Часть 2. Ричи
24 декабря 2017 г., 17:42
У Ричи с самого утра все было прекрасно; он проснулся раньше брата, утащил с общей тарелки на завтрак два самых аппетитных тоста с ореховым маслом и джемом и даже не наткнулся до сих пор на мать, которая непременно даст какое-нибудь задание, увидев, что он шатается без дела. Удобно устроившись с комиксом на полу в гостиной, Ричи бесцеремонно крошил тостами и допивал остатки сока прямиком из бутылки. У него было ещё около двух часов до общей встречи с друзьями у кинотеатра Жемчужина, и потому он особо не торопился, тем более брат так и не встал ещё, а Ричи пусть и мог уйти без него, не видел в этом смысла – вчера они все его карманные деньги потратили на аркадные игры, и сегодня Майк должен был платить в кинотеатре своими.
Он просиживает так около часа, лишь раз поднимаясь с места, чтобы утянуть ещё один тост с тарелки, и впервые тишина их большого дома умиротворяет. Поглядывая на часы, Ричи слизывает с пальцев джем и поднимается – если не хочет опоздать, то нужно проследить, чтобы брат поднялся. Когда Ричи проходит в их общую спальню, Майк уже проснулся и натягивал футболку – волосы его были все ещё в беспорядке, почти в таком же, в каком они постоянно находились у Ричи, а след от подушки на щеке уже начал исчезать, но пока все ещё виднелся.
– Я погляжу, сэр, вы уже поднялись, и только гляньте, столь прекрасный день! – говорит голосом английского дворецкого Тудлса Ричи, на что Майк тут же закатывает глаза.
– Если ты уже собрался, то можешь идти. Мне надо ещё в магазин к мистеру Крофтону заглянуть, мама просила.
Ричи тяжко вздыхает, нудит о том, что зря прождал, и покидает дом спешно. Знает, что выходит рано и у Жемчужины, скорее всего, ещё никого не будет и придётся ждать ещё и там, но это всяко лучше, чем дома. Быть пойманным Карен, затеявшей сегодня уборку, никак не хочется.
До назначенного места, – переулка между Джексон-стрит и Пятой, – Ричи добирается меньше чем за двадцать минут; у него не “Швинн”, как у Билла, но и не старая развалюха, чтобы грести на ней больше получаса от дома до местного кинотеатра. Он никуда не торопится, оттого и катит свой велик неспешно, оглядываясь по сторонам и надеясь наткнуться взглядом хоть на одну знакомую фигуру. Прибывая на место, Ричи оставляет велосипед у специальной стойки перед кинотеатром и оглядывается только по привычке, внезапно для себя самого расплываясь в яркой улыбке, когда видит знакомое лицо.
Уилл Байерс сидит на одной из скамеек, что располагаются близ кинотеатра в небольшом сквере. Он болтает ногами и пролистывает книгу, лежащую на коленях, больше обращая внимание на живописные картины, изображённые на страницах, чем на сам текст. Выглядит он хорошо – выспавшимся, и Ричи залипает на его улыбку, когда тот откликается на голос и взглядом находит его, Ричи.
– Байерс! – вопит он, бросаясь к мальчишке. Внезапно уже совсем не одиноко и время до встречи с ребятами не кажется таким уж долгим – есть компания. – Каким ветром занесло сюда так рано?
– Сегодня у мамы рабочая смена и она смогла подвезти только к этому времени, – говорит он, двигаясь чуть в сторону на скамейке, освобождая место для Ричи, – это не большая проблема, ждать все равно осталось не долго.
Ричи кивает, поправляет очки на носу и глядит на Байерса. После его пропажи в прошлом году Джойс не позволяла сыну ездить в одиночку через лес, и в основном это не приносило особого дискомфорта для их компании, но порой вызывало неудобство у самого Уилла, и сейчас Ричи видел почему. Он думает о том, что, возможно, стоило связаться с Байерсом заранее и предложить заехать за ним на велике – все равно выехал Ричи рано, времени было с головой. Он думает об этом, а сам растягивает губы в усмешке и приобнимает за плечи.
