who let the dog out .

- Напомни, почему мы тут? - слабо и как-то обиженно хрипит Чжину, погребённый под несколькими одеялами. Чживон подозрительно принюхивается к отвару в чашке и смешно морщит нос. - Что за гадостью вы лечитесь, - бормочет он себе под нос и продолжает уже громче: - тебе предложили очень выгодный заказ, из-за которого нам пришлось ехать чёрт знает куда, а на обратной дороге ты много выпендривался, когда я говорил тебе, что на дворе не лето, в итоге ты простыл, и нам пришлось остановиться в богами забытой деревеньке. Конец. Чжину фыркает и зарывается с головой под одеяла, и Чживон чешет затылок, рассматривая импровизированную гору перед собой. Чживон наугад пихает рукой и слышит возмущённое: "Эй!" - Я кому это дерьмо пахучее принёс? - Чживон в доказательство слегка потрясывает кружкой в руке (неважно, что Чжину очевидно этого не видит), чтобы её содержимое не расплескалось. - Отвали. Сам пей, если хочешь, - звучит в ответ. Кружка со стуком опускается на табурет, стоящий возле кровати. Чживон разгребает ворох одеял большими руками, и Чжину недовольно смотрит на него. - Я говорю, отвали. Я в домике. - У тебя горячка? Чжину отвечает что-то невразумительное и закутывается в одеяла. - Ну прекрати, - морщится он, когда Чживон запускает руки к нему в кокон. Чживон пугающе улыбается и забирается на кровать под вымученный стон Чжину. - Чёрт, ну что ты делаешь. Чживон опускает колено ровно между расслабленных бёдер Чжину и водит носом между его плечом и шеей. - Ты такой слабый и горячий, - урчит Чживон. Он прижимает запястья Чжину к постели, хотя в этом нет особой надобности - тот даже если захочет, особого сопротивления оказать не сможет - и прижимается губами к действительно горячей коже на груди. Чжину чувствует, как под его верхней губой вылезает второй ряд зубов, и гулко сглатывает. Этого ещё не хватало. - Ты можешь заразиться. - Чживон на это только посмеивается и напоминает: "Я не болею человеческими болезнями" Чжину кусает губы и задерживает дыхание, вздрогнув от прикосновения зубов к шее - они могут перегрызть её в любой момент. И хотя Чживон пока ни разу не воспользовался своим превосходством, людоеды - существа непредсказуемые. Чжину надеется, что его просто оставят в покое, он больной человек, между прочим! Не к месту вспоминается, что облик Чживона - волк - родственное собаке животное. Воспалённое болезнью сознание делает самые странные выводы для такой ситуации. - Ты очень хуёвый Бобик, - выдаёт Чжину, вспомнив заодно и популярную среди собак кличку. Чживон замирает, с силой сжимает его запястья и, кажется, рычит. Чжину думает, что его смерть будет нелепейшей. Чживон поднимает голову и с недобрым прищуром смотрит на словно окаменевшего Чжину. Тот старательно представляет себя предметом мебели и не смотрит на выглядывающие из-под верхней губы острые зубы. - Болезнь делает тебя тупее, - резюмирует Чживон, - и смелее. Но не там, где надо. Чжину едва слышно хнычет, когда Чживон кусает его в плечо и раздвигает горячие бледные бёдра. - Любой на моём месте давно бы уже сожрал тебя. Чжину успевает прикусить язык, и ехидное: "Чего это ты тогда со мной нянчишься?" - так и остаётся неозвученным. У Чживона слишком острые зубы.