Сакаар. Шоу должно продолжаться

      В дверь покоев Локи негромко постучали. Дисплей на стене загорелся, и механический голос произнёс: «К Вам Грандмастер». Лафейсон удивлённо отложил книгу. До этого правитель не утруждал себя личными визитами, предпочитая вызывать асгардца к себе, а тут пришёл сам, один, без предупреждения. Локи с лёгким торжеством улыбнулся самыми кончиками губ, и скомандовал: «Впустить!» — Друг мой! Грандмастер шагнул в комнату, распахнув объятия и широко улыбаясь. Лафейсон встал, отвесил лёгкий полупоклон головой: — Приветствую великого правителя Сакаара, и прошу простить мне мой внешний вид, я не ожидал визита.       Мастер опустил руки и окинул мага взглядом. В сравнении со вчерашним «демоном» его вид был совершенно домашним и безобидным: просторная рубашка с закатанными рукавами, штаны свободного кроя, всё черное, под стать смоляным волосам; пожалуй, это шло ему даже больше привычного облачения. Только костяшки длинных изящных пальцев были как-то противоестественно сбиты, да по правой скуле пролегал багровый след от пореза. — Я только хотел справиться о твоём здоровье. Грандмастер непроизвольно протянул руку к лицу мага, в попытке потрогать царапину, но тот строптиво отдёрнул голову: — Со мной всё в порядке, повелитель. Крайне польщён заботой. — Ну зачем так официально, друг мой! — расстроено произнёс седовласый, — Неужели ты обижен на меня за вчерашний инцидент? Но, право, я не ожидал, что ты выйдешь на арену! Это было истинным безумством с твоей стороны, я так за тебя испугался! Хотя, должен признать, ты был прекрасен! — Это был мой выбор, мне не за что обижаться — Локи грустно покачал поникшей головой. — Тогда в чём дело? — Грандмастер сжал руки в почти умоляющем жесте, — Неужели ты так обеспокоен судьбой этого прислужника? — Это твой человек, он принадлежит тебе, он провинился — ты наказал его. — пожал плечами асгардец, — Ты в своём праве. Дело не в этом. Дело во мне, и в том, что я не достоин твоего расположения. Ты явно дал мне это понять.       Маг болезненно сморщился и положил ладонь на рёбра. Грандмастер обеспокоенно подскочил, подхватил побледневшего красавца под руку и помог сесть в кресло. Затем пододвинул второе и сел напротив. — Как ты можешь такое говорить? Я не делал ничего подобного! — искренне недоумевал правитель. — Маленькая просьба, — Локи болезненно прикрыл глаза и сделал изящный жест тонкой рукой, — незначительный, ничего не стоящий каприз. Первый раз за всё время, и сразу такое жестокое категорическое «нет!». Что это, как не указание мне моего места? Это безразличие просто разбивает мне сердце. — Но друг мой, это не так! Если бы я знал, что ты воспримешь это в таком свете! Да, в конце концов, если вопрос только в этом! С этими словами Грандмастер взял лежащий на столе планшет, пробежал пальцами по экрану и протянул асгардцу: — Вот, подпиши, и мальчишка твой. Надеюсь, эта символическая сумма тебя устраивает? Локи мягко отодвинул протянутый ему гаджет, и печально посмотрел на правителя глубокими зелёными глазами: — Мне не нужна прислуга, мне только нужна твоя искренняя дружба. — Конечно же, дорогой мой! — Мастер растёкся в растроганной улыбке, — Но давай уже закроем этот момент, чтобы он никогда больше не стоял между нами! — и снова протянул магу экранчик. — Раз ты так настаиваешь…       Асгардец нехотя, словно делая одолжение, поставил подпись под договором продажи. Страничка на планшете обновилась, внося изменения в базу данных. — Что-нибудь ещё, милый? — Грандмастер был само участие и забота. Локи скромно улыбнулся: — Я бы хотел немного отдохнуть — и, словно, извиняясь, добавил — Эта зверюга меня вчера изрядно помотала. — Да, конечно. Отдыхай сколько потребуется! Правитель поднялся, участливо похлопал больного по плечу и направился к выходу. — Ах да! Чуть не забыл! — Мастер развернулся на пороге, извлёк из кармана маленький чёрный пульт и положил на полку, — Это теперь твоё. Выздоравливай!