– Ну, теперь у тебя есть компания, и мы явно не станем просиживать время за книжкой, – Ричи небрежно подталкивает рукой сборник рассказов на коленях Байерса и пружинисто подскакивает на ноги.
– Кино уже скоро начнётся, да и ребята вот-вот подойдут, – Уилл глядит на Ричи и сомневается в правильности решения покинуть сквер – у этого Уилера идеи всегда отличались непредсказуемостью и после стёртыми до крови коленями. Но они и были самыми веселыми.
– Ну же, сеньор, я покажу вам, где сокровища, нужно только двинуться вперёд, вдоль этого обрыва! – голос Панчо Ванильи Уилла забавляет и, возможно, забавляет лишь его из всех их разношерстной компании, отчего Ричи и нравится проводить с ним время. Байерс смеётся почти над всеми его шутками; дарит то слабую улыбку, то яркую усмешку и порой даже заливистый смех, которого Ричи, к сожалению, не слышал уже давно, почти год. Байерс смеётся над каждой, когда родной брат и лучший друг на пару закатывают глаза, а Эдди кривится в отвращении. Уилл Байерс каждой своей улыбкой согревает у Ричи все внутренности. И сейчас он смотрит на мальчишку, лучшего друга его близнеца, со смесью чего–то невероятного.
– Куда ты хочешь пойти, Ричи? – словно сдаваясь под пристальным взглядом друга, вздыхает Уилл, поднимаясь на ноги. Он все ещё не выглядит убежденным в предложении, но уже готов согласиться на все, лишь бы тот перестал так глядеть.
А Ричи не перестаёт; он смотрит прямо на Уилла, говоря о самом первом, что приходит в голову, и слушает. Его брошенные невзначай слова брату о том, что было бы интересно, был ли он во вкусе Байерса, внезапно жгут воспоминанием на кончике языка. Ричи смотрит на Уилла и почти не видит причин не задумываться об этом; внезапно вопрос такой обычный и правильный. Нравится ли он Уиллу Байерсу? И хочется узнать, хочется понравиться, и для Ричи это внезапно новое увлечение – добиться Зомбенка, обратить его внимание на себя, зайти намного дальше простой дружеской симпатии.
И как раз в тот самый момент, когда Ричи начинает перебирать вслух места, куда они вдвоём могут отправиться, рядом появляется Беверли и приветствует всех улыбкой. Ее некогда короткие рыжие волосы, уже успевшие отрасти до середины шеи, аккуратными кудрями спадают, обрамляя лицо, излюбленное платье в мелкий цветок волнами развивается на летнем ветру, а лёгкая улыбка дополняет образ яркими красками. Красивая.
– Я думала, что одна буду здесь сидеть, приехав раньше, но я очень рада, что вы тоже здесь, – она проводит рукой по волосам и оглядывается на кинотеатр, словно надеясь выловить взглядом ещё кого-то из их компании, но, как и Ричи ранее, не преуспевает в этом деле.
Молчание между ними возникает неловкое лишь на мгновение; Ричи как обычно заполняет его своей болтовней, а Бев, едва услышав первые фразы, подхватывает Уилла под руку и ведёт в сторону кинотеатра, оставляя Балабола плестись позади.
– Как у тебя дела, уже закончил с проектом по истории? Миссис Керк говорит, что у вас с Беном лучшие работы, – уже привычно игнорируя Ричи, Бев спрашивает Байерса о школе и ей правда интересно. Ей всегда нравилось то, что у Уилла получалось делать с карандашами и красками; каждая линия, каждый мазок что-то удивительное привносили в работу и окончательный вариант рисунка всегда был очень красивым. Возможно, именно из-за этого миссис Керк и ставила Уилла и Бена постоянно работать в паре; идеально выстроенные и архитектурно правильные поделки Хэнскома из картона или дерева, разрисованные аккуратными четкими линиями, сочетающимися так превосходно друг с другом, рукой Байерса. Отличный тандем, в который волей случая вступал ещё и Ричи; из всех троих оратором он был лучшим, и презентовать перед классом поделку друзей для него было плевым делом, как и вплести в свою речь парочку шуток, голосом ниггера Джима. Учительница смотрела сурово, но оценку никогда не снижала.
