В ловушке разума

Остров был настолько небольшим, что замок в его пределах смотрелся настоящим зубастым исполином, голодно вгрызающимся в небеса остроконечными шпилями увитых мертвым плющом башен. Переступив через борт лодки, Тони предусмотрительно отступил от кромки воды на несколько шагов и остановился, запрокинул голову, оглядывая мрачное строение — типичный образец готической архитектуры с явным скандинавским колоритом, который в последнее время буквально преследовал гения повсюду. Воздух здесь ощущался более тяжелым, будто бы напитанным чем-то, с явным привкусом, распознать который, впрочем, гений оказался не в силах. Опасливо поджимая губы, Старк подумал о том, что, возможно, виной всему были пары драконьего яда, а потому, подтянув ворот футболки к лицу, он, как и прежде, принялся дышать через ткань, решив для себя, что, даже если вывод ошибочен, лучше предупредить даже мнимую угрозу, чем рисковать своей жизнью попусту. Отчего-то мужчина был почти наверняка уверен в том, что Хела будет ожидать его здесь по итогу речного пути, однако королевы нигде не было видно. Звенящая тишина и мертвая пустота вокруг не внушали ничего хорошего, провоцируя в мыслях лишь холодную нервозность, от которой любой шорох воспринимался как неясная, но практически осязаемая опасность. Впрочем, если жизни напрямую ничего и не угрожало, то сказать того же о здравомыслии было нельзя. Несмотря на то, что вокруг наверняка не было ни единой души, Тони внезапно кожей начал ощущать чье-то присутствие — чей-то прозорливый глаз, неотступно следящий за ним, выжидающий мгновения для… нападения? Решив, что больше не может позволить себе стоять на одном месте, гений решительно направился к замку, постепенно всё ускоряя шаг, чувствуя, как порывы ветра буквально подгоняют его хлесткими ударами в спину, нашёптывая на ухо призывы поспешить. Медлить и вправду было нельзя. Дорога к замку оказалась размыта. В вязкой глине, плотно перемешанной с грязью, ноги утопали по самую щиколотку, и, выдергивая одну, Старк неизбежно оказывался в более крепком земляном плену второй. Подобная акробатика выматывала почище беговой дорожки или даже занятий с Роджерсом в спортзале. Собравшись с силами, мужчина с диким рыком рванулся вперед, когда показалась каменная кладка небольшой подъездной площадки, выложенной здесь с не вполне очевидной целью. Едва ли ко дворцу прибывали кареты или хотя бы упряжки, чтобы доставить сюда постояльцев на ближайшую вечность. Впрочем, странностей в этом мире было предостаточно, чтобы не обращать на них особого внимания. Большинство самых нелогичных вещей объяснялось довольно просто: своим появлением в мире мёртвых они были обязаны королеве, которая попросту отказывалась примиряться со скучным каноном своего царства и стремилась всё переустроить по личному вкусу, постоянно тяготея к переменам. Оступившись и больно рухнув коленом на камень, Тони скупо застонал, перемежёвывая глухой вой боли с проклятиями и крепкими, мужскими словами. Подтянув к себе вторую ногу, буквально вырвав её из грязевого плена, он отполз немного вперед и замер, пережидая, когда сустав перестанет ныть, раскалываясь надвое. Пользуясь небольшой заминкой, мужчина переводил дух и осматривался, прислушиваясь ко всему происходящему вокруг и внутри него самого. Наконец, почувствовав, что снова может идти, Старк осторожно поднялся на ноги и небольшими шагами направился вперед. Он взмок настолько, что футболка прилипла к спине, пот стекал по вискам и лицу, холодя кожу под прикосновениями набегающего ветра, который с каждым шагом ближе к замку становился всё тише. Наряду с этим гений ощутил, как менялся и сам воздух. Дышать становилось все легче, но даже так он не спешил отнимать руку с тканью футболки от лица, опасаясь, что всё это могло оказаться обманом органов чувств и уловкой для легковерного путника. Утерев предплечьем свободной руки испарину со лба, Тони остановился, когда пересек полностью всю подъездную площадку, и без лишнего интереса окинул взглядом уродливый проход в замок, открывшийся ему зрелищем малопривлекательным и не предвещающим ничего хорошего в неизбежном будущем, к которому он так самозабвенно стремился, преодолевая препятствия на своем пути с