему нужно сейчас только спрятаться, уверен, что Хосок не оставит блуждать по лесу после того, как показал своё истинное лицо и гнилую душу.       Чувствует, как покорёженные внутренности не желают возвращаться в норму. Лёгким едва удаётся наполняться воздухом, смешанным с собственной кровью. Теперь он чётко чувствовал её не только на ладони, но и на языке. Она поднималась изнутри вместе с отвратительно-горькой желчью.       Пересиливает себя и быстро перебирает ногами, ему нужно срочно скрыться, ради себя. От этой мысли приливает адреналин к крови, и парень переходит на бег трусцой. Казалось, все внутренности подпрыгивают внутри вместе с ним. Показалась и та самая речка, которую он слышал всё это время. Чимин оглядывается назад, позади никого нет, и он останавливается на минуту, чтобы перевести дыхание. Секунда затянулась, перед глазами появились блики, он двинулся к речке, чтобы немного отпить воды, чтобы привести себя в чувство. Тело начало шатать, голова закружилась, Пак быстро начал отходить от речки, но из-за того, что не мог контролировать своё зрение и сознание, наоборот провалился в неё. Он пытался бежать совершенно не в нужном направлении, поэтому сейчас в попытках выплыть, лишь глотает воду, тело быстро неслось по течению, словно на американских горках он падал вниз, а потом поднимался. Больше не в силах задерживать дыхание, приоткрыл губы. Рот сразу наполнила речная вода, она проникла в нос и уши, заполняя всё внутри.

Дженни

      Ким проснулась в десять часов утра, будильник снова не прозвонил или она попросту его не услышала. Лениво потянувшись на кровати, тяжко вздохнула, взглянув на экран телефона, улыбчивое лицо Хосока на фоне также улыбнуло и её. Дженни открыла телефонную книжку и набрала Джину по фейстайму. Тот тут же принял звонок и уже собирался ругать младшую за пропуски. — Оппа, я проспала, — сонно промычала Ким, в своё оправдание. — Только не ругайся. — Нини, ты такая безответственная! Почему так долго спишь? Всю жизнь так проспишь, будь немного ответственней, ты уже взрослая девушка. Дженни? Ты меня вообще слушаешь? — пока старший читал нотации, Ким сделала вид, что заснула. Будь он рядом, сразу растормошил бы девчонку, чтобы в себя пришла. — Ну Джи-и-и-ин, нц…я же просила без этого. Это в последний раз, надеюсь. Я хочу сказать, что очень хочу увидеть тебя. Мне грустно и одиноко, — еле слышно бормотала Дженни, не смотря на брата. — Малыш, что-то случилось? Поругалась с кем-то?       Ким подняла глаза с застывшими в них слезами и не сдержавшись, начала плакать. Она не собиралась, всё как-то неожиданно вышло. В груди всё неприятно сжалось, её поглощает депрессия. Всё что получал в ответ на свои вопросы Джин — громкие всхлипы. Она уткнулась в подушку, её тело судорожно подрагивало. Ким старший до боли кусал губу, ему невыносимо наблюдать за этим. Он должен обнять её и утешить, но не может. — Прошу, скажи мне, что тебя беспокоит? Дженни, я выслушаю тебя, ты можешь говорить со мной абсолютно обо всём, я не буду тебя осуждать ни за что. Моя маленькая, а ну быстро успокойся и посмотри на меня. Бегом! — девушка глубоко вздохнув подняла своё лицо с подушки и утёрла слёзы одеялом. Лицо было красным и припухшим, нижняя губа слегка подрагивала. — Что у тебя случилось? Мм? Проблемы на учёбе? Что-то с сёстрами или же…причина твоих слёз молодой человек? — они внезапно оба притихли, наблюдая за реакцией друг друга, девушку вся осунулась. Они раньше не говорили на такие темы. — Послушай, в этом нет ничего такого, ты уже взрослая девушка и я всё понимаю. — Джин кивнул, намекая, что она может начать. — У меня… — голос начал дрожать, потеряла всю свою уверенность. — У меня был парень, но мы с ним…расстались, — Ким металась, не знала, может-ли сказать обо всём, что её беспокоит. — Этот тот парень с которым ты уехала? — пытается вспомнить лицо обидчика сестры, брови сурово свелись на переносице. — Нет — нет, это мой лучший друг — Хосок. Он очень хороший. Оппа, на самом деле ничего ужасного не произошло, я просто уже больше не могу здесь. Мне нужно видеться чаще с тобой и с родителями. Мы можем встретиться на выходных? Одни, — уточнила, что сестёр в этот день видеть не желает. Джин опешил, ведь хотел бы провести время вместе всей семьей, он так же скучает и по остальным