***

      Стоило за Грандмастером закрыться двери, как «умирающий» Локи поднялся из кресла, легко прошёл по комнате и с ухмылкой взял в руки оставленный правителем пульт. Если вчера ты сорвался и допустил ошибку, то сделай всё, чтобы сегодня обратить её в свою пользу! Как же легко управлять кем-то, если заставить его чувствовать себя виноватым. Виноватым в твоей боли, душевной или же физической, в твоей грусти, одиночестве. На любимый фокус трикстера попадались всегда и все, от простолюдинов до правителей. А сколько раз он проделывал его с Тором! И ничто так не укрепляет связь между двумя людьми, как столь желанное и радостное примирение! Да после такого из прощёного можно просто верёвки вить! А Локи привык получать то, что хочет. Он снова взглянул на пульт и покрутил его в руках: — Поздравляю, царевич, Вы только что стали рабовладельцем! — сказал он сам себе. Честно говоря, что делать с этим дальше, он представлял довольно смутно: мальчишка в этой игре не был главным призом, так, разменная монетка, но всё же, это был ЕГО слуга, и теперь Топаз, да и всем остальным, будет куда сложнее подобраться к магу с этой стороны. А значит — одной проблемой меньше.

***

      На кухне вовсю кипела работа: пылали жаром плиты, суетились служанки, то и дело прибегали посыльные с корзинами с рынка. Верет неторопливо вытирал полотенцем тарелки, которые подавала ему посудомойка, и складывал ровной стопочкой. Страх вчерашнего дня ещё не до конца отпустил его, он очень боялся попасть на глаза правителю, а ещё хуже — Топаз, боялся новой клеветы, боялся Арены, боялся, что теперь господин Локи уже точно отошлёт его обратно к Грандмастеру. Пожалуй, следовало снова привыкать к безвылазному нахождению на кухне. Блэббер взял очередную тарелку и почувствовал лёгкую вибрацию треккера на руке. Сердце его немедленно ухнуло в пятки, и мальчишка замер боясь взглянуть на экран и увидеть там вызов от хозяина или же его верной телохранительницы. Он осторожно повернул голову и обомлел: на экране красной полосой пробегала надпись «Внимание, смена владельца! Новый владелец: Локи Лафейсон». Верет выронил тарелку и выбежал из кухни под негодующие ругательства посудомойки. Кажется, так быстро он никогда ещё не бежал: мелькали повороты, коридоры, испуганные люди, он остановился только у покоев асгардца, прямо на ходу, торопясь, набирая код.       Локи стоял в центре комнаты, рассматривая пульт в своих руках. Входная дверь скрипнула отъезжая, и маг обернулся: на пороге застыл запыхавшийся Блэббер и, пытаясь восстановить дыхание, неотрывно глядел на мага. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, наконец, трикстер, кивнув на пульт, нарушил молчание: — Тут так вышло, я тебя купил. Мальчишка продолжал глубоко и шумно дышать, наконец, собрался с силами и с трудом выдавил: — Ребро… Болит? — и выжидающе уставился на мужчину. — Нет — не понимая к чему этот вопрос, ответил асгардец.       В следующую секунду Верет, чуть не сбив его с ног, крепко стиснул рёбра мага в своих объятиях. Локи на миг удивлённо застыл с поднятыми руками, потом осторожно опустил их на спину мальчика и утешающее похлопал; тот в ответ только ещё глубже зарылся носом в ткань рубашки и острые подростковые лопатки стали предательски ощутимо вздрагивать под ладонями трикстера. Локи грустно вздохнул и, наконец, обнял в ответ. «Эту рубашку теперь тоже придётся отдать прачке» — пронеслось у него в голове.