В ловушке разума

Он лежал, боясь пошевелиться, всем телом ощущая сгущающийся вокруг мрак, угрожающе нависший и готовый поглотить, иссушить его при малейшем проявлении признаков ещё теплящейся в нем жизни. Пахло сыростью, кровью и металлом. С трудом вдыхая затхлый воздух, он чувствовал, как зловонные примеси оседают в горле, вызывая стойкое першение, забивая дыхательные пути. От холода немели пальцы. Боль выкручивала их суставы, вынуждая руки дрожать в попытке сбросить сковавшее их напряжение. Измотанный пыткой бездействия, он всё же рискнул открыть глаза. Всё было в точности как в тот день. Очнувшись в той самой пещере, Старк ощутил прилив ужаса, не сравнимый ни с одним из предыдущих, набрасывающих на него свои петли страха во время панических атак. Балансируя на грани умопомешательства, мужчина заставил себя сесть и, опустив взгляд вниз, оттянуть края рубашки в разные стороны. Как и тогда его грудь была туго перетянута грязными бинтами с проступившими на них бурыми пятнами крови, однако он не видел никаких проводов, равно как и аккумулятора для электромагнита, не чувствовал длинного катетера, протянутого через носоглотку. Сипло выдохнув облачко пара, Тони отчаянно принялся разрывать повязку одеревеневшими пальцами, чтобы увидеть то, что под ней скрывалось. Наконец добившись желаемого результата, он замер, очерчивая кончиками пальцев края круга, на месте которого должен был быть реактор. В его груди зияла пустота, знаменующая собой начало неумолимо наступающего конца. — Локи? — тихо позвал Старк, заставляя себя оторвать взгляд от груди и лихорадочно осматриваясь. — Локи! Ответа не последовало. Приветствуемый гробовой тишиной, гений осторожно поднялся на ноги, медленно дыша, надеясь тем самым перебороть приступ паники, лишившей его трезвости мысли и контроля над телом. Продвинувшись немного вперед, мужчина принялся осматриваться, надеясь найти ответы на возникающие в голове вопросы. Как он здесь оказался? Добравшись до небольшой кухоньки, Старк включил для обогрева газовую горелку, служившую также слабым источником света, и, примостившись на шатком ящике рядом с ней, попытался вспомнить, что произошло до того, как он здесь оказался. Перебирая клубок спутанных мыслей, Тони был вынужден признать, что совершенно не знает с чего начать. Застрявший где-то на границе реальности и вымысла, он боялся окончательно пропасть в этом небытии, сделав всего один неверный шаг. За спиной послышался шорох. Резко подскочив на ноги, Старк, не раздумывая, бросился в сторону источника слабого шума, впотьмах почти не разбирая дороги, однако вскоре осознав, что оказался в коридоре, ведшем к некогда заветной свободе. Вдалеке струился мягкий, белый свет, манивший чистотой и непорочностью, резко контрастирующей с жестоким антуражем чревоподобного коридора. Прищурившись, мужчина прошёл ещё немного, прежде чем увидел человека, лежавшего чуть в стороне на мешках в обломках горной породы. Его фигура показалась Тони знакомой, но отчего-то он никак не мог вспомнить кому в точности она принадлежала. Настороженно приблизившись, гений изо всех сил напрягал зрение, заставляя себя выискать в памяти образ, совпадающий с тем, что был у него перед глазами. — Старк… Слабый голос Инсена подействовал на него отрезвляюще. Словно поражённый ударом ослепляющей молнии, Тони вспомнил несчастного учёного, с которым ему довелось делить невзгоды плена в горах Афганистана. Споткнувшись впопыхах, мужчина с трудом удержался на ногах, подбежав к тяжело раненому другу и, опустившись рядом с ним на колени, машинально зажал открытые раны на животе ладонями, силясь замедлить кровотечение и уменьшить боль. — Вот и встретились снова, — со слабой улыбкой на губах произнёс Инсен, фокусируя взгляд на лице Тони. — Да, — с рассеянной радостью в голосе произнёс Старк, не сразу осознав смысл сказанных слов. — Что? Новая волна страха захлестнула мужчину, выхолаживая его изнутри. Инстинктивно отстранившись от Инсена, Тони опустил взгляд на свои руки, покрытые кровью, а затем снова взглянул на мужчину, наблюдавшего за ним сквозь разбитые очки. — Я умер, помнишь? — вкрадчиво произнёс Инсен. — Отклонился от плана, чтобы выиграть время, — улыбнулся, качнув головой. — Тогда это было просто необходимо, чтобы ты смог выбраться. — Да, — выдохнул Старк, настороженно глядя на собеседника. — Ты умер, чтобы я мог жить. — Я просил тебя не потратить эту жизнь бездарно, — усмехнулся мужчина и скривился от боли, пронзившей всё тело. — Почему ты этого не сделал? Такая незначительная плата за столь ценную услугу. Слова Инсена сочились ядом разочарования, стремясь к незащищённой груди Старка и попадая точно в цель. Обессиленно привалившись назад, Тони шумно выдохнул, сломленный обвинениями человека, подарившего ему второй шанс, возможность искупить свои прежние грехи. Ему вновь казалось, что он тонул, утягиваемый на дно грузом своих ошибок, но на этот раз желание выбраться было сильней. Тряхнув головой, Старк устремил суровый взгляд на Инсена, резко поднимаясь на ноги. — Это всё иллюзия, — прорычал он, наотмашь отмахиваясь от видения. — Я стал другим человеком, смог измениться, — сбиваясь на шёпот, пробормотал мужчина, отступая на шаг. — Этот счёт оплачен мной сполна. Заходясь в жутком смехе, Инсен вскинул руку и указал на свет. Внутренне содрогнувшись, Тони неохотно перевел взгляд на проход, края которого стремительно стали сужаться на глазах у гения. Подстёгиваемый страхом не выбраться из этой пещеры, Старк со всех ног бросился к выходу, в последний момент прыжком нырнув в небольшой просвет меж почти сомкнувшихся стен. Сгруппировавшись, Тони пролетел несколько метров, прежде чем жестко приземлился, ударяясь о камни и глотая песок. Со стоном откатившись в сторону, мужчина лёг на спину, восстанавливая перебитое дыхание. Боль в груди заставляла его буквально проталкивать в лёгкие каждый глоток воздуха. Медленно открыв глаза, Тони устремил взор на чернично-синее полотно небосвода, усыпанное мерцающими звёздами. — Биврёст… Воспоминания обрушились на него звёздным дождём, заставляя Старка зажмуриться и закрыть голову руками. Теперь, погружённый в поток мелькающих перед глазами фрагментов единой картины прошлого, мужчина начинал понемногу вспоминать, что произошло на радужном мосту, прежде чем он оказался здесь, на краю Вселенной, покинутый своим Богом.