В ловушке разума

Проснувшись, Старк резко сел на постели, тяжело и рвано дыша. Впрочем, он скорее хватал ртом воздух, но протолкнуть его в легких получалось не чаще одного раза из трех, отчего мужчина буквально захлёбывался кислородом, рефлекторно продолжая попытки вдохнуть, наращивающие боль в груди, пока этот пузырь под рёбрами наконец не лопнул. Стиснув в руках простыню, он зашёлся сухим, раздирающим гортань кашлем, перебарывая это губительное состояние, мучившее его из раза в раз. Рассеянно оглянувшись, гений низко опустил голову, морщась от режущей боли в грудине, пытаясь прийти в себя и совладать с головокружением, чья адская карусель не отпускала его, загоняя на крутые виражи с неожиданными подъёмами и коварными спусками вновь и вновь. Тошнота сдавила горло комком, а подступившая желчь жгла пищевод, но всё это казалось уже настолько привычным, что ему почти не составило труда подавить в себе все эти симптомы, и вскоре недомогание понемногу стало себя изживать, отступая на задний план. Устало закрыв глаза, Тони плавно опустился на подушки, осторожно выдыхая. Потребовалось ещё некоторое время, чтобы унять дрожь взволнованного сердца, чей стук дробью разносился в ушах, и штормовая круговерть перед глазами пришла к умиротворённому штилю с мягкими покачиваниями темноты, обволакивающей сознание своими нежными волнами. Дрейфуя в состоянии, близком к забытью, гений перебирал в памяти обрывки воспоминаний этой ночи, пытаясь собрать единую картинку из точно таких же кусочков, подобравшихся в единую коллекцию моментов, осевших в подсознании после прогулок с трикстером по закоулкам разума. Возможно, он вполне мог бы ещё немного поспать, — желательно без всякого рода сновидений, — если бы не голос трикстера, мгновенно развеявший приятную дымку подступающей дремоты. — У тебя сегодня много работы. Резко распахнув глаза, Тони без особой мысли уставился в потолок, наблюдая за скольжением пепельно-серой тени по глянцевому полотну. Она причудливо изгибалась и дрожала выцветшими краями перед натиском робкого света, источаемого одним лишь ночником. Хорошо знакомый силуэт замер на другом конце комнаты, почти сливаясь с остальным мраком, в которую была погружена комната, но даже так обмануть инстинкты Старка было невозможно: он буквально кожей чувствовал его присутствие и четко знал о каждом перемещении, каким бы стремительным оно ни было. Плотно поджав губы, мужчина слабо скривился, испытывая горькое разочарование перед лицом неизбежного, и манерно изогнул бровь, сохраняя выжидающее молчание, неизменно приводящее собеседника в ещё более игривое состояние. Странным образом то, от чего Локи получал удовольствие, в последнее время стало согревать душу и ему самому. Впрочем, ещё большее наслаждение Старку доставляла даже малейшая возможность поддеть персонального Бога. — Будешь и дальше прикидываться обиженным? — поинтересовался Лафейсон, лениво откинув голову назад и устремив на гения заинтригованный взгляд. — Брось, мы оба с самого начала знали, что нечто подобное должно было рано или поздно случиться. Поднявшись на подушках и подтолкнув одну себе под спину, мужчина устроился поудобнее, с любопытством наблюдая за своим посетителем. Со скучающим видом пролистав несколько книг, оставленных на журнальном столике, изучив закладки, сделанные Старком, Бог с равнодушным вздохом отложил фолианты науки в сторону и плавно повернулся в сторону своего неразговорчивого собеседника, одарив его снисходительной улыбкой. — Не понравилась последняя прогулка? — в притворном сочувствии вскинув брови, трикстер развел руками, переступив с ноги на ногу. — Ты не оставил мне выбора, Старк. — Неужели? — хриплым ото сна голосом поинтересовался Тони, наблюдая за разыгранным для него спектаклем. — Тебе не стоило упрямствовать столь долго, — схватившись за возможность разговорить гения, Локи порывисто шагнул в его сторону, сложив ладони вместе и вытянув руки перед собой. — Я предлагал более прагматичный, безболезненный выход, но ты ведь сам отказался, что я мог сделать? Скептически прищурившись, Старк выразительно