девочкам. — Э-м-м… д-да, конечно, почему бы и нет? Я тогда приеду за тобой, — тёплая улыбка брата успокаивала, хочется побежать к нему и прижаться всем телом, чтобы он спрятал её от всех проблем. — Хорошо. Спасибо, люблю тебя, — девушка прижалась губами к экрану телефона и широко улыбнулась, когда услышала столь любимый смех брата. — Я тоже тебя, малыш. Не смей грустить там. А теперь быстро поднимайся с кроватки и иди завтракать, мхм? Где мои милые щечки? — сюсюкал старший, вытянув губы трубочкой. — Вот! — смеясь, сжала свои пальцами, немного оттягивая. — Это я про свои. Господи, я просто завидую тебе, что у тебя такой брат, — Ким начал красоваться перед камерой, делая скрины с разных ракурсов. — Оппа, только не говори, что всё это время ты пялился на себя, — сурово, в шутку проговорила Дженни, Джин пожал плечами, отводя взгляд в сторону. — Джи-и-ин! — недовольно протянула младшая, удивленно глядя на брата — Всё, отключаюсь, — и он отключился, громкий одинокий смех эхом прошёлся по комнате.       Джин не смотрел на себя, и вовсе не скринил своё лицо. Он смотрел на сестрёнку и пытался запечатлеть момент, когда она улыбается. Пытался развеселить, чтобы она больше не плакала. Сделает всё для этого, отменит все свои планы, которые они ещё неделю назад запланировали с Юной. Состояние Дженни на данный момент важнее всего для него.       После того случая с Розэ, ему всё же удалось наладить контакт с девушкой. Отношения процветали с каждым днём, в планах Джина уже было познакомить возлюбленную с семьей, но он сразу откидывал эту мысль далеко в шкаф, вспоминая о Чеён. Не хочет доводить сестру, для начала нужно помириться с ней и поговорить по душам.       Ким поднялась с кровати, как ей и сказал Джин, отправилась в ванную и встав перед зеркалом, недовольно уставилась на себя. Лицо отёкшее и покрасневшее, что может быть лучше? Ким достала маску снимающую отёк и быстро налепив её на лицо, начала чистить зубы. Следом нанесла крем на руки и шею, плавно растирая. Приятный запах лаванды дурманил, невозможно было нанюхаться им. В ход пошла косметика, давно она так не прихорашивалась. Желание быть красивой сегодня, это поднимает настроение.       Милый сарафан белого цвета отлично смотрелся на утонченной фигуре, на ногах белые кроссовки. Настроение сегодня такое: белое, воздушное.       Ким вышла из комнаты и машинально пошла в мужское крыло, за Хосоком. Проводить время в одиночестве не может и не хочет. Несколько раз постучав по деревянной поверхности, ожидала когда откроют, но никак действий не последовало. Дженни постучалась снова и дёрнула за ручку двери — закрыто.  — Блин, он же на уроках! — цокнула брюнетка, несильно толкнула дверь ладошкой от злости и пошла обратно.       Медленно перебирая ногами, решила, что пойдёт на завтрак, а потом выйдет погулять. Шаги, кто-то идёт, это отвлекло девушку от собственных мыслей и она сразу подняла голову. Это был Хосок, Ким остановилась, не веря своим глазам. Всё его лицо было избитым, синяки под глазами, разбитый нос и губы. Руки в ссадинах, костяшки разбиты. Он был злым. Шёл быстро, надеялся не попасться никому на глаза. Но попался, именно тому, кого больше всего не хотел видеть именно сейчас. Хосок шипит, когда видит неподалёку стоящую Дженни. — Х-х… Хо… — не успевает ничего сказать брюнетка, как чувствует обдавший ветерок. Он просто быстро прошёл мимо неё, даже не взглянув. Звон ключей, потом щелчок замочной скважины и хлопок дверью. Просто зашёл в свою комнату. — Что? — удивлённо произносит Ким, совершенно не понимая, что происходит.       Девушка быстро подбегает к двери и дёргает за ручку, снова закрыто. Она начинает стучать, но никакой реакции. Ким сразу догнала, что к чему, и двинулась к комнате Чимина. Уверенна, что это его рук дело. Когда встала перед дверью, дёрнула за ручку, совершенно без разрешения ворвалась. Зашла в глубь комнаты и уставилась на Тэхёна, который лежал на кровати без футболки. Они пару секунд шокировано друг на друга пялились, Ким стянул наушник с уха и поднял брови, в ожидании. — П-привет, прости, что вошла так. Мне нужен Чимин, где он? — неуверенно спросила Дженни, маленькими шагами ступая назад. Теперь ей стыдно, что она вошла без стука. Нарушила чужое личное пространство. — Его нет, я не знаю где он, — спокойно ответил пепельноволосый, ожидая дальнейших действий нежданной гостьи. — А…понятно. Когда он придет, передай ему, что я хотела увидеться с ним, — Тэ согласно кивнул, мельком улыбнувшись. — Ну пока, — брюнетка неуклюже помахала рукой. — Пока, — в ответ махнул он, улыбнувшись ещё шире. Дженни врезалась шкаф, заглядевшись на парня и стыдливо опустила голову, быстро выбегая из комнаты под его смех. — Чёрт, а он горячий.       