завидным, надо признать, почти ослиным упрямством. Щербатый, словно выдолбленный из камня уставшим мастером, арчатый свод встречал всякого путника злобным оскалом, довольно однозначно намекающим, что хлебосольного приема внутри ожидать не стоило. Мотнув головой, мужчина приглушенно фыркнул и, наскоро сбив грязь с ботинок и штанин, — получилось не особенно хорошо, — направился прямиком ко входу. Иного пути не было, да и мысль о том, что Локи где-то рядом, не позволяла отступить. Тони осторожно шагнул навстречу тьме, выглядывающей из-за каменной кладки прохода, напряженно вслушиваясь в долетающие до него звуки, большая часть которых была простым завыванием ветра и стонами каменной кладки старых стен. Пройдя под сводом, гений почувствовал, как меняется температура вокруг — стало заметно теплее, однако в общей сырости оценить по достоинству перемену в несколько градусов было почти невозможно. Озноб по-прежнему бродил по телу, проникая под кости, вызывая легкое, но хорошо ощутимое недомогание, как при простуде. Дав глазам привыкнуть к кромешной темноте, Старк уверенно дошел до конца небольшого коридора и оказался в холле — маленьком овальном помещении без единого окна или любого иного источника света. Запрокинув голову, гений вгляделся в высокий потолок, поддерживаемый тяжелыми каменными опорами, выпирающими из стен. Конструкция была довольно массивной и лишённой всяческой претензии на изящество. Грубые линии, неприкрытый практицизм и давящая тяжеловесность. Ног мужчины на мгновение коснулось что-то мягкое, вынуждая его отвлечься от изучения архитектурных особенностей замка. Вздрогнув, Тони инстинктивно отступил на шаг назад, пристально вглядываясь себе под ноги, но ничего не смог разглядеть. Вымощенный каменными плитами пол был покрыт чем-то липким, тянущимся за ботинком с мерзким, неприятным слуху хлюпающим-чавкающим звуком при каждом шаге, но вся эта мерзкого вида субстанция не доставала и до края ботинка, а прикосновение пришлось на область икры, не многим ниже колена. Списав свои фантомные ощущения на блуждающий по замку сквозняк и собственное ожидание чего-то неясного, но непременно опасного, Старк прочистил горло коротким покашливанием и решительно шагнул в сторону единственного прохода напротив — узкого коридора, уводящего из холла заворачивающего почти сразу влево крутой петлей. В звонкой тишине Тони отчетливо слышал собственное немного хриплое дыхание и каждый свой шаг, разносящийся по каменному проходу гулким эхом, отражающимся от стен. Вязкой жижи на полу стало сравнительно больше, и время от времени с потолка вниз падали крупные, мутные капли, пополняя её и без того щедрые запасы. Запрещая себе поднимать глаза, гений иногда слышал едва отличимые шорохи, долетающие до него сверху, словно бы нечто перемещалось по коридору вместе с ним, неотступно следовало по пятам. Временами ему даже казалось, что в серебрящейся тьме он видел черный силуэт скользящей по камням тени, но точно сказать, кто именно преследовал его, мужчина не мог. Иногда шуршание становилось чуть громче, и в такие мгновения он даже ждал — жаждал — увидеть его источник, но ни одна надежда не оправдалась, оставляя Тони один на один со своими догадками и зреющим в душе ужасом. От особенно громких кожистых звуков и скрипов по спине пробегали волны мурашек, но больше всего пугали далекие, сдавленные стоны и хрипы, похожие на стенания пленных, доносящиеся будто бы из самих стен. В моменты, когда этот тревожный плач становился наиболее отчетливым, хотелось ускориться, перейти на бег, но отчего-то Старк не позволял себе сбиться с выверенного темпа и продолжал смиренно идти по коридору. Неизвестность от того, что ожидало его впереди, вынуждала смирять свой страх и быть терпеливым. Он точно не знал, как долго уже шел по коридору, но, когда тот резко завернул вправо и оборвался круто спускающейся вниз лестницей, пораженно замер, вглядываясь в чернеющую темноту внизу. Видны были лишь очертания нескольких первых ступеней, а затем лишь мрак. Напряженно нахмурив брови, Тони присел у самого края с целью рассмотреть хоть что-нибудь — например, насколько глубоко вниз уходила эта лестница и каким крутым был спуск, — но ничего не увидел, лишь почувствовал