– Мы уже почти закончили, – слабо улыбаясь, произносит Уилл, когда они уже подходят к Жемчужине. – Бену не понравилось, как вышло одно дерево, и он переделывает его сейчас. Останется только раскрасить и поставить на место.
Байерс рассказывает о работе с лёгкой улыбкой; ему нравится говорить о своих рисунках, нравится вспоминать процесс, нравится чувствовать аромат только открытой краски. Зачастую он рисует один, но с недавних пор Ричи навязывается к нему постоянно, заглядывает через плечо и тараторит о всякой ерунде, пока что-то путное не срывается с языка. Уиллу он обычно не мешает, даже несколько разряжает обстановку, оттого он никогда и не прогоняет его.
Сам же Ричи подобные встречи считает обычными, но мчит к Байерсам каждый раз, когда появляется возможность, и предпочитает наблюдать за работой мальчика, комментируя происходящее. Сейчас он плетется позади друзей и бурчит себе под нос тихие проклятия, потому что прогулка с Уиллом накрылась и Беверли отняла его себе. Неприятно.
Становится вдвойне неприятно, когда Ричи видит вдалеке знакомую до отвращения фигуру. Брат мчит на всех порах к ребятам и машет им рукой, скатываясь на велике с крутого холма, которым заканчивается Джексон-стрит. При виде Майка улыбка на лице Уилла будто становится ярче, и Ричи от этого тошно.
– Утро, – приветствует ребят Майк, тормозя рядом и устанавливая велосипед в специальную стойку. Он улыбается всем и похлопывает брата по плечу – его хорошее настроение тут же подмывает Ричи сморозить глупость, едкую, но такую, чтобы рассмеялся Байерс.
– Что это вы сегодня не вместе? – Беверли усмехается и косится взглядом на Ричи. Пусть они и вечно спорят, вздорят по любому поводу, но видеть братьев раздельно всегда непривычно. Конечно, вместе они не проводят дни постоянно, но всегда плечом к плечу появляются на любых встречах.
– Так случилось, тыковка моя, судьба развела нас и… – Марш прерывает его метким ударом локтя в бок мальчика, закатывает глаза на его возмущенный вздох, но улыбается все равно.
Пока Ричи уделяет ей все своё внимание; взмахивает руками, возмущенно читает нотации голосом ирландского копа и ловко уворачивается от ее очередной попытки заткнуть его, от его взгляда ускользает Майк, подошедший к Уиллу и склонившийся к его уху. Жест дружеский, но Байерс внезапно в густую краску и взглядом в полосатую футболку Уилера.
– Они тебя не слишком утомили? Ричи бывает… – Уилл улыбается; он знает, каким бывает Ричи и привык настолько, что и не замечает уже.
Майк смотрит на друга тепло, рукой задерживаясь на плече дольше и не замечая за собой этого. Зато замечает сам Ричи и кипит от горячей лавы, разливающейся по жилам вместе с кровью. Он стоит рядом с Беверли, которая встречает подошедших Билла и Лукаса. Те живут на одной улице и на всех общих встречах постоянно появляются вместе – все время соревнуются по дороге к назначенному месту и все время Билл на своём Силвере побеждает.
– Нет, Ричи забавный, – Уилл оборачивается на другого близнеца, встречаясь с ним взглядом и улыбаясь тому, как спешно тот отводит взгляд и, отступая, врезается в стоящую рядом Беверли. – С ним не бывает скучно.
Ричи слышит и на кончике языка так и свербит о том, чтобы спросить, скучно ли бывает Байерсу с Майком. Интересно ли так же, как бывает с ним? Или ещё лучше? Черт.
– Д-д-думаю мы м-м-можем уже и-идти, – голос Билла прерывает мысли и Ричи благодарен ему за это – слишком далеко забрёл в них.
Сегодня они собираются не всей компанией, многие заняты и прийти получается лишь у нескольких. В какой-то степени это расстраивает, но в целом они все ещё вместе и уже запланировали поход на этих выходных к Червоточине всем клубом. Поначалу Эдди единственный отнекивался, но Уилл на пару с Денбро уговорили и никто так и не знает, как им это удалось.