Раньше Дженни особо не обращала на него внимания. Только сейчас смогла разглядеть его поближе. Она особо не интересовалась личной жизнью Лисы, но была уверенна, что между ними с Тэхёном что-то есть. Возможно, даже больше, чем просто что-то.       Чимина нигде нет, Хосок не впускает её. Что вообще происходит? Ким решила так же забить на них, как и они на неё и просто пошла на обед. Народу в столовой было хоть отбавляй. Ким положила себе на поднос салат, сандвич и стакан сока. Развернувшись, поняла, что мест достаточно мало, поэтому начала разглядывать в толпе кого-то из знакомых. Недалеко Розэ сидела за столом с какими-то детьми, и Ким решила причалить именно к ним. — Привет. Розэ, у тебя новые друзья? — хмыкнула старшая, садясь напротив маленькой девочки.       Взглянув на неё снова, увидела в ней будто себя в детстве. Длинные, шоколадного цвета волосы, большие зелёные глаза и пухленькие губки. — Оу, ты такая красавица! — пролепетала Ким, смущая своими словами малышку, в ответ лишь тихое «спасибо». — Как тебя зовут? — Мирэ. — Она и вправду очень милая. А это Джэхо, он не очень разговорчивый, — Пак указала на мальчика, который ковырялся в своём обеде, смотря куда-то в сторону. — Этот паршивец здесь, потому что цепляет Мирэ. Чонгук сказал ему, выполнять все её прихоти, — девочка быстро взглянула на «друга» и отвела взгляд. От него исходила какая-то аура злая. — Так значит, ты у нас плохой мальчик, Джэхо? — хихикнула Джен, пихнув его плечом, тот окинул её хмурым взглядом и снова отвернулся. — Такой злюка, — они сидели рядом, и Ким часто смотрела на него. Заинтересована в этом мальчике.       Возможно, он так зол, потому что сидит за столом с девчонками, которые ему не нравятся, а не с мальчиками, со своими друзьями к примеру. Почему он обижает девочку? Что им двигает? Может ли быть так, что она ему попросту нравится, поэтому он ей докучает? Детская симпатия. Мирэ весьма красива, когда вырастит, Дженни уверенна, что парни табуном будут бегать за ней. Стоит только пальчиком поманить.       Джэхо не ел, пялился в одну точку, что Ким аж интерес съедал, она смотрела туда же, пытаясь понять, что так притягивает взгляд мальчика. Через два столика от них сидела компания ребят, среди них было две девочки и три мальчика. На вид примерно по 14-15 лет, он смотрел на белокурую девочку, которая была очень активная в общении с друзьями, жестикулировал руками, явно рассказывая что-то интересное. — Так ты безответно влюблён, — сделала вывод Дженни, проговорив это прямо у самого уха мальчика. Тот вздрогнул, резко разворачиваясь лицом к ней. — Что? — Это не твоё дело, — отбросив все манеры, кинул дерзко Джэхо. Ким нравится манера его общения, желание приструнить этого мальчика не покидало. — Прикуси язычок, а то об этом буду знать не только я, — таким же тоном ответила ему брюнетка. Она продолжила трапезу, мальчик теперь смотрел в свой поднос. — Не вешай нос, я могла бы помочь тебе завоевать её, если хочешь, — выдвинула своё предложение, которое совершенно не было рассмотрено. Он просто молчал. — Ты и вправду совершенно не общительный. — Мирэ, тебе кто-нибудь нравится? Или может быть, у тебя уже есть парень? — прямо спросила Ким, заинтересованно наблюдая за девочкой. Так аж подавилась от столь открытого вопроса. — Дженни, о чём ты? Она же ещё совсем ребёнок! — Пак была удивлена услышать такое от сестры. — Ну и что? У меня в её возрасте был парень, ничего в этом такого нет, — Джен развела руки в стороны, будто это совершенно нормальное явление даже для детей. — Да кто на неё взглянет, — фыркнул Джэхо, закатив глаза. — Она мелкая и противная, — продолжал обзывательства мальчик. Мирэ сильно поджала губы, ей было обидно слышать такие слова в свой адрес. — Ты с ума сошёл? Подожди годок-другой, и офигеешь, какой она красоткой станет, будешь слюни на неё пускать. Я была такой же, теперь посмотри на меня, разве