тяжелые, смрадные ароматы гнили, плесени и затхлой воды и сырой земли. Даже сквозь футболку эти запахи ударили в нос, вызывая приступ легкой тошноты и головокружения. Сморщившись, мужчина поднялся на ноги и, осознавая безвыходность своего положения, шагнул на первую ступень, поставив на неё сначала одну ногу, а затем вторую. Разом вся лестница обратилась в гладкую, скользкую дугу. Не устояв, Старк с сиплым воплем кубарем полетел вниз, ударяясь о невысокие борта этой спиралевидной горки, почти вертикально уходящей вниз. Пытаясь сгруппироваться, он преуспел лишь в том, что смог подтянуть ноги к груди, надеясь, что по итогу этого сумасшедшего спуска ему удастся сохранить кости целыми. У самого конца его слегка подбросило вверх, а затем, пролетев несколько метров по личным ощущениям, гений грузом приземлился на залитый всё той же жижей твердый пол. Лежа спиной, едва способный дышать, Тони усилием воли заставил себя открыть глаза. Помимо звездочек, соперничающих с черными мушками, он увидел огоньки зажженных факелов, выстраивающих дорожку, убегающую куда-то вперед на необозримую длину. Хрипя, Старк поднялся на локтях, морщась от ощущения прикосновения липкой субстанции к телу. Вонь, исходящая от неё, была едва переносимой, и тошнота подкатывала к горлу при каждом движении, взвивающем в воздух свежий приток аромата застоявшегося гноя. С трудом сдерживаясь, Тони попытался подняться на ноги, но оскользнулся и вновь упал на спину, окунаясь в жижу. — Будет лучше, если ты поднимешься как можно скорее, — раздался насмешливый голос Хелы. — В слюне дракона нет ничего опасного, но яд, проникший каплями в её состав, уже скоро начнет разъедать твою кожу, подбираясь к костям, а затем и к самой душе. — Яд тех тварей, что сопровождали меня от самого входа? — прохрипел мужчина, изо всех сил стараясь подняться на ноги, терпя одну неудачу за другой. — В замке Настронда обитают знаменитые хельские змеи и пауки, — проворковала королева, выходя из тени и протягивая гению руку. — Они питаются тем, что остается от грешников, заключенных здесь за былые заслуги, и, конечно, пытают их, выуживая сокровенные тайны из глубин сердца и души. С сомнением покосившись на ладонь Хелы, Старк, осознавая, что без помощи ему не подняться, неохотно принял предложение, хватаясь за крепкие пальцы королевы. Рывком вздернув гения на ноги, она окинула его пренебрежительным взором и скривила губы в жестокой улыбке, по-видимому оставаясь довольной его жалким видом. — Твоя сила духа впечатляет, смертный. Пожалуй, я бы не отказалась взглянуть на то, как ты пройдешь весь путь целиком. От начала и до самого конца. Стряхивая с себя остатки вязкой слюны, Тони недоверчиво покосился на королеву и выразительно фыркнул. Поддерживать какую бы то ни было иллюзию официоза у него не было ни сил, ни желания. К черту. Измотанный, он имел право на сухую конкретику, исчерпывающие в своей простоте ответы, а не пространные речи, сочащиеся пренебрежением к нему в каждом слове, призванные лишить душевного равновесия. Стоило признать, что к этому моменту мужчина смертельно устал ото всего, что творилось в его жизни и следующим этапом, когда приходило второе дыхание, был гнев. Чистый, яростный, пробуждающий внутренние резервы. — А это ещё не всё? — криво усмехаясь, поинтересовался гений. — Я вроде бы только что прошел по славному коридору, который сгодится и для испытания ужасом, и к боли неплохо подойдет. Веришь ли, но за такой аттракцион в Диснейлэнде многие готовы выложить кругленькую сумму. Может, тебе своё дело открыть? Перестанешь мучать тех, кому и без этого нелегко. Смерть, знаешь ли, штука не из приятных, а тут ещё ты со своим калейдоскопом приключений. Наградив его насмешливым взором, королева терпеливо выслушала весь монолог мужчины, зашедшегося в приступе праведного негодования. Подарив ему одну из своих неоднозначных улыбок, по всему сочтя его достаточно привлекательным в этот момент, она шагнула вперед, и теплое, оранжевое пламя в факелах сменило цвет, вспыхивая ярко-зеленым. — Пожалуй, этого вполне достаточно, чтобы убедить меня в серьёзности твоих намерений, — с усмешкой произнесла Хела. — Идем, смертный. Твой Бог ждет тебя. Надеюсь, вы оба готовы к этой встрече.