Сейчас на сказанное Биллом все кивают и дружно отправляются вглубь кинотеатра, и Ричи, плетущийся позади, сверлит спины идущих рядом друг с другом Майка и Уилла.
Ричи помнит тот день, когда они подружились с Байерсом. Это было в садике, в их первый год; тогда они с братом так рассорились, что от обиды разбежались по разные стороны игровой площадки. Ричи уже не помнит причину их ссоры, но помнит, как сидел на скамейке у песочницы и ногой подпинывал камень, зарытый в землю. Он тогда сбил носок своего нового ботинка и мать, когда увидела, лишь тяжко вздохнула. Ещё он чётко помнит Майка; тогда Карен одевала их похоже и различием были лишь очки на носу у Ричи, оттого свою копию найти не составляло труда – одет был так же, по копирке. Майк бродил по площадке, бубнил себе что-то под нос и бросал косые взгляды на близнеца, пока не затормозил у качелей. Там как раз и сидел Байерс; мальчишка со смешной причёской – причиной для шуток Ричи первый месяц их общения. Он выглядел тогда меньше своих лет, да и сейчас тоже, и казался довольно грустным, потому Ричи и не был удивлён, когда Майк решился к нему подойти.
Возможно теперь, когда эта странная дикая идея полностью захватила младшего Уилера о том, что мальчишка Байерс непременно должен стать его – не важно, другом или чем-то большим, – Ричи понимает, что до одури хотел бы оказаться тогда на месте Майка. Хотел бы сам подойти тогда первым к Уиллу, завязать разговор и сам представить его брату, как сделал тогда он; с гордым криком, что это его друг. Его. Ему самому хотелось стать для Уилла Байерса кем-то важным, а не просто надоедливым близнецом его лучшего друга.
Смотря на то, как Майк мягко улыбается Уиллу и касается ладонью его спины, приобнимая, Ричи завидует. Он завидует тому, что, сколько бы они с Уиллом не проводили вместе времени и сколько бы ни имели совместных проектов, все равно не так, не то. Этого не достаточно для Ричи. Не достаточно для того, чтобы Уилл обратил внимание, посмотрел иначе.
– Что я вижу! – шёпот Беверли в самое ухо отрезвляет, заставляет подскочить на месте и внутри все закипеть. Это ведь его фишка – смеяться над глупыми влюбленностями друзей! – Ты ревнуешь? Поверить не могу, что вижу это! Балабол ревнует! Не знала, что ты умеешь!
Она приобнимает его за плечи, пока они неспешно идут по коридору и тормозят у самой двери в кинозал. Она ликует своему открытию и готовится дать отпор всем шуткам и голосам, которые может услышать от Ричи, но тот молчит и кусает губу, поправляет очки и все ещё молчит.
– Думаешь, это нормально? Что это Зомбенок? – его голос тих и на мгновение девочке кажется, что ей послышалось.
– Ну, это хотя бы не Грета Боуи, вот чему я несказанно рада! Не уверена, что вытерпела бы ее в нашей компании!
Беверли внезапно как спасение и Ричи бросается в неё с головой, смотрит заинтересованно и с лёгким прищуром; кажется, будто может рассказать ей все и она поймёт. Конечно, поймёт, это ведь Бев!
– Я тоже хочу, чтобы он на меня так смотрел.
Девочка улыбается чувствам друга, но тут же смотрит сурово:
– Учти, Балабол, если этот мальчик будет расстроен из-за тебя, поверь, тебе не жить, – грозит она ему пальцем. – Помнишь, я ведь самая меткая из вас всех, а Лукас любезно одолжит мне свою рогатку, если я позволю ему выбрать, куда в первую очередь выстрелить.
Ричи закатывает глаза и убеждает подругу голосом ирландского копа, чтобы она не беспокоилась – он и так довольно часто видел Байерса расстроенным, повторять этого не хочется. Не намерен расстраивать его вообще. Он говорит об этом Бев и уводит вглубь зала, где уже играет кино – Полтергейст Тоуба Хупера, – а друзья шумят, растянувшись на весь ряд и перебрасываясь попкорном.