я не превосходна? — начала тараторить Ким, демонстративно махнув мальчикам за соседним столиком, которые аж начали давится едой и глупо улыбаться ей в ответ. — О Господи, — закатила глаза Розэ, мягко ударив себя ладошкой по лбу. — У неё никогда не будет парня, — последнее, что сказал Джэхо, перед тем как уйти. Он быстро покинул столовую, даже не дождавшись ответа, который последовал почти сразу же от Розэ. Она возмущённо ругалась на него и пыталась хоть как-то поднять настроение Мирэ, но та была словно поникшая. — Мне нужно сделать домашнее задание, я пойду, — тихо проговорила и так же быстро ушла. — Зачем ты вообще начала разговор на эту тему? Они ненавидят друг друга, он ведь обижает её! — начала ругать сестру Розэ, зло смотря на неё. Ким пожала плечами и запила это дело соком. — Бред. Вы с Юнги, тоже ненавидели друг друга, разве нет? — хмыкнула старшая, победно улыбнувшись. Пак тут же засуетилась, не зная, чем ответить на это убеждение. — У них тоже не просто ненависть. Даже сейчас, ты видела, как он реагирует на мои слова? Она ему не безразлична.       Ким поднялась с места и отнесла поднос с пустыми тарелками на мойку. Решила снова пойти к Хосоку, чтобы разобраться с ним. Быстро добралась до его комнаты и уже стояла напротив двери, шумно тарабаня в неё, чтобы он скорей открыл. — Чон Хосок, если ты не откроешь сейчас же, пеняй на себя, я просто придушу тебя.       Ещё пять минут безудержного постукивания, которое уже изрядно бесило парня и он встал и открыл дверь. Внутрь сразу влетела Ким, протолкнув его вглубь комнаты. — Ну и как это понимать? — Что? — Что? Твой внешний вид! Что случилось? Ты опять подрался с Чимином? — начала кричать девушка, подходя всё ближе и ближе, тыча пальцем ему в грудь. — Подрался, — лишь согласно ответил он, тут же принимая крепкие объятия Ким, она буквально врезалась в его грудь. Хосок неуверенно обнял девушку в ответ, поглаживая голову. — Он живого места не оставил на твоём лице, — неожиданно всхлипнула она, Чон хотел отодвинуть девушку, чтобы взглянуть ей в глаза, но она так вцепилась, что это было невозможно. — У тебя наверное всё тело болит. Ты уже обработал синяки? — обеспокоено шепчет, чуть подняв голову, уткнулась носом в подбородок парня. — Дженни, пожалуйста, перестань плакать. Со мной всё в порядке. Дай мне немного отдохнуть, — просит о уединение, но она не хочет уходить и оставлять его одного. — Я хочу поспать. — Я буду спать с тобой, — твёрдо произнесла брюнетка, топнув по-детски ногой, что улыбнуло парня. Он пожал плечами, решил дать добро. Она ведь волноваться и переживает, нельзя оставлять её одну.       Они легли на кровать парня, Дженни решила вместо подушки использовать плечо друга, чтобы ещё ближе недовольно смотреть в его побитое лицо. Глаза брюнета были закрыты, он действительно нуждался хотя бы в часе сна. Рука Ким лежала на шее парня, она поглаживала её пальчиками, будто пытается утешить, загладить синяки. На носу был пластырь, на губу решил не клеить, несмотря на то, что там тоже была рана. Он чувствовал её горячее дыхание у себя на лице, дышал им. Просто молчал, лёжа с закрытыми глазами и думал только о том, где же сейчас Чимин и жив-ли он вообще. Внезапно почувствовал короткий поцелуй в уголок губ, это заставило его приоткрыть глаза. Дженни неотрывно наблюдала за ним, и снова, смотря прямо в глаза, влажными губами коснулась губ Хосока, слегка оттягивая нижнюю губу. Чон приоткрыл губы и взяв девушку за шею, притянул ещё ближе к себе, в ход пошёл язык. Легкое и самое горячее прикосновение, которое послало ток по всему телу обоих, переворачивая внутренности. Она замерла, когда он осторожно выдохнул. Когда вдруг его рот приоткрылся, и горячий язык Чона скользнул по её нижней губе, к собственному ужасу из груди Ким вырвался тихий стон.       И внезапно она так сильно ощутила, что он касается её только губами и руками, тело тронула лёгкая дрожь. Девушка непроизвольно прогнулась в спине, нависая сверху. Она хотела ощутить его ближе, узнать, что на самом деле чувствует. Поцеловать так, как она целовала Чимина, с особой нежностью. Глубоко, зарывшись пальцами в его мягкие волосы, слегка оттянула их. Сейчас Дженни нарушила ту грань, которую сама выстроила. Ошибка ли этот поцелуй? Или ответ на её вопросы? Всё стало намного запутаннее.