фыркнул и отвернул голову в сторону, устремив взгляд на плотные шторы, задёрнутые на окнах. Он точно не знал, который сейчас час, но интуиция подсказывала, что до рассвета оставалось не так уж и много. К несчастью, его призраки не спешили рассеиваться в первых лучах солнца, а потому точное время суток в сущности не имело особого значения. — Для того, кто обрел Бога, ты выглядишь слишком печальным, — пожав плечом, заметил трикстер. — Я думал, Тони Старк умеет получать удовольствие. — Выходит, мы оба разочарованы, — задумчиво протянул мужчина, по-прежнему не глядя в сторону собеседника и лишь в беззвучной ухмылке вздёрнув уголок губ. — Мне казалось, ты умеешь его доставлять. Он не мог видеть, но чувствовал кожей молниеносное, стремительное движение трикстера, преодолевшего незначительное расстояние между ними за долю секунды, осознать которую человеческому мозгу было попросту не под силу. Только чертовски хорошо развитые инстинкты позволяли в подобных ситуациях ощутить перемещение Лафейсона, но, получив эту способность относительно недавно, Тони не всегда мог правильно рассчитать уравнение положения и времени, в котором он оказывался одной из переменных, что неизменно приводило к ошибкам, расплата за которые наступала мгновенно. Прохладные пальцы, плавно, но с властным давлением сжимающие его горло, вынудили мужчину повернуть голову в сторону своего обозлённого визави, взиравшего на зарвавшегося гения с холодной яростью, раскрасившей глаза в цвета играющей на солнце стали. Вытянув шею вслед за осторожными попытками Тони ослабить захват, Локи хищно оскалился, наблюдая за своим пленником, скованным напряженным ожиданием его следующего шага. — Не вынуждай меня, Старк, — вкрадчиво прошипел Бог, жестоко улыбаясь. — Я ведь могу однажды и не разбудить тебя, помни об этом. — Останешься запертым в моей голове наедине со мной? — криво ухмыльнулся Тони и тихо зашипел, чувствуя, как острые ногти впиваются в кожу. — Так вот твоё идеальное представление о вечности? Разочарованно фыркнув на выдохе и рывком оттолкнув от себя Старка, Лафейсон величественно распрямился и отступил. Расправив плечи, трикстер порывисто отошёл в сторону от мужчины, будто бы его слова и впрямь ужалили Бога, вынуждая признать явный недостаток в своем коварном плане. За довольно продолжительное время их весьма тесного общения Тони уже успел заметить, что даже к естественным изъянам в задуманных им проектах Бог относился весьма болезненно, что зачастую мешало ему увидеть истинную полезность несовершенства, приводя его в ослепляющую ярость. Локи стремился к чему-то недостижимому, к идеалу, который гений отчаянно пытался, но не мог вообразить, хотя и сам был грешен, извечно добиваясь совершенства, цена которого была непомерно велика даже для него. Тяжело вздохнув, Старк криво усмехнулся, окинув трикстера оценивающим взглядом со спины, и осторожно поднялся на ноги, покинув приют тёплой постели. Стоя возле прикроватной тумбочки, мужчина, словно не решаясь что-то сказать, неуверенно сморщился, выжидающе глядя на Бога, но, каким бы пронзительным ни был его взгляд, результата не последовало. Разочарованный затянувшимся молчанием, он звучно хмыкнул и мотнул головой, проведя ладонью по волосам, ероша короткие каштановые пряди. — Думаешь, я сказал тебе правду? — скривившись, с насмешкой в голосе произнес Локи, наконец нарушая тягостную тишину между ними. — Твоя реальность, точнее то, что ты за нее принимаешь, создано мной, Тони. — Стоит мне принять это, и моё сердце познает мир? — не удержался гений, ухмыляясь. — Полагаю, тебя это уже не спасёт, — мрачно подметил Лафейсон, чуть обернувшись в сторону мужчины и взглянув на него через плечо. — Ведь у Тони Старка нет сердца, верно? Зловещая улыбка на губах Бога вынудила мужчину нервно содрогнуться и отступить, приложив ладонь к груди в безотчетной попытке найти, почувствовать то, чего там не было… Не могло быть. Исчезнув в салатовых всполохах, трикстер оставил его одного, заставив в очередной раз задуматься над тем, как это всё началось и когда они успели зайти так далеко…