***

      В тёмную комнату торопливо зашла Розэ, Юнги лежал на кровати и лазил в телефоне, даже не обратив внимание на приход девушки. Пак надела домашние тапочки и маленькими шажочками подбежала к кровати и прыгнула на парня, нависая сверху. Забрала телефон и откинула в сторону, заставляя смотреть его на себя. Склонилась ниже и поцеловала в губы, игриво прикусив язык парня. — М-м-м, Юнги-Оппа обиделся на меня… — надула губы, присаживаясь удобнее на его бёдра. Пак была в юбке-солнце, потому, когда она села, та совершенно не легла под ягодицы. Юнги чувствовал через ткань брюк белье Розэ, и это безумно напрягало. — Так и будешь продолжать игнорировать меня? — фыркнула Чеён, поглаживая твёрдую грудь парня. Ответа не последовало, что послужило согласием на данный вопрос. Юнги начал елозить, тяжёлый вздох вырвался с его губ. — Точно не хочешь говорить со мной? — Розанна уверенно двинула бёдрами, будто верхом на лошади. Она почувствовала эрекцию, когда он начал двигаться. Так плавно и медленно, слишком мучительно для Юнги, он закусил губы так сильно, что она побелела. Его руки легли на ягодицы и с силой сжали их, прижимая бёдра вплотную, чтобы она чувствовала, что натворила. С губ Чеён сорвался протяжной стон, когда Мин начал двигаться в такт ей. — Юнги… м-м-м, но я пришла не за этим. — на кровати лежал какой-то пакет и она тут же взяла его. Мин на секунду остановился, заинтересованно наблюдая. Пак достала контейнер с едой и бутылку сока. — Ты пропустил обед. Поэтому, прямо сейчас, ты покушаешь. А потом посмотрим, чем займёмся. Может в шахматы поиграем… — «нечаянно» снова качнулась на бёдрах и слезла, садясь ближе.       Розэ открыла контейнер и взяв палочки, достала кусочек жареной курицы и поднесла её к бледным губам Юнги. Он медленно приоткрыл рот и стянул курицу с палочек, взгляд такой недовольный, неудовлетворённый. Дальше даёт ему рис с овощами, тут же открывает бутылку и тянет её мятному, но он отказывается пить. Быстро вскормив всё до последней рисинки, убрала приборы на тумбочку и подала ему сок. Тот благодарно кивнул, отпив немного и тоже убрал на тумбочку. Пак прилегла рядом, обняв его, Юнги коснулся губами её виски, так же обнимая девушку. — Спасибо, — шепчет ей в губы и чмокает, несколько раз. Розэ улыбаясь принимала все поцелуи. Его губы спускались ниже к шее, где уже были его следы в виде засосов. — Неужели, нашла время для меня? — мычит как-то обиженно он. Чеён снова навалилась сверху, выгнулась так, чтобы он продолжал оставлять поцелуи на шеи. Крепкие руки Мина блуждали по телу, шаловливые пальцы пробрались под девичью юбку, касаясь внутренней стороны бедра. Розэ шумно промычала прямо у уха, прижимаясь к руке сильнее. — У меня…ах…всегда есть время на тебя. Чёрт, Юнги, это не ты должен был дразнить меня! — обиженно пробормотала Пак, убирая от себя руки парня. Он поднял их, говоря этим, что он больше ничего делать не будет.       Дальше всё делала Розэ сама, так развратно и горячо, показывая свою не самую невинную сторону. Когда Юнги уже не мог сдерживаться и хотел потрогать её, она била по рукам, и сжимала его запястье в руке. Она трогала себя сама, сжимала грудь, когда уже всё близилось к нереальному концу, а Юнги лишь мог позавидовать этому. Но все действия девушки нереально возбуждали его, он смотрел на неё снизу, как её тело поднималась и опускалось, как глубоко и мокро она всё делала, не щадя ни себя, ни Юнги. Её стоны были словно симфонией для него.

***

      Лиса зашла в комнату, громко хлопнув дверью, но заметив спящую секундой ранее Джису, тут же пожалела о содеянном. Ким недовольно свела брови на переносице и была готова ругаться, но сожалеющий взгляд младшей остановил её и она просто снова закрыла глаза. Манобан на носочках подобралась на кровать и тоже легла, сложив руки на животе. Время уже вечернее, но спать ей вовсе не хочется. Сейчас только почти девять, а Ким уже в постельке, что странно. Раньше её было не загнать в кровать, именно по ночам.       В дверь без стука вошла Дженни и обнаружив обеих сестёр в комнате, улыбнулась. Ей вдруг стало скучно одной в комнате и решила навестить соседей. Прыгнула на кровать старшей, навалившись сверху, Су недовольно промычала, ещё сильнее утыкаясь в подушку. — Й-а, кто спит в такое время? Мне скучно, давайте поболтаем? — поведение Дженни казалось странным для Лисы, но она не обратила на это внимание. — Ах вот ты где! Кто тебе разрешил надеть мою юбку?! — а вот и ещё одна подоспела, сразу разжигая конфликт. Розэ также подошла к кровати Джису и начала ругаться, активно жестикулируя руками. — Вашу мать…мне кто-нибудь даст спокойно отдохнуть?! Быстро идите обратно к себе! — начала ругать младших Джису, из-за того, что они нарушили её покой. — Пожалуйста, — твёрдо добавила, но никто так и не сдвинулся с места. — Да чтоб вас! — обессилено фыркнула Ким, накрывшись одеялом с головой. — Джису, ты можешь пойти и у Чонгука поспать, там тебя точно никто не достанет, — спокойно проговорила Розэ, садясь рядом с Лалисой на кровать. Ким медленно высунула голову из-под одеяла и одним из арсенала своих «убийственных» взглядов, мысленно распилила Розэ на две части. — Смешно, неужели ты думаешь, что мы не знаем? Об этом все знают, — будто это самая очевидная вещь на свете, пробормотала красноволосая. — Все уже знают, о том, что ты спишь с Юнги. А между нами с Чонгуком ничего нет, — язвительно ответила Джису, отчего у Розанны от возмущения глаза на лоб полезли. — Это точно, в комнате почти не появляешься, уже даже вещи перенесла, я последнюю юбку выхватила, — недовольно поддержала старшую Дженни. Розэ не могла говорить с ними об этом. Юнги для неё слишком личное. Да и раньше они особо не интересовались личной жизнью друг друга. — Это не ваше дело, с кем я сплю или нет, — зло прошипела красноволосая, поднимаясь на ноги. — Да ну? А что на счёт личной жизни Джина? Ах да, ты же эгоистка и тебе плевать на чужие чувства, — за ней поднялась Манобан, чтобы сказать ей это глядя прямо в глаза. Пак была зла, буквально тряслась от злости. Все эмоции смешались, создавая полный табун внутри. От воспоминаний о брате так вообще, душа разрывается. — Он променял меня на свою новую девушку несколько раз, как считаешь, кто из нас не думает о чувствах другого? Не надо говорить, когда ни черта не знаешь. С тобой он так не поступал, ты не можешь ощутить того, что ощущаю я! — тяжело дышит через нос, словно выпускает пар. Ей обидно, и она готова расплакаться от того, что никто не понимает её. — А каково тебе, Лиса? Твой брат встречается с бывшей девушкой твоего парня. Ну…если у них будет всё серьёзно, так же, как и у тебя с Тэхёном, в таком случае, вам придётся сидеть с Юной за одним столом на семейных праздниках. Должно быть не самое приятное чувство, — Джису провоцировала, специально. Обстановка всё больше накалялась, как и желание поубивать друг друга. — О да, именно этого огня мне и не хватало! — улыбаясь говорила Дженни, наблюдая тревожно за каждой сестрой, чтобы ничего не упустить. — Тебе огня не хватает? Может дровишек подкинуть и рассказать всё родителям про тебя? Что на счёт того, что ты встречаешься с двумя парнями одновременно? Не думаю, что такое понравилось бы им и Джину. Они ведь в тебе души не чают, а тут такое, — Ким хотела накостылять Розэ за её слова, но Джису остановила её, схватив за локоть. — Всё, умолкните. Это глупо, перестаньте вести себя, как дети. Мы уже давно повзрослели и у каждой был или есть парень, да? И это нормально. И нормально ещё то, что у Джина в двадцать шесть лет появилась девушка. Он провозился с нами всё детство, вплоть до совершеннолетия. Разве он не достоин любви? Розэ, перестань вести себя, как эгоистичная сука! Он звонит буквально каждый день и спрашивает, как у тебя дела. Джин переживает из-за этого, ему трудно сейчас приходится. Он не лезет в наши жизни, даже не против того, чтобы мы встречались с парнями. Так почему, если мы можем встречаться с кем-то, этого не может делать он?! Он тоже человек, который нуждается в женском внимании. Ему уже своих детей нужно нянчить, а не нас.       Младшие умолкли, спокойно уселись и просто обдумывали слова Джису. Прокручивая по новой, словно кассету в голове. Пак снова почувствовала себя виноватой. Ну что ей сделать, если она не может перенести того, что он покидает её ради другой девушки? Это трудно, чувство собственности буквально душит и дерёт шею и грудь. Лалиса же думала в этот момент о своём, действительно, если вдруг что-то пойдёт не так на семейных праздниках? Она слишком ревнива для того, чтобы Тэхён и Юна просто сидели за столом. Что если их чувства друг к другу снова проснутся? — Эм-м… тут Джин просит, чтобы мы сфотографировались вместе. — нарушила тишину Дженни, подняв руку с телефоном вверх. — Ну же, давайте, поднимаемся, — Ким подошла персонально ко всем и подняла, прижимая ближе друг к другу, как сардины в банке. — Так, улыбаемся! — одна секунда и лица девиц осветили улыбки, даже Розэ улыбалась, немного натянуто, но тоже сойдёт. Она сделает первый шаг к нему и попытается понять. Потому что такое их «общение» не может продолжаться вечно.       В дверь неожиданно постучались, Лиса подошла и открыла, пропуская парня в комнату. Чонгук не спеша зашёл, оглядывая всех девушек. Джису тут же сделала вид, что его нет и, взяв подготовленные вещи с тумбочки, пошла в ванную. Парень хмыкнул и отвёл от неё взгляд, остановился на Лалисе. — Так, почему в комнате больше двоих? Уже время отбоя, — взглянул в список и начал отмечать девушек. — Пак Розэ, где вы находились вчера ночью? — теперь строгий взгляд блуждал по красноволосой, которая сразу осунулась, не зная, что ответить. — Понятно, на разговор значит не настроены, ну ладно. Предупреждение уже было, поэтому не удивляйтесь последствиям. — Староста Чон, ну не будьте таким строгим, — тянущимся голосом пролепетала Дженни, подходя ближе к брюнету. Тот взглянул на неё сверху и девушке сразу захотелось развернуться и пойти обратно. Он какой-то слишком пугающе высокий. — Не Вам ли знать, как это бывает, — дёрнула бровью, намекая на то, что они с Джису достаточно часто проводят ночи вместе. Чон не ожидал такого вопроса, но реагировать не стал. — Ким Дженни, свой любопытный носик держите за дверью своей комнаты, ладно?       Дверь ванной комнаты открылась и оттуда вышла Джису. Она переоделась вовсе не в пижаму, чтобы лечь спать. На ней были шорты с завышенной талией, топ и изибусты. Глаза подведены, губы в помаде. Собирается она явно не спать. Брюнетка прошла мимо Чонгука, прямо к двери. Тот подловил её за локоть и развернул к себе. — Стоп, куда это ты собралась? — удивлению Чона не было предела. Только взгляните на неё, пошла она. — Не твоё дело, — Джису попыталась вырвать свою руку, но парень слишком крепко держал её. — Чонгук, отпусти меня, — бросила все попытки вырваться и решила просто попросить, но всё тщетно. — Нет уж, время уже позднее, поэтому сняла с себя этот маскарад и легла спать! — буквально прорычал в ответ. Девушки собрались в кучку и просто наблюдали за всем, боясь хоть шелохнуться, чтобы их не заметили за этим делом. — Не лягу! Я всё равно не усну! Я хочу выйти, — бьёт его по руке, но когда Чон не отпускает, кусает. Сначала не сильно, но из-за того, что он не чувствовал боли и всего лишь разочарованно качал головой, прокусила ещё сильнее, отчего у него все мышцы на руках затвердели, а у неё чуть зубы от этого не вылетели. — Сволочь. Я сказала тебе отпустить меня. Что, заняться не чем? Иди свои письма разбирай, мало-ли кто-то ещё оставил номер своей комнаты! — Если бы я хотел, то мог бы посетить любую комнату, мне везде рады, — специально съязвил Чон, пусть знает, что теряет. — Ты мне мстить собралась из-за этого? Разоделась на ночь глядя, раньше гулять надо было, сейчас ты никуда не пойдёшь. — Вот ещё, кто ты, чтобы я мстила тебе? Мне вообще плевать, ты и сам знаешь. Так же мне плевать на все эти правила, понял? Захочу выйду ночью, захочу пойду гулять в лес, захочу выпью или закурю. Тебя это не должно касаться. — Джису, не перегибай. Грань, блять, знай, — он нависал над девушкой, с подрагивающими от бешенства губами и взглядом, способным, кажется, убить её. Сейчас. Прямо сейчас убить, в этом углу.       Срывает с живота сумку так резко, что ремешок просто рвётся. Грубо раскрывает, практически ломая застёжку и высыпает всё на пол. Первое, что бросается в глаза — сигареты. Ебучие сигареты, которые он ненавидит всей душой. Стоит и смотрит на них какое-то время, потом медленно садится на корточки и берёт их в руки, с губ слетела усмешка. Поднимает глаза и смотрит на Джису снизу, так разочарован. Она видит в его глазах это, и чувство, которые наполняют её, просто не описать. Он смотрел на неё. Будто не верил, будто до него доходило очень медленно. Она не хотела курить на самом деле, это было сделано специально, для того, чтобы разозлить его. — Серьезно? Сигареты Джису? — приглушённо, сжатыми челюстями и низкой яростью голос заставил её подпрыгнуть на месте.­ Чон выжидающе молчит, но в ответ тишина. — Хочешь курить? Так кури, — берет пачку и рвёт крышку. Следом достает оттуда несколько сигарет и суёт в рот девушке. Она стоит и не двигается, не знает что сделать и сказать, неправильно сейчас пытаться наладить отношения. Неподходящий момент. Особенно когда Чонгук подпаливает кончики сигарет зажигалкой.       Ким выплюнула все сигареты и, скатившись спиной по стене, уткнулась в колени головой, тихо всхлипывая. Плечи содрогались, а плачь становился громче. Чонгук стоял над ней и молчал, смотря прямо в стену. Она больше не может держать всё в себе, ей тяжело, чертовски трудно переносить это. Чонгук сел рядом с ней, и зачеркнув зажигалкой, подпалил сигарету. На секунду остановил у губ, а потом решительно сжал фильтр между ними и втянулся. Тут же настиг приступ кашля и жуткая горечь во рту, которая была ему явно не по вкусу. Как только Ким поняла, что происходит, сразу вынула изо рта парня сигарету, затушила и отбросила в сторону зло смотря на него красными от слёз глазами. Никогда и подумать не могла, что он возьмёт сигарету, а тут такое. Он сделал это из-за неё, чтобы показать пример. — Придурок, издеваешься?! — почти крикнула на него девушка. — Что, не нравится? А теперь представь, какого мне. — Тебе всё равно! — Мне, сука, не всё равно. Я такого не говорил тебе. Это были твои слова. Ты просто…чёрт, Джису, зачем ты делаешь это? Чего ты, блять, добиваешься?! Хотела идти гулять сейчас, иди. Можешь делать, что тебе угодно, — он вновь чуть не сорвался на крик, однако сцепил зубы, проглотив рычание.       Чонгук поднялся с пола и вышел, послышался глухой удар за дверью. Видимо психанул.       На кой-чёрт она доводит его? Чего она добивается? Чонгук в бешенстве — она знает это. Всё так же сидит на полу и не пытается что-либо сделать, лишь снова утыкается в коленки и начинает плакать.